Глава 15
Не каждая перемена ведёт к улучшениям,
но чтобы что‑то улучшить,
нужно сначала это изменить.
Я думал, что взять очередной ранг – это приятно. Но то, что произошло далее, оказалось намного приятнее.
Воины рода Дёминых, во главе с боярским сыном Сильновым, неожиданно, словно по неслышной мне команде, обнажили оружие. Будь я менее уставший и побитый, то, наверное, испугался. А так лишь растерянно хлопал глазами.
А вот боярин Соболь со своими людьми напрягся. Цапнул меч за рукоять и сместился немного в сторону. Но напрасно. Никто нападать на него и не собирался. Воины не угрожали, а радовались. Они приветствовали своего боярича, стуча мечами в щиты и выкрикивая здравицы. А Александр Сергеевич ещё и довольно, и совсем чуть-чуть кровожадно, улыбался. Словно это он лично зарубил вражину.
– Доволен, боярич? – тихо спросил Соболь. Он уже стоял рядом со мной, успев незаметно приблизиться.
– Доволен, – устало кивнул я.
– Ну и ладно, – вдруг улыбнулся он. А затем, видя растерянность на моём лице, пояснил: – Не каждый день боги так явно показывают свою волю.
– Волю?
– А ты не заметил, что боярин Каганов споткнулся на ровном месте?
– Заметил. Но там, кажется, камешек под ногу попал. Ничего удивительного.
– Камешек? – вдруг рассмеялся боярин. – Маркус, на том уровне, что был у покойного, никакой камешек не помеха. Не с его опытом.
– И что же получается? Не я победил, а боги?
– Нет, – снова рассмеялся Соболь. – Победил ты. Боги лишь дали шанс. И ты им воспользовался.
– Ну и ладно, – махнул рукой я. Боги, так боги. Главное, что я – вот он. Живой и почти здоровый. А мои враги мертвы.
– А теперь боярич, пойдём со мной. И прошу тебя – не делай глупостей.
– Даже не собирался, – бросил я недовольный взгляд на княжеского ближника.
– И это правильно, – с серьёзным лицом произнёс Соболь. – Потому что пожелай ты сейчас, и твои люди объявят войну кому угодно. Даже без шанса на победу.
– Я же сказал – даже не собирался! – зло повторил я, повернувшись к нему лицом. – Не ровняй всех по себе, боярин!
– Ершистый, – снова рассмеялся он. – Молодец! Настоящий боярин таким и должен быть. И что о людях своих думаешь – тоже молодец. А теперь можешь сказать им пару воодушевляющих слов, и поедем.
Воодушевляющих слов? А почему бы и нет? Эти воины только что сражались именно за меня. За мои боярские хотелки. Правда потом уже я сражался… Нет, не за них. За честь рода Дёминых. Но ведь и они все Дёмины. Хоть и носят другие фамилии, но всё же являются частью рода. И теперь радуются как дети моей победе. Словно и не было только что бойни… Так что можно и сказать…
– Бойцы! – собрав остаток сил, громко произнёс я. И шум во дворе взятой на меч усадьбы моментально стих. Взгляды всех присутствующих, даже чужих воинов, сошлись на мне. – Хочу сказать вам спасибо! Для меня является честью то, что мы принадлежим к одному роду! Сомневаюсь, что есть ещё много бояричей, которые могут похвастаться поддержкой таких славных воинов! А вот я могу! И в свою очередь хочу пообещать вам – если вдруг любому из бойцов рода Дёминых понадобиться моя помощь, то я сделаю всё, что смогу. И мы вместе повергнем наших врагов! Ура!
– Ура! – дружным рёв был мне ответом. – Ура бояричу!
– Хм… Ты это… Заканчивай, – негромко произнёс Соболь, явно напрягшись. – Иначе они всех тут поубивают.
– Не поубивают, – кровожадно улыбнулся я. – По крайней мере – без приказа.
Но я уже и сам понял, что надо закругляться. В жилах у воинов рода всё ещё бурлил адреналин. И если кто-нибудь решит воспротивиться моей отправке в тюрьму, то остальные его тут же поддержат. И начнётся бойня. Которая закончится войной родов. А мне оно точно не надо.
Потому я подозвал боярского сына Сильнова и велел ему уводить людей. А сам сдался Соболю и поехал в темницу. Как оказалось – в княжеский кремль.
Да уж – темница… В помещении, в которое меня привели, от этого названия было разве что отсутствие окон. Да и то, лишь по той причине, что находилось оно ниже уровня земли. А в остальном, возникло ощущение, что я попал в чьё-то со вкусом обставленное жилище.
В большой комнате имелось всё для комфортного проживания. Кровать, кресла, столик. Шкаф для одежды и даже пара стеллажей с книгами. А в примыкающем к комнате помещении оказался санузел с душем. И именно туда я первым делом и отправился, по пути скастовав на себя «Малое исцеление». После него стало лучше. Но я отметил для себя, что организм и так усиленно восстанавливался. Регенерация на третьем ранге работала очень даже замечательно.
Смыть пот, пыль и кровь оказалось не так уж и просто. Я, наверное, больше часа простоял под струями горячей воды, периодически намыливаясь и остервенело натирая себя мочалкой. И перестал лишь потому, что начали слипаться глаза. Ещё чуть-чуть и я улягусь спать прямо тут, на кафеле.
До кровати добрался с трудом. Забрался под одеяло и заснул, кажется, даже раньше, чем голова достигла подушки.
Сколько я проспал – понятия не имею. Как уже говорил – окон в комнате не было. Да и часов не имелось. Видимо, узникам не положено знать время.
Но в любом случае сон сделал своё дело. Я полностью отдохнул, замечательно себя чувствовал и был полон сил. А после того, как посетил санузел, обнаружил на столике большой поднос с завтраком. В общем, жить можно. И даже нужно.
В кои-то веки мне не надо было никуда идти. Можно было просто отдохнуть.
Почему-то я совсем не боялся предстоящего суда. Возможно из-за того, что уже поучаствовал в суде богов. А скорее всего потому, что был нужен княгине. Уверен, что Сабля сумеет воспользоваться ситуацией с максимальной пользой для себя. Очень целеустремлённая девочка, которая готова на что угодно, лишь бы процветало её княжество. А ещё красивая. И с фигуркой как у…
Стоп! Хватит думать о княгинях. А то зайдёт вдруг сейчас поговорить, а у меня на уме всякие глупости. И буду стоять и слюни пускать, на неё глядя.
Лучше подумать о другом. Например о том, что шпага совсем не то оружие, что мне нужно.
Раньше я уже ловил себя на мысли, что не понимаю, почему в этом мире до сих пор в ходу мечи. Если честно, то я мало разбираюсь в истории холодного оружия. Но что-то такое вспоминается… Вроде того, что шпага современнее и удобнее. Типа в любой стык в доспехах попадёт. Хотя, может и не в этом дело. Может шпага – это просто модно. Не важно.
Важно то, что во вчерашнем поединке, который был на запредельных скоростях, я понял, что шпага – хрень! Я практически ничего не мог противопоставить вражеской сабле. Слишком лёгкое и непрактичное оружие в моей ситуации. Тем более теперь, когда я взял очередной, уже третий, ранг. То есть – стал ещё сильнее. И шпагу в руке чувствовать и вовсе не буду. Значит, нужен меч. И меч тяжёлый. Поэтому надо наконец-то напрячь своего предка. Пусть учит мечному бою. Хвати уже ему на берегу озера различным забавам предаваться!
Приняв решение, я позавтракал и, устроившись прямо на покрывающем пол ковре, «отправился к Бьёрну».
Не знаю, сколько времени прошло в реальном мире. Но в виртуальном мире предка я пробыл часов двадцать. Тут же… Вряд ли столько же.
Бьёрн рассказал, что у него время течёт иначе. Чуть медленнее. В любом случае, пока что выяснить точно не удастся. Но если судить по личным ощущениям, то сейчас вечер. А ко всему прочему, на столике в моём «номере» стояло целых два подноса с едой. То есть обед и ужин.
Самое интересное, что я проголодался настолько, что умудрился съесть всё. И даже бокал вкусного сладкого вина выпил с удовольствием. Больше не стал. Ни к чему. А бокал – самое то для крепкого сна. Впрочем, уснул бы я и без него. Как и вчера, стоило только залезть под одеяло, и сразу вырубился.
Следующий день, насколько я понимаю – воскресенье, прошёл абсолютно так же. Завтрак. Занятия с Бьёрном. Обед и ужин одновременно.
За эти пару дней я так ни разу и не увидел, кто приносит еду. Да что там, я вообще никого не видел. Словно все про меня забыли. И это даже начинало напрягать. Если и завтра никто не появится, то надо сваливать. Сейчас, когда со взятием третьего ранга мои энергоканалы ещё подросли, это не составляло непреодолимой проблемы. При желании я могу тихо уничтожить дверь, закрыться иллюзией и сбежать.
Но это чревато проблемами. Во-первых, появятся вопросы – а как это он так.
Из этого следует во-вторых. Уходить придётся совсем. С концами. И от Дёминых, и из княжества. А пока не хотелось. Как-то я прикипел к этой жизни. Нет, не к Дёминым. Старые бояре как раз таки были тем фактором, от которого я бы с удовольствием сбежал. Но… У меня появились друзья. У меня, можно сказать, появилась семья, к которой я, помимо Ирины и Васьки, относил ещё и Эльзу и Егором. А ещё у меня появилось уважение воинов рода.
В общем – побег возможен только в самом крайнем случае. Если на суде что-то пойдёт не так и меня решат, например, казнить.
Утром в понедельник к Бьёрну я не пошёл. Решил подождать завтрак и узнать хоть что-нибудь.
Но сегодня завтрака не было. Судя по ощущениям, уже время чуть ли не обеда, а еду так и не несут. Или про меня действительно забыли, или…
Додумать я не успел. С той стороны двери послышался какой-то шум, и в моё скромное обиталище явилось чудо!
Саблеслава! Красивая, величественная и чем-то очень довольная. Прям светится вся.
– Здрав будь, боярин! – низко поклонилась княгиня, изрядно меня этим удивив. – Всё ли тебе по нраву? Не заскучал ли в гостях моих?
– Хренасе! – только и смог вымолвить я.
– Скучный ты, Маркус. И невоспитанный, – скривила личико Сабля. Но тут же заулыбалась. – Тем мне и нравишься.
– Ага, – кивнул я, соглашаясь. – Скучный и невоспитанный. Есть такое. Особенно когда пару дней посидишь в одиночестве.
– Так было нужно, – мягко произнесла девушка.
– Было? – уточнил я. – То есть уже не нужно? А как же суд?
– А суд уже прошёл, – развела княгиня руками. – Вот буквально четверть часа как закончился.
Несмотря на довольную улыбку Саблеславы, у меня по коже побежали мурашки. Не то чтобы я испугался… Но не по себе стало однозначно. Не каждый день тебя судят, при этом на суд даже не пригласив.
– И… Какой же вердикт?
– Невиновен! – ещё сильнее заулыбалась Сабля. – Впрочем, по-другому и быть не могло. Кто я такая, чтобы судить боярина после богов?
– Не понял! А чего тогда я тут вообще сидел?
– Так наказание! – в тон мне ответила девушка. – Как-никак, а ты мой боярский род вырезал. Не могла же я просто рукой махнуть? Другие бояре не поняли бы. Вопросы задавать начали. Плакались бы постоянно. Злобу затаили.
– А теперь не затаят?
– А это вторая причина, по которой ты во время суда находился тут. Не обижайся, Маркус, но какой-то ты в последнее время слишком активный и непредсказуемый. Поэтому, чтобы мой план удался, тебя нужно было изолировать.
– Твой план? – нахмурился я. – И в чём же он заключался?
– В чём? Ну-у… Ты бы присел, Маркус. Не хочешь?
– Спасибо, я постою, – покачал я головой. Настроение моё, и так было так себе. Сказывался третий день пребывания в заточении. А теперь, глядя на сияющую Саблеславу, и вовсе стремительно поползло вниз.
– Ну а я, пожалуй, присяду, – пожала плечиками девушка, и плюхнулась в одно из кресел. По-хорошему, мне бы теперь тоже стоило сесть. Было бы удобнее общаться. Но я остался стоять. Из принципа. А княгиня продолжила: – Мой план я тебе уже озвучивала. Помнишь, в пятницу?
– В пятницу не помню. Мне тогда не до планов было. Другим занимался.
– Пошляк! – беззлобно фыркнула Сабля. И, неожиданно, добавила: – Это твоё – другое, кстати, тоже повлияло.
Я промолчал. Не то чтобы княгиня издевалась. Скорее она просто наслаждалась моментом своего триумфа. А вот в чём он заключается…
– Ладно, вижу не понимаешь ты ничего, боярин. Потому поясню…
– Подожди! – перебил я. – Боярин?!
– Ага, – снова улыбнулась Саблеслава. – Боярин.
– А-а-а, – завис я, пытаясь это осмыслить. – А как же боярин Михаил?
– А что Михаил? Он боярин рода Дёминых. А ты, Маркус, отныне мой боярин.
– И в этом заключался твой план? Вырвать меня из рода? Зачем?
– Не обольщайся на свой счёт! Я же говорю – ты лишь часть плана. А мои цели… Хочешь, расскажу?
Я несколько секунд неотрывно глядел на княгиню, и решал, стоит ли мне обижаться или оскорбляться, или нет. В итоге решил вначале всё же выяснить что к чему. Тем более, что Сабля и сама хочет мне всё рассказать. А обидеться, если что, всегда успею. Поэтому я подошёл и сел в соседнее кресло, всем своим видом изобразив внимание.
– Правильный выбор. Молодец! – серьёзно произнесла княгиня. И продолжила: – А план мой заключался в том, чтобы ослабить род Дёминых. А в идеале – взять его под свою руку.
– И как? Получилось?
– Суди сам, боярин. В роду Дёминых остался лишь один глава – Старшей ветви. Глава Средней – изгнан. Номинальный глава Младшей – вышел из рода. И этому выходу поспособствовал боярин Михаил Васильевич. А ведь воины Младшей ветви только-только обрадовались новому главе. Хоть и молодому, но решительному. Который сражался с ними в одном строю. Который за смерть своего человека уничтожил чужой боярский род. И не какой-то там худородный, а подконтрольный мне, княгине Ульчинской. А потом ещё и взял всю ответственность на себя, оградив своих воинов от княжеского гнева.
– Какой я, оказывается, благородный, – пробурчал я. Но бурчал чисто для вида. Потому что в словах княгини не было лжи. Правда, любую информацию можно было бы подать по-разному. И стоило Сабле захотеть, все мои перечисленные достоинства обернулись бы недостатками. Но она захотела именно так.
– Ещё какой, – снова улыбнулась девушка. Но мимолётно. А затем снова стала серьёзной. – Но продолжу. Так вот, молодой боярич подарил младшему роду то, чего у них давно не было. Надежду! Надежду на то, что в роду снова появился достойный лидер. А боярин Михаил эту надежду тут же уничтожил. Знаешь, что он сказал на суде? Что тебе, Маркус, никогда не быть боярином Дёминым. Представляешь? А вот я считала по-другому. И решила, что ты достоин. Достоин даже того, чтобы основать новый боярский род. И повелела вписать твоё имя в списки людей служивых. Так что поздравляю тебя, боярин! Исполать тебе!
– Эм-м… Спасибо!
– Да на здоровье! Кстати, тебе надо выбрать имя новому роду. Как выберешь – сообщи. Потому что в списки пока что в самом прямом смысле вписали лишь твоё имя. Даже смешно получилось. Отчества твоего никто из моих людей не знает. А имя рода… Ты же не хочешь быть боярином Кагановым?
– Спаси меня боги от такой фамилии!
– Почему-то так я и подумала, – снова улыбнулась Сабля.
– Ты, как я вижу, не очень по роду Кагановых горюешь? – не удержался я от вопроса.
Княгиня тут же стала серьёзной. И посмотрела на меня с сомнением.
– Не горюю, – созналась она. – Плохой был человечишка. И сын у него таким же рос. Но с тем, что он плохой, я бы смирилась. Всё же мой боярин. Но вот тот факт, что он посмел пойти против моей воли… Не убей его ты, и наказывать Кагановых пришлось бы мне. А вот это и в самом деле неприятно. И вызвало бы намного больше недовольства среди бояр княжества.
– А я, значит, недовольство не вызвал.
– Да как сказать… Недовольные есть всегда. Но большинство бояр всё прекрасно понимают и принимают. И пусть ты действовал не по закону… Для многих воинов поступить по чести намного важнее этого. А уже если в дело вмешались ещё и боги. Так что не думай об этом. Настоящие бояре – служивые, уже на твоей стороне. А придворные шаркуны… Они только о личной мошне думают. Но, к сожалению, такие тоже нужны. Они привыкли хитрить ради выгоды. И эту хитрость всегда можно поставить себе на службу. Если знать как.
– Как-то ты не по годам мудра, Саблеслава Мечеславовна, – на полном серьёзе произнёс я.
– Ничего удивительного, – пожала она плечами. – Меня всю жизнь учили править. А править сложно. Было бы намного проще сесть на трон и отдавать приказы. Но в этом случае не будет уверенности, что всё сделают именно так, как нужно тебе. Потому и приходиться выкручиваться и лавировать. Плести интриги и продумывать далеко идущие планы.
– Сегодня как раз воплощался в действие один из таких планов?
– Да. Я уже говорила тебе, что мой отец был дружен с боярином Михаилом. И отец всегда знал, как найти управу на этот род. Потому и терпел его на своей земле. Но я не отец! Михаил Васильевич до сих пор видит во мне лишь сопливую девчонку. Не воспринимает всерьёз. Мои слова для него пустой звук. И что прикажешь делать? Терпеть? Терпеть на своей земле сильнейший боярский род, который в любой момент может получить приказ от Государя и ударить в спину? И ведь ничего не поделаешь. Земли у них не выкупишь. Выгнать силой? Можно. Я сильнее. Но это ослабит княжество. А вокруг и помимо Дёминых кружит целая стая стервятников. Ведь я последняя в роду. Ещё и женщина. А вокруг богатое и процветающее княжество.
– Ханна… – негромко произнёс я.
– Не сейчас, боярин. И вообще – не твоего ума дело, как я поступлю с этой… Не лезь, в общем!
– А почему ты со мной так откровенна? – задал я давно назревающий вопрос.
– А почему бы и нет? – подмигнула мне Сабля. – Разве не могу я со своим боярином поделиться своими планами и мыслями?
– Я ещё не твой боярин…
– Ты уж извини, Маркус, но деваться тебе некуда. Ты просто не видел сегодня боярина Михаила. Не возьми я тебя под свою руку, и даже представить не могу, чтобы он сделал.
– То есть я теперь при тебе буду чем-то вроде комнатной собачки? Потому что в другой роли я себя не вижу. Ни денег, ни жилья, ни людей…
– Ты себя недооцениваешь, – устало вздохнула Саблеслава. – Деньги – вещь приходящая. Люди? Подожди немного. Ты удивишься, сколько найдётся желающих пойти под твою руку. Да и, как я слышала, несколько бойцов уже принесли тебе клятву. Так?
В ответ я лишь кивнул. Удивляться осведомлённости княгини смысла не было. Работа у неё такая. Сейчас я, скорее, удивлялся тому, что удалось затащить её в постель. Так и крутился вопрос в голове – это я её, или она меня?
– С жильём у тебя тоже проблем нет, – тем временем продолжила Сабля. – Усадьба Кагановых теперь по праву твоя. Ещё вчера я послала туда людей, чтобы навести порядок. Сегодня отправила прислугу и повара. Пока не найдёшь собственных – они помогут. Платить им не нужно. Так же у рода Кагановых была земля в кормлении. Примерно в километре от усадьбы есть деревушка. Довольно большая – на двести дворов. И земли вокруг немало. Чуть дальше, километрах в пяти, есть ещё одна деревня. Поменьше. Это земли княжеские. Были. Теперь я отдаю их тебе. Должна же я дать что-то от себя? Верно? Сумарно обе деревни приносят доход около пятисот рублей в год. Золотых рублей. Плюс земля. Можешь строить на ней всё, что душе угодно. Даже построить ещё одну деревню или посёлок. Место там есть. Распоряжусь – покажут.
– Зачем мне посёлок? – удивился я.
– А людей новых ты куда селить будешь? – спросила в ответ княгиня. И глядя на моё непонимающее лицо, рассмеялась. – Потом поймешь.
– Если ты имеешь в виду людей Дёминых, то на них можно не рассчитывать. Они давали клятву роду.
– Вот именно, что роду, Маркус! Как ты думаешь, почему некоторые воины так легко согласились дать тебе служивую клятву? Не знаешь? А всё на самом деле просто. В роду Дёминых клятва даётся главе ветви. В твоём случае – Младшей. И последний раз воины её приносили боярину Святославу Константиновичу, твоему отчиму. То есть они служат боярину Младшей ветви. И такового долго не было. Боярин Иван и боярин Михаил не посмели стребовать с людей новые клятвы. Это бы уничтожило Младшую ветвь. То есть, фактически, все эти люди могут сами выбрать, кому служить. Но! Сам подумай! У них на горизонте только-только появился достойный и удачливый боярич, которого любят боги и которому было бы незазорно служить. И боярин Михаил тут же, прилюдно, клянётся, что никогда ему боярином не бывать. О чём подумают все эти люди? Скорее всего о том, что старый боярин не хочет отдавать власть, – Саблеслава на секунду замолчала, а потом, вздохнув, продолжила. – Конечно же это не означает, что все сразу же захотят пойти под твою руку. Вот только боярин Михаил их убедит. Своими действиями. Не знаю, что именно он сделает, но могу предположить, что если хоть десяток воинов выберет твою сторону… Он взбесится! И наделает глупостей. Знаешь, давно уже ходили слухи, что боярин Иван безумен. Одержим жаждой мести. Но мне кажется, что из двоих оставшихся в роду Дёминых бояр, он наиболее адекватный. А вот боярин Михаил… Я даже не могу понять, чего именно он добивается. И это пугает. Одно дело, когда в моём княжестве есть Дёмины. И совсем другое, когда у них во главе безумец.
– Насчёт службы… Что я должен делать?
– Самое главное – это быть верным! – после небольшой паузы, произнесла Саблеслава. – Я знаю, что честь для тебя не пустой звук. Твои поступки об это говорят. Просто не сворачивай с этого пути, боярин. Ещё в твои обязанности входит раз в год выставлять людей на службу. Конных и оружных. Точное число я тебе сейчас не скажу. Потом знающие люди подсчитают. Но на первые два года я тебя от этого освобождаю. Даю время встать на ноги. Что ещё? Ну… Возможно буду давать тебе какие-нибудь поручения. Как другим боярам. А в остальном – просто живи. Учись. Заводи друзей и союзников. Становись сильнее. Ничего сложного, да боярин?
– И правда, – согласился я. Нас самом деле в голове у меня сейчас был такой сумбур, что даже не получалось сосредоточиться на какой-то одной мысли. Я понимаю, что княгиня меня использовала. Точнее – она воспользовалась моими действиями в своих интересах. Но это не вызывало какого-либо неприятия. В отличие от бояр Дёминых Сабля хотя бы честна. И щедра. Хоть денег и не бывает много, но по крайней мере на самое необходимое мне точно хватит. А ещё у меня теперь есть свой дом. Личная, так сказать, собственность.
Да и вообще плюсов много. В роду Дёминых я не чувствовал себя своим. Про настоящего Маркуса и вовсе промолчу. Теперь же я княжеский боярин. И помимо ответственности у меня появилась «крутая крыша». Правда, обольщаться тоже не стоит. Вспомнить хотя бы боярина Каганова.
– Ну а теперь, боярин, уж поведай мне, как род назовёшь? – весело спросила Саблеслава. – Это, конечно, неожиданно, и не так просто, но…
– Северский! – перебил я её. – Боярин Маркус Святославович Северский!
– О как! – удивилась княгиня. – Быстро ты. А отчество, как я понимаю, ты решил взять от приёмного отца?
– Ага, – улыбнулся я. Хотя вначале и была мысль, обозваться Викторовичем. Но возникло бы слишком много вопросов. А настоящее отчество Маркуса мне и даром не нужно. Чем меньше людей сможет связать меня с неким герцогом, тем лучше.
Кстати! Нужно обязательно поговорить с тем бароном. И каким-то образом убедить его всё забыть. В ментальной магии я никогда силён не был. Но можно и по голове чем-нибудь огреть. А то и вовсе – подружиться. В общем, надо подумать. И чем быстрее я с ним поговорю, тем лучше.
Эх! Это получается, что мне, целому боярину, придётся завтра переться в школу. Даже несмотря на все произошедшие события.
– Ну что же! – отвлекла меня от размышлений, Сабля. – Здрав будь, Маркус Святославович Северский! А теперь ступай. Тебя проводят. На выходе получишь обратно пояс с оружием. Зачем его вообще забирали – не понимаю. Ну да дядьке виднее. А за воротами тебя, боярин, уже ждут.
– Благодарствую, Саблеслава Мечеславовна! – поднявшись, в пояс поклонился я.
– Стой! Забыла совсем! Завтра вечером будь готов. За тобой придут и отведут в святилище. Клятву давать.
– Буду ждать, – ещё раз, но уже не так низко, поклонился я.
За воротами меня действительно ждали. Боярский сын Сильнов задумчиво стоял рядом со знакомым мне экипажем. Правда кучер был новым.
А рядом, не слезая с лошадей, находились все присягнувшие мне воины во главе с Михалёвым. Точнее – почти все. Егора, отчего-то, не было. Странно…
– Здорово, бойцы! – поприветствовал их я.
– Здрав будь, боярин! – гаркнули в ответ воины. И довольно заулыбались. Аж на душе потеплело.
– И тебе здравствовать, дядя Саша, – подойдя ближе, поздоровался и с Сильновым.
– Здравствуй, здравствуй, – покивал он. И с хитринкой во взгляде спросил: – Боярин?
– Боярин, – подтвердил я.
– Это правильно, что упираться не стал. Поехали.
Забравшись в экипаж, я внимательно посмотрел на боярского сына. Что-то с ним было не так. Даже не знаю, как объяснить. Словно он в одночасье стал для меня чужим человеком. Самое странное, что он и раньше-то особенно своим не был. Мы и знакомы-то совсем ничего. Но вот такое ощущение возникло. И если я всё правильно понимаю…
– Ты уж на меня не обижайся, Маркус, – заговорил он, – но я немного поспособствовал твоему выходу из рода. Подумалось, что так для тебя лучше будет.
– Я не обижаюсь, Александр Сергеевич, – серьёзно ответил я. – Так действительно лучше.
– Для тебя лучше, – вздохнул Сильнов. – Но не для рода. У Младшей ветви снова нет боярина. И где его взять – не ведомо.
– Так переходи под мою руку, сын боярский! – предложил я.
– Нет! – отрезал дядя Саша. И я сразу же понял, отчего возникло такое ощущение. Это не он для меня стал чужим. Это я теперь для него чужой. Не Дёмин. Отрезанный ломоть.
Неожиданно. Очень. Особенно на фоне тех дифирамб, которые вот буквально только что пела Сабля. Мда.
Отвернувшись, я невидящим взглядом смотрел на улицы и дома, мимо которых мы проезжали. Молчал и Сильнов.
Я думал, что он и вовсе больше не заговорит. Но когда до Китайской улицы оставалось совсем чуть-чуть, боярский сын негромко произнёс:
– Сложно это.
– Что? – переспросил я.
– Я говорю, что сложно это. Тяжело! Ты пойми, Маркус. У меня тут дом, служба. Семья живёт в достатке, сытости и благополучии. И бросить всё, сорвавшись в неизвестность… Не могу я. Пойми. И прости!
Ответить я не успел. Мы как раз в очередной раз повернули, и взглядам открылась вся китайская улица. Вот только что там творилось…
Не менее сотни воинов, с гербами рода Дёминых, в буквальном смысле выгоняли из домов проживавших там людей.
Все китайцы, от мала до велика, выглядели растерянными и испуганными. Жались друг к другу и с опаской смотрели на грозных витязей.
Но ещё больше удивил меня наспех собранный блокпост со шлагбаумом, на въезде. И десяток бойцов, что ощетинились копьями в нашу сторону.
– Кто такие? – закричал один из них. – Что забыли на нашей земле?
– Гришаня, ты не охренел?! – выпрыгнув из экипажа, спросил у него Сильнов. – Вы чего тут устроили? Поднимай шлагбаум!
– Не велено! – снова выкрикнул воин. И уже тише добавил: – Тебя пущу, Александр Сергеевич. А всяких чужаков боярин Михаил Васильевич велел гнать. Тут только Дёминым место!