Глава шестая

– … ты – налево, я – направо и разбегаемся. Мне сказали тебя до рынка довести, я это сделал, а дальше сам.

Я почти бегу за широко шагающим вышибалой, что работает у Кира по вечерам и так, на подхвате, что принести, перенести или вот, как сейчас, меня проводить в качестве охранника. Но в моём случае, просто по пути получилось, ну и распоряжение от трактирщика.

Время ближе к обеду, а я только из таверны выбрался.

Что говорить, приключений масса, впечатлений уйма, штаны сухие, хотя и было очень страшно, как во время стычки, так и потом, когда с магом караванщиком из Султаната разговаривал, тогда, наверное, ещё страшнее было.

Перед ужином ко мне в гости Чили заявился, получив для посещения меня, личное разрешение от отца.

Пострелёнок этот Чили, как я понял, ещё тот, вот только ножа своего, в этом возрасте, у него не было, до встречи со мной. Отец его крутиться заставляет, если что-то хочешь? Суетись, договаривайся, меняйся, ну, а деньги… так, зарабатывай. Не зря же он говорил, что всё здание таверны, а это большущее и высоченное здание, хоть и три этажа всего, так вот, по отвесной стене облазил. Да и я сам был тому свидетелем, как он уверенно, словно по знакомому маршруту шёл, по стене спускался, пускай и всего-то, со второго этажа.

И вот теперь, я у его отца, как наставник малолетний. Живой пример, хочешь чего добиться, то всё сам. Это мне сам Чили поведал, что обо мне его отец говорил. Не скрою, эта похвала была мне очень приятна.

Вместе с ним и поужинали. Он у меня всё пытался выведать, о чём со мной караванщик из Султаната разговаривал, но я всё сворачивал разговор о нашем общем приключении. Так и болтали, вспоминая, как и что происходило за время нашего совместного приключения.

Это сейчас стычка с магом, как какое-то приключение кажется, а ведь реально, были на волосок он от рабства, а я от смерти. Но этот факт мы как-то само собой упускаем, а всё обсасываем и обсуждаем, вспоминая, кто и что подумал в тот или иной момент.

Было весело.

Вечером, когда всех гостей выпроводил, опять заперся в ванной комнате. Как я не уснул в горячей воде, сам не понимаю, долго-долго я блаженствовал, если бы мог, наверное, прямо в воде и провёл всю ночь.

Утром рано вставать не стал, до упора отсыпался, пока Клаха уже не пришла лично будить.

Сборы недолги – сполоснуть помятую от сна рожицу, котомку на плечо и на выход.

В общем зале пусто. Все столы практически пусты. За прилавком, как я понял, старший сын Кира. Такой же мощный, так сказать, помолодевшая копия папаши.

Но вот обслуживал, впрочем, как и завтракал со мной, Чили.

– Я уже беспокоиться начал, – встречает он меня такими словами, даже не поздоровавшись. – Столько время, а тебя всё нет! Уж было подумал, что опять кто тебя попытался своровать.

Отмахиваюсь.

– И тебе привет! – говорю я. – Спится у вас сладко очень. Давно на мягкой постели не отдыхал. Очень давно.

Чили окидывает мою фигурку удивлённым взглядом.

– А чё опять в обносках? – в его голосе звучит обида.

Это он что, так за их старинный костюм печётся? Его мне отдали, причём, за деньги, вместе с туфлями, а я мало того, что свою старую одежду надел, так ещё и босиком опять.

– Ну, во-первых, начнём с того, что не в обносках – одежда не рваная и чистая, стараниями тётушки Клахи, да и жарковато в таком костюме, что мне отдали, летом ходить. Ну и, во-вторых, не забывай, куда я направляюсь в данный момент, а это почти трущобы. Увидят, что на мне одето, вмиг разденут, да ещё и котомку отберут. Ну и, в-третьих, я собираюсь немного испачкаться, и что мне прикажешь, чтобы хорошо постирать этот приличный комплект, опять к вам идти? Увы, горячую воду вряд ли где ещё мне предложат.

Тут голос подал брат из-за стойки.

– Нов, отец, как поешь, просил тебя к нему зайти. Чили знает куда идти, он тебя отведёт. А сейчас хватит болтать без умолку. Кушайте и по делам. Ты – на выход, – это он мне, – а у тебя и на заднем дворе работы полно. На всё вам пять минут!

После такого предупреждения разговаривать и не есть при этом, стало что-то совсем не охота.

На завтрак хозяин заведения тоже не поскупился. Блюда с варёной бараниной, две ноги, соус в плашке, хлеба гора, отдельно в холстину завёрнутый, упакованный плотно пакет.

– Это тебе пирожки. Как отец и обещал. Цени – все мясные, – копия Кира так по-доброму оскалилась, что у меня по спине озноб пробежался. Ну и добряк! Как его с такой рожей, вообще, на улицу выпускают, ведь всех гостей и постояльцев разгонит.

Но вслух ничего не сказал, кивком головы поблагодарил за пирожки, благо, в этот момент рот едой был забит под завязку.

Зайти к хозяину таверны? Да почему нет, после того, как столько хорошего он мне сделал!

Завтрак прикончили быстро.

Куль с упакованными пирожками в котомку!

Больше меня тут ничего не держит, вот только котомка немного того, растолстела слишком, а ведь ещё метатель торчит своей деревянной частью, что не смогла вместиться в котомку. Как эту часть господин Хасан называл? Что-то, вроде пилада. О! Нет – приклада! Вот.

Что касается самого метателя, понимаю, что с таким выпирающим из котомки грузом я далеко по улицам города не пройду. Благо и сам трактирщик это, оказывается, понимал, но я и сам решил постараться себя обезопасить.

Зарядил, как показывал Хасан, метатель и поставил его на предохранитель, чтобы избежать непроизвольного выстрела, как говорил караванщик. Вот то, что я смогу с ходу из него стрелять, в этом я был не уверен. А вот остальные артефакты на руки я надевать не решился. Кольцо на руке паренька в обносках, это вещи не совместимые друг с другом.

У Кира, на первом этаже, среди подсобок, был и собственный кабинет. Сказав Чили позвать к нему вышибалу Керта, предложил мне располагаться на стуле, напротив себя.

Широк в кости Кир, черты лица, словно рубленые, нависшие дуги бровей, кустистые, и цветом, чернотой смоли отдают, губы тонкие, а вот глаза – умные, и как-то с хитринкой на мир смотрят, конечно, если их хозяин не сердится. Под руку сердитому Киру, я бы точно не хотел попадать.

– Закончился твой отпуск, Нов, – смеётся довольный хозяин кабинета, – хоть отдохнул важный господин государства Султаната Вейцын.

Ну не мог он не подколоть, сам ведь понимает, какой из меня гражданин!

Молчу, жду, что дальше скажет. Привык к издёвкам со стороны стражников, ещё когда с караваном беженцев от орков удирали.

– Ладно, проехали, – видя, что его подначки должного эффекта на меня не возымели, серьёзным голосом продолжил разговор. – Человек, что таскал нам крыс, уже декаду не появляется. Он и раньше-то не часто нас баловал результатами своей охоты, а тут и вовсе пропал. Что ушёл к конкурентам, не верю, он не тот человек, да и обязан мне был по гроб жизни, а тут с концами. Никто не видел его с того времени, как он собрался на охоту.

Кир смотрит на меня так тяжело и давит взглядом.

Я жду, что дальше скажет. Он думает, что я прямо брошусь ему на шею с криками, мол, возьмите меня на такую работу? Если да, то он очень сильно ошибается. Это ему мясо нужно, а я ещё даже не решил окончательно, полезу ли я ещё раз на нижний уровень.

Так-то всё равно придётся лезть еще раз. Останки охотника ведь надо поднять наверх и захоронить, а вот охотиться на этих хвостатых монстров – это далеко не факт!

Вот и жду, чем он меня к такой работе завлекать будет.

Замолчал, мнётся, не знает, как к делу подойти?

– Пока в городе караван уважаемого Хасана, за каждую крысу – пятак серебром.

Пренебрежительная ухмылка у меня на лице.

Ого, выругался, понял, что Чили проговорился о том, за сколько они сторговали своё фирменное блюдо из того мяса, что я им отдал. Тут в дверь без стука ввалился Керт, но был тут же в грубой форме выставлен за дверь Киром с наказом ждать у дверей, пока я не выйду из его кабинета и никого к нему не пускать.

Опять в молчанку играем. Я и не собираюсь ему в глаза смотреть, зачем? Я знаю, он меня и так сильнее. Зачем провоцировать?

– Ты ведь понимаешь, что мне нужно мясо, это грёбанное специфическое мясо.

Я неопределённо пожимаю плечами. Я ведь не один охотник в городе. Да я даже и не охотник, так, разок повезло. Вот только уважаемому трактирщику, видно, приспичило сильно, наобещал, и вот теперь и не представляет, где быстро нужное количество, как он там выразился, специфического мяса в Нижнем городе найти. Нет, однозначно, пока я отдыхал в его номерах, в гостинице при трактире, он искал поставщиков, да, видно, тщетно. И будет продолжать искать.

Но кого-то надо искать, а я – вот он, тут сижу, напротив него и ведь сутки почти назад, а может, немного больше, притащил к нему почти целую тушу опасного хищника. А тут и покупатель есть, а вот запродать втридорога не получается. Нечего.

– Твои условия с разовой поставки? – уточняет он.

А вот это уже интересно.

Справедливой цены, что понятно и так, он не даст. Но это, если живыми деньгами просить, а вот если услугами…

– Мне тут господин Хасан, – спасаю я Чили, – посетовал, что за золото покупал последние порции вашего восхитительного фирменного блюда!

Досада на лице трактирщика.

А я, между тем, продолжаю и, как бы, не замечаю его недовольства. Он спросил – я отвечаю.

– Если тридцать золотом за пять порций, то, сколько же вы выручили, продав порций со всей туши? – как бы, между прочим, рассуждаю я.

А что, я же не с претензиями, и хоть говорят, что неприлично считать чужие деньги, но никого же это не останавливает.

У меня купили мясо почти по устроившей меня цене. На тот момент. Но надо и показать, что теперь цена, пускай и разово, будет другая.

– Чего ты хочешь, Нов? Зачем ходить вокруг да около, говори прямо, сколько?

Я усмехнулся и немного поёрзал на стуле удобней устраиваясь, попой на стуле, даже позволил себе облокотиться о спинку стула.

– Сколько я хочу и считаю цену справедливой, вы не дадите никогда, но и за бесценок рисковать жизнью, зная, сколько в реальности стоят мои услуги, я тоже не намерен. – Вступление удалось.

Кир поморщился и выдал, словно заученное, всего одно слово.

– Сколько?!

Что ж, тянуть с ответом не стоит, когда такие люди начинают нервничать, надо быстро реагировать.

– Цена делится на два вида оплаты. Первая – это живые деньги. Мясо без ливера – пятак, – пауза. Кир напрягся, – серебром, – улыбаюсь я.

Подобие улыбки на жёстком лице трактирщика появилась.

Доволен и это видно. Интересно, а как он на остальные мои требования отреагирует.

– И услугами, – интерес в глазах моего собеседника появился и, вместе с ним, немного удивления. – Мне понравился ваш номер, который с клозетом и ванной комнатой, – говорю я.

Понимание проскальзывает во взгляде господина Кира.

– Полный пансион? – на лету схватывает идею трактирщик.

Я киваю.

– Да, на сутки, и завтрак на утро убытия. И, как обычно, комплект ваших великолепных пирожков с мясом с собой. Стирка и ремонт одежды, возможно, что и обуви.

– Как часто? – задаёт он главный для него вопрос.

Я прикинул и так, и этак.

– Раз в пять дней, – отвечаю я твёрдым голосом. Тут давать слабину опасно.

Рискую? Да! Но и выигрыш, в случае успеха, огромен. Для меня, во всяком случае.

А случай-то подвернулся, для заключения сделки, просто прекрасный.

Он смотрит на меня с удивлением.

– А когда ты пришёл уставший, с кульком за спиной, я думал, что ты не способен торговаться, – улыбка змеи, – как я понял, это условия на длительное сотрудничество? Разово городить такие сложности, думаю, смысла нет.

Ага, на договор разводит.

– Это охота. И охота на хищника, мне бы не хотелось перед богами быть нарушителем сделки, заключённой между нами, – говорю я, – но и отказываться от неё я не собираюсь, если вы примите мои условия. А теперь я их уже по пунктам уточню, чтобы не было недоразумений и недоговорённостей между нами.

Кивок с его стороны. Удивляется моей наглости. Я ей и сам, если честно, удивляюсь, но ещё больше я хочу, хоть раз в декаду так отдыхать, как эти сутки, вволю купаться в ванне с горячей водой, есть от пуза и вкусно, причём, нормальную человеческую пищу, и спать в условиях комнаты настоящих богачей на огромной кровати. А зимой не мёрзнуть.

– Раз в пять суток, а на шестые сутки я остаюсь у вас.

Он тут же влез со своими уточнениями.

– Это при условии, что ты пришёл с кульком за спиной, в котором соответствующее свежее мясо.

Что ж, это справедливо.

– Или из своего кармана плачу вам пять серебряных за постой, так?

Он сам озвучивал, за такой номер именно такую сумму. Отступать ему некуда.

– Хорошо, но за поставку мяса ты на побывку прибываешь в любой день, кроме законных выходных. В эти дни у меня все комнаты бывают заняты. Я даже специально цену в такие дни на них поднимаю.

– Годится, – соглашаюсь я, – но по заказу я не работаю.

Гримаса на его лице. А ты что хотел, когда понадобилось – вперёд, на охоту, болеешь ты или не болеешь? А так, есть охотничий трофей – ты при мясе и при наваре, а нет – ждём.

– Что по ливеру? – уточняет он.

Я пожимаю плечами.

– Я ещё не закончил. И до ливера, и до шкур дойдём, – говорю я, а потом продолжаю излагать, как я вижу договор между нами на поставку мяса крыс. – Итак, суть договора. Я обязуюсь, при удачной охоте, свой трофей предоставить к покупке, в первую очередь, – поправился я, – вам. Продаю по ранее оговоренной цене, если, конечно, мне не предложат цену, где получше.

Кир тут же взвился из-за стола.

– Э-э-э! Так не пойдёт!

– Почему? – удивился я, – по-моему, всё честно. Я предупреждаю вас заранее, что на меня, например, вышли покупатели предложили не пятак серебром, а, например, золотой! Если мы договариваемся о цене, не уступающей новому предложению, я продаю добычу вам – нет, тогда меняю покупателя.

Кир с укором смотрит на меня.

– Мальчик, так дела не делаются!

И ведь терпит, но этот ход я обдумал заранее.

Типа, делаю вид, что думаю, выдерживаю паузу, а потом:

– Хорошо, тогда определимся так, что, если я добуду на охоте, в декаду, больше одной крысы, то вторую могу свободно продать либо вам, либо найти другого покупателя.

Трактирщик от бессилия даже зубы сжал, понимает, что сделать то он мне ничего не может, чтобы заставить работать только на него одного.

Прибить, конечно, свободно может, да кто ж ему тогда крыс таскать будет?

Но опытный.

– Не в декаду, а как и с постоем, в пять дней. Если в этот отрезок времени ты добудешь вторую голову, то я, так уж и быть, соглашусь рассмотреть вопрос поднятия цены на неё, ведь отдыхать ты не будешь?

Ах, ты ж га-а-ад! Своё он всё равно отобьёт. Ну, это мы ещё посмотрим! Может, удастся, как сейчас, разово и пристроить добычу за тот же золотой.

– На моё усмотрение, – отвечаю я, – или так, или так.

Мне главное, получить право иметь возможность при острой надобности продавать мясо крыс под тот же заказ. Главное, чтобы деньги платили.

– Что по шкурам? – задаёт вопрос трактирщик.

– Не продаются, – категорично отвечаю я.

– Ливер? – уточняет он.

– Пока, – выделяю я слово, – пока по пятаку, но за весь комплект. Могу и кровь поставлять, если подходящую ёмкость дадите.

Кивает.

– Будет тебе ёмкость. И кровь в комплект к ливеру, за пятак серебром согласен брать.

– А вот теперь, что касается такого вопроса. Вы просите выполнить заказ срочно, – я смотрю твёрдо в живые глаза трактирщика. Хищник он, настоящий хищник, когда вопрос денег касается. Опасный тип, но нужный.

– Ну, давай, удиви меня, – улыбается он.

Вот только, чего у него такая улыбка-то напряжённая?

А ведь удивлю.

– Очень, очень срочно! За это пансион и цена на мясо достигает суммы золотого!

А вот так. Удивил?

Похоже, что да.

Вот только деваться-то ему некуда, похоже, сам проговорился, что бывший поставщик куда-то с концами пропал и, помня, что представляют из себя крысы, даже могу представить, куда он делся!

Но помнит, гад, о полученных за последние порции мяса, золотых. Кучи золотых.

– Согласен!

А вот этого я не ожидал! Ведь теперь, реально, придётся своей шкурой рисковать. Отговориться тем, что охота не задалась, уже не получится.

Вот же, сам себя перехитрил, во, как лыбится, гад.

Сделал меня, обидно до слёз.

Придётся рисковать жизнью. И так простая жизнь беспризорника и без этой охоты полна опасностей, но денег за эту опасность никто не платит. А тут за риск не менее золотого получить можно.

– Но есть ещё одно условие, – вздыхая, говорю я.

– Что опять не так? – ухмыляется трактирщик.

Я же улыбаюсь ему, стараясь скопировать его фирменную улыбочку душегуба.

Явно, на детской рожице это весьма скверно и смешно выглядит, так что прекратим кривляться, ни к чему это.

– Для всех, я продаю вам мясо за ту сумму, которую вы во всеуслышание огласили при нашем первом с вами торге, – припечатал я, – один серебряный за всё, и не медяком больше, и на него я у вас и отдыхаю сутки. Вы меня просто жалеете, кормите и даёте отдохнуть в человеческих условиях. И никто о нашей с вами договорённости, кроме вас, знать не должен.

Уважительный взгляд на меня.

– Хитро! – качает головой.

Но моя просьба, по большому счёту, ему ничего не стоит. Да и для него лучше со мной, как поставщиком мяса, меньше проблем.

– Это все твои требования? – уточняет он.

Смотрю ему в глаза.

Х-м, да он веселится! Не верит, что мне удастся ещё раз к нему сюда крысятину принести. Но сейчас золотой на кону и ещё один день жизни за чужой счёт в человеческих условиях. Осталось добыть крысу.

Что ж, попробуем удивить.

Кир ждёт ответа на свой вопрос. Думаем, вспоминаем, что мы ему уже наговорили, ничего ли не забыли?

Вещи! Я же сейчас за те же деньги вещи купил у трактирщика.

Я золотой получу, если удачно всё сложится, а если нет, зачем тогда мне они? А так, куплю.

Но, думаю, лишним не будет, и денег лишних не бывает. Я это уже успел усвоить. Я продолжаю расти.

– Про одежду, добротную, пускай и старую, – всё-таки напоминаю я.

Ухмылка на его чёрством лице.

Тоже ведь, гад, об этом же подумал.

– По возможности, – отвечает он, – порванное рваньё я же тебе предлагать не буду, но новыми рубахами я тебя обеспечу. Они стоят недорого, а вы с Чили почти одинаковой комплектности. Решили? Всё?

Киваю согласно.

– Тогда, подобьём бабки, малой, – уверенным голосом говорит он. – По обычной схеме – ты принёс мясо, не напрягаясь на мои желания ускорить этот процесс, – я киваю, понял, чего этим так завуалировано он хотел сказать, хотя можно было и попроще. – Я за разделанную тушу, – пауза, потом он понимает, что мы комплектность туши то не оговаривали, только про ливер зацепили. – Ладно, – машет он рукой, – в прежней, – и уточняет, – как при первой покупке комплектность была. – Делает он мне одолжение. – Я оплачиваю тебе на руки за это пять серебряных, – опять киваю, – и ты в этот же день на сутки остаёшься у меня в одном из лучших номеров на полный пансион, как было после первой сделки.

Опять киваю.

Его слова, подтверждающие слова по этому пункту договора, мне просто бальзамом на душу.

А он между тем продолжает.

– Ливер ты представляешь к покупке в полном составе, включая кровь.

– После того, как вы мне нормальную, подходящую для этого ёмкость дадите, – напоминаю ему я.

– Я помню, – кривится он. И продолжает, – шкура к продаже не поставляется.

Снова кивок с моей стороны.

– Если в течение пяти дней ты ещё раз удачно совершишь охоту, то распоряжаешься своей добычей, как тебе заблагорассудится, но вначале должен предложить купить у тебя добычу мне. Ценник тоже устанавливаешь ты. Так?

– Угу, – вздыхаю.

Сейчас самое неприятное озвучат, где я сам себя перехитрил.

– Теперь – главное, – лыбится, гад, – если я готов оплатить срочную поставку, а это один золотом, ты представляешь к покупке мне полную, можно не разделанную тушу.

Во, гад! Но придётся соглашаться, цена уж больно большая и хорошая за тушу.

– Целую тушу я в одиночку не донесу. В разделанном виде. Включая, отдельно, и шкуру.

Что же, мне по комплектности сделали уступку, будем соответствовать!

И тут я добавляю.

– Договор касается только одного вида объекта охоты. Серых, обычных крыс.

В кабинете гробовая тишина.

Через какое-то время трактирщик оттаял.

– Подтверждаю. Но на всякий случай, если добудешь крысу другой расцветки…

Я прерываю его.

– Если я с ней когда-нибудь, не дай боги, столкнусь, то мы с вами больше никогда не увидимся! Не стоит провоцировать богов.

Помню, моряки очень суеверными были, на всё у них приметы – то не так не сделай, то не скажи, туда не смотри, но в нашем случае, лучше перестраховаться.

– Пусть так, – соглашается он.

На том и порешили. Обещался в течение ближайших трёх дней выйти на охоту. Почему не раньше? Так, не готов. Сумки подходящей нет, в чём добычу нести, шкуросъёмного ножа тоже. Да и разведку провести надо. Но сроки Кира устроили. Караван в городе ещё декаду простоит.

Так что, трактирщик и я вместе с ним, должны успеть озолотиться.

Кир озадачил Керта отнести куда-то какой-то заказ, я в суть не вдавался, оно мне не надо, а вот что по дороге на рынок он меня проводит, это было отличное известие.

И вот теперь подходим к базару, вернее, он доходит до него, а я добегаю. А ведь пригодилась охрана. Только от таверны отошли, как шайка пацанов крутиться вокруг нас стала. Ну, Керт их и шуганул от меня.

И вот теперь всё, я остаюсь без прикрытия. Ну, на территории базара цепляться прилюдно не рискнут, да где-то и мои ребята должны быть, отобьюсь, если, конечно, все скопом не навалятся. Уж больно котомка моя выпирает сложенными в них вещами. И в этот раз там у меня много чего ценного и дорогого по стоимости сложено, как, впрочем, и самих денег.

На самом рынке расстались, я прямиком рванул к хижине дедушки Хе, он же Керим.

Фу-х, добрался и, что удивительно, без происшествий. Может, подумали, что я траву свою травнице несу, а на кого она работает, так об этом весь рынок в курсе.

Дедушка Керим сидит на своём обычном месте, на небольшом стульчике за маленьким столиком и что-то из кожи ваяет. Не присматривался, то ли туфли шьёт, то ли сапоги.

– Моё почтение, уважаемый дедушка Керим.

Обращаю на себя внимание, и кланяемся, кланяемся.

Поворот головы, улыбка на старом, испещрённом морщинами лице. Глаза в добрую щёлочку превратились. Улыбка рта полного зубов и это в его то возрасте? Однако!

– Ты тут какими судьбами и здравствуй, конечно, Нов! Проходи. – Потом кивок на мою котомку.

– Опять ко мне с подарками? – уточняет он.

Опять кланяюсь, стоя перед ним почти вплотную.

– Пока без подарков, но вот получить от вас совет по некоторым вопросам я бы не отказался.

Честно открыто смотрю в его глаза.

– Ага, опять во что-то вляпался! – поднимается он со стульчика. Убирает на стол инструменты, которые всё это время держал в своих руках.

Я же подхватываюсь.

– Я хоть и без подарков, но чем вас угостить у меня есть.

Улыбка на его лице и вопросительно изогнутая бровь. Я тоже хочу так научиться управлять мимикой своего лица. Одно движение брови и ты уже понимаешь, о чём хотят тебя спросить. Талант!

– И что на этот раз? Жаль, конечно, но, думаю, что не мясо крысы? – ухмыляется старый убийца.

Возвращаю ему улыбку, не знаю, как объяснить, но рядом с этим человеком я чувствую себя в полной безопасности, мне легко и спокойно на душе.

– Пирожки от Кира! – изумление на лице дедушки, – и тоже с мясом, пускай и не из крысы, – добиваю я его.

– Удивил, так удивил! Не откажусь. Пойдём, чай по-особому заварю, настаивается он, правда, долго, но мы не спешим, нам ведь ещё и поговорить надо.

Я киваю ему.

Пару часов спустя.

– … знакомая вещица! – дедушка Керим в своих руках вертит мой метатель, – только снаряжение странное. Как таким бойком, – подкидывает в своей лапище маленький свинцовый шарик, – хоть кого-то ранить можно? У меня есть что-то подобное, но артефакт у меня однозарядный и заряжается маленькими дротиками, причём, со стороны дула, а у тебя, получается, с казны снаряжение артефакта идёт! Хитро.

– А ваш артефакт? – не удерживаюсь я от вопроса, любопытно же!

Мы сидим на маленькой кухоньке, под великолепный чайный напиток, приготовленный великим мастером, добиваем остатки пирожков. Дедушка от угощения не отказался, стесняться он, как я понял, не привык, и я у него такому же подходу в жизни учусь. Так что, пирожков нам осталось доесть, под одну кружку чая, на каждого.

– У моего принцип действия такой же – ускорители, устойчивый пробивной эффект двадцать шагов, но это по незащищённой цели. В бронированного воина можно и вовсе не стрелять – латы, во всяком случае, и с пяти метров не пробьёт. Тут только в незащищённые участки тела стрелять, если такие, конечно, есть. Но что удобный артефакт, это факт, и работает тихо, без побочных звуковых эффектов. Но у меня то в снарядах дротики, а у тебя, непонятные шарики.

Потом смотрит на меня так внимательно.

– Пробовал уже? – уточняет он у меня.

Мотаю головой в отрицательно жесте.

– Не рискнул в гостях, а вдруг, что не так?! – отвечаю я ему.

– Угу, – кивает, соглашаясь со мной, старик. Усмешка на его лице, – а насчёт гражданства Султаната, что я могу сказать…

Честно, даже не ожидал, как, того не желая, сам всё выложил, что произошло со мной за последние сутки. Только про кольцо ничего не сказал и ударник, а также не раскрыл всех наших договорённостей с дядюшкой Киром. А так всё, как на духу, про мага сказал, что что-то у него с его заклинанием не так пошло, вот и жахнуло, походу, сломав ему самому челюсть в трёх местах, а я тут совсем не причём. Но, видно, опытный старик, умеет понимать суть, что находится между словами, но спасибо ему, настаивать на том, чтобы я ему говорил правду, не стал.

– С одной стороны, тебе повезло, с другой… ты ж не местным будешь, тебе в карьерном росте на любом поприще больших высот никогда не достичь, и если это будет кому выгодно даже сиюминутно, то тобой пожертвуют. Подковёрные игрища при султане в почёте. Убьют! Так что, моё мнение, и заметь, даже не совет, потому что советы я не привык раздавать, их обычно просят, чтобы им не следовать, но зато, чтобы было, кого обвинить, если что в жизни пойдёт не так. Потому и говорю, я высказываю только своё мнение и то только тогда, когда меня об этом просят. Ты же просишь меня об этом? – уточняет он.

Киваю головой.

Улыбка у него на лице, очередной пирожок прекращает своё существование в крепких зубах старика.

– Тебе жизнь надо устраивать, хоть где, но только не в южных странах, где правят иноверцы. То есть, магометяне. Ты для них никогда своим не станешь. Никогда. Чужак, и этим всё сказано, но, как вариант, на время спрятаться от серьёзных проблем, если они тут у тебя возникнут, то это вариант, но только на время, и очень постараться не связывать себя оммажем с каким-то шейхом или что-то типа того. В магии крови они очень сильны. Уже не отвертишься. Так то!

Что интересно, он так и не попросил показать ему, смогу ли я запустить свой метатель или нет. Уважаю, уверен, что ему очень любопытен этот момент, но сдержался! Не каждый так сможет. Потому и хочется ему всё рассказать о себе, обо всём поделиться.

Хорошо посидели, но мне ещё в кузню успеть надо, узнать, что там, насчёт ножей, как дела продвигаются в их изготовлении у мастера? Ну и попробовать сделать новый, необычный заказ.

Прощаемся.

– Я тебе тут, как и обещал, сбрую для навеса сделал, с поясом и кармашками, – говорит старик, – и показывает мне связку непонятных ремней. – Скидывай рубаху, нечего светить этой боевой амуницией. Что необходимо иметь под рукой, кидай сразу в кармашки. Приспичит – сможешь быстро достать! И подштанники укороченные сделал. С кожей повезло, обрезки образовались, после выполнения одного заказа, причём, кожа необычная и очень приличная. Штаны на завязках, и так, с запасом в размере сделал. Как я понял, в обновках ты не собираешься в ближайшем времени по городу шастать? – понимает меня Керим.

– Нет, зачем неудачников всяких раздражать, когда противостояния можно просто избежать? – по-взрослому здраво рассуждаю я.

Устал я уже находиться в постоянном напряжённом состоянии. Ведь реально расслабиться я могу только у себя в подземелье. Даже у старика, хоть и спокойно, но как подумаешь, что с рынка надо ещё как-то выбраться без приключений и быстро добежать до своего убежища, чтобы никто не зацепил, особенно из старшаков, то дурно становится. Устал всего бояться.

Скидываю рубаху, Керим крепит у меня на торсе своё произведение.

– Боевая сбруя юного воина. Обычно, на этих ремнях мы столько железа вешали, что плечи обрывались. Удобная вещь, проверенная поколениями воинов моего народа. Пользуйся и не благодари.

Пока Керим ходил за моими полуштанишками, я перекинул в боковые кармашки на поясе с правой стороны ударник, а в левом теперь у меня кольцо ускорителя. В маленьком кармашке, разделённом на несколько отделов, четыре кругляшка положил – два стальных и два свинцовых. Так, на всякий случай, вдруг понадобится быстро перезарядиться, а счёт на мгновения будет идти, и от них жизнь моя зависеть будет. Ножа у меня нет, цеплять к поясу нечего, а потому всё, я готов.

Керим напоследок удивил.

– Глянул я тут, – смеётся он, – тебе длины рук вполне хватит, чтобы свой метатель за спиной носить. У меня подобная подвеска для своего метателя есть. А твой, более миниатюрный, что ли. Я тебе чехол на него сваяю, с тебя, в качестве ответного хода, пару ног крысы, если решишься. Хотя, понимаю, что ты и так решишься, если получится у тебя привязать к себе артефакт, от попытки охоты тебе не удержаться, характер у тебя не тот, чтобы на попе ровно сидеть. Ну, удачи тебе во всём, и береги себя. Жду с победой!

На том и расстались.

Прижал рукой к боку похудевшую в объёме котомку, всё-таки пакет с пирожками мы уничтожили, и двинул в сторону рядов оружейников.

Мне ещё к старому знакомцу, дело есть, и насчёт ножей у него уточнить, не забыть.