Глава 8

Я вернулась в поместье Су Мина с таким чувством, будто покинула его не утром, а несколько дней назад. Всё вокруг казалось приглушенным, отдаленным, будто я смотрела на мир через толщу воды. События этого дня здорово изматывали. Ноги сами понесли меня в спальню. Две служанки приблизились ко мне. Я позволила им раздеть себя, застыв как манекен. Пальцы девушек ловко распутывали завязки, снимали испачканное платье. Я смотрела, как тяжелая ткань безжизненно спадает на пол, и чувствовала, как вместе с ней падает и часть того груза, что давил на плечи. Когда меня умыли и причесали, я легла в кровать. Появилась быстрая требовательная мысль: «А может, заглянуть в пользовательское соглашение?» Я так долго пыталась его заполучить, и вот теперь оно тут, совсем рядом. Бери и изучай. Ищи выход. Давай же. Но едва я представила, как начну читать бесконечные пункты, пытаясь вникнуть в их смысл, голова отозвалась тупой, пульсирующей болью. Любая попытка анализировать была обречена на провал. «Потом, – твердо пообещала я себе. – Разберусь со всем этим завтра». Плотный, беспросветный сон накрыл меня с головой, стоило закрыть глаза. И поутру, на мой вкус, слишком рано, меня разбудила одна из служанок. – Госпожа, к вам пришел глава Линь, – сообщила она, заглянув в комнату. – Он готов ждать столько, сколько потребуется. Я медленно села на кровати. Сердце резко и гулко ударило где-то в основании горла. Линь Янь. Здесь. – Предложи ему напитки и скажи, что я сейчас подойду, – голос прозвучал хрипло, но твердо. Чего уж откладывать. Если по-честному, мне не терпелось увидеть и Линь Яня, и Жэнь Хэ. И хоть немного узнать о том, что произошло вчера. Спускаясь по лестнице, я чувствовала себя обнаженной. Не в физическом смысле, конечно. Но простая домашняя одежда, неубранные волосы, следы сна на лице – я даже не умылась. Да и плевать! Линь Янь видел меня и в куда худшем состоянии. Ничего с ним не случится, если узрит без прически. Мужчина обернулся от окна, стоило мне войти в гостиную, и улыбнулся так искренне, что у меня перехватило дыхание. – Ми Лань, доброе утро, – сказал он негромко. – Я счастлив, что с тобой всё в порядке. Стоило бы отложить визит, но мне хотелось увидеть тебя поскорее. Я постаралась не выдать, как сердце дрогнуло от этих его слов. – Я тоже рада, что вы живы, – ответила коротко. – Это значит, что… Я не понимала расстановки сил, поэтому не могла даже представить, что сейчас с Жэнь Хэ. Если Линь Янь здравствует, означает ли это, что третий принц в опасности? – Ситуация во дворце всё ещё неспокойна, если ты об этом, – перебил он мягко. – Жэнь Бай находится под стражей за попытку переворота. Супруга Нин тоже заключена за решётку. – А Жэнь Хэ? Линь Янь поморщился, словно мой вопрос был для него больнее пощечины. – Третий принц – всё, что осталось у императора. Его положение самое стабильное из всех. Значит, Жэнь Хэ в безопасности. Я облегченно выдохнула. – Что с самим императором? – Он при смерти. Что касается наследного принца… – Линь Янь сделал паузу и посмотрел в сторону. – Он погиб, защищая дворец от мятежников. – А наложница Мей? – вдруг вырвалось у меня. – Её оправдали, – ответил мужчина. Я слабо улыбнулась. Что ж, это добрая новость. Жэнь Хэ не только выжил, но и исполнил свой план. Очистил имя матери от грязи. Линь Янь посмотрел прямо на меня. В его взгляде было что-то тяжёлое, но завораживающее. – Я очень переживал за тебя. Пусть ты злишься на меня, не страшно. Я не обижен и готов ждать прощения столько, сколько потребуется. Я много причинил тебе зла и заслуживаю любого наказания. Но если бы с тобой что-то случилось, это сделало бы мою жизнь невыносимой. «Любого наказания? Это что за БДСМ-клуб?» – ехидно мелькнуло в мыслях. – Зачем вы пришли, глава Линь? – попыталась сохранить равнодушие в голосе. – Отчитаться мне о последних новостях? По-хорошему, не помешало бы узнать, что с ним самим. Каково его положение в этих дворцовых интригах? Но я решила отложить этот вопрос на потом. Чтобы не выглядеть слишком уж заинтересованной в судьбе Линь Яня. Тот медленно вынул сложенный лист. – Я собирался отдать тебе письмо. Его передал Сяо Вей ещё в день гибели Су Мина. Не знаю, так ли оно важно сейчас. Но я не люблю оставлять долгов. Он протянул мне лист бумаги. Понятно, что письмо было лишь предлогом. Но всё же я взяла его. На секунду наши ладони соприкоснулись. *** Тепло его пальцев я ощутила разрядом электричества. Дернулась, но не смогла отвести взгляда. Линь Янь прищурился, а выражение лица изменилось: вместо холодного и сдержанного стало хищным. – Ты дрожишь, Ми Лань, – сказал он тихо. – Это из-за меня? Сердце гулко стукнуло в груди. – Не льстите себе, глава Линь. – Голос мой прозвучал резче, чем я хотела. Пальцы сжались вокруг письма так, будто я держала оружие, а не бумагу. Он усмехнулся, а затем вдруг обвил руками меня за талию. Сила объятий пронзила до дрожи, его дыхание обожгло щёку. – Если хочешь меня оттолкнуть… сделай это, – произнёс он, глядя прямо в глаза. Я замерла, чувствуя, как каждая клеточка тела просит о близости. Но разум твердил: «Нет! Нельзя! Не здесь, не сейчас, и, скорее всего, лучше не с ним!». – Ты… – выдох сорвался тише шёпота. – Ты слишком много себе позволяешь. Но я даже не пошевелилась, чтобы отстраниться. Он заметил это и улыбнулся шире, и в этой улыбке горел такой огонь, от которого хотелось спастись, но и гореть в нем одновременно. Губы скользнули ближе к моему уху, касаясь кожи. – А ты… не хочешь меня отталкивать. Иначе почему вышла ко мне в том, в чём спала? Я задохнулась. Ох, вот не зря же была мысль одеться! Мало меня тетушка Мей лупила. – Я… – слова застряли в горле. – Я не думала… Его ладонь скользнула вверх по моей талии, под тонкий пояс. – Я не намерен притворяться, будто не понял твоего намёка. Вспыхнула всем телом, когда он коснулся живота. Ткань халата чуть сползла с плеча, открывая кожу, и прохладный воздух смешался с жаром его прикосновений. – Линь Янь… – прошептала я, не в силах скрыть дрожи. – Моё имя на твоих губах звучит как признание в чувствах, – отозвался он, прильнув ближе. Он не дал мне времени передумать. Его рот накрыл мой в поцелуе, резком, жадном, как будто он хотел разом стереть все мои протесты. Сердце взорвалось огнем, я захлебнулась этим поцелуем, забыв и о страхе, и о здравом смысле. Рука на моем животе крепче прижала к себе, вторая скользнула по плечу, заставив ткань рубашки окончательно соскользнуть вниз. Я почувствовала его силу, его одержимость, и своё собственное безумное желание, я тонула в нём, пока не услышала тихий, едва различимый звук шагов за дверью. Мир вернулся рывком, я резко выдохнула и, с усилием толкнув Линь Яня в грудь, отступила. Воздух обжёг лёгкие, я дышала тяжело, будто после бега. – Я ничего не видела! – пролепетала Фейту, вошедшая в комнату и моментально отвернулась, краснея до ушей. Я же с ужасом поняла, что ночная рубашка сползла почти до талии, а плечи и грудь открыты. Линь Янь выглядел не лучше: волосы растрёпаны, губы припухли. А его взгляд… он прожигал мою кожу. Глаза скользили по линии ключиц, задерживаясь на груди, на каждом дюйме открытой плоти. Я судорожно вдохнула, едва шевельнув губами: – Отвернись! Он лишь дернул бровью, мол даже не подумаю. Щёки вспыхнули. Я сама отвернулась от него и, дрожащими пальцами принялась натягивать одежду и поправлять пояс. Выходить в таком виде было явно ошибкой. Фейту, всё ещё стоявшая спиной, скороговоркой продолжала: – Я зашла сказать, что его высочество, принц Жэнь Хэ, ожидает вас в ваших покоях… Он велел пойти поискать вас. – Что он делает в её покоях? – хмуро спросил Линь Янь. – Что он делает в моих покоях? – воскликнула я почти одновременно с ним. Фэйту замялась, явно боясь сказать лишнее: – Он… забрался туда через окно, когда я наводила порядок. Прежде чем я успела среагировать, послышались шаги и в комнату вошёл Жэнь Хэ. На нём было простое тёмно-синее ханьфу без лишних украшений. Фиолетовые волосы, обычно распущенные, теперь были собраны в высокий узел. Лицо было спокойным и ясным, и он улыбался точно так же, как когда мы тайком встречались у тетушки Мей. – Ми Лань! – радостно воскликнул он, словно появление здесь и сейчас было самым естественным. – Я боялся, что с тобой что-то случилось… Он шагнул ближе, его взгляд скользнул по мне. Сердце ухнуло вниз. Вид у меня должно быть был тот еще: волосы растрёпаны, ночное платье одето кое-как. Взгляд принца переместился на Линь Яня. Радость на лице Жень Хэ мгновенно сменилась холодной усмешкой. – О, так ты не одна, – сказал он мягко. – Глава Линь всегда появляется в самых неожиданных местах. Даже там, куда мужчинам прилично входить лишь с дозволения. Линь Янь сжал губы в тонкую линию. – Приятно слышать о приличиях из уст того, кто сам предпочитает входить через окна, а не через двери, – холодно заметил Линь Янь. Я чувствовала, как воздух в комнате сгустился, стал тяжёлым, как перед грозой. – Я… вообще не ждала гостей, никого из вас! – вырвалось у меня почти в панике. – Пожалуй… пойду переоденусь. Я схватила Фэйту за руку и, не дожидаясь ответа выскользнула из комнаты, чувствуя на себе обжигающие взгляды Линь Яня и Жэнь Хэ. Мы вернулись в мою спальню, где Фейту помогла мне умыться, расчесаться и надеть свежий наряд. Я специально не торопилась. Пусть они там промаринуются как следуют. Если повезет, даже поубивают друг друга – и мне не придется с ними общаться. Тонкие руки служанки ловко застёгивали завязки и поправляли пояс, но взгляд её всё время возвращался к письму, которое я отложила на столик. – Это же письмо от ученого Сяо, – заметила она негромко. – Я не умею читать, но всегда узнаю почерк ученого Сяо. Даже отсюда. Он собирался отдать его вам. – Линь Янь только что передал письмо мне, – кивнула я. – Как оно оказалось у него? Почему Сяо Вей не вручил это письмо мне лично? – Если честно, я не знаю, – служанка пожала плечами. – У меня не было возможности поговорить с ученым Сяо наедине. Он всё время был занят, и мы только мельком пересекались в последние дни. Даже во дворец нас сопровождали люди Жэнь Хэ. Ученый Сяо сказал лишь, что передал письмо «как смог», и на этом всё. Я развернула тонкую бумагу. – И что же там? – спросила, пробегая глазами по строчкам. Фейту смущенно ответила: – Господин Сяо пишет, что подсыпал в напиток Су Мина снотворное, чтобы иметь возможность поговорить с вами… и в случае необходимости спасти вас. Моё лицо невольно омрачилось. – Снотворное? – прошептала я, чувствуя, как холодок пробегает по спине. – Мы очень переживали, что вы в заточении. Поэтому решили действовать. Дурное предчувствие сжало сердце. А если именно он виновен в смерти Су Мина?.. Что стоит переборщить с травами? Ошибиться ведь не так сложно. Су Мин был стар, да ещё и не особо здоров. Он перебрал с выпивкой в тот вечер – и возможно, даже крошечная доза снотворного стала критичной. Что, если безобидное намерение спасти меня обернулось непоправимой трагедией? Сяо Вей, с его острым умом… мог ли он совершить такую ошибку? Или… или не ошибку? Он ведь и в самой игре был отравителем. В ядах этот человек разбирался как никто. Мог ли он солгать Фейту о том, что конкретно подлил Су Мину? Я обязана как можно скорее поговорить с Сяо Веем. Фейту я не стала озвучивать своих подозрений – она бы защищала возлюбленного до последнего. Её можно понять. Мы закончили одеваться в гнетущем молчании. В самых растрепанных чувствах я вернулась к гостям. Эта парочка не подралась – к сожалению или к счастью. Но в воздухе звенело напряжение, будто невидимые клинки уже были обнажены. Мужчины обратили ко мне свои взгляды. Жэнь Хэ тепло улыбнулся. Линь Янь сощурился. Я первой нарушила тишину: – Ваше Высочество, с какой целью вы пришли? Вчера я сделала всё, о чём вы просили. Неужели этого недостаточно, чтобы смыть мои грехи? Жэнь Хэ чуть склонил голову, глаза его блеснули огорчением. Линь Янь подался вперёд. – Он что-то требовал от тебя? – спросил он, глядя прямо на меня. – О каких грехах идет речь? Прежде чем я успела ответить, Жэнь Хэ лениво откинулся на спинку стула, и на его губах заиграла легкая, почти беззаботная улыбка. Только взгляд оставался равнодушен. – Знаете, глава Линь, – произнес он с притворной задумчивостью, – я ведь скоро могу стать императором. Если достопочтенный отец не переживет следующие недели, то трон перейдет мне. – Он сделал театральную паузу, давая этим словам повиснуть в воздухе. – И тогда… наверное, я должен издать специальный указ и подобрать вам лучшую жену. В благодарность за вашу поддержку. Губы Линь Яня искривились в холодной усмешке. Он не выглядел ни испуганным, ни даже удивленным. Лишь еще более сосредоточенным. – Иными словами, Ваше Высочество, вы собираетесь принудить меня к браку? – уточнил он. – Не воспринимайте это таким образом, – Жэнь Хэ мягко поднял руки, будто отстраняясь от столь вульгарного предположения. – Как будущий правитель, я должен заботиться о благополучии своих самых верных подданных. Я действую из лучших побуждений, и только. «Ага, – ехидно прозвучало у меня в голове. – Из лучших побуждений ни в коем случае не позволить сопернику заполучить меня». Если честно, я едва сдержала возмущение. Они снова тянут меня каждый в свою сторону, как будто я приз за победу. Если в дело идет не драка, то угрозы! Кто сказал, что я вообще захочу иметь что-то общее хоть с одним из них?! Я все еще чувствовала вкус поцелуя Линь Яня – дерзкий, властный, опьяняющий. Но заставила себя отвлечься от этих мыслей. Как и от того, как сильно я беспокоилась за Жэнь Хэ, хоть и была на него зла. – Вы заботитесь только о себе, Ваше Высочество, – сказал Линь Янь. – Ваши попытки устранить меня бессмысленны. Поверьте, вы не заставите женщину полюбить вас насильно. – Поверьте, – отрекошетил Жэнь Хэ, – я не собираюсь никого заставлять. Мой долг – найти для вас супругу самой благородной крови, которая продолжила бы знатный род Линь. Что касается той, о ком вы думаете… – Если в будущем императорский указ повелит мне жениться, разумеется, я подчинюсь. Но пока вы лишь бросаетесь словами, Ваше Высочество. Император может подписывать указы, но без верных людей страна падет. Если бы не я сегодня, вы бы сейчас скорее всего были бы мертвы, Ваше Высочество. – сказал он подчеркнуто почтительно, но глаза оставались холодными. – Хватит, – сказала я, не выдержав. – Вы оба говорите обо мне так, будто меня здесь нет. Я не вещь. У меня вообще-то тоже есть право выбора. Они повернули головы ко мне почти одновременно. Кажется, пора перевести разговор. Иначе эти двое перегрызут друг другу глотки прямо в моей гостиной. Или поделят меня как праздничный пирог. Вот только я открыла рот, чтобы осадить их, как перед глазами вспыхнуло знакомое окно интерфейса: «Жэнь Хэ и Линь Янь спорят за ваше внимание. Какой фразой вы остановите их?» Я пробежалась глазами по вариантам. Первым было предложение продолжить упрекать их: «Один строит из себя императора, другой – спасителя! А я для вас кто?». Второй вариант оказался радикальнее, хотя заставил невольно прыснуть: «Может, вам проще устроить поединок? А я в это время пойду пить чай». Опустив глаза на третий вариант, я едва не усомнилась в том, что не разучилась читать: «У меня есть компромисс. Вы можете оба стать моими матримониальными наложниками. Если хотите делить меня, то делайте это официально». На всякий случай я даже потрясла головой, но буквы не исчезли. Может, в игру вирус пробрался? Хотя, с другой стороны, ну что я действительно могу им сказать. Первый вариант слишком банальный. От новых упреков толку не будет. Второй вариант мне нравится, но вдруг они серьезно затеют поединок? А третий… я мстительно улыбнулась и мысленно выбрала его: – У меня есть компромисс. – с вызовом произнесла я. – Вы можете оба стать моими матримониальными наложниками. Если хотите делить меня, то делайте это официально. – А дальше добавила от себя с особой язвительностью. – Продолжение вашего спора приму за согласие. Мои слова повисли в воздухе, но уже в следующий миг Жэнь Хэ прыснул, прикрывая рот ладонью, а Линь Янь вздохнул и покачал головой. – Такие шутки, вещь сомнительная, Ми Лань. – заметил он сухо. Я скрестила руки на груди и прищурилась. – Однако, желание поспорить с друг другом у вас, кажется, наконец пропало, не так ли? – я выдержала паузу и продолжила уже ровнее: – Тогда у меня другой вопрос. Помнится, – я мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и произнести это, – после смерти Су Мина вы оба обещали проверить вино, которое он пил. Ну так как? У вас есть отчёты? Тишина в комнате стала вязкой. Жэнь Хэ мигом перестал улыбаться, Линь Янь замер. Они переглянулись, и мне хватило одного этого взгляда, чтобы понять: оба что-то скрывали. – Надо же, – протянула я, чувствуя, как голос становится резче. – Вот по этой теме у вас, смотрю, поразительное единение. Говорите уже, я всё знаю! – Знаешь? – нахмурился Линь Янь. Его взгляд метнулся к Жэнь Хэ, и впервые за время разговора в нём мелькнула тень сомнения. – Что именно ты знаешь, Лань-эр? – спросил Жень Хэ, но смотрел при этом не на меня, а на соперника. – Мне всё рассказала Фейту. – Я вздёрнула подбородок. – А ей рассказал Сяо Вэй. На лицах обоих одновременно проступила тень. Они будто враз потемнели, и на миг в комнате стало так тихо, что слышно было бы, если бы капля воды скатилась по лепестку в вазе. Они молчали. И чем дольше, тем сильнее во мне крепло чувство, что дело нечисто. Неужели Су Мин… действительно умер не сам? Неужели его убили? В этом виноват Сяо Вей? – Су Мин, – произнесла я медленно. – не умер от удара сердца. Его убили. Жэнь Хэ неловко кашлянул и потёр шею. – Ну… технически это действительно был удар сердца… – протянул он. – Никто не думал, что оно окажется таким… восприимчивым. – Прости, Ми Лань, – неожиданно сказал Линь Янь. – Мы виноваты перед тобой. Я замерла. Виноваты? «Мы»?.. Почему они извиняются так, будто сами приложили руку? По телу прошла холодная дрожь. Глубоко вдохнула, посмотрела сначала на одного, потом на другого и тихо произнесла: – Хорошо. Тогда скажите мне прямо: что было в бокале Су Мина? Повисла пауза. Наконец Линь Янь буркнул, мрачно глядя в сторону: – То, что тебе сказал Сяо Вэй, то и было. Правда… мы так и не нашли того, кто подсыпал настойку для бодрости. – Для бодрости он сам себе подлил, – перебил Жэнь Хэ и скривился. – Но мы так и не выяснили, кто добавил мочегонное. – Мочегонное?.. – я глупо хлопнула глазами. Казалось, будто меня ударили по голове. Жэнь Хэ загнул палец: – От Сяо Вэя было снотворное, – затем загнул еще один. – Я добавил пару капель афродизиака. Думал, старик хорошо развлечётся с приглашёнными танцовщицами ночью и забудет о своей новоиспечённой доченьке. Я перевела взгляд на Линь Яня: – Ты что?.. – заторможенно спросила я. – А я подсыпал немного порошка для… гм… пищеварения, – сухо добавил Линь Янь. – Хотел, чтобы он точно остался в своих покоях. Я не верила своим ушам. И всё это… было в одном бокале? – Великолепно, – выдохнула я, собственный голос звучал словно из-под толщи воды. – Один хотел, чтобы он бегал, другой – чтобы спал, третий – чтобы любился танцовщицами, а четвёртый, чтобы сидел на горшке?! – Там был еще порошок от племянника из боковой ветви рода, – добавил Жэнь Хэ. – Он из мести подсыпал средство, вызывающее чесотку. На глаза навернулись слёзы, и тут же прорвался истерический смешок. Получалось так нелепо, так абсурдно, что сердце разрывалось от обиды, но губы предательски дрожали в улыбке. Я резко вскинула голову, плечи дрожали, и посмотрела на обоих так, что они одновременно отвели глаза. – Я передумала, – голос мой звенел от злости. – Моими наложниками вы оба быть не достойны. Убирайтесь. Сейчас же. В комнате повисла тишина. Жэнь Хэ дёрнул уголком губ, но взгляд стал мрачным. Линь Янь нахмурился, сжал кулаки. Су Мин погиб не от какого-то злодея, а от их вечных споров. Каждый пытался перетянуть одеяло на себя, у каждого был на меня свой план, но не один из них не спросил, чего я сама хочу. Они думали только о себе. – Вон! – повторила я громче. – Оставьте меня одну!