Глава 24 · О тайнах и новостях

— Магистр эль Бланк, можно вас на пару слов?

Я услышала за спиной знакомый голос и не сразу поверила своим ушам. Резко обернулась и чуть не подпрыгнула на месте.

— Лайза! — Тут же вспомнила, что вообще-то нахожусь в лаборатории среди адептов, и поспешила исправиться, хотя хотелось совсем не по-взрослому взвизгнуть и повиснуть у подруги на шее. — Магистр эль Штоль, рада вас видеть. — И уже всем: — Я скоро вернусь.

После чего поспешила к подруге, по которой успела сильно соскучиться. С нашего расставания прошло совсем немного времени, но случилось столько всего, что казалось — минуло несколько месяцев.

Стоило мне выйти за дверь, как я все-таки не выдержала и крепко обняла подругу.

— Лайза!

— Раздавишь же, — сдавленно охнула она. — Не знала, что ты такая сильная.

— Прости, — улыбалась я, все же ослабив хватку и отодвинувшись от нее. — Как ты здесь оказалась⁈ Даниэль с тобой?

— Меня отправили сюда как переговорщика от союзного воска древних.

— Значит, у Марселя получилось! — обрадовалась я. — Где он сейчас? Докладывает в ставке нашей армии? Он появится в академии?

— Эйлин, — улыбнулась подруга, но как-то грустно. — У тебя столько вопросов, что я не успеваю на них отвечать. Ты сама за последние дни хоть выходила из академических лабораторий?

— Только чтобы поспать-пф, — ответил вместо меня Ё-ё и взобрался мне на плечо. — Привет, Лайза. Рад тебя видеть. Может, хоть у тебя-пф получится заставить ее немного отдохнуть. Вон, уже круги под глазами стали появляться-то.

— Привет, Ё-ё, и ты здесь, — тепло улыбнулась она ему. — Обновил свой красный плащ?

— А то! — поправил он искусно плетенные завязки и провел лапкой по вышивке на груди. — Адепты подарили. И вообще, они сказали, что были бы рады создать в академии неформальный орден со мной во главе.

— Ух ты! — удивилась Лайза, а я улыбнулась, вспоминая выражение мордочки друга, когда ему вручили новенький плащ.

Еж так расчувствовался, что на полном серьезе пытался меня уговорить поставить этим адептам оценки за следующую сессию без экзаменов.

— Тебе очень идет! — заверила его Лайза, чем сильно ему польстила.

Раньше они не очень хорошо ладили. Ё-ё чувствовал, что Лайза многое о себе недоговаривала, а подруга не могла в этом многом признаться. Но в Пустоши маски были сброшены и отношения между этими двоими сильно потеплели.

— Лайза, так что с новостями? — Я прижала руки к груди, стараясь унять поднявшееся волнение.

— Давайте поднимемся на башню. Осмотримся и поговорим без лишних ушей, — огляделась подруга.

— На башне сейчас очень людно-то, — почесал щеку Ё-ё. — Это раньше на самый верх могли пройти только преподаватели, теперь там несут вахту военные-пф. И главное, шныряют и шныряют туда-сюда-пф.

— Жаль, — нахмурилась Лайза. — Хотелось осмотреться и поговорить.

«О! Лайза, ты уже здесь! — послышалось в наших головах, и мы увидели скачущую к нам по коридору Монику. — Ректор послал меня узнать последние новости. А то пока от военных дождешься информации — изведешься!»

И в три прыжка она заскочила мне на плечо.

Случись подобное раньше, я бы уже билась на полу в истерике или от страха висела на самом высоком светильнике. Но все меняется, а у меня в жизни в последнее время все меняется так быстро, что только успевай придерживать шляпку, а то улетит.

— Моника, ты, случайно, не знаешь укромного уголка в башне, где можно оглядеть окрестности и поговорить-пф? — внезапно поинтересовался у нее Ё-ё, и я поняла, что если кто-то и может помочь с поиском такого места, то только Моника.

Крыска ненадолго задумалась.

«Есть такое… В ректорской башне. Я там жила, когда хозяин… — Моника вздохнула, чуть поникнув плечиками. — Когда ректор эль Граскейн под влиянием Марлены меня выгнал. И вроде бы рядом с ним была, и он меня не видел. Так и спасалась. Фамильярам ведь нельзя долго быть вдалеке от хозяев. Это сейчас, после посещения Пустоши и обретения второй ипостаси, зависимость почти ушла, а раньше… — Она махнула лапкой, словно отгораживаясь от прошлого, и заговорила уже более деловито: — В эту комнату можно попасть только из тайного хода. Раньше можно было и из спальни ректора зайти, но кто-то очень давно замуровал туда проход. Я так поняла, что это дополнительный выход из башни на случай непредвиденных ситуаций».

— И ректор не знает о твоем бывшем убежище и ходе?

«Знает, конечно. — И немного исправилась: — Уже знает. Но решил пока оставить все как есть».

— Ну так пойдемте туда! Чего стоим-то? — оживился Ё-ё, и мы зашагали в нужную сторону.

— А как хоть попасть в этот тайный ход? — поинтересовалась я, когда мы по длинному коридору, увешанному портретами предыдущих ректоров и выдающихся личностей академии, почти дошли до башни.

«А мы уже пришли», — ответила Моника и, соскочив с моего плеча, подбежала к одному из портретов с изображением импозантного мужчины в старинной одежде.

Огляделась, убедилась, что, кроме нас, в коридоре пока никого нет, и в определенном порядке нажала на изображения чудовищ на позолоченной раме картины.

Что-то позади картины щелкнуло, и Моника без труда отвела ее вбок, показывая нам небольшой квадратный проход, через который наш довольно тучный ректор пролез бы с большим трудом.

«Вот, поспешите, пока в коридоре никого нет», — замахала нам лапкой крыска и снова начала озираться.

Первым в этот странный проход запрыгнул Ё-ё, вслед за ним шагнули и мы с Лайзой. А когда Моника за нашими спинами вернула картину на место, вокруг нас зажегся тусклый магический свет и оказалось, что горбиться не надо — мы стояли пусть и в очень маленькой, но самой обычной комнате.

«Как я поняла, здесь можно хранить что-то на случай бегства. Чтобы не нести это с самого верха башни». Моника побежала вперед, увлекая нас за собой на узкую винтовую лестницу, уходившую как вверх, так и вниз.

— Какой странный вход, — озвучила я свои наблюдения. — В него не каждый пролезет.

«Нужно будет — пролезет, — хмыкнула крыска. — Да и он ведь не основной».

— А куда ведет ход, если идти вниз? — поинтересовалась Лайза.

«Там лаз за пределы академии. Из него можно выйти уже за оградой».

— И построить оттуда портал-пф, — продолжил план мысленного побега Ё-ё.

«Да, так и есть».

— Моника, а почему ты решила показать нам этот ход? Это ведь, по сути, тайна ректора. — Подъем уже начал казаться мне бесконечным, ноги гудели, а дыхание начало сбиваться.

Некоторое время крыска молчала, прыгая по ступенькам серым мячиком, но потом все же ответила:

«Иногда тайными ходами не пользуются целыми столетиями. Они просто не нужны обитателям замков. — Моника остановилась на очередной ступеньке, переводя дух и глядя на нас своими бусинками глаз. — Но их ведь для чего-то строили? Я очень надеюсь, что после вашего визита ход и дальше останется невостребованным. Но мне важно знать, что если он все-таки понадобится моим друзьям, то они будут осведомлены о его существовании».

Мы застыли, тяжело дыша и обдумывая услышанное.

— Спасибо, — выдохнула я, не представляя, как мне может это пригодиться, но искренне благодаря Монику за заботу.

— Спасибо, дорогая-пф, ты у меня самая лучшая и предусмотрительная жена в мире! — шмыгнул носом внезапно расчувствовавшийся Ё-ё. И, посмотрев на меня и Лайзу, воскликнул: — Ну не жена ведь, а золото! Нет, не золото — бриллиант! Нет, не бриллиант — самый лучший артефакт! Нет, не артефакт…

«Ё-ё, я, конечно, тебя очень люблю, но, если ты и дальше будешь сравнивать меня с предметами, я тебя покусаю. А зубы у меня острые», — прервала его вдохновенный монолог Моника.

— Э-э-э, — завис на мгновение мой друг, а потом выдал: — Ты у меня лучше любой ежихи!

Несколько мгновений крыска пыталась переварить комплимент. Мы с Лайзой переглянулись, даже близко не представляя, как она на него отреагирует. Кажется, Ё-ё тоже понял, что выбрал не самые лучшие слова, и посмотрел на меня с немой мольбой о помощи. Однако в этот момент Моника отмерла и… расплылась в широкой улыбке. После чего кокетливо заправила несуществующую прядку за розовое ушко и игриво произнесла:

«Да, я такая».

И поскакала вверх по лестнице.

Мы втроем переглянулись, сделав большие глаза, а Ё-ё постарался как можно тише выдохнуть скопившийся в нем воздух.

— Какие же вы, женщины, бываете непредсказуемые… Прямо иголки дыбом.

— Ничего, тебе идет, — подбодрила его Лайза.

До нужной двери мы дошли через несколько минут. Вернее, дошли до монолитной каменной стены, которая перегородила дорогу. Не давая нам времени выразить свое удивление, Моника напружинила лапы и подпрыгнула, повиснув на рычаге сбоку, который в полумраке коридора был совершенно незаметен. Он медленно пошел вниз, а когда оказался в крайней точке, по каменной кладке прбежал магический импульс и стена растворилась, будто ее и не было.

— Точечная телепортация предмета… — ошарашенно констатировала я.

— Как интересно, — вторила мне подруга. — При помощи рычага где-то по периметру замыкается магический контур, в него подается энергия, и дверь исчезает.

— Интересно куда? — задумалась я. — Гениальный принцип.

«Куда исчезает — не знаю, но через пять секунд после того, как я отпущу рычаг, стена вернется на место, поэтому вам бы поторопиться», — раздалось в голове сдавленным тоном.

Оказывается, Моника уже с трудом удерживалась на рычаге. Мы спохватились и поспешили вперед.

Комната оказалась небольшой, полукруглой и на удивление чистой.

«Я иногда тут прибираюсь. По старой памяти», — ответила на незаданный вопрос Моника, и я кивнула.

Из обстановки были лишь изъеденный древоточцами старый стол и табурет. Хотя я ошиблась — присмотревшись, увидела лежавшее у стены сложенное в несколько слоев одеяло. Видимо, там Моника и отдыхала.

Но первым бросалось в глаза окно: большое, от потолка до пола. Сейчас оно было закрыто ставнями, и я не понимала, почему не видела его с улицы. Конечно, не так уж пристально я рассматривала фасад замка, но точно могла сказать, что такое окно заметила бы, ведь остальные совсем другие, а в башнях так и вовсе по большей части маленькие бойницы.

Мы с Лайзой переглянулись, и я поняла, что у нее в голове крутятся те же самые мысли. А ведь она провела в академии гораздо больше времени, чем я.

— Магия иллюзий? — предположила я, подходя к ставням и размыкая задвижку.

— Похоже на то, — согласилась со мной подруга, и мы раскрыли ставни.

После полумрака хода и комнаты нам некоторое время пришлось привыкать к яркому дневному свету. Но в тот момент, когда я увидела, что творилось за пределами академии, на мгновение малодушно пожелала и дальше оставаться в неведении.

— Мать моя ежиха… — протянул у меня на плече Ё-ё. — Откуда они все здесь⁈ Неужели стена уже пала?..

Этот вывод напрашивался сам собой.

Совсем недалеко от академии на обширных лугах расположились две армии. Было видно, что наше войско быстро перестраивалось и к нему со всех сторон стягивались многочисленные отряды. Некоторые из них выглядели сильно потрепанными и наверняка возвращались от стены, а некоторые были свежими и как собирались с окрестностей, так и выходили из вспыхивавших то тут, то там порталов.

Но, несмотря на это, армия, которая шла со стороны Пустоши, казалась гораздо больше. Ее ряды не были так строго организованны, как ряды человеческого войска, но количество существ поражало. Казалось, что все пространство до горизонта превратилось в сплошную темную массу, которая двигалась к академии.

Я снова перевела взгляд на королевское войско и отчего-то жалобно спросила:

— Это ведь не все? К нам ведь еще придет подкрепление?

— На многое надеяться не стоит-пф. — Ё-ё вынул одну из своих иголок и начал ее грызть, что наглядно показывало, в каком душевном смятении он находился. — Эль Муэйн сказал, что всех сюда не пришлют. Нужно ведь и столицу охранять, и другие города совсем без защиты не оставишь, и…

— И резерв тоже нужен… — мрачно закончила за него Лайза.

— Да, и это тоже-пф. Нельзя бросить всех на одно-единственное сражение, пусть даже оно обещает быть главным. Королевство слишком велико, и агенты арахнидов засели повсюду.

В этот момент я заметила странное оживление в рядах нашей армии. На вновь прибывший отряд напали свои же, и завязался короткий ожесточенный бой. Я сотворила перед глазами увеличительную линзу и увидела, как несколько человек из вновь прибывших, пытаясь отбиться, обернулись в арахнидов и нагов. Но силы были слишком неравны, и в скором времени их сопротивление задавили, а оставшихся членов отряда, которые оторопело сжимали в руках оружие, повели куда-то прочь. Видимо, на допрос. С помощью линзы мне удалось разглядеть еще несколько проверяющих групп, которые встречали новеньких. И у нескольких человек из этих групп я точно увидела блеснувшие на их носах очки.

Невольно представила, что бы было, если бы в самый ответственный момент эти двуипостасные напали на войско изнутри, и поежилась. Даже думать о таком не хотелось! И ведь таких лазутчиков наверняка немало.

А еще я невольно пыталась отыскать среди сновавших внизу людей Марселя. Осознание этого заставило отвлечься от наблюдения и вглядеться в напряженное лицо Лайзы.

— Так что там с союзной армией? И где Марсель?

Лайза тяжело вздохнула и начала рассказывать о том, что все это время происходило в Пустоши и какие выводы она сделала.

— … В общем, древние обещали нам помочь, но когда точно придет эта помощь — я не знаю, — закончила она.

— И Марсель с ними, — закусила я губу, стараясь унять нахлынувшее беспокойство.

— У него не было выбора. Иначе союзники вообще могли отказаться от участия в войне.

— Глупо. Как же это глупо! — невольно воскликнула я и начала мерить небольшую комнату шагами. — Неужели они не понимают, что Патриарху не нужны нейтралы? В конечном счете он их поглотит или уничтожит. И я не знаю, что для них будет хуже! Я ведь слышала, что его старшая дочь говорила о тех, кто их не поддержит. Для них не существует полутонов. Ты или им служишь, или прислуживаешь, или умираешь. У людей, к слову, даже такого выбора не будет. А древние еще и сомневаются, как им поступить… Не понимаю…

— Эйлин, не стоит их так рьяно осуждать, — мягко произнесла Лайза. — Ты просто еще слишком плохо знаешь Пустошь и не понимаешь менталитета древних. Они столько лет прожили в изоляции, варились в своем бульоне, что решиться на что-то подобное им крайне сложно. Да и во главе родов стоят далеко не молодые и резвые, а пожилые и привыкшие выжидать.

— Какое тонкое определение ты придумала для эти старых маразматиков-пф, — передернул плечами Ё-ё. — Видел я на званом вечере некоторых представителей элиты Пустоши-то. Выжидать они привыкли-пф. Это точно! Могли бы — отрастили бы себе на спинах ракушки и спрятались там от всего мира-пф, — разошелся негодующий Ё-ё, и я погладила его по мягким иголкам, успокаивая.

Лайза же вздохнула, сделала вид, что этой вспышки ежа не было, и продолжила:

— И проблема, которая встала перед ними, очень непростая: поддержать извечного врага или одного из тех, кого они как минимум знают. Конечно, они будут сомневаться! И даже вполне логичные доводы разума не сразу могут пробиться через пелену столетних предубеждений.

«Да и не воевали они по-настоящему давно», — добавила Моника.

— И это тоже, — кивнула подруга. — Стычки на границах и между собой не в счет.

Я снова вздохнула. Доводы друзей были вполне понятны, но легче от этого не становилось. Я снова вгляделась в приближавшееся вражеское войско, думая о том, чем можно помочь своему.

— Нужно делать больше смартов.

— Ага, и пусть воздушники учатся запускать их подальше-пф.

— А еще нужно предложить принцу сделать экземпляры повышенной мощности, — пробормотала я.

— Так делают-то уже, — с удивлением посмотрел на меня Ё-ё. — Принц с Рэем, Кайлом и Леоном оставили поточное производство-пф другим адептам, а сами сейчас вовсю экспериментируют. Правда, кристаллы кварца для больших смартов не подходят — в них помещается слишком мало энергии. А вот если взять за основу драгоценный камень-пф, то все выглядит гораздо интереснее. Правда, не так-то просто сейчас достать такие камни. Они везде нужны-то. Но принц не стесняется давить, где нужно, а где-то обещать преференции. Удивляюсь я его напору и энтузиазму.

— Да? — изумилась я. — И как я умудрилась все это пропустить?

— Как-как… Некогда тебе даже по сторонам оглядываться было-пф, — с сочувствием произнес Ё-ё.

— Это точно, — покачала я головой и спохватилась. — Нам пора идти! Еще столько всего нужно сделать!

— Согласна, — прооизнесла Лайза. — Лекарское крыло тоже готовится — принимать раненых. Моя помощь там не будет лишней.

И мы отправились обратно.

Я уже знала, что этой ночью не сомкну глаз, потому что завтра, скорее всего, и состоится то самое генеральное сражение, о котором говорил герцог.