Глава 5

Стоял и смотрел на строчки анализа, а в груди медленно разжималось что-то, что сжималось последние несколько часов. Целостность просела, это да, была шестьдесят один, а стала пятьдесят семь, и износ подрос с тридцати шести до сорока одного, но зато все остальное выглядит куда бодрее, чем раньше.

Три часа до разрушения превратились в пять, хотя уже полтора прошло, режим перегрузки сменился на стабилизацию, и три с лишним тысячи кирпичных накопителей подключились к системе и начали работать. Качество соединения, правда, паршивое, девятнадцать процентов, но оно и понятно, мокрый шов между древесиной и кирпичом в качестве проводника это примерно как провод из сырого хлеба. Работает, но с оговорками.

И все-таки я оказался частично прав. Присоединение балки к кладке дало результат, но далеко не окончательный. Невооруженным глазом видно, что стало лучше, даже не надо ничего анализировать. Гул изменился, стал ровнее и глуше, без тех рваных перепадов.

Пыльцы тоже меньше, облака осели, теперь из зачищенных участков сочится легкая белесая дымка, а не плюется снопами, как раньше. И вспышки рун на стенах уже не бьют по глазам, мерцают спокойно, ритмично, как сердцебиение отдыхающего человека. Накопители начали принимать на себя избыток Основы, и это именно то, что было нужно.

Дисбаланс частично купирован, говорит система, но конструкция не завершена, для полной стабилизации необходимо завершение несущего контура. Ну что ж, завершение контура — это фронтоны, потолок, крыша и все остальное, что превращает четыре стены с балкой внутри в законченное здание. Пять часов, значит пять часов. Если начнем прямо сейчас и не будем останавливаться, может и успеем. А может и нет, но других вариантов все равно не видно.

Ладно, чего стоять и пялиться на цифры, если можно работать.

Развернулся, подобрал с земли ближайший кирпич и приладил его на раствор. Ничего особенного, просто положил и прижал, как делал это тысячи раз до этого. Вокруг два десятка мужиков, большинство стоят и смотрят, кто на меня, кто на бревно, кто друг на друга, и на лицах у каждого одно и то же немое ожидание. Но я уже позабыл об их присутствии. Есть задача, лазарет надо достроить за пять часов, значит надо выполнять.

— Правда, чего встали-то? Работаем! — Ольд прикрикнул на замерших работяг и пошел ковыряться с какой-то заготовкой. — Эй, а ну метнись ко мне! Да стой, не ты, вон тот, длинный! Там разбуди пацанов моих, пусть тащат доски! А то до завтрашнего вечера буду ковыряться!

Длинный метнулся, остальные зашевелились, и площадка ожила. Я уже не обращал на эти крики внимания, просто выкладывал фронтон со стороны печки. Кирпич за кирпичом, ряд за рядом, раствор ложится ровно, руки работают, а голова считает. Фронтон треугольный, каждый следующий ряд короче предыдущего, и чем выше, тем аккуратнее надо подгонять крайние кирпичи, обкалывая их под нужным углом.

Стурм постоял пару минут, молча наблюдая за моей кладкой, потом развернулся и начал выкладывать фронтон с противоположной стороны. Там посложнее, надо еще и трубу печки выводить, но каменщик он толковый и за ним следить нет нужды. Так и пошло, постепенно и без суеты. Принесли лампы, расставили по углам и вдоль стен, несколько факелов воткнули в землю, костры разожгли поблизости. Света набралось достаточно, чтобы видеть швы, а большего и не надо.

— Хрен ли телитесь тут?

Знакомый рык раскатился по площадке, и я только сейчас отвлекся от кладки. Посмотрел в сторону и увидел в свете факелов целую толпу работяг, а впереди, над этой толпой, возвышалась массивная фигура Хорга. Словно скала, вышедшая на прогулку и крайне недовольная тем, что ее потревожили.

— Мне тут сказали, что лазарет надо срочно достраивать! — он подошел и остановился рядом, рассматривая мою кладку.

— Ну да, срочно. — пожал я плечами, — А то до восхода солнца живое дерево превратится в неживое ничего.

— Это я понял, рассказали уже. Вопрос в другом, какого хрена ты меня первым не позвал? — Хорг ткнул пальцем в сторону толпы за его спиной. — Тут вон какая орава бездельников набежала, а к своему мастеру даже не обратился? Это мы с тобой еще обсудим, так и знай, — палец переместился мне под нос. — А сейчас отойди от стены. Так криво класть, как ты, может разве что безрукий одноногий косоглазый болван!

Он вырвал кирпич у меня из рук, повертел, фыркнул и приладил его на место. На самом деле положил ровно так же как и соседний, но сделал это с таким видом, будто это он в принципе придумал класть кирпичи, а раньше такие знания вообще не существовали.

— Все, брысь, не мешай. — отмахнулся он и повернулся к работягам, — Где кирпич? А ну сюда! Да быстрее вы, тупицы!

Площадка наполнилась правильным аккомпанементом, и на моем лице сама собой проявилась улыбка. С Хоргом работа всегда идет динамичнее, потому что когда на тебя орет человек размером с небольшой амбар, руки почему-то двигаются значительно быстрее, чем обычно. А вот у меня стройка обычно погружена в тишину, орать я не люблю, да и некого, и мужики работают в своем темпе, который не всегда совпадает с необходимым.

Ряды росли один за другим, шума становилось только больше, и все чаще мелькали знакомые лица. Фронтоны закончили буквально за час, в нарушение всех норм и снипов, но нам можно, у нас дёготь в растворе и Основой пропитан каждый сантихорг кладки, так что схватывается моментально. Раствор твердеет буквально на глазах, и к тому времени, как ложится следующий ряд, предыдущий уже держит нагрузку.

Сверху оставили небольшие окошки, будут продухи для проветривания. Правда, стоит в будущем подумать над системой вентиляции, чтобы захватывать воздух без пыльцы. Но это позже, сейчас главное закончить основную конструкцию, а уже когда лазарет заработает и справится с первыми пациентами, тогда спокойно и не спеша продолжать благоустройство.

Стройка росла несмотря на поздний час. Я помогал с кирпичом, подносил, подавал, замешивал раствор, когда мужики не успевали, а когда Хорг окончательно прогнал меня от стен, мотивировав это тем, что от моей кладки у него начинают болеть глаза, пошел заниматься подготовкой жердей и брусьев для обрешетки.

И вот тут обнаружил кое-что неожиданное, Ольд уже работал не один, а в компании Бьерна. Кровельщик и плотник стояли бок о бок, и судя по всему, давно перестали спорить о том, кто тут главный, оба были заняты делом. Бьерн размечал жерди, Ольд резал доски в размер, подмастерья последнего, заспанные бедолаги, вытащенные из постелей посреди ночи, и не думали возражать. Работали во все руки, только щепки летели во все стороны.

Бьерн-то как сюда вообще прибился? Ну да ладно, видимо, захотел просто помочь, а может и не просто, может кровельщик почуял, что дело серьезное, и решил, что репутация дороже сна.

А я метался от одних к другим, там раствор Основой напитаю, тут проверю, как выстраивается внутри кладки система накопителей. Кирпич кладут, проходит всего несколько секунд, и вот руна на нем уже начинает едва заметно светиться мерным светом.

Правда, не на каждом кирпиче руна, конечно, но как минимум на двух из трех точно есть, и многие из них подключаются практически сразу, едва стоит оказаться в кладке. Это значит, что несущий контур достраивается, и новый кирпич с рабочим накопителем расширяет сеть, делая ее плотнее и устойчивее.

Даже не заметил, как пролетело время. Везде люди, мужики с суровыми лицами делают свое дело, и никто не жалуется, хотя на дворе глубокая ночь и нормальные люди давно должны спать. Но сна ни в одном глазу, словно каждого распирает от переизбытка энергии. Интересно даже, может виной всему эта белесая пыльца? Вся стройка как в тумане от нее, пылинки оседают на коже, едва заметно искрятся и проникают внутрь.

Вскоре встал коньковый брус, от него потянулась вниз стропильная система, обрешетка. Внутри тем временем во всю шла работа над потолком. Пока черновой, конечно, но все равно все прочно и рассчитано на долгие годы. В живое дерево вгонять гвозди это не просто преступление, а какой-то особый вид терроризма, не иначе, потому Ольду пришлось постараться и выточить доски прямо по месту.

Ну и придумать хитроумные крепления, от которых у любого плотника зачесались бы руки, потому что на бревне доски просто лежали, удерживаемые собственным весом и пазами, а крепились за кирпичные стенки. Потом будем продумывать утепление между этажами, хотя, возможно, наглухо забивать щели и не стоит. Пыльца должна подниматься наверх, иначе второй этаж останется совсем без лечебного эффекта.

Параллельно подмастерья занимались установкой лестницы. Неудобная, вертикальная, но все для экономии пространства на первом этаже. Может, потом и вовсе придумаем пристройку с отдельным входом, но пока так. Второй этаж у нас просто как возможность для будущего благоустройства, когда руки дойдут и время позволит.

Ну и утепление… Завис на пару секунд, разглядывая потолочные доски. Хотел ведь бересту со мхом, но бересту по идее надо крепить уже сейчас, пока доступ есть, а ее нет. Можно потом, допустимо, но береста недостаточно мягкая, не пленка. Да и если делать, то по уму. А так останутся зазоры, мох все равно будет мокнуть от конденсата, ну и все это будет напрасно.

Торфа, что ли, копнуть, сделать из него брикеты, уплотнить и высушить… Или все-таки остановиться на самане, всегда так делали и нечего что-то новое городить… А потом разживусь стеклом, стекловатой, и погнали внедрять новые технологии! Мечты, конечно, но без мечты тут и кирпич не положишь, иначе хочется бросить все к чертовой бабушке и лечь спать до следующей эпохи.

— Черепица где? Быстрее тащите! Какого хрена я ждать должен? — послышался гром откуда-то сверху. Там, на коньке, сидел Бьёрн и гневно размахивал руками. — Бегом! Хоть с дома старосты снимайте, но чтоб была! Или дранку делаем? Да хоть солому тащите, мне плевать!

Нет уж, решили черепицу, толщину жердей и шаг обрешетки под черепицу рассчитали, значит ее и будем класть. Выбежал из дома и едва протолкнулся через людей. Причем не все участвовали в стройке, некоторые пришли поглазеть, стояли и смотрели, как посреди ночи толпа мужиков возводит здание, которое еще вечером было наполовину достроенной коробкой. Почему вдруг посреди ночи понеслась стройка, многие не знают, но раз шумят и ругаются, значит дело важное.

— Я чем-то могу помочь?

Обернулся на знакомый голос и даже не сразу поверил своим глазам. Староста стоит, пусть немного сонный, но совершенно собранный, и взгляд ясный.

— Эмм… Да, черепицы бы. — даже растерялся на секунду, но быстро взял себя в руки, — По уму с вышек бы снять, она там…

— Особенная, знаю. Основы там хорошо влито, — староста коротко кивнул и повернулся к ближайшим работягам. — Разбирайте с вышек, они сейчас не в приоритете. И к гончарам заскочите, может у них есть что. А если не хватит, решим.

Мужики убежали, а я остался и некоторое время косился на старосту, не зная, как спросить то, что вертелось на языке.

— Меня Сурик разбудил, — вздохнул староста, видимо поняв, что я подбираю слова и никак не могу подобрать корректные. — Примчался, начал в двери долбить и не отстал, пока я не оделся и не пришел сюда…

— Это он всех этих людей здесь собрал? — протянул я, обводя взглядом освещенную факелами площадку, где работало уже вдвое больше народу, чем час назад.

— Сурик бывает очень убедителен. — едва заметно улыбнулся староста, — И ты иди работай, Рей, тебя там ждут.

И действительно, Хорг что-то невнятно рычит в глубине лазарета, значит, надо включаться.

Черепицу и правда начали приносить совсем скоро. И пусть разбирать свои же постройки ради других как минимум некрасиво, но в нашем случае время играет решающую роль. Никак иначе не вышло бы. Идея с пропиткой черепицы живой Основой была прекрасной, но мы торопились. И спешка неизбежна, в наших-то условиях.

Крыша закрывалась с такой скоростью, что даже немного страшно за черепицу. Но нет, делают на совесть, каждая пластинка подгоняется на место, крепится как надо. Просто рабочих рук тут даже больше, чем необходимо, по руке на кирпич и по три руки на черепок.

— Солнце встает! Братцы, давайте уже! Где еще черепица?

— Да вот, несем уже! — крикнул кто-то в ответ.

— Давайте давайте! Не тормозим!

Звон черепичин продолжился. Большая часть работяг уже спустились вниз, второй этаж худо-бедно готов, первый полностью. Трубу тоже закончили, вывели достаточно высоко, тяга должна быть хорошей.

Дзинь. Дзинь. Дзинь.

— Последняя! — рыкнул Бьерн.

— Клади! — отозвался Хорг.

Дзинь!

И тишина… Секунда, другая, все замерли. Солнце уже поднялось над горизонтом, и первый луч осветил трубу печи. Постепенно полз все ниже, по свежей кладке, по черепице, по стенам, превращая ночную стройку в нечто настоящее и осязаемое.

— Ну? Чего? Получилось? Ты не молчи тут, щегол, говори хоть! Как надо сделали? Нам-то откуда знать? — нетерпеливо зарычал Хорг откуда-то с дальнего конца стройки.

— Да вроде бы правильно. Сейчас посмо…

Договорить не успел, потому что грудь чуть не разорвало от мощнейшей волны жара. Руны разом вспыхнули на каждом кирпиче, волна Основы прокатилась по всему зданию и хлестнула наружу, по собравшимся, и все это почувствовали. Некоторые осели на землю, кто-то отшатнулся и выругался, а я стоял с остекленевшими глазами и смотрел в пустоту перед собой, потому что перед глазами бежали строчки, от которых перехватывало дыхание.

[Путь Созидания I: 80% → 137%]

[Внимание! Превышен допустимый предел продвижения по Пути Созидания I]

[Откат до максимально допустимого значения]

[Путь Созидания I: 137% → 100%]

[Дальнейшее продвижение по Пути Созидания невозможно]

[Для перехода на следующую ступень необходимо выполнить условия Пути Разрушения]

[Путь Разрушения I: 90%]

[Основа: 16/15]

[Внимание! Объем Основы превышает текущий максимум хранилища. Избыток будет рассеян в течение ближайшего часа, если не будет израсходован]

Обидно, конечно, но не очень сильно. Так, чуть обидновато, ну может просто слегка обидненько. Да, думаю так будет как раз корректнее, обидненько мне.

Конечно, стоило догадаться… Хотя нет, не стоило, ни в одном учебнике, которых, впрочем, не существует, такого не написано! Но логика простая и жестокая, как обычно. Созидание уперлось в потолок, и потолок этот не пробить, пока Разрушение не дотянется до своей планки. А ведь планка эта рядом, и это одновременно обнадеживает и раздражает. Потому что зарядка с обрубком железного дерева по утрам хорошо если будет давать по проценту в неделю, и выходит, что до завершения первой ступени еще несколько недель, а то и больше.

Ладно, Основы многовато набралось и надо бы потратить лишнее, пока не рассеялось.

[Анализ объекта: лазарет]

[Анализ завершен]

[Объект: лазарет. Строение специального назначения. Конструкция завершена]

[Материал стен: обожженный кирпич на растворе с добавлением дегтя железного дерева, пропитанный Основой]

[Материал кровли: глиняная черепица, пропитанная Основой]

[Несущая балка: особая древесина. Старое живое дерево (фрагмент). Модифицированный. Встроена в конструкцию]

[Источник Основы: сердце голема (стихия: земля). Режим: активный, стабильный]

[Источник Основы: сердце низшего голема (стихия: земля). Режим: активный, стабильный]

[Руна восстановительного типа: 4 шт. Среднее качество: 39%. Режим: активный]

[Руна накопительного типа: 3853 шт. Среднее качество: 19%. Режим: активный]

[Несущий контур: замкнут]

[Целостность балки: 60%]

[Износ балки: 43%]

[Прогноз восстановления: положительный. При сохранении текущего режима Износ балки начнет снижаться в течение 6–8 часов]

[Особое свойство: преобразование Основы в насыщенную Основой пыльцу. Режим: стабильный, равномерный]

[Рекомендация: избегать нарушения целостности несущего контура. Демонтаж любого элемента конструкции приведет к повторной дестабилизации]

Несущий контур замкнут. Три слова, ради которых мы ломали спины всю ночь. Прогноз положительный, руны активны, накопители справляются, сердца големов выдают Основу стабильно, и пыльца выделяется равномерно, а не рывками. Все это означает одно, лазарет справится. Может быть не сразу, может быть не идеально, но… Мы это сделали.

Почти четыре тысячи накопителей. Когда заряжал кирпичи, даже не думал считать, просто делал, партию за партией, день за днем. А они лежали, копились, сушились под навесом, и теперь все до единого встали в кладку и работают. Как муравьи, один по отдельности ничего особенного, но вместе они создают систему, которая удерживает от разрушения кусок живого дерева с двумя сердцами големов внутри.

Качество, правда, просело. Было двадцать один процент среднего по кладке, а стало девятнадцать, и это после того, как система пересчитала все заново с учетом новых кирпичей. Но даже так общая система работает, потому что тысячи паршивых накопителей в сумме дают больше, чем десяток отличных.

— Ну? — голос Хорга ворвался в мои мысли. — Долго будешь столбом стоять? Получилось или нет?

Посмотрел на него, потом на остальных. Ольд стоит, прислонившись к дверному косяку, и ждет. Бьерн свесился с конька, щурится от утреннего солнца. Стурм замер с кирпичом в руке, забыв его положить. Сурик вцепился в рукав чьей-то рубахи и не дышит. Мужики, десятки мужиков, грязные, уставшие, перемазанные раствором и сажей, стоят и ждут ответа от щуплого мальчишки, который зачем-то пялится в пустоту уже вторую минуту.

— Получилось, — выдавил я. — Лазарет работает.

— Хорошечно… — уже в который раз за эту ночь сначала услышал знакомый голос и только потом осознал, кому он принадлежит. На этот раз повернувшись увидел Кейна, который сидел на земле весь перепачканный в растворе и с глупой улыбкой смотрел на новое строение.

— Кейн? — я аж выпучил глаза, — А ты тут какого хрена забыл?

— Да как-то смотрю, все куда-то пошли, — пожал он плечами, — ну и я тоже пошел, чего уж…