Глава 11

Мы с Грен-Ула сменили неприятную тему и предались обсуждениям на литературные темы. На удивление, старик чуть ли не с пеной у рта доказывал мне, что романтическая литература ценна наравне с научными трудами. Потому как позволяет мозгу менять род деятельности и отдыхать работая. Что, несомненно, ему идёт на пользу: делает пластичным и на основе таких лёгких историй расширяет мыслительные способности.

Я же настаивала, что все эти розовые сопли только забивают головы юным девам всякой ерундой. Про отношения писать нужно правду: всё хорошее и романтичное происходит до женитьбы. Заканчивается в тот момент, когда героиня делает одну, но роковую ошибку: говорит «да» избраннику у алтаря. А дальше её жизнь превращается в расплату за это. Создаётся этакий маленький личный Ад: ползунки-пелёнки, вечно недовольный супруг, непрекращающиеся глажка-уборка-стирка, и – о, неожиданность! – оказывается, у него есть мама, наверняка из рода ядовитых драконов, и она наличию вас в жизни своего чада явно не рада.

– Ты с Грязи и наверняка была уже взрослой дамой, когда почила там, – с довольным видом констатировал Грен-Ула. – Как ощущения?

– Пока никак, но уже прямо-таки чувствую, что скоро захочу захватить этот мир, – недовольно проворчала я, поморщившись: надо же было так тупо попасться!

– Зачем тебе один? – задорно возразил старик. – Выходи замуж за дракона — и тебе будут принадлежать тысячи миров! Игнисы – единственные, кто обладает способностью перемещения между мирами. Все порталы находятся под их контролем, их власть неоспорима!

– Я ни за кого не пойду замуж, – категорично отрезала я. – Пусть он хоть тысячу раз будет драконом!

– Ну-ну, – скептично хмыкнул старичок, поискал что-то под стойкой и выудил потрёпанную книжечку. «Магия для чайников» – гласила надпись на ней. – Её написал один мой знакомый, – гордо произнёс Грен-Ула, протягивая книгу мне. – Он тоже с Грязи. Забавный парень, да… Писателем там был. Сказал, что эта книга станет для всех странников-грязевиков своеобразным руководством по выживанию во время этого… как его… апокалиса…

– Апокалипсиса, – механически поправила его я.

– Да, верно, так он и говорил, – просиял Грен-Ула. – Для местных мирян она, понятное дело, ценности не имеет: они всё это знают с рождения, а вот тебе может пригодиться, там собрано много полезного. Держи, дарю.

Я с благодарностью приняла подарок, сгорая уже от нетерпения почитать, что же там написал земляк. Но это было бы, по меньшей мере, невежливо к хозяину магазина. Поэтому скрепя сердце её пришлось положить рядом с собой на столешницу.

– И где он теперь? Его схватили Инквизиторы? – вежливо поинтересовалась я судьбой автора книги.

– С чего бы? – удивился Грен-Ула. – Жив-здоров до сих пор, путешествует где-то по мирам. Иногда шлёт мне магвесточки и интересные книги. «Зачем протирать штаны в одном мире, когда можно путешествовать по множеству?» – так он говорил мне. Вроде бы ещё на Грязи мечтал быть путешественником и открывать новые территории. Сетовал, что планета у сосланцев одна и её поверхность давно изучена.

Из вежливости согласно покивав, я отпила чай, но осталась при своём мнении: Землю ещё изучать и изучать, любители приключений вполне найдут целый спектр на пятую точку, если уж у них там так припекает.

Грен-Ула тоже отпил из чашки, хитренько на меня прищурился и нарочито громко причмокнул:

– Хорош чаёк! Я им у диры Рози разживаюсь. Она его из какого-то особого сорта роз готовит. К нему бы пирог очень подошёл… этот, яблочный который… имя ещё у него женское… Память совсем плохая стала, всё время что-нибудь забываю! – и замер, загадочно сверкая на меня глазами.

То, что он имеет в виду шарлотку, я ухватила сразу. Но и факт, что старикан пытается меня на что-то развести, не остался незамеченным. В целом, я человек добрый, угостить пирогом, будь в наличии продукты, – не проблема. Однако не в моём нынешнем положении заниматься благотворительностью. Поэтому лучше побуду немного корыстной злодейкой, сделаю вид, что жирных намёков не понимаю, авось, что-нибудь интересное и выторгую.

– Из роз? – картинно восхитилась я. – А по вкусу будто с земляникой и какими-то фруктами… – и приникла губами к чашке, замолкая в ожидании следующего шага от него.

– Я говорю, дира Рози меня чаем угощает. Неплохо бы её пирогом за это попотчевать, – опять сделал попытку он въехать в Рай на моём горбу, а наткнувшись на театральное непонимание в глазах, потерял терпение и раздражённо фыркнул: – Шарлотку-то готовить умеешь?

– Я-то умеешь, – хохотнула над «внезапно» вернувшейся к Грен-Уле памяти. – Только с какого боку припёка я в ваших с дирой Рози безвозмездных товарно-рыночных отношениях?

– Ах, вот ты про что… – расстроился старик, что не вышло из меня мецената сделать. – Какой же народ корыстный пошёл! Всё всем что-то надо от бедного пожилого человека… Ладно! Замолвлю за тебя перед ней словечко: она давно у меня одну книжицу просила, а я всё приберегал для какого-нибудь случая… Дам тебе, отнесёшь ей. А там уж если сможешь договориться, то молодец. А нет, то это твои проблемы. Но пирог ты мне за это должна будешь, ясно?

– Ясно-ясно, – откликнулась я, ныряя носом обратно в чашку и крепко призадумавшись: что-то нечисто в этой истории, кабы не «лямурь» была подмешана. И тут уж нельзя щёлкать клювом, коли Мироздание вновь являет маленькое окошечко, а попытаться выжать всё по максимуму для своей выгоды.

– Дир Грен-Ула, только, думается мне, что просто попить чай с дирой Рози вы в любой момент можете, – закинула я удочку. – Почему бы не устроить вашей даме сердца романтическое свидание? В той же таверне, к примеру. Пусть не говорить прямо, но хотя бы намекнуть таким образом дире Рози о ваших чувствах. Потому что потчеваться на кухне могут и просто друзья-соседи, а вот приглашение на вечерний выход куда-то – это уже серьёзный посыл.

– Думаешь?.. – рассеянно пробормотал старичок, морща лоб.

– Вы же сами говорили, что в Усваре развлечений мало, – поддакнула, – а выход в свет всегда был излюбленным удовольствием у барышень. Пусть даже у них уже и голова седая…

– Везде выгоду при таком раскладе получаешь, да? – прозорливо прищурился он.

Я не стала отнекиваться и равнодушно пожала плечами:

– Что плохого в том, что все останутся в плюсе? Правда, сначала мне нужно поговорить с Марвеной Торн: кухню-то для приготовления пирога я буду использовать её. А уж после, с её дозволения, спланируем всё остальное.

Грен-Ула ещё мгновение задумчиво пожевал губу, а потом решился:

– Эх, ладно! Согласен! – и мы ударили по рукам.

Не теряя времени, прихватив яблоки и книгу, я поспешила в таверну. Хозяйка нашлась очень быстро, а выслушав мою задумку, резюмировала:

– Всеми силами пытаешься подтвердить слова Бруга, что приносишь удачу? Монета за подобные посиделки невеликая, но и та сейчас мне пригодится. Даю добро. И, честно говоря, я поражена, что тебе удалось заставить раскошелиться такого скрягу, как Грен-Ула… – она хмыкнула и хитро сверкнула на меня глазами. – Чай у диры Рози, и впрямь, отменный. Я давно пытаюсь договориться с этой вредной старушенцией о его покупке, но мы никак не можем прийти к согласию… Вот если бы ты посодействовала, глядишь, номерок и трёхразовое питание тебе до осени были бы обеспечены… – и замолчала, выжидающе поглядывая на меня.

Теперь пришла моя очередь недовольно морщиться, как буквально недавно Грен-Уле: никакого спасу нет! Торгаш на торгаше! Нет бы посочувствовать бедной девочке, сделать для неё что-то просто так…

– Ничего не обещаю, но постараюсь приложить все усилия, – проворчала, поняв, что выбора особо у меня нет.

– Приложи-приложи, – ехидно елейным голоском пропела Марвена. – На-кась тебе магический договор, ты же к ней сейчас побежишь? Вот и оформишь сразу, а то знаю я эту особу: сегодня «да», а завтра на попятную пойдёт.

Тавернщица выложила на стойку лист с напечатанными основными положениями и пустыми местами для заполнения.

– Бумага изготовлена магическим способом, поэтому приравнивается к клятве, – пояснила на моё замешательство. – Дополнительной магии от тебя не потребуется. Раньше, когда железной дороги ещё не было, здесь много кто останавливался. Зачастую купцы оформляли выгодные сделки, с тех пор бланки и валяются… Эх, было же время…

Секунду поразмыслив, я попросила у неё ещё один экземпляр, для себя. Мало ли, вдруг пригодится? Женщина опять насмешливо хмыкнула, но в просьбе не отказала: ещё один бланк перекочевал мне в руки.

Первым делом я направилась опять к Грен-Уле, уточнить время мероприятия.

– Пирог готовится всего минут сорок, но вам же нужно время, чтобы привести себя в порядок?

– Думаешь? – как мальчишка, смутился он.

– Конечно! Повседневная одежда не подойдёт, – заверила я. – Ваш вид должен сказать дире Рози, как ждали вы этой встречи, как готовились… В общем, нужна чистая рубашка, костюм и галстук-бабочка. Даме тоже нужно дать время прихорошиться…

Немного посовещавшись, мы выбрали время. Грен-Ула хотел мне всунуть обещанную книгу, чтобы я передала её вместе с приглашением дире Рози, но я уговорила оставить её на вечер, в качестве презента даме.

Оставив престарелого Ромео готовиться, я направилась к Джульетте.

– Дира Рози, вы дома? У меня для вас послание от дира Грен-Ула! – подойдя к калитке, громко крикнула я. Чтобы она, как предупреждали ребята, не вздумала запульнуть в незваную гостью каким-нибудь заклятьем.

На крылечке тут же появилась старушка, по виду нечто среднее между строгой учительницей и чопорной статс-дамой. Сморщив носик, она окинула меня пренебрежительным взглядом. Молчание затягивалось, и я предприняла ещё одну попытку сближения:

– Здравствуйте, дира Рози. У меня для вас сообщение от дира Грен-Ула. Позволите войти, чтобы не орать на всю улицу? – обратилась вежливым тоном.

Тяжко вздохнув, она взмахом руки дала разрешение, и калитка передо мной отворилась. Я не сдержала восхищения:

– Это магия? Удивительно!

Старушка фыркнула:

– Естественно, магия, я же ведьма, – и торопливо добавила: – Светлая, конечно же. Ну, чего там у тебя?

Подойдя ближе, я приосанилась, придала голосу торжественность и продекламировала:

– Уважаемая дира Рози, дир Грен-Ула имеет честь пригласить вас сегодня в таверну отведать яблочного пирога и провести романтический вечер, – и в завершение сделала книксен.

Она поменялась в лице и, чтобы скрыть смущение, нервно поправила причёску:

– Он так и сказал, «романтический вечер»?

– Нет, это я добавила от себя, – с улыбкой призналась ей. – Но смею вам доложить по секрету: дир Грен-Ула сейчас мучительно подбирает галстук-бабочку к рубашке и костюму… Так что вывод напрашивается сам собой.

Дира Рози окончательно переполошилась:

– Вот как?! А во сколько? Проклятье, мне совершенно нечего надеть! А ну-ка, бегом за мной, поможешь выбрать платье! Как тебя там?..

– Эвалин Перри, сударыня, – вновь присела я в вежливом поклоне.

Знаю, возможно, подобная пафосность была излишней, но ей понравилось.

– Фамилию могла и не называть: по меткам на пальто и так всё ясно. Манеры далеки от идеала, но вижу, ты стараешься, молодец, – она посмотрела на меня с благосклонностью. – Ступай за мной.

Я проследовала за ней в дом, под одобрительный кивок разулась у двери, и мы поднялись на второй этаж. Там она сразу потащила меня к внушительному шкафу в спальне. Он ожидаемо оказался плотно забит всем тем, что «нечего надеть».

– Ну, как? – достала она несколько платьев насыщенно-красных оттенков. – Это? Или лучше то? – принялась прикладывать их на себя и вертеться у зеркала в дверце.

– Этот оттенок вам, безусловно, к лицу, но он является цветом страсти, – мягко проговорила. – Вы же не хотите выглядеть на первом свидании так, будто уже на всё согласны? Сегодня лучше надеть что-нибудь пастельных тонов, как знак трепетности и нежности ваших чувств.

– Много ты понимаешь! – раздосадовано фыркнула старушка, но отложила эти наряды в сторону и стала перебирать платья оттенков, который я порекомендовала.

– Дир Грен-Ула угостил меня вашим чаем, – приступила я к прощупыванию почвы на интересующую меня тему. – И я хочу вам сказать, дира Рози, он великолепен! Ничего вкуснее прежде я не пила!

– Это так, – самодовольно улыбнулась она отражению в зеркале. – Мой чай — единственный в своём роде. Потому что готовлю его из сорта, который собственноручно вывела. Нигде такого не найдёшь…

– Как жаль, что его нет в таверне, – вздохнула я. – Грен-Ула его так любит… Да и к пирогу бы он подошёл…

– Так вот к чему ты клонишь! – усмехнулась. – Впрочем, я могла додуматься бы сразу: ты странница, но до сих пор не в приюте… Где ж тебе тут обитать, как не у Марвены? Признайся, это она тебя науськала? Так вот ей мой ответ: не будут пить мой чай наёмники и прочий сброд!

– Конечно, он для знати, это видно сразу, – я решила сыграть на её тщеславии. – Но как в столице о нём узнают? А вот молва была бы неплохой рекламой…

Старушка замерла, потом обернулась и процедила:

– Продолжай.

– Наёмники – по сути кто? – начала я вдохновенно соблазнять её сладкими речами. – Охранники караванов торговцев и купцов. Или телохранители знатных особ, но не в этом дело. Важно то, что они являются приближёнными к тем, кто за этот чай сможет выложить и золотой…

Глаза диры Рози алчно блеснули, но она промолчала, и я продолжила подбираться ближе.

– И мы вполне могли бы использовать их как бесплатную рекламу: они пьют чай в таверне, им нравится, и они приобретают с собой в дорогу. Немного, всего на пару раз заварить. И рано или поздно они угостят им высокопоставленную особу – свою госпожу или господина… Чай придётся по вкусу, в этом я ни секунды не сомневаюсь, появление человека с заданием купить его – это уже дело времени. И вот тогда, – сделала я паузу, придавая вес словам, – можно будет повысить цену…

– Но богачи на то и богачи, что денег у них немерено, – растерялась дира Рози. – А чая у меня совсем немного…

– Эксклюзив? Прекрасно! Повысим цену всякий раз, как его купит доверенное лицо. А там и аукцион можно организовать: кто больше даст, тот и получит партию, – и замолчала, дав время женщине обдумать.

– Эксклюзив… – пробормотала она отражению, будто смакуя это слово, и кинула на меня через зеркало весёлый взгляд: – А ты ушлая девица, да?

– Мне больше нравится бизнес-леди, – с усмешкой кинула. – Но в целом, да, она.

– Ладно, – бросила через плечо и требовательно пощёлкала пальцами. – Давай, что там у тебя за пазухой? Магический контракт? Я чувствую фон. Распишем всё подробно. И чтобы сегодня чай был на нашей с Грен-Улой встрече, поняла? Ты права, он от него просто без ума…

Я не заставила себя ждать. Дира Рози вручила мне перо, а сама принялась диктовать. На некоторых моментах мы поспорили, но вскоре контракт был заключён и подписан ею простым приложением к бумаге запястья с именной меткой. В тот же момент точная копия её печати проявилась на договоре.

Отлично! Осталось только Марвене сделать то же самое.

– Но это же ещё не всё? – прозорливо подметила она. – Тебе от меня ещё что-то надо: контракта два.

– Думаю, тут достаточно будет устной договорённости, – не стала отпираться. – Мне нужна работа. В обмен на… А что вы можете мне предложить?

– Деньги, – тут же ответила старушка и спешно пояснила: – Я знаю про закон, не совсем ещё в маразме. Но деньги для тебя – самое лучшее решение. В выходные я поеду в Гудзор и открою на твоё имя счёт в банке. Туда стану переводить процент от сделок и плату за услуги по хозяйству. А ты ими воспользуешься, когда тебе будет восемнадцать. Или раньше, когда минует год, и ты отсюда уедешь… Ты же на это настроилась, не так ли? – и хитренько мне улыбнулась.

Я улыбнулась в ответ: всё видит, вот что значит ведьма…

– Порой я бываю рассеянной, а эти торгаши-хапуги мне с лёгкостью задурят голову… Но такую ушлую девицу… ладно-ладно, бизнес-леди, они навряд ли обведут вокруг пальца, скорее, уж ты их без штанов оставишь. Вот и побудешь моим доверенным лицом. К тому же я давно ищу себе прачку: суставы ломит постельное стирать, а спать люблю на свежем. Давай контракт, оформим всё как следует, – и повернулась снова к зеркалу, пока я доставала бланк. – Так какое, говоришь, мне платье лучше будет?

– Светло-розовое, – не глядя на неё, ответила я. – У вас в тон к нему имеется вязаный кардиган. Там, в дальнем углу шкафа висит. Наверняка захотите продолжить свидание прогулкой, а вечера здесь, как я успела понять, холодны. Из украшений на шею – нить жемчуга, если есть ещё, то в волосы тоже. И несколько свежих бутонов роз над ухом можно вплести… – принялась заполнять бланк договора.

Дира Рози схватила платье, кардиган, прикинула на себя и посмотрелась. Не удовлетворившись, достала бусы из шкатулки, приложила к волосам и вновь перед зеркалом покрутилась.

– Да, очень хорошо, – выдохнула, довольная созданным образом, и вернулась к делу.

Теперь уже кропотливо обсуждали мою зарплату за услуги. Всё вместе складывалось, на мой взгляд, в приличную сумму. И если всё получится, то через год я смогу убыть в Гудзор и не бояться: денег хватит, чтобы оплатить комнату и скромное житьё на время, пока ищу работу. Исписав лист, мы по очереди скрепили наш договор печатями. В тот же миг он исчез.

– Проявится, когда утратит силу или будет считаться выполненным, – пояснила дира Рози на моё отвисшее от изумления лицо. – Такие контракты и хороши тем, что их невозможно потерять: именная печать «подскажет», когда договор выполняется неверно. Удовольствие, я хочу сказать, весьма сомнительное. А если надо что-нибудь уточнить, то он легко призывается. Смотри, как это делается, – дира Рози двумя пальцами начертила знакомую загогульку, символ их веры, на именной печати, и тотчас в её пальцах появился договор. – Попробуй.

Я повторила её действие, и второй экземпляр оказался у меня в руке. Хотя мы же заполняли один!

– Великолепно, правда? Никакой лишней волокиты, – захихикала она над моим удивлением. Как только она выпустила контракт из пальцев, он вновь исчез.

Не задерживая больше меня, она выдала немного чая для вечера, пробную партию Марвене на реализацию, и я поспешила в таверну.