Глава 16

— Ты думаешь, я тебя как вспомнил-то? — произнес Михайлов. — Тут же заяву мне спустили проверить. А я смотрю, фамилия знакомая.

Мы как раз подошли к лавке. Михайлов положил на нее папку и достал скрепленные листки, которые и протянул мне. Стоило лишь пробежаться по ним взглядом, как я зацепился за фамилию. Все понятно, завод зашевелился наконец.

Я мысленно кивнул. Произошло то, что я и предполагал. Саня не появился на работе и не отвечал в течении всех прошедших дней. Отдел кадров подал дежурное заявление в полицию. А вот почему его «спустили» именно Михайлову, стало для меня вопросом. Ведь Саня жил не на его подотчетной территории.

Но следующие подробности, высказанные Михайловым, подняли внутреннее напряжение.

— Там у них «эсбэ» молодцы какие, — усмехнулся он. — Приложили видеоматериалы с тобой.

— Видеоматериалы? — спросил я. — Какие еще?

Я продолжал сохранять спокойный вид, но внутри был напряжен с самого начала диалога. Даже намек на мое раскрытие нес большую опасность.

— Напомни, вы ведь вместе покидали последнюю смену? — спросил Михайлов и добавил в ответ на мой кивок: — После этого оба не вышли на последующие смены. Такое вот совпадение выходит…

Хоть Михайлов и продолжал сохранять дружелюбный вид, каким-то чутьем я ощутил, что тот внимательно меня рассматривает.

— В общем, пришла задача отработать по возможной версии, — улыбнулся полицейский. — Но оказалось, ты и сам уже обратился.

— Так я говорил уже, — я почесал затылок. — Как портал этот увидел, думал, кукухой двинулся. Ну и прибухнул маленько…

Говоря это, я мысленно поблагодарил себя, что заранее обратился по поводу пропажи Сани. Сделав первый ход, да и наладив с полицейским дружеское общение, сейчас я оказался в куда более выгодной ситуации. В противном случае, полицейский бы завалился ко мне в квартиру, и непонятно было, как все будет.

— И чего теперь? — я поддержал шуточный тон полицейского, желая понять вектор дальнейших действий. — Меня будут допрашивать, куда Саню дел? Или в дурку?

— Да не парься ты, — усмехнулся Михайлов. — Сейчас это уже не фантастика, а реальность.

— Ага, — кивнул я. — Дела творятся еще те.

— Жаль, конечно, что в автобусе камеры не было, — добавил Михайлов. — Была бы видеофиксация момента переноса, и никакой возни бы не понадобилось.

Я же, наверное, впервые в жизни был рад, что нас возили на старых пазиках, где никто не парился об установке видеонаблюдения. Иначе у меня сейчас были бы серьезные проблемы.

— Ладно, — махнул рукой Михайлов. — Может, найдутся уличные записи с хорошим обзором…

Последняя мысль мне откровенно не понравилась. Мы жили во времена, когда вся улица была утыкана камерами. Если Михайлов будет достаточно усерден, велика вероятность, что он найдет запись и поймет, что в портал попал не только Саня, но и я.

«Если Михайлов докопается, то будет плохо, — произнес внутренний голос. — Моя важнейшая тайна попадет в его руки».

А как этим распорядится участковый? Доложит начальству, как верный пес? А может, придет ко мне и попросит что-нибудь за молчание? Или предложит свою помощь? В любом случае моя судьба будет зависеть от решения постороннего человека. Допускать такое было нельзя, но что я мог сделать?

«Для начала хватит зацикливаться на вопросе с Саней, — произнес внутренний голос. — Пока он и правда ничего не заподозрил».

— И все-таки, — сказал я. — А зачем вообще такая подробная суета по поводу участников? Его реально ловить будут?

Я показал рукой на билборд, где продолжал излучать брутальную брутальность силуэта Когтя в темном плаще.

— Не только он прячет лицо, — посерьезнел Михайлов. — Есть и другие, и они потихоньку обретают силу…

Он промолчал, но мне было понятно, о чем речь. Всеми силами пытаясь избежать интереса государства, я еще не задумывался о том, что будет, когда адепты Пути обретут больше силы. Что они начнут делать в реальном мире?

— Начнут творить дела, и как их ловить? — невольно вторил моим мыслям Михайлов. — Тут хоть сам становись суперполицейским.

Он вздохнул, не утаив сожаление. Я вспомнил о горячем желании Михайлова пополнить ряды адептов. Именно на этой почве мы наладили общение в прошлую встречу. А мог ли я сыграть на этом? Отвести его от дела, которое было опасным для меня.

В голове начали зарождаться смутные идеи.

— Ты говорил, что можешь сам влезть в это, — произнес я. — У тебя вроде как друзья. Не узнавал?

Михайлов тут же помрачнел.

— Узнавал, — кивнул он. — Там, говорят, программа отбора, как у космонавтов, так еще и проверка по безопасности такая, что трындец.

— То есть, набор все-таки идет? — заинтересовался я.

Я спросил и сам мысленно себя обругал. Мой интерес мог показаться странным. Однако Михайлов, видимо, сам поглощенный этой темой, даже не заметил.

— Еще как! — с жаром произнес он. — Говорят, хотят взять под контроль всех игроков, и думаю, то же самое и в других странах. Сделают, как в Китае.

Я кивнул. Я хоть и следил за мировыми делами лишь краем глаза, но знал, что Китай с этим вопросом разобрался резко и кардинально. В первые же двое суток там были выяснены все личности участников. Теперь все они работали на интересы государства. Другие страны, особенно цивилизованные, так жестко действовать не могли, но шли тем же курсом.

— А потом уже в участники будут попадать только проверенные люди, — увлеченно говорил участковый. — Так, чтобы все были под контролем у безопасников.

Забавно, что как простой человек, я бы даже поддерживал это и понимал бы. Но судьба так распорядилась, что я оказался в другом лагере. Мы с государством делали одно дело, но друзьями нам уже было не стать.

— И что? — спросил я. — Не пролезешь?

— Да куда там менту из мухосранска, — цыкнул Михайлов. — Говорят, желающих — завалиться. Все хотят этого… сверхсилы.

Повисла пауза. Полицейский ушел в свои мысли, в то время как я думал об опасности засветки моего участия в игре.

— Вообще, есть варик через друзей с учебки… — наконец произнес он. — Но они, похоже, вчерную работают…

Лицо Михайлова приняло неуверенное выражение. Он явно сомневался насчет этого «варика», то ли не желая говорить, то ли не зная, какое мнение принять по этому вопросу.

— Да говори ты, не парься, — произнес я. — Я ж понимаю все. Не болтун.

Ментальная энергия холодком прошлась по позвоночнику. Из-за внезапности момента применил я её почти на автомате, заботясь лишь о том, чтобы воздействие было максимально слабым и незаметным.

Но все равно мой голос в этот момент будто налился какими-то металлическими нотками. Однако Михайлов этого не заметил. Наоборот, будто решившись, он произнес:

— Есть наметка через друзей там… кое-каких. Могу вписаться в дело и получить инициацию. Да вот думаю еще…

Ответ участкового подтвердил догадку. Тот имел какой-то то ли нелегальный, то ли связанный с опасностью вариант и сомневался по этому поводу.

«А ведь это отличная идея, — подумал я. — Если Михайлов займется этим, то уж точно у него не будет времени расследовать дело Сани».

— Слушай, решение принимать тебе, конечно, — произнес я. — На одной чаше весов твое желание, на другой — работа бегать заявления у бабок собирать. Решать тебе.

Мне даже почти не пришлось использовать ментальную энергию для убеждения. Кажется, Михайлов, в котором крылось большое желание войти в ряды участников, находился в шаге от решения. Ему просто требовался последний толчок, который я и дал.

— Знаешь, а ты прав, — произнес он. — Вот ведь дурак тоже, наркоманов на закладках шугать да бабок слушать. Нашел, за что держаться.

Глядя на него, я понял, что Михайлову уже вообще плевать на дела, обстоятельства пропажи Сани и прочее. Он выглядел как человек, принявший решение и готовый действовать.

— Ты вроде еще хотел там порасспросить про Саню, — напомнил я.

Я показал на листок в руках участкового, где были материалы по делу моего погибшего друга.

— Знаешь, давай не буду лезть. У тебя друг умер все-таки, а тут я со своими вопросами, — произнес участковый. — Да и в заявлении ты уже все прописал. Ты прав, Макс, есть возможность заняться другими делами. Так что пойду я, пожалуй.

— Понимаю, — кивнул я и хлопнул его по плечу. — Тогда бывай.

Глядя в спину участковому, я ощутил, что будто смотрю на другого человека. Кажется, только что тот принял некое волевое решение, о котором долго размышлял.

— Вот она значит, какая — сила ментала, — произнес я.

Нет, я не изменил его точку зрения, не переписал мысли, да и не желал творить с человеком такое. Только добавил легкое воздействие, лишь подтолкнувшее его к принятию некоего решения, о котором он и так давно думал.

Трудно было понять, пользу я ему принес или нет, но уж не навредил. Но что самое главное — по крайней мере на первое время теперь можно было не беспокоиться, что Михайлов займется расследованием дела с Саней.

— Вот и решил с этим, — выдохнул я. — Пора идти по своим делам.

Напоследок я еще раз глянул на силуэт Когтя. Мое альтер эго символично нависало надо мной, взирая из глубины темного плаща.

Только что, возможно, я изменил судьбу человека. Вместе с этим я продолжал меняться сам. Куда меня вел этот путь, не мог сказать никто.

* * *

Зайдя в магазин экипировки, я взял качественные берцы и еще пару мелочей. Я уже уходил, как взгляд зацепился за байкерские банданы. Глядя на них, я понял, что те можно было использовать как платок на нижнюю часть лица.

Невольно я вспомнил последний раз, когда использовал капюшон плаща в качестве маскировки. Тот оказался очень удобным и не спадал при движении, но скрывал лицо лишь частично — при личной встрече бы не помог. А вот если добавить платок на лицо, то идеально сочетался с этой темой и был удобнее, чем душная балаклава.

«А еще так круче выглядит», — мысленно добавил я.

Шутки шутками, а если я хотел подавать себя как узнаваемую персону, то следовало работать над образом. С этими мыслями я взял черный платок. Подумав, добавил к этому еще кожаные перчатки без «пальцев».

Затарившись после этого едой, я поспешил домой. Разговор с Михайловым, помимо прочего, лишний раз напомнил, что нельзя терять время.

Я получил отсрочку, но не гарантию. Скорее я был даже уверен, что рано или поздно возникнет опасность раскрытия. Государственная машина работала хоть и медленно, но обладала великими ресурсами.

Вернувшись домой, я в первую очередь залез на стрим. К сожалению, участники не спешили демонстрировать свои успехи. Экраны показывали лишь статистику:

Мирная Земля (3352 адептов) — 32 аномалии зачищено

Земля кровавая (1 адепт) — 1 аномалия зачищена

— Кажется, меня обогнали, — в шутку заметил я.

За сутки другая фракция зачистила три десятка аномалий. Могло показаться, что это много, но если в каждой аномалии работало по пять человек, то получалось, что в среднем было задействовано полторы сотни человек. Учитывая общее количество в три тысячи, то выходило, что большая часть участников еще не работала.

«Количество адептов опять снизилось, — мысленно добавил я. — Похоже, еще и потери были».

Мне сейчас требовалось также не терять время и продолжить дело зачистки. Это было полезно и для планеты, и для меня. К следующей общей игре следовало еще нарастить силы. И это не говоря о затаившейся где-то на горизонте угрозе раскрытия.

Поглощение энергии с мелких гоблинов ожидаемо никаких трудностей не вызвало. Я даже не отвлекся от просмотра новостей, пока это делал. Впрочем, и прирост был соответствующим.

Адепт Пути Коготь

Лидер фракции Земля кровавая

Телесный вектор силы

Телесный атрибут (слаборазвитый 5%)

+регенерация

Ментальный атрибут (неразвитый 18%)

Активирован информационный помощник (3 уровень доступа)

«Итого четыре процента роста за всех гоблинов, — подумал я. — Зато внезапно ментальный вырос еще на четыре процента».

Подтвердились мои догадки, что при улучшении навыков развитие атрибута также растет. Сегодня у меня получилось использовать ментальную энергию новым способом.

«Вот только как же медленно растет ментальный атрибут, — с неудовольствием подумал я. — Чтоб поднять его, придется попотеть».

Стало понятно, почему помощник классифицировал ментальный атрибут как очень редкий. Монстры с ним почти не попадались, так еще и развитие было долгим.

— Погоди-ка, — подумал я. — Сейчас еще кое-что добавлю.

Сконцентрировавшись, я приложил волевое усилие. Тут же характеристики дополнились новым разделом:

Способности

Физический атрибут: Улучшенные физические характеристики.

Ментальный атрибут: Кровавое наитие, Убеждение, Усиление атаки.

Новую способность я назвал Убеждением. В первый раз я использовал ее в Японии, когда заставил некоторых людей бежать с площади. Сегодня, в разговоре с Михайловым, я окончательно осознал, как ее следует применять.

Помимо этого добавил еще и Усиление атаки, примененное в башне, чтобы разрубить металл. Навык позволял вливать ментальную энергию в оружие, улучшая его пробивающую способность. Пока что долгая подготовка делали его применение невозможным в бою.

— Хорошо, — произнес я. — Что дальше?

По времени сейчас был ранний вечер. Первоначально я думал отдохнуть после поглощения энергии, но то далось так легко, что я ни капли не устал. Наоборот, организм, кажется, кипел от жажды действий.

«Помощник, — обратился я. — Есть свободные аномалии?»

Есть незачищенные аномалии в количестве 1532 единиц. Напоминаю, требуется зачищать их как можно быстрее, иначе планете будет нанесен ущерб!

Увидев число, я впечатлился. Похоже, действительно не стоило терять время. Я спросил о сложности и возможности выбора. К сожалению, тут ответ был неутешительным:

После соглашения вы будете перенесены в ближайшую аномалию ввиду экономии энергии, черпаемой из энергосферы планеты. Возможность выбора исключена.

Несмотря на ответ, я уже готовил экипировку. Быстро собрав рюкзак, накинул плащ и повязал шейный платок. Вкупе с капюшоном тот и правда смотрелся брутально, добавляя колорита моему образу.

Постоянно я его носить, конечно, не собирался. Но вот порисоваться перед модулем-наблюдателем — почему бы и нет?

Быстро сложив сумку, я вспомнил о Братце. С черепом пока было много вопросов по тактике применения. Я решил не брать его в руку, так как это нарушало мою боевую стойку в Кровавом наитии, так что запихал в сумку — благо, места там еще хватало.

Наконец я был готов. Убедившись, что все собрано, и попрыгав, я схватил Коготь покрепче и обратился к помощнику. Отказав в трансляции, дал команду на перенос. Очередная аномалия ждала меня.

Поймав равновесие после переноса, я обнаружил себя в густой траве у какого-то холма. Прислушавшись, я услышал шум машин вдалеке. Похоже, я находился неподалеку то ли от города, то ли от оживленной трассы. Судя по растениям — на территории родной страны.

Аномалия нашлась тут же. Её искажающее марево трудно было с чем-то спутать. Не став терять времени, я вошел в огрызок чужого мира.

Вновь накатил тот самый эффект. Пейзаж вокруг скомкался и поблек, словно старые обои. Вместо них пришла новая реальность.

Я успел увидеть, что меня окружила плотная стена растительности. В лицо пахнул теплый, напитанный влагой и растительными запахами воздух. Однако не успел я оглядеться, как под ногами ощутилось что-то зыбкое.

Замахав руками, я с трудом поймал равновесие и посмотрел вниз. Ноги медленно погружались в какую-то густую коричневую жижу.

— Лучше места для входа не нашлось⁈ — выругался я.

Я попытался сделать шаг, чтобы вытащить ногу из жидкой грязи. Однако вторая нога при этом погрузилась еще глубже. Пошарив взглядом по окружающему пейзажу, я поставил освободившуюся ногу на какую-то ветку, но та тут же подалась вниз, погружаясь в трясину.

Мля, да это чертово болото!

Я сделал еще несколько попыток, но с тем же эффектом — я проваливался все глубже. Как будто снизу вовсе не было никакой почвы, а только густая жижа. В итоге за минуту я погрузился в нее по колени, но так и не сдвинулся с места.

Пришло дикое желание забыть обо всем и рваться куда-нибудь в сторону. Ушла еще пара драгоценных секунд, чтобы подавить страх.

Успокоившись, я внимательнее пригляделся к округе. Неподалеку хватало растений с толстыми жилистыми стволами. Только моих рук не хватало, чтобы зацепиться. Иными словами, я был в ловушке.

«Веревка, — понял я. — Здесь бы она помогла».

Хоть я и остановил движение, но все равно медленно продолжал погружаться в заросшую растениями воду. Не желая с этим мириться, я снял сумку и быстро заглянул в нее. Веревки там не обнаружилось. Зато на меня поглядывал сверкающими глазницами Братец.

— Ну-ка, дружище, — произнес я. — Настало твое время.

Достав приспособу, я отметил, что длины цепи хватает. Оставалось только сделать так, чтобы череп обмотался вокруг похожей на лиану ветки, что висела неподалеку.

— Братец, — произнес я. — Щас я тебя брошу. А ты челюстью схватишь ее, понял?

Не став ждать ответа, я раскрутил Братца и швырнул его, удерживая в руках цепь. К сожалению, мое указание череп не исполнил.

«А с чего ему знать твой язык, дурной? — произнес я мысленно. — И это не считая вопроса о его разумности».

Именно в этот момент до меня дошло. Братец мог не понимать языка. Но был и ментальный способ общения.

Сконцентрировавшись, я, как и в разговоре с участковым, ощутил холодную, словно иней, энергию, пробежавшую вдоль позвоночника. Вновь раскрутив череп на цепи, я швырнул его к лиане.

— ХВАТАЙ ЕЁ! — крикнул я в последний момент.

И Братец сделал это — его челюсть со щелчком сомкнулась на зеленой ветви. Тут же я дернул цепь на себя, вытаскивая тело. К этому моменту я успел погрузиться до середины бедра, но усиленные физические характеристики сделали свое. Выдернув себя из плена, вскоре я добрался до узловатых корней, где уже можно было стоять без опаски.

Новая аномалия встретила меня испытанием. Что же ожидало впереди?