Глава 26 · О битве

Я застыла у окна, не в силах оторвать взгляд от орды монстров, которая неслась к рядам нашей армии. Именно монстров, а не древних.

Их выпустили вперед, чтобы расчистить дорогу. И зрелище было настолько жутким, что не смотреть оказалось просто невозможно. Отвернуться очень хотелось, но не получалось.

Как оказалось, наши войска знали, как на это ответить. И стоило тварям подобраться на расстояние магической атаки, как по ним ударили площадные заклинания. Маги Патриарха попытались прикрыть монстров защитными куполами, но это удалось не везде.

А далее стало еще интересней! Вперед вышли пращники и начали забрасывать в надвигавшиеся поредевшие ряды монстров наши смарты! При помощи увеличительной линзы я хорошо видела, каким эффективным оказалось это изобретение. Многочисленные каменные осколки с ходу проламывали не самые сильные защитные купола, которыми противник все еще пытался прикрывать монстров, и их собственную магическую защиту, которая имелась у особенно опасных видов. А потом с такой же легкостью эти осколки пробивали и твердую броню тварей.

И все же до первых рядов нашей армии добралось достаточно монстров, чтобы началась кровавая битва.

— Эйлин, — потеребил меня Ё-ё, стараясь переключить мое внимание на себя. — Устанавливай артефакт и пошли — нас уже, скорее всего, ищут.

— Но там же…

— Там пока только первая фаза сражения. Поверь, быстро и легко оно точно не закончится-пф. Патриарх пока только пробует нас на зуб.

Я оглядела войска и поняла, что Ё-ё прав. Еще толком не сказали свое слово маги, и древние не спешили на помощь монстрам. В пылу сражения эти твари вряд ли стали бы разбираться, где свой, а где чужой. Я вообще могла только удивляться, как древние смогли удерживать в подчинении такое количество чудовищ!

— Пойдем уже, — снова поторопил меня Ё-ё. — А то побледнела как полотно.

— Это ничего, — сглотнула я и окинула взглядом ряды нашего войска. — Ты видишь наших союзников?

— Нет их тут пока-пф, — пропыхтел Ё-ё. — Пойдем уже.

И мне ничего другого не оставалось. Только что я наглядно убедилась в том, как сильно воинам необходимо то, что мы создавали в лабораториях, а потому не имела права терять время.

В который раз пробежавшись по своим адептам, я помогла им устранить недочеты, решила возникшие проблемы, подписала очередной акт передачи артефактов и поспешила вернуться в лабораторию, в которой мой изображариум продолжал транслировать происходящее на поле боя.

Проскользнула внутрь и вздрогнула, едва не закричав от неожиданности. Потому что прямо перед моим изображариумом стояли принц с адептами и яростно спорили о том, кто же все-таки побеждает.

— Смотри, сейчас они запустят с правого фланга свои свежие паучьи взводы и ударят по ослабевшей там обороне! — доказывал Рэй.

— Для этого они должны видеть все так, как видим мы! — возражал Кайл.

— Не переживай, у них еще и летающие твари имеются. Думаешь, почему они болтаются на высоте? — парировал Леон.

— Нет, все равно не понимаю… — бормотал принц.

— Да чего там непонятного! Сейчас эти выйдут вот сюда и зажмут наших! А те ничего не делают! — возмущался Рэй, дергая себя за волосы.

— Ты неправ! Наши сейчас вот здесь зажмут их войска! — тыкал пальцем в изображение еще один адепт.

— Вы не понимаете. — Ксавье продолжал сосредоточенно оглядывать поле боя. — У меня складывается такое впечатление, что Патриарх чего-то ждет.

— Что вы здесь делаете⁈ — Ко мне наконец вернулся дар речи, и я выплеснула свое возмущение.

Об изображариуме никто не должен был знать! А теперь мне останется только с тоской проводить его взглядом. Потому что сейчас его точно заберут для командования.

А я его для себя делала! У них дозорные на всех башнях академии имеются. Да и сами при необходимости на них забраться могут и следить за ходом битвы оттуда. А мне из лабораторий ничего не видно и не слышно. И делиться информацией со мной никто не собирается. Ну а в то, что командование сейчас разрешит оставить такой артефакт у меня, я не верила.

— Эйлин, это ведь ты создала? — посмотрел на меня Ксавье. — Я знал!

— Как вы вообще здесь оказались? — с досадой почти простонала я и устало опустилась на стул.

— Ребята видели, как ты сюда заходила несколько раз. Потом мы тебя потеряли и подумали, что ты могла заработаться и, как обычно, выпасть из реальности. Вот и… — Принц замялся.

Зато Ё-ё не преминул внести ясность:

— Вот и взломали дверь лаборатории-пф, где молодая красивая девушка могла отдыхать и выглядеть неподобающим образом!

— Э-э-э… — Парни переглянулись, и Ксавье выдал: — Эйлин всегда выглядит подобающим образом.

Ё-ё хлопнул ладошкой себя по лицу, выражая свое отношение к услышанному.

— Кто-нибудь еще знает об изображариуме? — спросила я. — Или за ним уже идут из штаба?

— Ты назвала этот артефакт изображариумом? — удивился принц, проигнорировав второй вопрос. — Мне нравится, как это звучит. — И тут же спросил: — Он ведь показывает, что сейчас происходит снаружи? Мы правильно все поняли?

— Да. Так и есть. — Я устало вздохнула. — Так вы уже рассказали кому-нибудь о нем? Если так, то его скоро у нас заберут.

Парни переглянулись и тут же заверили меня, что и не собирались делать такой глупости. Тем более без разрешения его создателя. И вообще, «изя нам и самим нужен. Нас ведь даже из лабораторий выпускать не хотят! И ничего нам не рассказывают».

— Изя-пф⁈ — пропыхтел Ё-ё возмущенно. — Вы как обозвали величайший артефакт, вышедший из рук моей Эйлин-пф⁈

Адепты переглянулись и с очень честными глазами пообещали, что больше так не будут. Из чего я заключила, что это сокращение теперь прилипнет к артефакту намертво.

Но мне сейчас было точно не до того. Я смотрела на то, что происходило на поле боя, на то, как яростно сражались представители разных рас, и понимала, что Ксавье имел в виду, когда говорил, что Патриарх чего-то ждет.

За время, прошедшее с начала боя, у людей почти не осталось свежих сил. В то время как у противника такие были, и немало, но старый паук не спешил бросать их в бой, чтобы обрушиться на королевские войска всей своей мощью. Он выжидал.

И когда в нашем тылу раскрылся большой портал и из него начали выходить союзники, я поняла, что ждал он именно этого момента.

Стоило войску древних покинуть портал, как в тылу армии Патриарха стало происходить нечто странное: его воины начали расступаться, образуя пустой круг диаметром метров в тридцать. В середине этого круга остались стоять лишь трое. Они были одеты в длинные балахоны с надвинутыми на глаза глубокими капюшонами. По периметру выстроились дочери Патриарха, судя по всему готовые их защитить или делиться силой.

При виде этой картины у меня по спине пробежали колкие мурашки нехорошего предчувствия. А когда эта троица синхронно вздернула вверх руки, я поняла, что наше дело плохо. В небо рвануло просто немыслимое количество силы. Повинуясь созданному существами в балахонах заклинанию, она начала закручиваться в водоворот, превращая голубое ясное небо в чернильную кляксу.

Когда-то о чем-то подобном я читала в старинном трактате, который дядя особенно берег, утверждая, что он сохранился еще со времен Великой войны людей и древних. В нем уцелел лишь один лист, и там говорилось, что в какой-то момент древние и люди начали использовать мощные заклинания, которые могли уничтожить сам мир. И тот, кто писал этот трактат, искренне недоумевал, почему этого до сих пор не случилось.

Я тогда не могла поверить прочитанному. Считала, что автор просто преувеличил. Но сейчас, глядя на то, что формировалось в небе, я понимала, что там не было ни слова выдумки.

Над ухом грязно выругался принц, а я не сделала то же самое лишь потому, что у меня перехватило дыхание.

— Неужели это заклинание падающего мрака?.. — Ксавье наконец произнес нечто более-менее внятное.

— Что оно делает? — напряженно спросил Рэй.

— В небе формируется невероятно сложное и маноемкое заклинание, которое опускается на землю и превращает в пепел все, до чего может дотянуться. Земля в месте его применения не просто перестает родить, она умирает навсегда. У нас в королевстве есть одно такое место… — помертвевшими губами произнес Ксавье.

— Проплешина мрака? — с ужасом посмотрела я на него, припоминая рассказы дяди об экспедиции, в которую он ездил в молодости.

Дядя рассказывал, что в той Проплешине тяжело даже дышать, а стоит зайти немного вглубь, как вокруг тебя поднимаются тучи пепла. И этот пепел, несмотря на магические щиты, въедается в одежду и в кожу чуть ли не намертво.

— Что же делать? — Я в ужасе смотрела на принца, надеясь, что он скажет нечто обнадеживающее.

У самой же в голове было совершенно пусто, идеи отказывались приходить на ум, вытесняемые единственной мыслью: «Этого не может быть…»

— Ничего, — севшим голосом ответил Ксавье. — Мы ничего не можем сделать. Если только…

— Смотрите! — Леон ткнул пальцем в сторону рядов нашей армии.

Мы увидели короля в окружении множества магов. Там же стояла и Жозефина. Не узнать ее было сложно — ярко-оранжевое оперение феникса ни с чем не перепутаешь. Марсель наверняка тоже находился где-то там, но различить его среди множества фигур не получалось, хотя я очень старалась.

— Отец? — нахмурился принц. — Он же еще вчера лежал в постели!

— Лежал, да не улежал, — вглядываясь в экран изи, тихо произнес Рэй. — Но тут я могу его понять. Только что он делает?

— Нет… Только не отец… — внезапно воскликнул Ксавье и вцепился мне в руку так, что я чуть не взвыла от боли.

— Эй-эй, поаккуратнее-то! — тут же вмешался Ё-ё и вонзил одну из своих игл принцу в шею. После чего пояснил всем окружающим: — Это успокоительное. Ему нельзя так нервничать. Сам ведь еще на лекарствах-пф.

Ксавье и в самом деле заметно полегчало, и он разжал руку и крепко стиснутые челюсти.

— Прости… — потерянно произнес он и снова вгляделся в экран.

Только, видя состояние принца, я уже сама подхватила его под руку.

— Ксавье, что происходит?

Тем временем король тоже воздел руки к небу, и в его ладонях засверкал шар размером с человеческую голову. И этот шар разгорался, каждое мгновение становясь все ярче.

— Это Сердце последнего рассвета. Артефакт, хранившийся в нашей сокровищнице со времен Великой войны. Отец однажды мне его показывал. Сказал, что его создал наш предок, но так им и не воспользовался.

— И почему не воспользовался? — глядя, как свечение артефакта в руках короля становится все интенсивнее, почему-то шепотом спросила я.

— Потому что активировать его может только глава нашего рода и плата за его применение — жизнь.

Свечение в руках короля все разрасталось и разрасталось, напоминая огромный золотой купол. Королевские войска спешно стягивались под его защиту. А чернильная клякса медленно, но верно продолжала разливаться по небу.

Перед нами представала сюрреалистическая картина: чудилось, что небо и земля поменялись местами. И когда черное небо обрушилось на сияющую землю, я не выдержала и закричала, какой-то частью сознания удивляясь, насколько пронзительным был мой крик.

Марсель, Жозефина, Дизере, король, Даниэль, герцог и многие другие существа, которые стали мне небезразличны… Наверняка все они были сейчас там. И если их не станет, я…

Я ощутила укол в шею, и подкрадывавшееся к горлу удушье расцепило свои холодные пальцы, давая вдохнуть немного воздуха.

— Ежики курносые-пф, и почему все вокруг такие малохольные-пф? — пропыхтел над ухом Ё-ё. — Еще ведь никто не умер-то. Смотрите!

Чернота поглотила свет купола, обволокла его плотным коконом, стекая по краям уродливыми кляксами. Тем же бедолагам, которые не успели укрыться под ним и попали под разлетавшиеся капли, уже ничто не могло помочь. Как и говорил Ксавье, они в считаные секунды истлели, а сама земля словно задымилась.

Но это длилось недолго. Совсем скоро в черноте стали появляться прорехи. Спрятавшийся под ней свет будто прогрызал в дыры, превращая черную пленку в решето, а потом и вовсе уничтожая ее до последней капли.

А потом свечение погасло.

Все в комнате облегченно выдохнули, радуясь, что те, кто прятался под куполом, не пострадали. Послышались восторженные выкрики о том, что теперь-то мы точно победим, но мы с Ксавье прикипели взглядами к высокой фигуре короля.

Он еще несколько мгновений постоял, глядя в очистившееся небо, а потом упал как подкошенный.

Первой его подхватила ярко-оранжевая фигурка, и мое сердце сжалось от осознания того, при каких обстоятельствах встретились и снова, теперь уже навсегда, разлучились двое когда-то предназначенных друг другу существ, которых судьба так жестоко развела по разные стороны стены.

Несмотря на успокоительное, по моим щекам потекли слезы. А потом я увидела, как неподалеку от королевского шатра перевоплощаются четыре дракона. Они запрокинули головы вверх, и я поняла, что сейчас своим ревом они провожают в последний путь душу короля, который не пожалел жизни ради своего народа.

— Смотрите, это же драконы… — с благоговейным трепетом прервал повисшую тишину Рэй.

— Они взлетают! Смотрите!

— Ага, и они тоже, — тихо добавил Дарил.

— Кто? — не понял Рэй.

И здоровяк ткнул пальцем в сторону вражеской армии.

А там в небо поднималось сразу пять драконов, от вида которых мне стало дурно.

В этот момент я впервые пожалела, что сделала изю. Смотреть, как Марсель летит навстречу своей возможной смерти, оказалось физически больно.