Глава 14

Глава 14

Дариан

Связь истинных — это не метафора из романтических баллад. Это стальной, раскаленный трос, намертво сшивающий две души, два резерва и две нервные системы.

Когда амулет на шее Арины разбился, блокировка спала. А когда инквизитор попытался вырвать ее искру, связь взвыла так, что меня буквально швырнуло на колени прямо посреди командного зала Цитадели.

Я почувствовал ее боль как свою собственную. А в следующую секунду моя магия неудержимым потоком хлынула по этому невидимому каналу — Арина инстинктивно потянула мою силу, чтобы выжить.

И я отдал всё до последней капли. Если бы ей понадобилось мое сердце — я бы вырвал его из груди.

Превращение заняло доли секунды. Черный дракон, сорвавший все ментальные печати, взмыл над внутренним двором крепости. Ударная волна от взмаха моих крыльев сбила с ног солдат на стенах и сорвала черепицу с башен. Я не отдавал приказов легиону. Я не собирался вести осаду. Это была не война — это была кара.

Расстояние до столицы, на которое конные экипажи тратили двое суток, я покрыл за полчаса полета в верхних слоях атмосферы, оставляя за собой инверсионный след из пепла и статического электричества.

Столичное Управление Инквизиции распласталось внизу уродливой каменной тушей. Над крышей торчали шпили, один поверх другого мерцали защитные купола.

Вход мне не требовался.

Я прижал крылья к бокам и пошел в пике. За миг до столкновения прикрыл голову и ударил в барьер всем весом. Магическая защита выдержала долю секунды, затем разлетелась с таким звоном, что заложило уши. Следом подо мной провалилась крыша. Камень, балки и листы свинца посыпались в центральный зал вместе со мной.

Завыли сигнальные кристаллы. Стражники метались среди обломков, кто-то уже бил заклинаниями, но разглядеть цель в облаке пыли им не удавалось.

Арина была внизу.

Я чувствовал ее под несколькими этажами камня: белый огонь переплелся с моей магией, и эта связь указывала путь точнее любой карты.

Пробив перекрытие нижнего яруса, я начал обращаться еще в падении. На пол приземлился уже человеком. Слишком быстрая смена облика отозвалась болью в мышцах, однако останавливаться было нельзя. Когти прорезали кожу на пальцах, перед глазами легла багровая пелена.

В коридоре меня встретили десять инквизиторов. Серые сутаны, поднятые посохи, поспешно разгорающиеся боевые печати.

— Именем Регента…

Договорить я не дал. Черное пламя сорвалось с ладони и прокатилось по коридору. Когда огонь погас, на пути не осталось никого. Только закопченные стены и серый пепел на раскаленных плитах.

До пыточной никто из инквизиторов не добрался живым. Я не останавливался и не оглядывался — шел на зов метки, оставляя позади выжженные коридоры.

Тяжелые двери преградили путь. Под моими ладонями металл раскалился, покраснел и начал оплывать. Я ударил плечом, сорвал створки с креплений и ворвался внутрь.

Я готовился увидеть Арину измученной, искалеченной, истекающей кровью. Боялся, что опоздал и спасать уже некого.

Но она стояла посреди камеры — живая и целая.

Растрепанные волосы падали ей на плечи. Глаза сияли так ярко, что на них было больно смотреть. Метка на правой ладони горела багровым, а вокруг пальцев вились два соединенных потока: ее белое пламя и мое черное.

Дракон внутри притих, завороженный открывшейся силой.

В углу, всхлипывая и размазывая по щекам слезы пополам с сажей, съежилась Эвелина. Сайрус лежал у стены в луже крови.

Арина не нуждалась в спасении. Она сама расправилась с теми, кто решил сделать ее беспомощной.

Я переступил порог, и огонь на моих руках угас.

— Арина, — выдохнул я.

Она резко повернулась ко мне. Я ожидал увидеть облегчение, но в ее взгляде не дрогнуло ничего. Ни радости, ни благодарности — только настороженность и злость.

Она смотрела на меня как на врага — такого же, как человек, лежавший у стены. Огонь вокруг нее не погас. Арина подняла руку, и черно-белое пламя собралось у кончиков пальцев.

— Стойте там, генерал, — произнесла она ровно. — Сделаете еще шаг — узнаем, выдержит ли сердце дракона сильный электрический разряд.

Я остановился.

Дракон рвался к ней, не понимая, почему наша пара держит нас на расстоянии. Я понимал. После всего, что сделал, я не имел права требовать от нее доверия.

— Лойсо рассказал тебе о Вратах.

Спрашивать не было смысла. Ответ читался в ее лице.

— Порталы уничтожили триста лет назад, — продолжил я. — Вернуться в твой мир невозможно.

Арина вскинула подбородок. По щеке скатилась слеза и почти сразу высохла на раскаленной коже.

— И вы знали об этом, — сказала она. — С самого начала. Когда предложили сделку. Когда обещали вернуть меня домой. Даже тогда, в пещере, когда я чуть не погибла, спасая вас.

Я не нашелся, что ответить.

— Вы ничем не лучше Сайруса. Ему была нужна моя магия, вам — тоже. Для вас я всегда оставалась удобным инструментом. Редкой аномалией, которую выгодно держать при себе. Чем ты отличаешься от этого куска мяса? — она кивнула на труп Сайруса.

— Я не собирался тебя препарировать. Я собирался сделать тебя своей женой.

Она издала короткий, горький смешок.

— Какая честь. Остаться пленницей в чужом мире навсегда, зато в красивой клетке и с кольцом.

— Арина, послушай…

Коридор за моей спиной наполнился грохотом подкованных сапог и лязгом брони. В подземелье ворвалась элитная гвардия короны. Десятки арбалетов с бронебойными болтами нацелились мне в спину.

Толпа солдат расступилась, пропуская высокого, статного мужчину в расшитом золотом камзоле. Регент Валериан лично пожаловал на пепелище своей инквизиции.

Его взгляд метнулся к мертвым инквизиторам, к съежившейся в углу племяннице и, наконец, остановился на нас.

— Какая вопиющая наглость, Дариан, — процедил Регент, брезгливо прикрывая нос платком. — Вторжение в столицу, убийство служащих короны, разрушение Управления. Это государственная измена. Я прямо сейчас отдам приказ расстрелять тебя, и ни один клан не посмеет заступиться.

Я медленно развернулся к Регенту, загораживая Арину собой. Моя рука скользнула к рукояти меча.

— Ты приказал похитить мою женщину, Валериан. Ты нарушил законы Отбора.

— Эта девка — неучтенный маг и угроза Империи! — рявкнул Регент. — Эвелина законно выиграла Отбор, так как осталась единственной претенденткой. Ты женишься на ней, Дариан, или умрешь здесь.

Я усмехнулся. Мрачно, обнажая удлинившиеся клыки.

— Боюсь, брачный закон Империи, на который ты так любишь ссылаться, работает против тебя, Регент. Отбора больше нет.

Я поднял правую руку, сдергивая перчатку. На моем запястье пульсировал раскаленный рунический узор, точно такой же, как на ладони Арины.

— Нельзя участвовать в Отборе, если ты уже связан истинным браком, — мой голос разнесся по подземелью, отражаясь от стен. — Магия запечатала наш союз две недели назад. Арина — моя законная жена перед богами и магией этого мира. И любой, кто попытается причинить вред супруге Верховного генерала, будет иметь дело со всем легионом. Мои войска уже на марше к столице.

Лицо Валериана перекосило от бешенства. Он уставился на светящуюся метку, прекрасно понимая, что против древней магии истинных пар бессильны любые декреты.

Я повернул голову к Арине. Ее магия медленно гасла, уступая место смертельной усталости. Физиология брала свое — адреналин уходил.

— Ты злишься на меня. И имеешь на это полное право, — тихо сказал я ей, не обращая внимания на сотню направленных на нас арбалетов. — Можешь ненавидеть меня, можешь попытаться убить. Но сейчас мы уходим отсюда. Вместе.