Глава 6

Жэнь Хэ шёл вперед медленно, так, будто каждый шаг давался тяжело. Немного крови на одежде, пыль и грязь, которые он нарочно размазал перед тем, как выйти из безопасного укрытия, дополняли образ. За очередным поворотом он наткнулся на стражника, тот мгновенно вскинул алебарду. Жэнь Хэ поспешно вскинул руки, изображая испуг. – В замке… тут такое творится… Стражник смерил его хмурым взглядом. – Ваше высочество, во дворце неспокойно. Лучше не слоняться. Я отведу вас ко второму принцу. Жэнь Хэ обрадованно закивал. – Да, второй брат. Он защитит меня. Стражник повёл Жэнь Хэ в зал Вечной Гармонии. Там обычно проходили торжественные собрания и объявлялись приказы от имени императора. Вход охраняли ещё несколько солдат с жетонами принадлежности к войску второго брата. Заметив Жэнь Хэ, они переглянулись и один из них сделал шаг вперёд, загораживая проход. – Прошу прощения, ваше высочество, – с показной вежливостью произнёс он, – во дворце неспокойно. Вход в зал разрешён только после досмотра – Конечно, – Жэнь Хэ подставил руки для досмотра, склонил голову, всем видом изображая покорность. Внутри ему было почти весело. Не то чтобы он совсем не боялся. Страх липкий и острый сидел где-то под кожей, и все же происходящее казалось фарсом. «Что мне терять? – с безрассудной злостью думал Жэнь Хэ. – Жизнь? Ну не так уж я ей и дорожу.» Стражники проверили его пояс, рукава, заглянули под ворот. «А в сапоге посмотреть? А цепочку на шее достать? Где Жэнь Бай нашел таких дилетантов?» – мысленно комментировал третий принц. Стражники, не найдя ничего подозрительного, наконец отступили, жестом разрешая проход. Едва Жэнь Хэ пересёк порог, как заметил сидящего на возвышении Жэнь Бая. Тот тоже его увидел: – Брат мой! Какое счастье видеть тебя целым и невредимым! – голос звучал нарочито громко, так, чтобы все присутствующие слышали. Их было пока не очень много: несколько министров, несколько старших чиновников. Кто-то из них бледнел, кто-то с жадным интересом наблюдал за представлением, явно радуясь новой расстановке сил. Вот только Линь Яня, видно, не было. «Где этот идиот пропадает?» – Жэнь Хэ скрипнул зубами, но все же поклонился и спросил, тщательно выбирая интонацию: – Второй брат, скажи, что происходит? – Наш отец тяжело заболел. – театрально вздохнул Жэнь Бай. – И был вынужден подписать приказ о передаче всех полномочий мне, – его голос зазвучал жестко, – Теперь можешь поклониться новому императору, брат. Мне. Он начал опускаться на колени, но не успел приподнять подол ханьфу, как один из солдат сзади него, уловив взмах руки Жэнь Бая, резко ударил третьего принца между лопаток. Жэнь Хэ рухнул лицом вниз, едва не ударившись лбом о каменный пол. В зале раздался короткий смешок. Удар был не слишком болезненный, но от него в голове вдруг вспыхнула совершенно неуместная, дурацкая мысль. Если он погибнет сегодня будут ли Ми Лань и Мин Е вспоминать о нем? В том, что эти двое останутся живы Жэнь Хэ, не сомневался. Во-первых, он передал Мин Е достаточно лотосовых пилюль, чтобы воскресить даже мертвого, во-вторых, если всё пойдёт прахом и то, что он попросил сделать не удаться, то у него уже был приготовлен для них запасной план… а за ним ещё один, и ещё, каждый – хитроумнее предыдущего. «Если умру, а они посмеют расплакаться, и не устроят мне веселые поминки с выпивкой и танцами, то буду сниться им каждую годину!… Правда, интересно, они будут плакать…?» С этими мыслями, Жэнь Хэ приподнялся и негромко, но чётко обратился к залу: – Второй брат, если позволишь вопрос, я переживаю о здоровье отца… – Он поднял взгляд, но не на Жэнь Бая, а на одного из старших чиновников, и, сохраняя вежливость, добавил, – Министр Цзю, может быть вы видели его? Как его состояние? Имя было названо не случайно. Ранг Цзю был лишь чуть ниже Первого министра, тот был осторожным, но не настолько, чтобы молчать в страхе. – Я… видел Его Величество. Но он был слишком слаб, чтобы говорить. Нас проводили быстро, без слов… я не могу поручиться… – хриплым голосом ответил министр Цзю. В зале поднялся гул. Несколько чиновников переглянулись, кто-то кашлянул. Даже стража в дверях заметно напряглась. Кто-то из младших советников тихо заметил, что эдикт о передаче власти не был зачитан. Другой напомнил, что на документах, что им показали не было личной печати императора. Вопросы начали множиться сами собой. Жэнь Хэ едва заметно улыбнулся. Он бросил камень в воду, и теперь видел, как от него расходятся круги. Жэнь Бай тем временем мрачнел с каждой секундой, в какой-то момент он не выдержал, и, не сказав ни слова, встал и решительно подошёл к брату. Он с силой поставил сапог ему на спину, придавливая к полу. Когда Жэнь Бай заговорил его голос был полон презрения. – Видите, как ложь распространяется? Один шепнёт – другой подхватит. А третий решит, будто может делать выводы. – Он надавил сильнее, и Жэнь Хэ почувствовал, как хрустнуло что-то в груди. Воздуха не хватало, в глазах потемнело. – Желающие задавать вопросы – могут выйти вперед. Только пусть заранее подумают, готовы ли лечь точно так же, как мой брат. Жэнь Хэ, изо всех сил сдерживал себя, чтобы не застонать от боли. Жэнь Бай медленно перекатывал сапог по его спине, наслаждаясь собственной властью. Неожиданно гнетущую тишину в зале прервал знакомый голос: – Ваше Величество, прошу прощения за опоздание. Жэнь Бай с досадой убрал сапог со спины брата. Жэнь Хэ, дрожащей рукой опершись о пол, наконец смог сделать глубокий вдох. Рёбра болели, но он заставил себя выпрямиться. В дверях показался Линь Янь. За ним, шаг в шаг, двигались бойцы патрульного корпуса. Несколько десятков человек, встали у колонн зала Вечной Гармонии. Снаружи, наверняка, их было еще больше. Министры переменились в лицах, а вот Жэнь Хэ был рад видеть Линь Яня как никогда в жизни. – Ваше Величество, – с подчеркнутым уважением выдавил из себя он, – Раз и глава Линь тут, может стоит пригласить также императрицу? Таков ведь обычай – получать благословение матери рода при передаче трона. Он коротко взглянул на старших министров, будто ища поддержки. – Чтобы мы могли принести Вам, новому государю, верную присягу, – добавил Жэнь Хэ и замолчал, внимательно следя за лицом Жэнь Бая. В зале вновь поднялся едва сдерживаемый шёпот. Жэнь Бай чуть усмехнулся, небрежно отмахнувшись: – Императрица не может сегодня присутствовать, – бросил он, даже не пытаясь скрыть раздражения. – Её Величество слаба здоровьем и не отходит от ложа государя. Вперед степенно выступил первый министр, Линь Гэ. До сих пор он стоял за спиной своего нового повелителя, около его стула. Вот уж точно – верный пес своего хозяина. Но теперь он вышел перед всеми, и его шаги отдавались глухим эхом от стен. – Думаю, слова благородной супруги Нин будет достаточно, чтобы благословить Его Величество, пока императрица пребывает в заботах об императоре. Жэнь Бай довольно кивнул, почти не скрывая самодовольства. Разумеется, такое решение его более чего устраивало. Взгляд его скользнул сначала по залу, затем он коротко глянул и на Жэнь Хэ, словно ожидая какого-то несогласия, но тот не стал спорить. Он так и остался на коленях, не распрямляя спины. Губы его едва заметно дрогнули.Кто бы мог подумать, что прилюдное унижение принесет ему удовольствие За супругой Нин тотчас отправили прислугу в сопровождении стражников, для защиты на случай нападения. Но время шло, а слуги не возвращались. Один чиновник кашлянул, другой поправил рукава, третий сдвинулся в сторону. В зале Вечной Гармонии повисло нетерпеливое ожидание. – Где же благородная супруга Нин? – затревожился кто-то из министров. – Что могло произойти по пути сюда? Жэнь Бай медленно обернулся к тому. Его лицо начало темнеть от гнева и раздражения. Он явно намеревался сказать, что не нужно торопить супругу императора, но в этот момент двери распахнулись. Внутрь вбежало два человека, направленных за супругой Нин. – Ваше Высочество… Величество… – один из них испуганно заблеял и низко поклонился. – Простите… Мы не сумели быстрее… – Что не так? – разозлился Жэнь Бай. Стражники переглянулись. Один из них покраснел, другой, напротив, побелел как мел. Вместо ответа откуда-то издалека донесся то ли плач, то ли стон. А затем в зал практически влетела женщина. Худощавая и красивая, обычно надменная, сейчас она выглядела безумно. Её волосы растрепались, глаза – дикие, слёзы стекали по щекам, и она тянула руки вперёд, будто пыталась оттолкнуть от себя невидимую силу. – Она здесь… она здесь… она пришла! – надломленным голосом повторяла супруга Нин, пока её тело дрожало, словно в лихорадке. Жэнь Бай шагнул к ней, схватил за плечи, не сильно, но всё же встряхнув: – Матушка! Очнитесь! Кто она? Вы, должно быть, переволновались, но теперь уже всё позади. Успокойтесь и расскажите, что вас встревожило. – Ничего уже не будет хорошо! – срываясь на вой, выкрикнула супруга Нин. – Наложница Мей пришла за мной! В зале воцарилась мертвая тишина. – Она всё знает! – продолжила женщина в истерике. – Она знает, что погибла по моей вине! Знает, что из-за меня её обвинили в измене и приказали казнить! Она приказала немедленно покаяться, иначе… – Женщина не договорила, зарыдав от ужаса. Жэнь Хэ медленно поднялся на ноги. Ребра ныли, но он стоял, не замечая боли. В этот миг он не имел никакого права стоять на коленях. Нет. Когда речь шла о матери, её сын мог только стоять, высоко подняв голову. Её имя как всегда больно кольнуло внутри него. Особенно, когда имя это было произнесено из уст женщины, что обрекла мать Жэнь Хэ на мучительную смерть. Взгляды остальных, острые, любопытные, непонимающие, метались между Жэнь Баем, супругой Нин и им самим. – Матушка, – мягко позвал женщину Жэнь Бай. – Вы, должно быть, её с кем-то спутали. Мей погибла. Её казнили много лет назад. И в её смерти не было вашей вины. – Нет! Она здесь! Она стояла передо мной и смотрела так, как сейчас я смотрю на тебя! – кричала супруга Нин, вырываясь из его объятий. – Она не простит! Она утянет меня во тьму за мои грехи… Люди в зале зашевелились. Кто-то покачал головой: – Должно быть, её разум помутился… – От тревоги, – вздохнул другой. – События этого дня сказались бы на рассудке любой женщины. – Да как она может что-то засвидетельствовать? Разве можно слушать женщину в таком состоянии? – Благородная супруга Нин, – раздался голос Линь Гэ. – Госпожа, услышьте меня. Ваше нервное потрясение велико, и мы понимаем это. Позвольте же дать вам успокоительных капель, а после вы благословите Жэнь Бая на правление. Супруга Нин замерла. Глаза её округлились, и в них вдруг вспыхнуло нечто, похожее на осознание. Она подняла взгляд на Линь Гэ. – Простите меня, господин Линь… – прошептала она и зарыдала с новой силой. – А если и ваша супруга явится ко мне?! Мей сказала, что та тоже хочет прийти за мной из преисподней… Шепотки поползли с новой силой. Линь Гэ после этих слов не изменился в лице. Он вообще выглядел скорее разгневанным, чем опешившим или удивленным. Первый министр попытался призвать зал к спокойствию, но внезапно супруга Нин вскинула лицо к потолку и смертельно побледнела. – Она здесь! – истошно крикнула женщина, – Она пришла за мной! Вот же, смотрите сами! Мей! Это она! Все без исключения подняли головы и посмотрели туда, куда указывала супруга Нин. То был верхний ярус зала – узкий деревянный балкон под самым потолком, где в дни торжеств развешивали флаги династии. Сейчас балкон пустовал. Он казался слишком высоким, чтобы там мог случайно кто-то оказаться. Супруга Нин упала на колени, рыдая, её пальцы начали скрести пол, словно она надеялась провалиться сквозь него. – Уйди… уйди же… Я все сделаю… Я признаюсь!… Голос её совсем охрип, тело безвольно качалось из стороны в сторону, ногти были обломаны. Женщина явно лишилась остатков рассудка. Жэнь Хэ не шевельнулся, просто наблюдал. Всё шло именно так, как он надеялся. Жэнь Бай взмахнул рукой, и солдаты тут же среагировали. Выволокли из бокового прохода складную лестницу, наспех развернули и начали взбираться вверх. – Там никого! – отрапортовал один из воинов. Но прежде, чем успели опустить лестницу, супруга Нин снова вскрикнула. – Там! Она теперь там! Наложница Мей! Она все ближе ко мне! На этот раз она указывала в противоположный конец зала – вглубь, туда, где за колоннами, висело зеркало в расписной оправе. – Я проверю, – ровно сказал Линь Янь, бросив короткий взгляд на Жэнь Хэ. Он подошёл к зеркалу. Отражение было зыбким, тусклым, как мутная вода, но людей рядом не было. – Это лишь зеркало, – отчеканил он, обернувшись к залу. – Никого там нет. Жэнь Хэ тихо вдохнул, сдерживая дрожь напряжения в груди. Сейчас он был одинаково близок как к победе так и к поражению. Жэнь Бай тем временем обратился к Первому Министру: – Господин Линь, прошу, уведите мою матушку. Она вас знает, вы её родственник, она вас послушает. Линь Гэ молча кивнул. Он мягко шагнул к супруге Нин: – Госпожа, – тихо произнёс он. – Позвольте проводить вас. Вам нужно отдохнуть. Мы принесем вам лекарство, принесем воды. Всё уже позади. Жэнь Хэ сжал кулаки, готовый в любой момент вмешаться. Если супруга уйдёт сейчас, всё рухнет. Женщина же, казалось, действительно успокоилась и поддалась на уговоры кузена, тот подставил ей локоть, и вдруг… – Это ты! – закричала она, оттолкнув Линь Гэ. – Это всё ты виноват! Линь Гэ отшатнулся, не столько от удара, сколько от смысла сказанного. – Мей сказала… если я не признаюсь, она заберет меня! Но я… я… – в её голосе звучала истерика, – В чем я виновата? Ты сам избавился от своей жены! Это ты подложил мед, на который у нее была аллергия, в ее лапшу долголетия! Я тут не причем! Чиновники не сразу осознали, что услышали, но затем зал буквально взорвался. – Ты думал, никто не узнает?! – выкрикнула она. – Но Мей всё знает! Мей, слышишь?! Я выполнила твоё требование, рассказала про супругу Линь! Только не трогай моего сына, он ни в чем не виноват, слышишь?! Жэнь Хэ не двигался, его взгляд был прикован к Линь Яню. Не к супруге Нин, не к Жэнь Баю, не к Линь Гэ, сейчас его интересовал лишь глава министерства наказаний. Жэнь Хэ смотрел и ждал. Как поступил Линь Янь? Сейчас тот либо навсегда останется орудием второго брата и первого министра, либо… – Так я не убивал маму… – выдохнул глава Линь. Жэнь Хэ его не услышал, скорее прочитал по губам. Супруга Нин, еще не понимая, что сейчас происходит обернулась к Линь Яню, и в полубреду зашептала: – Ах, бедный мальчик. Твой отец убедил тебя в том, что это сделал ты. Но я в этом не виновата, я лишь намекнула Гэ-Гэ, что хорошо бы ему избавиться от жены, но дальше-то, он все сам сделал. Скажи это наложнице Мей… не дай ей забрать меня за собой… Лицо Линь Яня обратилось в каменную маску. В глазах отразилась пустота, которая медленно, очень медленно сменялась ярким осознанием. Жэнь Хэ играл в эту партию вслепую, не будучи уверенным до конца, сработает ли замысел. Но теперь, видя, как Линь Янь медленно поворачивает голову к Жэнь Баю, он знал: ставка сыграла. – Хватит! Все молчать! – Кричал тем временем Жэнь Бай, понявший, что все пошло не по плану. Но зал уже не слушал. Министры перешептывались, советники переглядывались, кто-то начал поспешно что-то записывать. – Глава Линь, – медленно произнёс Жэнь Бай, – что бы вы сейчас ни слышали, всё это бред больной женщины. Испуг, вызванный духами прошлого. Не поддавайтесь! Вы ведь мой человек. Вы преданы Империи. Вы знаете, где ваше место. Жэнь Хэ затаил дыхание, ожидая ответа пожалуй больше, чем его второй брат. – Да, я знаю где свое место. – Кивнул ему в ответ Линь Янь. – Окружить зал! – вдруг приказал он. – Арестовать Линь Гэ и благородную супругу Нин по подозрению в убийстве госпожи Линь, а также клевете на наложницу Мей. Патрульный корпус, верный только своему главе, сработал молниеносно, стража не успела опомниться. – Что ты творишь?! – вскрикнул Жэнь Бай, шагнув вперёд. – Ты сошёл с ума?! Убрать оружие! Немедленно! – А второго принца, – добавил глава Линь так же холодно, – арестовать за попытку узурпации трона. Жэнь Хэ наблюдал, как в зал врываются ещё несколько десятков патрульных, как хрупкое равновесие окончательно рушится. И как Линь Янь, не спеша, вытягивает меч и направляет его прямо на грудь второго принца. – Я же предупреждал вас, Ваше Высочество. – произнёс Линь Янь, глядя в глаза Жэнь Баю. – Невелика цена клятве того, кто уже однажды нарушил свое слово. *** Всё произошло так быстро. Так выверено. События того дня калейдоскопом мелькали в голове. Я вспомнила, как мы с Жэнь Хэ шли по коридорам дворца. Тени казались живыми: вытягивались, дрожали, скользили по стенам. В тусклом свете факелов лицо третьего принца казалось вырезанным из камня. Но голос его был безмятежен. – У нас не так уж много времени. Поэтому буду краток. Кровь моей матери – на руках супруги Нин. И я хочу, чтобы она во всем призналась. Чтобы в последний раз взглянула в глаза той, кого убила… – в его взгляде плеснулось что-то неживое. – Я хочу, чтобы имя моей матери, наложницы Мей, было очищено. – Но при чем тут я? – спросила непонимающе. – Помнишь, что я говорил про твои глаза? Ещё бы. Такое забудешь. Особенно ту часть, где принц обещал их вырезать. Бр-р-р. – Ты говорил, что они похожи на глаза твоей матери. – Не только глаза. Ты очень похожа на неё. В нужной обстановке, при правильном освещении ты станешь отражением моей матери. Его пальцы едва не коснулись моего лица, но остановились в сантиметре от кожи. Я моргнула. Потом – ещё раз. И вдруг осознала, к чему он клонит. У меня вырвался сдавленный свист: – Ты хочешь, чтобы я… Третий принц усмехнулся. – В последние дни в питьё супруги Нин добавляли настой пустырника – безвредный для тела, но слегка расслабляющий разум. Сам по себе он ничего не значит. Но именно сегодня в её покои принесли особые благовония. Их дым в сочетании с пустырником вызывает сонливое оцепенение и делает любого весьма внушаемым. – Он сделал паузу. – Так что да. Я хочу, чтобы призрак моей матери пришёл к супруге Нин. Ты заставишь её покаяться. В эту секунду появилось уведомление. Черт, я успела от них отвыкнуть, поэтому шарахнулась от этого так, будто оно уже сулило мне кучу неприятностей. Ну а что, раньше так и было. Сейчас же игровой вопрос смотрелся почти безобидно. А главное – не требовал никаких вложений. “Жэнь Хэ просит вас о помощи”. И варианты ответа: “Согласиться”, “Отказаться”. Я некоторое время задумчиво смотрела на них, но подумала, что, наверное, будет справедливо, если Ми Лань попытается хоть как-то уменьшить грех своей матери, Аньхуа, если поможет принцу. Ведь в этом нет ничего плохого. Наоборот, это добрый поступок. Который поможет очистить имя наложницы Мей. Кроме того, взгляд зацепился за слово “просит”. Не приказывает, не втягивает в свои коварные игры. Жэнь Хэ примет любой мой ответ, даже отказ. Сама игра намекает на это. И всё же, мысленно согласившись, я сказала: – Я очень хочу тебе помочь. Но у меня может ничего не получиться. – Ми Лань, я знаю тебя как никто другой. И даже не сомневаюсь – ты справишься. Тогда я утвердительно кивнула. – Сделаю всё, что в моих силах. И тут уведомление гаденько добавило: “Вы согласились помочь Жэнь Хэ. В случае, если у вас не получится убедить супругу Нин покаяться в убийстве наложницы Мей, вы будете казнены путем четвертования”. Ну, разумеется. Игра была бы не игрой, если б не подкинула какую-нибудь гадость. Но я не жалела о принятом решении. Напротив, мне ещё сильнее захотелось всё сделать идеально. – Спасибо, – улыбнулся принц. – Мы почти пришли. Сейчас на тебя наложат грим и переоденут. Я должен убедиться, что ты будешь выглядеть в точности как она. – Неужели ты до сих пор помнишь, как она выглядела?.. Он мрачно кивнул. Какой, должно быть, кошмар: хранить память о своей матери и не иметь никакой возможности вновь повидаться с ней. В эту секунду мне стало ужасно жаль Жэнь Хэ. Может, не так и плохо, что я забыла свое прошлое. По крайней мере, оно не заставляет меня страдать. После мы заперлись в одной из комнат, где служанка умелыми движениями накладывала макияж, а Жэнь Хэ поправлял её, пока не убедился, что всё идеально. Времени это заняло немало. Но он был непреклонен. Ему требовалось абсолютное сходство. Меня переодели в светлые одеяния. Причесали чуть иначе, убрали волосы под заколку. Я посмотрела на себя в зеркало – и не узнала собственное отображение. По спине поползли мурашки. Эта девушка двигалась как я, хмурилась как я. Но она не была мною. Так значит вот как выглядела наложница Мей. – Теперь всё отлично, – сказал Жэнь Хэ, рассмотрев меня со всех сторон. – Вам пора идти. Мин Е объяснит тебе нюансы. Надеюсь, мы ещё встретимся. Его пальцы на секунду всё же тронули мой подбородок. Касание получилось легким, почти воздушным. Прощальным. Затем Жэнь Хэ свернул на очередном повороте, оставив меня с тяжёлым сердцем и странным ощущением, будто тень покойной наложницы уже легла на мои плечи. *** Когда мы разошлись с принцем, Мин Е повел меня дальше, вглубь коридоров, погружая в детали. Объясняя, о чем говорить, как смотреть, как себя вести. Я впитывала информацию, стараясь ничего не упустить. Силуэт стража растворялся в полумраке, лишь слабый свет фонаря выхватывал из темноты трещины на стенах, паутину, опутавшую потолок. Я ступала бесшумно благодаря активированной кошачьей походке, но сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Боги, во что я ввязалась?.. Закончив с объяснениями, он замолчал. – Мин Е, – я тихо тронула его за рукав; страж вздрогнул, но не остановился. – Скажи, я тебя чем-то обидела? Ты сегодня совсем другой. Ещё более отстраненный и молчаливый чем прежде. Не то чтобы в другие дни он был особо болтлив – но хотя бы рядом с ним я не чувствовала себя так неуютно. Мужчина чуть повернул голову, и уголок его губ дрогнул в горькой усмешке. – Вы ни в чём не виноваты, госпожа. Просто сегодня день, которого я ждал долгие годы. И потому не могу позволить себе ни единой ошибки. Я нахмурилась. Что-то в его ответе зацепило. Было в нём нечто… хм… личное. – Ты сказал: «Я ждал». Не «Его Высочество», не «мы». Почему? Он ответил не сразу: – Потому что я тоже кое-чего лишился. В том числе по вине супруги Нин. И больше – ни слова. Лишь взгляд стал ещё печальнее. Меньше всего мне хотелось лезть ему в душу. Поэтому я мягко коснулась плеча и чуть сжала. – Мы справимся. Клянусь тебе. Мин Е взглянул на меня, в его глазах промелькнула тень благодарности. – Поговорите с супругой Нин и возвращайтесь сюда. Я буду ждать вас, госпожа. А затем он отодвинул едва заметную панель. Перед нами открылся проход прямо в покои супруги Нин. *** Потайная дверь закрылась бесшумно, и я оказалась в комнатах, где удушливо пахло цветами. Супруга Нин сидела у низкого столика, её пальцы перебирали чётки. Она явно молилась богам. Интересно, чего она у тех просила? Чтобы её сын благополучно узурпировал престол? Женщина пока не видела меня. Я убедилась, что кошачья походка всё ещё активна – что за чудесный навык! – и бесшумно подошла к ней почти вплотную. Так близко никто не сумел бы подобраться к человеку. Разве что призрак. – Госпожа Нин, да благословят вас тени предков, – произнесла я фразу, которую любила повторять наложница Мей. Её наверняка никто не помнил. Кроме сына Мей, разумеется. Мой голос вышел тихим, почти бесшумным. Женщина обернулась. Я стояла прямо перед ней, словно материализовалась из пустоты. Короткий миг, и в её глазах вспыхнул настоящий ужас. Чётки выскользнули из пальцев, рассыпались по полу с сухим перезвоном. *** Позже, миновав извилистые коридоры, где-то под сводами дворца, Мин Е объяснял вполголоса: – Сейчас главное – не шуметь. Мы находимся прямо над залом Вечной гармонии. Видите зеркало, там, за колонной, под самым потолком? Встаньте так, чтобы отразиться в нем. Да. Прямо сейчас. Я выполнила всё в точности, как он указал. В зеркале отразилась наложница Мей. Клянусь, я сама видела в себе другую женщину – таким хорошим был грим. Через несколько секунд снизу раздался крик: – Она здесь! – истерично завопила супруга Нин. – Она пришла за мной! Вот же, смотрите сами! Мей! Это она! Повинуясь сигналу Мин Е, я немедленно отступила вбок. Страж повёл меня дальше. – Теперь – встаньте сюда. Я повиновалась его словам. И вновь – чужое отражение в зеркале. Лишь глаза – мои. Женщина зарыдала. Голос её разносился под самый потолок. И тут выскочило уведомление. Такое долгожданное и такое приятное, что я невольно улыбнулась: “Поздравляем Вы выполнили дополнительное задание и помогли Жэнь Хэ очистить доброе имя матери. Награда: 500 лепестков лотоса. Текущий баланс: 595 лепестков лотоса”. – Всё, – прошептал Мин Е, подтверждая, что “квест” окончен. – Достаточно. Вы справились, госпожа. И мы исчезли – так же бесшумно, как пришли.