Глава 5. Кто скрывает тайну?

Впервые я видела настоящее сражение.

Не состязание во время праздника, не шутливый или тренировочный бой, что иногда устраивали мои братья.

Это было настоящее сражение. Смертельное.

Белый тигр прыгнул. Бесшумно, без разбега, просто взвился с места.

Из-за плеча Безумного Демона я увидела, как огромная белая кошка распласталась в полёте, раскинула лапы, обнажив когти.

Такие когти проткнут насквозь любого человека.

Но демон?.. Сможет ли он противостоять силе хищника?..

Демон отстал от тигра всего на несколько мгновений. Он точно так же взвился в воздух с места. Чёрная тень полетела к белой тени, и посредине они встретились.

Тут же красота полёта превратилась в уродство битвы. Не было больше слаженного лёгкого движения двух тел. Два существа, охваченных жаждой убийства, с рычанием вцепились друг в друга, упали на землю, покатились по ней, сминая драгоценную траву фан-фэн, ломая кусты.

Разинутая пасть тигра, в которой ворочался толстый красный язык, была совсем рядом с головой демона. Ещё немного — и зверь вгрызётся ему в лицо!.. Но Безумный Демон обхватил тигриную шею, сжимая кольцо рук всё сильнее. Звериные когти разорвали чёрный халат на спине, царапали плоть, оставляя глубокие полосы ран, а я видела, как нечеловеческим усилием напрягаются мышцы на руках мужчины, который встал между мною и тигром

Точно так же он совсем недавно встал между мною и демонами…

В какой-то момент тигр оказался придавленным к земле. Его хвост судорожно дёрнулся, раздался тошнотворный хруст, бока хищника поднялись и опали, а потом замерли.

Безумный Демон тоже замер, лёжа ничком на поверженном хищнике.

А я перестала дышать, стоя возле корзины с травой.

Надо ли мне подойти и помочь? Или лучше бежать и звать на помощь?

Но один раз я уже помогла демону. И он убил моего жениха. Если помогу второй раз, то кто будет убит? Может, мой брат? Мой отец?..

Время шло, а я продолжала стоять под палящим солнцем, на склоне горы, где запах травы мешался со сладковатым запахом крови.

Тут демон пошевелился и приподнялся, сбрасывая тяжёлые звериные лапы. Он упёрся ладонью тигру в грудь, встал на ноги, а потом… обернулся ко мне.

Взгляды наши встретились.

Бежать было поздно.

Чёрные глаза вспыхнули, засветились каким-то особым, внутренним пламенем. Оно околдовало меня, подчинило, словно связало невидимыми верёвками.

И Чэнь говорил, что в этом месте не властно никакое чёрное колдовство, что здесь даже небожители теряют свою силу. Но я убедилась, что это не так. Что-то действовало… Что-то не подчинялось благодати этого места… Иначе как объяснить то, что я ощущаю сейчас? То, что сейчас происходит?

Безумный Демон сделал шаг ко мне, ещё шаг, и я не пошевелилась. Смотрела, как он приближался. Точно так же, как после убийства Хуэй Фэна.

Только тогда Безумный Демон выиграл битву без единой царапины. А теперь… Теперь он был весь изранен. И чёрные одежды повисли окровавленными лохмотьями.

Поперёк правой щеки проходила царапина, но не от когтей тигра. Наверное, поцарапался об острый сучок, когда боролся со зверем.

Капелька алой крови повисла на смуглой коже.

Потом сорвалась, упав в траву.

Я вдруг осознала, что думаю совсем не о том, о чём следовало. Только что меня чуть не съел тигр, только что моего отца оболгали, только что в заповедном месте появился демон, а мои глаза видят израненного мужчину и капельку крови на его щеке…

Демон тем временем подошёл совсем близко, распахнул ворот чёрного халата-шэньи и вынул из-за пазухи… цветок пурпурного пиона.

Цветок был измят, с поломанными листьями, лепестки осыпались с поникшей цветочной головки, но я смотрела на него, как на чудо. И не потому, что до цветения пионов было ещё больше месяца.

Тот, кто убил моего жениха, кто совершил неслыханное преступление в стране моего отца, извечный враг людей — демон, он защитил меня от смертельной опасности. А теперь дарит цветок.

Лицо Безумного Демона дрогнуло, он досадливо поморщился, увидев помятый пион.

Мгновение — и цветок полетел в сторону.

— Я принесу другой, — сказал демон. — А тебе не следует ходить одной по лесам. Это опасно.

Он сделал ещё шаг по направлению ко мне и протянул руку, будто точно так же, как во дворце, хотел коснуться моей щеки.

Это привело меня в чувство.

Слабо вскрикнув, я бросилась бежать.

Сейчас он догонит меня… Схватит, как добычу…

Но никто меня не преследовал, и я ворвалась в свой новый дом, тяжело дыша, на подгибающихся от страха и усталости ногах.

И Чэнь как раз выходил из своей комнаты, потягиваясь и позёвывая, но когда увидел меня, сон с него сразу слетел.

— Что случилось?! — закричал брат, кидаясь ко мне. — Ты красная, растрёпанная… Кто-то тебя обидел? Где он?!

— Никто не обидел, наоборот…

Сбиваясь на каждом слове, я рассказала ему о тигре, о старике, о Безумном Демоне. Рассказ получился путаный, И Чэнь смотрел на меня, словно это я сама обезумела.

— Слепой старик сказал, что наш отец его ослепил!.. — говорила я торопливо и взахлёб. — И что он жестоко расправился с несогласными!..

— Какой старик?! — завопил брат, перебивая меня. — Тут демон?! И тигр?! Запрись в комнате и не выходи!

Он схватил меня за руку повыше локтя и утащил в мою комнату, плотно закрыв дверь.

Я слышала, как он приказывал двум телохранителям охранять меня, а остальным — следовать за ним и быть готовым к любой опасности.

Совершенно без сил я опустилась на постель, глядя в окно, где деревья по-прежнему шумели, как море, и по-прежнему светило солнце. Всё было по-прежнему, но в то же время всё изменилось.

Мысли мои были такими же путаными, как мой рассказ брату. Слепой старик… разрушенная пагода… сломанный цветок пиона… шпилька с красным камешком… чёрные глаза Безумного Демона…

Эти образы стремительно сменяли друг друга в моём сознании. Сыпались и перемешивались, как сухой песок.

Пришла няня — испуганная, встревоженная. Она расспрашивала меня, и я что-то ей отвечала, но что говорила — половину не понимала сама.

Чёрные горящие глаза… Мужская окровавленная рука держит пион… Поверженный тигр…

И Чэнь вернулся уже в сумерках. Он был в пыли, разгорячён и рассержен.

— Так и знал, что это проделки демонов! — сказал он мне, жадно выпивая чай, поданный няней. — Никакого старика там нет, и никакой пагоды. А тигр был одержим демонической силой. Ты понимаешь, что это означает, Шойо?

Я только покачала головой. Пока я понимала лишь одно — что вот-вот сойду с ума.

— Безумный Демон начал охоту на тебя! Он хочет тебя погубить!

— Нет, он меня спас…

— Шойо! Всё не так! — воскликнул брат, для верности ухватив меня за плечи и встряхивая в такт словам. — Он подослал к тебе своего подручного. Или сам превратился в того старика. Наговорил тебе лжи. Заставил сомневаться в отце. Сомнения — вот то, что делает твой дух слабым. Ты поверила лжи, засомневалась, и демоны смогли натравить на тебя одержимого зверя. А потом притворились, будто спасают тебя. Это хитрая ловушка, понимаешь?

— Кажется, да…

— Надо немедленно сообщить отцу, — И Чэнь отпустил меня и в волнении потёр ладони. — Нельзя оставаться здесь, но и возвращаться в столицу нельзя. Уедем сегодня же. Возьми только самое необходимое.

— Но куда мы поедем? — спросила я, а няня заохала и заметалась по комнате, собирая мои украшения, платки и веера.

— Постараемся запутать след, — брат уже был спокоен и сосредоточен. — Отправимся на север, а сами свернём к западу. Нам надо оставаться на благодатной земле. Покидать эти места опасно, пока отец не найдёт для тебя другого убежища.

— Но если демоны пробрались и сюда, то где можно от них скрыться? — произнесла я, чувствуя, как гибкие плети сомнений снова опутывают меня. — Они настолько сильны, что прошли через благодатный щит, проникли на благодатную землю…

— Не рассуждай, а слушайся меня, — перебил брат. — И думай об этом поменьше, Шойо. И главное — не сомневайся. Наш отец — лучший из всех живущих на земле. Самый могущественный, самый справедливый.

Я послушно кивнула, соглашаясь.

Вскоре мы с няней ехали в повозке, под охраной телохранителей и брата, а лекарь сидел рядом с возницей, прижимая к груди сундучок с лекарственными снадобьями.

Выглядывая в щёлочку окна, я видела, что брат едет на лошади рядом с повозкой, настороженно оглядываясь, будто ожидает немедленного нападения.

Так от кого же меня прячут? От рода Чу или от демонов?

Снова и снова я вспоминала бой Безумного Демона с белым тигром.

Было ли это обманом? Я видела раны на теле демона, видела кровь…

Может ли демон победить тигра? Может. Сила демонов больше силы зверей. Но если в этом месте демоническая сила подавляется, то как демон может победить? Это может сделать человек, чей дух движется по пути самосовершенствования, чей дух отточен, как закаленный клинок… Но демоны — не люди. У них нет человеческой силы.

Однако Безумный Демон проник через защитный купол, проник сюда, смог защитить меня…

Неужели он настолько силён, что превзошёл всех на этой земле? Как же небожители такое допустили?

К вечеру мы достигли горной хижины. Она была гораздо меньше дома возле озера Золотых лотосов, и брату с телохранителями пришлось устроиться на ночлег во дворе.

В хижине были всего две комнаты. В первой — очаг, во второй — небольшой кан. Такой, что поместится лишь одна постель.

Я хотела уложить няню рядом с собой, но она наотрез отказалась.

— Мне и возле очага будет неплохо, — говорила она, расчёсывая мне на ночь волосы. — И кому-то надо будет следить за огнём.

Вещей мы взяли немного, собираясь наспех, но сухие лепестки пиона няня не забыла, и перед сном я получила свою чашку ароматного напитка.

Вот только знакомый аромат сегодня не навевал приятных мыслей и не дарил спокойствия. Сегодня впервые напиток напомнил мне не о доме и семье, а о… Безумном Демоне.

Держа в ладонях почти стывшую чашку, я стояла возле окна и смотрела в тёмный лес, где роились зелёные и золотистые звёздочки светлячков.

Безумный Демон принёс мне цветок пиона…

И пообещал принести другой…

Знало ли это демоническое существо, что в мире людей подарить пион девушке — это как признаться ей в любви? Если не знало, то к чему такой подарок? А если Безумному Демону это было известно? Тогда… тогда…

Нет! Этого просто не может быть! Чтобы демон влюбился в человека?!

Одним махом я выплеснула пионовый чай за окно и тут же пожалела о своём порыве. Чай не был ни в чём виноват. Его заварила моя няня, для меня, а не для демонического колдовства. Поставив пустую чашку на стол, я легла в постель.

Демоны хитры. Они умеют обмануть. Умеют смутить. Умеют посеять сомнения в душе. Вот и сегодняшний день был именно таким. Обман, сомнения, ложь… Но почему я всё время вспоминаю взгляд чёрных глаз?

Наступил час крысы, когда всё вокруг затихло, и весь мир уснул.

Только мне не спалось. Я лежала на боку, зажав ладони между коленями, совсем как в детстве. И смотрела в темноту, хотя ничего не видела.

Луна выплыла из-за леса. Её свет постепенно залил комнату, мягким бликом отразился на гладком боку фарфоровой чашки.

Движение воздуха коснулось моих разгорячённых щёк. Но это был воздух не от окна, а от двери. Кто-то приоткрыл дверь — осторожно, бесшумно, и так же бесшумно прошёл в комнату.

Безумный Демон! Он нашёл меня и здесь!

В одно мгновение я потеряла способность двигаться, говорить, дышать — только сердце билось, словно тоже стало безумным.

К столу скользнула чёрная тень и… превратилась в мою няню.

Она взяла пустую чашку из-под пионового чая, а я перевела дух — с облегчением, но и… с разочарованием. Мне тут же стало стыдно из-за этого. Разочаровалась? Я — разочаровалась? Из-за того, что это не Безумный Демон ворвался ко мне ночью? Когда я не одета… Когда лежу в постели… Да, брат говорил верно. Встреча с демонами не идёт на пользу человеку. Вот уже и распутные мысли пришли вслед за сомнениями…

— Она выпила всё и спит, — раздался шёпот няни.

«Не сплю», — хотела ответить я, но в это время к столу скользнула вторая тень.

Луна осветила морщинистое лицо, длинную бородку… Это был врач. Королевский лекарь, который сопровождал нас в поездке. Только как он осмелился войти в мою комнату? Ни одному мужчине, даже старому, не позволено входить ночью к женщине, если она не его жена, сестра или дочь. Тем более, если она — дочь императора.

Как няня могла позволить это?!

— Накрой тело госпожи шёлком, — негромко велел врач и подтянул рукава своего халата повыше, чтобы освободить руки.

Что происходит? Зачем шёлк?

Усилием воли я заставила себя лежать неподвижно, пока няня накрывала меня тонким шёлком от шеи до ступней.

Врач шагнул ко мне, протянул руку, коснулся моего плеча…

— Что вы себе позволяете?! — воскликнула я, резко садясь в постели и отбрасывая шёлковое покрывало. — Кто дал вам право прикасаться ко мне? Мой брат казнит вас за оскорбление!

Я уже собиралась позвать И Чэня, но тут няня и врач упали передо мной на колени.

— Пощадите, драгоценная принцесса! — взмолилась няня шёпотом, обнимая мои колени. — Мы действовали по приказу императора!..

— Моего отца? Он приказал привести мужчину в мою комнату ночью? — спросила я грозно, не веря, но всё же не позвав брата на помощь.

— Принцесса, мы не хотели ничего плохого, — сбивчиво заговорил врач. — Но император велел мне каждую ночь перекрывать акупунктурой ваши меридианы, блокируя энергию.

«Кто-то намеренно блокирует твою духовную силу», — вспомнила я слова слепого старика.

Кто-то. Этот кто-то — мой отец? Но зачем?..

Последний вопрос я произнесла вслух, хотя не собиралась ничего спрашивать у няньки и лекаря.

— Каждый вечер вас усыпляют при помощи снадобья, которое подмешивается в пионовый чай, — сбивчиво заговорил врач. — Оно безвредно, это снадобье. Клянусь жизнью, что безвредно!

— Безвредно?! — вскипела я. — Сдерживание энергии ци может навредить человеку!

— О, нет, принцесса! — совсем перепугался лекарь. — В вашем теле нет энергии ци, только благодатная энергия нейли. Но её переизбыток может вызвать всплеск четырёх негативных эмоций — гнева, тоски, страха и уныния. Император не хочет, чтобы вы проявляли эти чувства, поэтому каждую ночь блокирует их течение. Раньше император производил блокировку сам, но теперь, когда вы вдали от дома, он поручил эту миссию мне. Уверяю вас, принцесса, мои намерения были только благими, я ни в коем случае не хотел вас оскорбить и действовал лишь по распоряжению его величества.

— Всё так, госпожа! Всё так! — всхлипывала няня.

Старик говорил, что сдерживать энергию опасно. И он говорил о присутствии ци в моём теле. Отец каждый вечер приносил мне пионовый чай, после которого я засыпала без сновидений. Кому верить?.. Я задумалась, но ненадолго.

— Отец желает всем только добра, — сказала я медленно. — Его решение не может навредить мне, его дочери. Поэтому делай своё дело, как и было приказано. Больше не приносите мне пионовый чай. Я подчинюсь любому приказу отца, как и полагается почтительной дочери.

Я легла на постель и закрыла глаза, позволяя лекарю прикоснуться ко мне. Без труда я считывала его лёгкие прикосновения. Он коснулся двенадцати точек, перекрыв двенадцать жизненных меридианов, а потом лёгкое движение воздуха подсказало, что лекарь ушёл.

Няня укрыла меня одеялом, поправила подушку под моей головой, и я погрузилась в сон. В настоящий, не вызванный сонным снадобьем.