Глава девятая. Марта. Котокафе

Подъехала я ровно в тот момент, когда вывеска с ушками и усиками погасла — котокафе закрылось. Даша подошла к двери, чтобы повернуть вывеску той стороной, где было написано «Все котики ушли спать, ждем вас завтра!» Заметив меня, она радостно замахала руками.

Я достала из багажника коробку с консервами для новорожденных котят и направилась внутрь.

Свет в зале самого кафе был уже погашен, осталась только тусклая лампочка, чтобы не навернуться, если вздумается сделать себе кофе. Но вся жизнь обычно кипела в той части, куда посетителей не пускали.

Котокафе «Территория Мурлыканья» — одно из тех мест в городе, которые во времена моей бурной юности было принято называть местами силы.

Сюда приходишь для того, чтобы наполниться. Энергией, теплом, хорошим кофе и парочкой кило урчания.

Да, конечно, у меня и дома есть котики. Но вы не понимаете — это другое!

Погладить котиков и выпить кофе — это хорошо, но главное, что меня ждало в той части, куда пускали не всех, это люди. Дашка, с которой мы познакомились, когда я по ошибке перевела ее кошачьему приюту вместо десяти тысяч — сто. Она тут же связалась со мной и предложила вернуть лишнее.

Лишними эти деньги, конечно, не были.

Но я спросила — неужели ей не на что их потратить.

Она ответила, что есть, конечно. Ведь она с подругами давно копит на открытие котокафе, и ей пригодилась бы хорошая кофемашина.

Котики и кофе — это мой криптонит.

Я напросилась заехать и посмотреть, что там у них за приют.

И как это часто бывает с такими случайными встречами — оказалось, что девчонки, занимающиеся лечением и пристройством потерявшихся кошек, настолько на моей волне, что уже через час казалось, что мы дружили с первого класса.

Пожертвование забирать я не стала, а наоборот — начала приезжать помогать с подобрашками. Таскать их в ветеринарку, делать уколы, стирать подстилки, раздавать корм, убирать за ними… В таких местах всегда полно работы.

К благотворительности я в целом всегда была равнодушна, но здесь я начинала чувствовать себя настолько хорошо, что ездила больше из эгоистических, чем альтруистических соображений.

Поэтому сегодня, в самый мрачный день за много лет, я приехала именно сюда.

Тем более, что давно перезнакомила своих подруг из разных компаний между собой, они переопылились, и были все шансы увидеть тут максимальное их количество.

— Заходи! — Дашка обняла меня и сразу отобрала коробку с кормом. — Сегодня, кстати, дел почти нет. Только диабетикам нашим надо уколы сделать, но я сама справлюсь. Зато могу сделать новый сорт кофе.

— А корм не доставили, что ли? Не нужно его пересыпать в контейнеры? — удивилась я.

Хотя Даша больше не держит приют, куда собирала уличных грязных кошек, а перешла на следующую ступень — пристройство уже отмытых и вылеченных, в котокафе всегда полно тяжелой работы. Наемного персонала жестко не хватает и многое держится на волонтерах.

Обычно я берусь за дела, не связанные с уборкой — даже ради котиков я не готова мыть полы, а девчонки не любят никого заставлять делать то, что не по душе. А вот пересыпать корм из огромных, по тридцать-пятьдесят килограмм мешков в специальные контейнеры, откуда проще его раскладывать по мискам — это мне по силам.

— Доставили! — замахала Дашка руками. — Не волнуйся! Но сегодня у нас в наличии грубая мужская сила, так что все тяжелые дела сделаны.

— Надо же, — удивилась я. — Мужик среди зооволонтеров? Просто единорог! Только не начинай ему пока проповедовать феминизм. Пусть сначала вольер доделает. А если у него руки из нужного места, попроси теплыми полами заняться, а то зима скоро кончится уже, а мы все собираемся.

— Да не похоже, что из нужного… — Даша прошла за стойку бара и без лишних вопросов принялась раскочегаривать кофемашину. — Слишком приличный. Знаешь, лощеный такой. В костюме и блестящих ботиночках.

— О как! — я уселась на высокий барный стул и тут же цапнула из вазочки печенье с вяленой клюквой. — Откуда у нас такие дяденьки внезапные?

— Без понятия. Вика притащила.

Кусок песочного печенья встал у меня поперек горла.

— Кто?.. А этот… Которого она привезла… Он высокий такой, с острыми скулами и на лице такое выражение, как будто ему коты под носом насрали?

— Да, Матвеем зовут, — не чуя подвоха ответила Даша.

Она стояла спиной, засыпая кофе в фильтр и уплотняя его тампером, поэтому не могла по моему виду догадаться, что происходит что-то нехорошее.

А оно происходило.

— Бля-а-а-а-а-а… — протянула я, чувствуя, как стремительно леденеет сердце, которое в этом кафе всегда отогревалось.

— Что такое? — Даша обернулась через плечо.

— Слушай, а может запретим сюда мужиков таскать, а? Может же быть хоть одно место в городе, где нет мужла.

— Ну слушай, у нас для всех найдется работа. А труд облагораживает даже мужиков! — засмеялась Дашка, сглаживая, как ей казалось, неловкий момент.

Только это был совсем не момент. И сгладить его было невозможно.

— Мы сами справимся. В конце концов, не безрукие.

— Да что с тобой? — она нажала кнопку на кофемашине и развернулась ко мне, обеспокоенно вглядываясь в лицо.

— Ничего, — я сглотнула вязкую слюну. — Просто не хочу еще и здесь сталкиваться с мужиками. Мне что, мало их во всем остальном мире?

Даша уперлась ладонями в полированную стойку и склонила голову набок.

От ее взгляда захотелось спрятаться, и я сунула в рот вторую половину печенья.

— Ты же знаешь, — сказала она. — Что я в этом вопросе всегда на твоей стороне. Там, где можно выбрать женщину — я выбираю женщину. Но тебе не кажется, что грязную работу лучше свалить на мужиков? А мы пока отдохнем и выпьем просекко. О! Кстати!

Она резко оживилась и нырнула под стойку, где прятался секретный холодильник.

Понятно, что лицензию на алкоголь в котокафе никто покупать даже не собирался, но держать пару бутылок чего-нибудь интересненького для личных нужд нам никто не мог запретить.

Вынырнула она с бутылкой, в которой плескалась ярко-голубая жидкость.

— Смотри, что мне подарили на Новый Год! Это не краситель, это реально вино такого цвета. Хочешь?

— Нет. — Я ощутила фантомную тошноту, которая преследовала меня сегодня весь день, хоть я и знала, что для токсикоза еще рано. — И не заговаривай мне зубы. Давай я буду делать физическую работу. Она не так уж тяжела, если альтернатива — постоянно чувствовать себя на войне.

— Моя хорошая… — Даша отставила бутылку в сторону. — Я не воюю, пока на меня не напали.

— Матвей — нападет. Я точно знаю.

— Пока нет никаких признаков. Он девчонкам пиццу заказал, разгрузил мешки с кормом и наполнителем, когда доставка приехала. Не хамил. Вику не унижал. Нормальный чувак, хоть и мужик.

— Угу… — я сморщила нос. — Скажи еще, что назвал себя феминистом, и я пойду посмотрю, тот ли это Матвей, которого я знаю.

— Вот именно! — Даша подняла палец вверх. — Заметь! Не называл! Хотя Вика нас представила именно как феминисток. Я бы первая насторожилась, если бы он начал примазываться к теме. Все мужики делятся на две категории: сексисты или профем, тактильные котики и этичные немоногамы. То есть, тоже сексисты, только надеются что-то с нас поиметь и притворяются.

— Матвей, кстати, женат.

— И что?

— А Вика замужем.

— Это их личное дело. С каких пор ты лезешь в чужую личную жизнь, Марта?

— С тех пор, как я его знаю! — я хлопнула ладонями по стойке. — Ты можешь мне просто поверить?! Он — мудак! Он, бля, король мудаков! Бог мудаков! Повелитель вселенной мудаков!

— Поверить могу, — Даша повернулась, чтобы забрать мою чашку с кофе. — Просто — нет. Если я увижу хоть какие-то признаки этого…

— Он мужик! Этого мало?!

— Это повод не кидаться ему на шею с порога. Но не повод считать мудаком.

Даша наконец вспомнила, что кофе давно готов. Всплеснула руками и с извинениями поставила чашку передо мной.

Я вдруг задумалась — а мне его вообще можно?

Бухать точно нельзя, а насчет кофе я не помнила.

Решение о судьбе своего потенциального ребенка я еще не приняла, но это не повод портить ему жизнь и здоровье с первых недель существования.

— Даш… — я рассеянно взяла чашку в руки и только тут поняла, насколько ледяные у меня пальцы. Она их почти обожгла, хотя я знала, что кофе нормальной температуры. — Если в коробке конфет только одна отравленная, ты рискнешь их есть? Ведь шансы так малы!

Даша замерла и нахмурилась, глядя на меня. Да, эту метафору мы использовали в спорах, где противники применяли аргумент «не все мужчины такие». Услышать его в свою сторону было, наверное, странно.

— Все! — сказала она раздраженно. — Давай закроем тему? Я буду судить по делам, а не по графе «пол» в паспорте. И не по хромосомам. Раньше ты тоже так делала, и мне очень грустно, что это изменилось. Я, наверное, даже разочарована.

— Ты понимаешь, что это манипуляция? «Будь такой, как я привыкла, а то ты меня разочаруешь».

— Нет, Марта, это не манипуляция. Ты действительно меня разочаровываешь. Мне надо врать?

— Не надо врать, — сказала я и спрыгнула с табурета.

Взяла свою сумку, лежавшую на стойке и поискала глазами ключи от кафе. После закрытия мы пользовались служебным выходом, но это надо будет идти туда, где Вика.

Точнее — туда, где Матвей. А мне сегодня его хватило по самое горло.

— Ты куда? — растерянно спросила Даша.

— Домой!

— Марта, ты меня пугаешь, — она обошла стойку и взяла ключи с крючка, куда их вешала все время с момента открытия кафе. Понятия не имею, почему я искала их где угодно, только не там. — Что происходит? Ты в порядке?

Она преградила мне путь и удержала за плечо, когда я попыталась ее обогнуть, стремясь к выходу. Запертому. Но мне слишком хотелось очутиться подальше отсюда, и мозг упорно отказывался нормально работать, пока мы с ним не окажемся на свободе.

— Нет, не в порядке вообще, — я увернулась от ее попыток заглянуть мне в лицо.

Потому что слезы были слишком близко, я боялась их не удержать, если она начнет меня жалеть.

— Расскажи.

— Я пойду, Даш.

— Расскажи, пожалуйста. — Даша шагнула вперед и почти принудительно обняла меня, заставив уткнуться лицом в плечо. — Марточка, ну ты что? Это же я! Ты ведь именно ко мне сегодня приехала. Не просто же так?

Не просто.

Посоветоваться. Поныть.

Просто побыть рядом с людьми, которые меня любят.

С самыми близкими. Настоящей семьей — не той, в которой родилась, а той, которую выбрала сама.

Ничего страшного. Матвей с Викой скоро уйдут.

Она ведь должна была снять гостиницу, он так сказал. Значит, тут они ненадолго, а потом уедут развлекаться.

А я останусь и смогу рассказать людям, которых люблю, что моя жизнь изменилась навсегда.

— Я… — хотела сказать, что беременна.

Но…

— Оу, какие люди бывают в этом чудесном месте!

Голос Матвея в один крошечный миг, в стотысячную долю секунды выбесил меня настолько, что я физически ощутила, как поднимается давление, растет сахар в крови и вырабатывается надпочечниками кортизол.