– С ним все будет в порядке. Подлечится и вернется, не переживай, – казалось, в сотый раз повторяла Ада, заботливо приобняв меня за плечи. – Все будет хорошо, поверь мне.

Я кивала, старалась успокоиться, выровнять дыхание, но противное чувство тревоги не отпускало. Хоть Кузя и успел предупредить о своем исчезновение, но этот момент все еще стоял перед глазами и произвел на меня неизгладимое впечатление. На секунду я действительно поверила, что навсегда потеряла… друга. И это оказалось ужасно горько. Богатая фантазия тут же спроецировала возможное будущее, когда Егор вот так же мог вскоре… исчезнуть из моей жизни, умереть. От невыносимой  боли перехватило дыхание.

– Столько крови, – вздрогнула я, не в силах отвести взгляд от пятна на плитке.

– Он не умрет, – твердым голосом заявила Ада. – Слышишь?

Когда я не ответила, девушка, взяв меня за подбородок, настойчиво заставила обратить на нее внимание:

– Домовых не так легко убить, как может показаться на первый взгляд. Никогда не давай себя запутать невинностью внешности, огромную силу можно спрятать и в божьей коровке. Усекла?

– Усекла.

– Вот и хорошо. А теперь пошли, гостья дорогая, расскажешь мне все. В подробностях.

Спорить я не стала. Да и возможность выговориться представлялась почти что раем.

Как добрались на кухню и я оказалась на мягком диванчике с чашкой горячего травяного чая – помню смутно. Пересказ последних событий не занял много времени. Начав говорить, захлебываясь словами, я уже не могла остановиться. Но Ада не жаловалась, не перебивала, слушала внимательно, кивая, словно в согласие мне или собственным мыслям, хмурилась. А еще, почти незаметно для меня, успела обработать ожоги на моих руках, использование самодельного огненного оружия не прошло бесследно, какой-то жутко пахнущей мазью и забинтовать кисти, скрыв поврежденные участки кожи.

– Мда. История, – задумчиво произнесла брюнетка, после того, как я замолчала, выдохнувшись. – Ты прямо, Кать, героиня!

Рядом с Адой я чувствовала, что… оживаю, отогреваюсь, становлюсь общительней и веселее. Несмотря на иррационально усиливающуюся тревогу…

– Скажешь тоже!

– Не растеряться и дать бой Тени – многого стоит, – покачала головой она, а потом, искренне улыбнувшись, тепло добавила: – Я рада, что ты вернулась.

– Правда?

– И осел этот упрямый тоже обрадуется, – продолжила мысль Ада. – Вот увидишь.

При упоминании Егора, защемило в груди. Сердце сделало кульбит.

Откашлявшись, чтобы скрыть нездоровое любопытство, я поинтересовалась:

– Кстати, а где он?

– Побыстрее хочешь увидеться, да? Соскучилась уже?

– Эм-м-м… Ну хотелось бы кое-что прояснить.

Брюнетка поморщилась.

– Так где Егор?

– Егор?!

Показалось, что во взгляде Ады появилось удивление, словно она ожидала от меня совершенно не такого вопроса, но эмоция исчезла слишком быстро, чтобы на нее существенно обратить внимание.

– Все еще на встрече с кентаврами, – сказала она, убрав пустую чашку со стола. – Видимо, из-за того, что он взял с собой больше ребят, чем всегда – сбился график дежурств около ворот и вас никто не услышал. Подумать только! Еще одна Тень могла проникнуть на территорию!

Воспоминание о кентавре-стрелке всплыло вне моего желания и пробрало до самых костей неприятной дрожью.

– А это далеко?

– Кентавры? – на мой утвердительный кивок, Ада развела руками: – Нет, совсем близко. Территория ордена граничит с их землей. За лабиринтом сада начинаются владения кентавров. А что?

При одном упоминании об этих существах и Егоре в их компании, мне становилось нехорошо. Теперь, когда знала, что Кузя в безопасности, смогла лучше прислушаться к интуиции. Тревога поднялась до критической отметки, сбивая дыхание.

Словно внутренний голос пытался дать мне подсказку, которую я не могла разгадать. Единственное, что стало сейчас понятно – ощущение приближения опасности усиливалось при мыслях о Егоре. Значит…

– Можем мы тоже пойти за ними?

– С дубу рухнула? – выпучила глаза Ада. – Тебе приключений с Тенью было мало? Проснулся нездоровый азарт? Еще захотелось, да?

Я не обратила внимания на ее попытки пошутить. Не имея возможности избавиться от противного предчувствия, решила пойти ва-банк, со всей серьезностью заявив:

– У меня дурное предчувствие. Что-то случилось.

– Это совсем глупый аргумент! – всплеснула руками девушка, выдавив нерешительную улыбку. – Ты меня не убедила!

Я успела заметить, как в ее глазах блеснул огонек интереса, и отступать была не намерена.

– Мы просто проверим! Ничего не случится. Разве тебе самой не интересно, почему они задерживаются?

– Просто горилла, возомнившая себя гениальным ученым, не может удержать мужской энтузиазм в штанах, – скривилась брюнетка, – вот и задерживаются.

– Ада!

– А что такого я сказала? Кесарю кесарево, – беззаботно пожала плечами девушка. – Кто переговоры ведет, а кто…

– Пожалуйста…– состроила просительную мордашку.

Ада смерила меня задумчивым, тяжелым взглядом. В молчании покусала нижнюю губу:

– Егор меня точно убьет.

Я забыла, как дышать, ожидая ее последующих слов.

– Давай быстро. Пока я не поняла, какая дурость поддаваться на уговоры и твое несуществующее шестое чувство.

Я не сдержала резкий вскрик радости, но от победного танца пришлось отказаться. Позвоночник сковало острыми мурашками. Даже не оборачиваясь, я уже знала, что наше с Адой уединение нарушено.

– Я пойду с вами, – голос Насти прозвучал более чем решительно.

Только, судя по саркастическому хмыку, Аду не впечатлило ни сказанное девушкой, ни воинственная поза, которую рыжая пыталась принять.