Глава 12

В коридорах дома семьи Вотый царила утренняя сонная тишина, нарушаемая лишь осторожной поступью слуг. Было ещё очень рано, так что господа изволили спать. Даже консер Хеш, который накануне намеревался встать на рассвете, чтобы решить кое-какие дела, всё ещё почивал, крепко прижимая к своей груди жену.

Одна из дверей гостевого крыла неслышно приоткрылась, и в коридор выскользнула девушка, облачённая в мужской костюм. Дарилла воровато осмотрелась и аккуратно закрыла дверь. После чего поспешно зашагала прочь по коридору, растирая ладонями алеющие щёки.

Пробуждение для неё было ужасным. Она долгое время лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к мерному дыханию мужчины, который лежал за её спиной. Девушка пыталась убедить себя, что всё, произошедшее ночью, — всего лишь сон. Наагасах просто спит рядом с ней. Это уже происходило. Но её тело говорило об обратном. Низ живота болезненно ныл, всё тело ломило, как после долгой дороги. И на ней не было одежды.

Набравшись смелости, чтобы распрощаться с собственными иллюзиями, Дарилла всё же открыла глаза. Увиденное её не порадовало. На полу валялась её рубашка, рядом же расположилась и одежда наагасаха. Постель была смята, часть подушек сметена вниз. Голова самой Дариллы уютно устроилась на плече нага. Длинный чёрный хвост обвивал её ноги, его конец свешивался с постели, упираясь костяным наростом в пол, а руки мужчины крепко обнимали её. Утешением для девушки послужило только одно: она была завёрнута в одеяло по самый подбородок.

Дарилла была готова сгореть от стыда. Она позволила себя соблазнить. Причём очень легко это позволила. Воспоминания о прошедшей ночи вызывали у девушки желание умереть или хотя бы бесследно исчезнуть. Стоны, крики, смелые прикосновения… Боги, почему она оказалась настолько бесстыжей? Тёмные! Неужели все женщины ощущают себя после первого раза так кошмарно? Как только Таюна после своей первой брачной ночи не умерла от чувства неловкости?

Одна мысль о том, что наагасах сейчас откроет глаза и посмотрит на неё, привела Дариллу в настоящую панику. Она не была готова ни к утреннему разговору, ни к просто встрече с этим мужчиной. Мысли путались от страха и стыда. Слова наагасаха о том, что всё, произошедшее между ними, нормально, Дариллу ничуть не утешили. Если бы это действительно было нормально, то вряд ли бы на это налагалось так много запретов.

Проявив невероятные чудеса ловкости и гибкости, девушка смогла вывернуться из рук и хвоста нага и, прихватив свою одежду, тихонечко покинуть комнату. Из своих покоев она направилась в купальню, где очень быстро вымылась, пытаясь стереть с себя все следы прошедшей ночи. Но от всего избавиться не удалось: по телу то тут, то там темнели маленькие пятна засосов, а на бёдрах вообще синели отпечатки пальцев. Эти отметины заставили девушку на некоторое время застыть. Голова просто перегрелась от смущения, стыда и чувства неловкости и перестала соображать, выдавая туманные картинки-ощущения того, как руки наагасаха оглаживали её тело. Внизу живота, несмотря на лёгкую тянущую боль, возникло приятное томление.

Дарилла тут же окатила себя из ковшика холодной водой, но это не помогло. В голове зазвучали слова нага: «Вода не поможет…». Тихий стон эхом отразился от стен купальни.

Привести мысли в порядок так и не удалось. К тому же девушка обнаружила, что забыла сапоги. Пришлось осторожно возвращаться в комнату за ними. Слава богам, наагасах продолжал спать, трогательно прижимая к груди одеяло и собственный хвост.

Девушка, выскользнув из коридора, быстро сбежала вниз по лестнице и ненадолго замерла, соображая, куда ей податься. С леденящим душу страхом она поняла, что всё равно долго прятаться от наагасаха не сможет. Он её по запаху в любом уголке дома найдёт. А внутреннее чутьё подсказывало ей, что он обязательно будет искать. Ну не сбегать же ей теперь совсем?

На самом деле Дарилле очень хотелось сбежать. Сбежать куда глаза глядят, лишь бы подальше от всех. Но это же трусость! Да, она боялась смотреть в глаза наагасаху. Но и свою слабость девушка ему показывать не хотела. То, что между ними произошло, уже никак не исправишь. Ханжеское нордасское воспитание, конечно же, заставляло Дариллу сильно мучиться от собственного легкомыслия и телесной слабости. Оно шептало, что подобное возможно только между теми, кто состоит в законном браке. Но шёпот этот был слабым и тихим. Дарилла всё же более четырёх лет странствовала: успела и повидать многое, и познакомиться с новыми, совершенно чуждыми ей культурами, основанными на других моральных ценностях. И моральные нормы собственной страны не казались ей такими уж непоколебимыми и порой вызывали скепсис.

Дариллу больше пугало то, как к этому отнесётся наагасах. Мнение целой страны её мало волновало. Даже ужас её собственной семьи, если, конечно, родные узнают о её падении, не очень-то её пугал. За время своих странствий она уже нарушила столько традиций и норм приличий Нордаса, что ещё одно нарушение сильной роли уже не сыграет. Но что теперь о ней подумает наагасах?

Сказать-то он может всё что угодно. Может благородно пообещать, что об этом никто и никогда не узнает, утешить её, подбодрить… А вот что подумает на самом деле? Легкомысленная? Доступная? О боги, похотливая?! Она же так просто сдалась! Словно переспевшее яблоко, упала ему прямо в руки! Как с ним теперь вообще общаться? А ведь общаться придётся.

Пока Дарилла видела единственным выходом притвориться, что между ними не произошло ничего особенного. Сделать вид, что для неё это ничего не значит. Ну подумаешь, переспали… Рано или поздно это всё равно произошло бы в её жизни. И не факт, что с наагасахом. Главное — убедить в этом и нага. Но именно сейчас, когда её терзали стыд и смущение, Дарилла не была готова убеждать его. В таком состоянии все её попытки показаться безразличной будут откровенно жалкими. А она лучше притворится совершенно бесстыжей, чем признается в собственном смущении. Пусть даже не надеется!

— Эй, Дарилла!

Девушка аж присела от испуга и нервно обернулась. Наагасах? От испуга она даже не сразу разобрала, что голос вообще-то женский. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. По лестнице вниз бежала радостная Вианиша.

— Я всю ночь не могла спать, — заявила ей оборотница, сияя глазами, — так переживала за тебя! Вы поговорили?

Дарилла облегчённо выдохнула и потёрла грудь.

— Ну, да… поболтали, — неловко выдавила она.

— Ух, как здорово! — девушка обрадованно хлопнула в ладоши, но тут же погрустнела. — Жаль, что вы уже сегодня уезжаете. Я так расстроилась, когда дедушка вчера об этом за ужином сообщил.

— Как уезжаем?! — всполошилась Дарилла.

Вианиша удивлённо посмотрела на неё.

— Ты не знаешь? Дедушка сказал, что наагасах сам хотел сообщить об отъезде. Но на тебя отвлёкся.

Гостья застыла, ощущая себя так, словно у её ног разверзлась пропасть. Нет-нет, ей нужно время, чтобы прийти в себя…

— О, видимо, вам вчера было совсем не до этого, — оборотница шаловливо подмигнула. — Наагасах тебе признался? Да?

Дарилла нервно дёрнула плечами, и на её щеках загорелись розовые пятна.

Вианиша ликующе вскрикнула и обрадованно закружилась на месте, но потом неожиданно остановилась и, нахмурив брови, принюхалась. Глаза её удивлённо распахнулись, и она, подступив к гостье вплотную, тщательно обнюхала её от шеи до живота.

— Ты что творишь?! — возмутилась Дарилла, отступая от неё и прикрываясь руками.

На губах оборотницы появилась шкодливая улыбка, и она пропела:

— Вижу, поговорили вы просто замечательно. По-о-оздравляю.

— С чем? — Дарилла напряглась, чувствуя, что ответ ей не понравится.

— С тем, что вы всё разъяснили, — Вианиша подмигнула гостье.

— Ты о чём вообще? — в голове Дариллы мелькнула паническая мысль: а могут ли оборотни учуять, что девушка больше не девушка? Она как-то слышала, что у них просто невероятный нюх.

— О том самом, — оборотница многозначительно поиграла бровями. — От тебя так хорошо наагасахом пахнет. Так глубоко…

Дарилла покачнулась. От ужаса у неё на мгновение помутилось в голове и ослабли колени.

— Эй, всё хорошо? — обеспокоенная Вианиша подхватила гостью под руку, помогая ей устоять на месте.

— Скажи, — Дарилла перевела на неё испуганный взгляд, — все оборотни могут почувствовать то, что… что ты почувствовала?

— Конечно, — тут же ответила Вианиша.

Гостья застонала и закрыла лицо руками. Все! Все об этом узнают! На мгновение девушка замерла, лихорадочно соображая, и поняла, что не только оборотни об этом узнают. У Миссэ и Доаша тоже хороший нюх.

— Мне нужно спрятаться, — лихорадочно прошептала она.

— Да куда? — растерянно спросила Вианиша. — Везде же найдут.

— Мне нужно спрятаться так, чтобы не нашли, — гостья умоляюще посмотрела на неё. — Хотя бы на время!

Вианиша почему-то немного смущённо посмотрела куда-то за спину девушки и неопределённо протянула:

— Ну…

— А куда ты собралась прятаться? — тихий голос наагасаха огнём обжёг ухо Дариллы, заставив её сердце чуть ли не разорваться от ужаса.

Ноги её подкосились, и она навалилась на поддерживающую её Вианишу. В следующий миг девушка почувствовала на своей талии сильные мужские руки, которые потянули её назад, заставив откинуться на грудь нага.

— Благодарю, госпожа Вианиша, за помощь, дальше я сам, — мужчина широко улыбнулся оборотнице, вызвав на щеках той яркий румянец.

Наагасах сейчас выглядел не очень обычно для самого себя. Явно не успел озаботиться приданием своему виду опрятности и аккуратности. Волосы его были распущены и спутаны, одежда мята, а пуговицы камзола застёгнуты через одну. Видимо, он очень торопился.

Белая как мел Дарилла статуей застыла в его руках. Риалаш с насмешкой смотрел на её макушку, чувствуя, как тугой узел страха, затянувшийся, когда он не обнаружил после пробуждения девушку рядом с собой, немного расслабился.

— Моя дорогая, а ты, оказывается, настоящая искусница по побегам. Выпутаться из одеяла, хвоста, моих рук и при этом умудриться не разбудить меня… Достойно восхищения. Только к чему все эти усилия? Я, между прочим, очень сильно расстроился, когда проснулся совершенно один.

Дарилла пыталась выловить из той каши, что образовалась в её голове, хотя бы одну дельную мысль, но пока ей это не удавалось. Сердце бухало в груди как молот и явно стремилось покинуть свою неудачливую хозяйку.

Вианиша сияющими от возбуждения глазами смотрела то на нага, то на девушку. По её мнению они выглядели та-а-ак романтично! Кончики ушей юной оборотницы запылали. Риалаш обратил на неё внимание и, улыбнувшись, ласково произнёс:

— Госпожа Вианиша, если вы продолжите слушать дальше, то ваши ушки просто сгорят.

Девушка хихикнула и, зажав пылающие уши ладонями, бросилась вверх по лестнице, оставив нага наедине с Дариллой.

— Так почему ты меня бросила? — Риалаш деланно печально выдохнул в стремительно краснеющее ухо Дариллы.

— Я н-не бросила. Мне просто было нужно прогуляться, — несмотря на браваду, голос девушки ощутимо дрожал. Как тут теперь притворяться равнодушной? От жалости к себе ей плакать захотелось.

— Но почему ты не разбудила меня? — голос нага стал ещё печальнее.

— Я не хотел вас ба… бди… уди…

— Будить, — подсказал Риалаш.

— Да, будить, — Дарилла облегчённо перевела дыхание.

— А стоило. Ведь я подумал, что ты решила бросить меня, после того как соблазнила. А это так неблагородно…

Девушка опять замерла. Трясущая её паника слегка улеглась. Глаза задумчиво прищурились. В смысле, соблазнила? Бросила? Что-то она не поняла… Почему в роли коварного соблазнителя-негодяя выступает она?

— Рад, что это не так, — пропел наг, разворачивая её к себе лицом. — А почему ты в мужской одежде?

Дарилла опять смутилась и тут же рассердилась на себя: она думала, что смущение будет легче контролировать, но в итоге ничего с этим поделать не могла. На платье после вчерашней реакции наагасаха девушка даже смотреть не смогла. Тем более, мужчина оставил на её теле столько следов, что скрыть их мог только мужской костюм.

— Мне надоели юбки, — быстро ответила девушка.

Риалаш внимательно осмотрел плотно застёгнутый камзол, обвязанную платком шею и расстроенно прицокнул, обратив внимание на то, что девушка утянула грудь.

— Зачем ты с ней так, — чёрные глаза мужчины были полны укора. — Ей же плохо.

— Нормально ей, — нервно ответила Дарилла.

— Можно было бы некоторое время подержать её и на воле. Мы же сегодня только после полудня покидаем этот город.

Дарилла с удивлением уставилась на нага. Неужели они правда уезжают?

Риалаш с улыбкой провёл рукой по её локонам.

— Хотел вчера за ужином сообщить, но… отвлёкся.

Щеки девушки тут же налились помидорным цветом. Покидают город… Направляются в путь… Она будет видеть его каждую минуту… Каждую… Тёмные, она к этому не готова!

— А разве Низкан выздоровел? — нервно поинтересовалась она.

— Полностью, — заверил её наагасах. — А теперь… — он наклонился и, подхватив девушку под коленки одной рукой, поднял её. Дарилла испуганно пискнула и вцепилась в его плечи. — А теперь мне нужно привести себя в порядок. Ты же побудешь это время со мной?

Она хотела возмутиться. Возмутиться и потребовать отпустить её. Она не была готова оставаться с ним наедине после произошедшего. Но, посмотрев в глаза нага, Дарилла замерла, так и не сказав то, что хотела. Зрачки наагасаха до сих пор были вытянуты в вертикальную линию и горели немного безумным красным огнём. С трудом сглотнув, девушка чуть слышно ответила:

— Побуду.

— Замечательно, — Риалаш широко и клыкасто улыбнулся и развернулся к лестнице.

Дарилле пришлось обхватить мужчину за плечи, когда он начал подниматься по ступенькам. Запах его кожи тут же ударил в ноздри, и что-то внутри томительно ёкнуло. Захотелось прижаться к этому сильному и красивому мужчине ещё крепче. Позволить себе почувствовать, что он действительно принадлежит ей.

Дарилла чуть повернула голову и украдкой посмотрела на лицо наагасаха. Какие у него черты приятные. Глаза, нос, губы… Девушка резко отвернулась, ощутив жар внизу живота. А услышав, как наг втягивает носом воздух и довольно хмыкает, чуть ли не заплакала от обиды. Разве она виновата, что у неё такое чувствительное тело?

Когда наагасах прополз мимо её комнаты, Дарилла тут же отбросила все свои мысли и испуганно встрепенулась.

— А мы куда?

— Ко мне, — мужчина чуть удивлённо приподнял брови. — В твоей спальне моих вещей нет.

— Может, я тогда подожду вас у себя? — Дарилла посмотрела на него почти умоляюще.

Риалаш прицокнул и отрицательно мотнул головой.

— Боюсь, ты опять куда-нибудь угуляешь. Да не трясись, — он насмешливо посмотрел на девушку. — Ничего я с тобой не сделаю.

Судя по испуганному и смущённому взгляду той, доверия его слова не вызвали. Ну ещё бы! Он уже один раз пообещал.

— Можешь мне поверить, — проникновенно прошептал наг и, склонившись к её лицу, добавил: — У тебя же там пока всё болит.

Дарилла разъярённо зашипела и, зажав ему рот, воровато осмотрелась, проверяя, не слышал ли кто. Мужчина фыркнул и заполз в свои покои.

Там они пробыли недолго. Риалаш прихватил длинный чёрный халат и опять выполз в коридор. Дарилла вновь завозилась на его руках, когда поняла, что они направляются в купальни.

— Я тут уже была, пустите меня, — потребовала она.

— А я нет, так что составишь мне компанию, — наг заполз внутрь, бросил халат на скамеечку, а девушку аккуратно поставил рядом. — На меня посмотришь. Ты же так толком ничего и не разглядела.

Дарилла уже начала думать, что у неё скоро волосы станут красными от смущения, а не только лицо. Она резко повернулась спиной к мужчине.

— Ты только уходить не вздумай, — ласково попросил Риалаш. — Я же и голый в коридор выползу.

Девушка в ответ негодующе фыркнула. Когда к её ногам плюхнулся камзол, она вздрогнула. Упавшая следом рубашка заставила её напрячься. Расслабилась Дарилла, только когда услышала плеск. Осторожно, чтобы наагасах не услышал, перевела дыхание и присела на скамеечку.

Риалаш рассматривал её напряжённую спину и всё яснее и яснее понимал, что эта девочка всё-таки успела придумать какие-то глупости. Язык просто зудел от желания сообщить ей: что бы она ни сделала, из его рук ей уже не вызваться. Брачный ритуал проведён, а разорвать его Риалаш не позволит. Мужчина сейчас чувствовал себя так, словно по топкому болоту ползёт. У Дариллы нордасское воспитание, поэтому она должна переживать, что потеряла девственность до свадьбы. И Риалаш был бы полностью убеждён в её переживаниях, если бы она не шаталась по свету более четырёх лет и не набиралась новых представлений о мире. Её свободолюбие дико раздражало мужчину. Признается он ей насчёт брака, и что? Его наверняка ждёт скандал из-за того, что не поинтересовался её мнением. А если слух о том, что он, наагасах, женился не совсем по воле невесты, дойдёт до княжества, то по закону от него могут потребовать расторжения брака. Что ему совсем не нужно.

— Девушки обычно выглядят более радостными, узнав, что их избранники отвечают взаимностью, — заметил Риалаш.

Дарилла поморщилась и повела плечами.

— Вижу, у вас большой опыт, — недовольно заметила она.

Наагасах нехорошо прищурился.

— Не доверяешь мне, — тихо и уверенно прошипел он. — Не веришь.

Голова девушки вжалась в плечи. Хвост нага раздражённо плеснулся в воде.

— Ну хорошо, — с угрозой протянул он, — ещё поверишь. Я подожду.

Вдоль позвоночника девушки прошёлся холодок. Дарилла не то чтобы не доверяла наагасаху. Ощущение, что он над ней издевается, всё ещё слабо шевелилось в девушке, но она уже не пыталась обвинить мужчину в столь неблагородных порывах. Дарилла просто сомневалась, что чувства нага долговечны. И вообще, она считала, что он сильно ошибается. Так и хотелось сказать ему, что у него временное помрачение рассудка.

Но уверенность наагасаха, что она ему всё равно поверит, заставила Дариллу немного испугаться. А вдруг он действительно серьёзен и то, что произошло между ними ночью, — не просто последствие чисто мужского влечения? А она тут оскорбляет и отталкивает его неверием. Вот устанет он биться о стену и обратит внимание на кого-нибудь другого.

— Мне просто привыкнуть нужно, — осторожно ответила Дарилла. — Ваше признание для меня — нечто невероятное.

Риалаш недовольно фыркнул.

— Я подожду, но ты не думай, что я буду ждать и ничего при этом не делать.

Девушка с удивлением посмотрела на него через плечо. Мужчина по грудь сидел в воде, а на поверхности виднелся хвост, которому было сложно уместиться целиком в маленькой для него купальне. Взгляд у наагасаха был раздражённым, а красные нити зрачков так и полыхали гневом. Дарилла скользнула взглядом по его груди и замерла, обнаружив на теле мужчины чуть ниже ключицы довольно большое тёмное пятно, а на рёбрах с правой стороны четыре длинные красные полосы — царапины. Риалаш проследил за её взглядом и лукаво улыбнулся.

— Ты быстро учишься, — похвалил он.

Дарилла не покраснела. Она смертельно побледнела и быстро отвела от мужчины взгляд. Оказывается, она недооценивала глубину собственной распущенности. Девушка даже не помнила, когда именно это сделала. И как.

— Дарилла, я надеюсь, ты последовала моему совету и не придумала никаких глупостей? — Риалаш подозрительно прищурился. — То, что между нами произошло, — прямое следствие нашего взаимного влечения. В нём нет ничего предосудительного даже с точки зрения нордасской морали. Мы же были по отношению друг к другу серьёзны, и намерения наши тоже серьёзны. Ведь так?

Что он имеет в виду под серьёзностью намерений? Со своей стороны Дарилла видела только легкомыслие и страстное желание пойти на поводу у требований собственного тела.

Наагасах словно прочитал её мысли, так как тут же спросил:

— Или ты была в отношении меня несерьёзна?

Дарилла почувствовала себя очень неуютно. Сегодня ночью она потеряла свою девичью честь. Но почему сейчас всё оборачивается так, словно это она обесчестила наагасаха, а теперь хотела увильнуть от ответственности?

Риалаш тяжело вздохнул. У него язык чесался спросить девушку, не хочет ли она выйти за него замуж. Но она наверняка подумает, что этим он просто хочет защитить её честь. Признаться ей, что они уже связаны брачными узами? Ох, Тёмные! Она и на это вероятнее всего плохо отреагирует. — Дарилла, если тебя что-то беспокоит или волнует, просто поговори со мной, — тихо попросил мужчина. — Я не знаю, о чём ты думаешь.

Дарилла ответила не сразу.

— Мне нужно сперва самой разобраться в своих мыслях, — неуверенно произнесла она.

За спиной раздался плеск, а затем девушка почувствовала на своей шее дыхание.

— Хорошо, — звук голоса наагасаха, раздавшийся совсем рядом, заставил её вздрогнуть. — Но ты в своих размышлениях, пожалуйста, учти кое-что: из моих рук тебе будет уже сложно вырваться.

Дарилла нервно оглянулась на него и упёрлась взглядом в темнеющий засос. Риалаш хмыкнул, рассматривая её в очередной раз наливающиеся краской щёки.

— Говорят, что если синяк поцелует прекрасная девушка, то он пройдёт быстрее. Проверим? — провокационно спросил он.

Девушка тут же отвернулась, а наг, рассмеявшись, плюхнулся обратно в купальню.

Слава богам, что наагасах больше не приставал к ней с этими «серьёзными» разговорами! У Дариллы уже голова кипела и отказывалась соображать. Мысли свернулись в один клубок, распутать который было решительно невозможно.

Наг быстро домылся, и они направились в его покои. В этот раз Дарилла шла сама, но наагасах держал её за руку, явно не доверяя. И как он после этого может требовать доверия от неё?

Примерно через четверть часа они спустились вниз и расположились в гостиной в ожидании завтрака, который девушка с большим удовольствием пропустила бы. Она уже сейчас начинала ощущать на себе удивлённые, а может, и снисходительно-насмешливые взгляды оборотней. Реакцию Миссэ и Доаша она даже боялась представить.

— Расслабься, — насмешливо протянул Риалаш.

Он расположился в кресле рядом с девушкой и, облокотившись на подлокотник, весело смотрел на неё.

— Никто не заставляет тебя брать меня в мужья прямо сейчас.

Дарилла разгневанно посмотрела на него.

— Хватит смеяться! — с негодованием прошипела она.

— Ну как мне не веселиться, когда ты так беспричинно самоугрызаешься, — протянул наагасах.

— Беспричинно? — девушка разгневанно прищурилась.

— А есть причина? — брови нага чуть удивлённо приподнялись. — Я не вижу ни одной причины. Мы же любим друг друга? Любим. Наши чувства серьёзны? Серьёзны. И намерения серьёзны. Мои намерения уж точно серьёзны. Я бы женился на тебе ещё в доме дяди твоей подружки Нарены, если бы с дракона снять смог.

— Подождите… — поражённо выдохнула Дарилла, но договорить не успела.

Дверь в гостиную отворилась, и в комнату вошёл господин Вахеш. Увидев наагасаха и девушку, оборотень доброжелательно улыбнулся.

— С добрым утром!

— С добрым утром, — отозвался Риалаш и за себя, и за Дариллу. Он был не очень доволен появлением оборотня: жаждал узнать, что там хотела сказать девушка.

Дарилла же была так поражена заявлением нага, что появление оборотня её не испугало и не смутило. Хотя совсем недавно мысли о подобной встрече заставляли её покрываться холодным потом.

Вахеш прошёл вперёд и с комфортом расположился в одном из кресел напротив гостей. На губах его продолжала сиять улыбка.

— Позвольте поздравить вас. Вижу, что ваш брак наконец-то вступил в полную силу.

Риалаш оцепенел. Дарилла приподняла брови и с очаровательным удивлением уставилась на господина Вахеша. Тот тихо рассмеялся.

— Ваш муж, наагасахиа Дарилла, успел сообщить моему деду истинную суть ваших с наагасахом отношений. Каюсь, я нарушил требование не упоминать об этом моменте при вас. Но, мне кажется, вы уже смягчились по отношению к вашему супругу и упоминание о браке не должно вас так раздражать.

Несколько секунд в голове Дариллы было звонко и пусто. Но потом в ней закипело такое негодование, что она едва не бросилась на нага с кулаками на глазах у господина Вахеша. Получается, этот змеехвостый мерзавец за её спиной придумал очередную сказку, на этот раз про жену, и скормил её оборотням! Да чтоб его Тёмные духи до конца жизни пугали! Почему он не предупредил её о новом акте этой комедии? Тёмные! Ей стоило догадаться, что наагасах опять распускает ложные слухи, ещё когда о браке упомянул Увашар.

Дарилле с трудом удалось совладать с собой. Главным утешением послужило то, что теперь ей хотя бы можно не испытывать чувство стыда перед оборотнями, раз они думают, что она является женой этого чешуйчатого проходимца. Но, боги свидетели, это последний раз, когда она подыгрывает этому венценосному змею!

Растянув губы в улыбке, девушка постаралась как можно вежливее и спокойнее ответить:

— Риалаш умеет убеждать.

Наагасах молча скосил глаза на неё. Если честно, то он ожидал взрыва, волны возмущений и требований объясниться. Но не подобного. Вот же нелёгкая принесла этого Вахеша!

— Жаль, что вы уже нас покидаете, — оборотень огорчённо покачал головой. — Я так и не успел толком с вами пообщаться. Не поверите, но все эти годы я вспоминал вас.

Риалаш перевёл взгляд на Вахеша, всё внимание которого было сосредоточенно на немного смутившейся Дарилле. В каком смысле он её вспоминал? И зачем вообще сообщает об этом сейчас?

— Серьёзно? — девушка нервно улыбнулась: она почему-то почувствовала неловкость перед наагасахом.

— При первой нашей встрече я очень торопился, — Вахеш поднял глаза к потолку, вспоминая события тех лет. — Потом меня мучило то, что я так ничего толком о вас и не узнал. Знаете ли, очевидно, что девушка, скрывающая свой пол мужским костюмом, прячется от каких-то неприятностей. А вы тогда были ещё таким ребёнком. Мне очень жаль, что я так и не смог вам помочь. А найти вас… — оборотень тихо рассмеялся. — Я же сам подарил вам амулет, скрывающий запах.

— Вам не стоило переживать, — Дарилла улыбнулась. — У меня не было проблем, а благодаря вашему подарку они и потом возникали не так уж и часто.

Риалаша всё больше и больше напрягал этот дружелюбный разговор. Захотелось убрать оборотня куда-нибудь подальше, чтобы Дарилла больше не расточала улыбки по сторонам.

— Я слышал, тот амулет сломался?

Дарилла едва удержалась от того, чтобы не посмотреть на наагасаха — виновника поломки амулета — и виновато улыбнулась оборотню.

— Увы.

— Тогда у меня для вас есть подарок.

Оборотень полез в карман и под прищуренным взглядом наагасаха извлёк на свет тонкую серебряную цепочку с зеленоватым каплевидным камнем в качестве кулона. Протянув украшение девушке, господин Вахеш произнёс:

— Этот ничуть не хуже первого. Надеюсь, вы не откажетесь принять мой небольшой подарок?

Дарилла неуверенно посмотрела на протянутый амулет. Вахеш перевёл взгляд на наагасаха.

— Вы же не будете против этого маленького дара в честь вашего бракосочетания?

Риалаш был очень против. Но после такой формулировки он был вынужден вежливо улыбнуться и ответить:

— Нисколько.

Дарилла осторожно приняла кулон и робко улыбнулась.

— Спасибо вам, — тихо, но очень искренне произнесла она.

Перед глазами Риалаша потемнело. Вскинувшиеся инстинкты тут же потребовали убрать потенциального пронырливого соперника. Разум же зашептал, что амулет не мешало бы проверить. Мало ли, вдруг это следилка.

— Пустяки, — господин Вахеш широко улыбнулся, правда, покалеченный левый уголок губ едва приподнялся. — А если у вас вдруг не заладится семейная жизнь с наагасахом, то приезжайте к нам, — сказав это, оборотень шкодливо подмигнул девушке.

У Риалаша появилось сильное подозрение, что этот весельчак нарывается.

Дарилла же не восприняла слова господина Вахеша всерьёз. Хихикнув, она заявила:

— Да зачем мне сюда возвращаться? Пару среди оборотней я себе не найду. Я же человек.

— И что? Раз наги смогли справиться с этой проблемой, то почему бы и нам с ней не совладать. Главное — мотив. Вот влюбится в вас какой-нибудь оборотень и придумает что-то похожее на обряд нагов.

Всё это было сказано шутливым тоном, и Дарилла восприняла это как шутку. Но вот Риалашу показалось, что глаза оборотня излишне серьёзны. Возможно, это была просто мнительность, возбуждённая разозлёнными и обеспокоенными инстинктами, но наагасаху это заявление совсем не понравилось.

Весёлую, но в то же время напряжённую атмосферу развеяло появление Увашара и Викана, а вместе с ними и слуги́, который сообщил, что стол уже накрыт.

По утрам в этом доме было не принято дожидаться, пока все соберутся за столом. У мужчин здесь было много дел, и вставали они в разное время в зависимости от того, когда вернулись домой и легли спать и когда им нужно было подняться утром. Поэтому все собравшиеся сразу направились в трапезную.

В коридоре они столкнулись с Миссэ и Доашем, за спинами которых неспешно шёл Низкан. На руках бывшего вольного беспокойно возился малыш Дар.

— О, Дарилла, как спалось? — Миссэ широко улыбнулся ей. — Наагасах тебя вчера не съел?

Девушка мучительно покраснела и опустила глаза. Наги удивлённо уставились на неё.

— А где Ерха? — недовольно поинтересовался Риалаш.

— Его вчера кто-то напоил, — отозвался Низкан. — Отсыпается.

Увашар почему-то отвёл взгляд в сторону.

Миссэ и Доаш продолжали смотреть на нервничающую Дариллу. Затем Миссэ втянул носом воздух, и девушка моментально вскинула голову и с отчаянием посмотрела на него. Брови братьев немного приподнялись, и они одинаково осуждающе уставились на наагасаха. Тот ответил надменным и высокомерным взглядом.

Они всё поняли! Эта мысль едва не заставила Дариллу расплакаться. Миссэ неожиданно подался вперёд и, приобняв её за плечи, ободряюще похлопал по спине.

— Хочешь, мы ему хвост начистим? — тихо предложил он. Над его плечом возникло лицо брата, выражающее готовность заняться «чисткой» прямо сейчас.

Тугой узел стыда и страха мгновенно ослаб, и Дарилла нервно рассмеялась.

— Нет, — тихо ответила она.

— Я всё слышу, — недовольно прошипел Риалаш.

Наги опять с осуждением уставились на него.

— Когда ж вы женитесь и оставите меня в покое! — раздражённо процедил наагасах и вытащил Дариллу из объятий Миссэ.

— Мы с вами на всю жизнь, — пропел Доаш.

Риалаш недовольно поморщился и подпихнул Дариллу в спину в сторону трапезной.

Через четверть часа в зал впорхнула радостная Вианиша. Правда, улыбка её померкла, стоило ей увидеть Низкана. На лице появилось растерянное выражение. По-видимому, девушка сообразила, что и этот гость покинет их сегодня, а она ещё ничего не сделала, для того чтобы завоевать его. Подумав, она раздражённо топнула ножкой и выскочила из зала. Миссэ и Доаш с улыбками переглянулись между собой.

— Дарилла, твоя подружка положила глаз на Низкана?

Дарилла вздрогнула и, с возмущением уставившись на наагасаха, который сел рядом с ней, потёрла обожжённое горячим дыханием ухо.

— Ничего она не положила! — раздражённо прошептала она.

Риалаш, впрочем, ей не поверил.

— Более неподходящую кандидатуру она выбрать не могла, — покачал он головой.

Дарилле стало обидно и за Низкана, и за Вианишу, и она недовольно зыркнула на нага.

Чуть позже подошли консер Хеш и господин Ханеш. И тот, и другой выглядели не выспавшимися.

— Прошу прощения, — консер лучезарно улыбнулся. — Нам пришлось отлучиться посреди ночи, так что было сложно сегодня встать.

Они заняли свои места.

— Надеюсь, вам понравилось у нас? — господин Хеш лукаво посмотрел на наагасаха.

Но прежде, чем наг успел ответить, ноздри оборотня едва уловимо шевельнулись, и он перевёл взгляд на Дариллу. Щёки девушки в очередной раз налились краской, и она опустила глаза вниз.

— О, я вижу, вы решили все свои противоречия, — медленно протянул консер. — Позвольте вас поздравить.

— Благодарю, — откликнулся Риалаш, — и за поздравления, и за ваше несравненное гостеприимство. Надеюсь, в будущем вы сможете разрешить те разногласия, что возникли между моим отцом и вами, и вы сможете нанести нам ответный визит. Желательно вместе с внуками.

Господин Хеш рассмеялся и отрицательно покачал головой.

— Не думаю, что это возможно. Я бы на месте вашего отца прощать ничего не стал. В этом отношении у нас с наагашейдом одинаковые взгляды. Скажите, я могу ещё чем-то вам помочь? Может, выделить вам провожатых?

— Не стоит. Но я был бы рад, если бы вы сообщили, как обстоят дела с дорогой по правой стороне Гава-Ыйских болот. Нам нужно выйти к реке Ревышей недалеко от Санариша.

Консер Хеш задумчиво погладил подбородок.

— Я бы советовал не приближаться к болотам. В последнее время преступные шайки, что хоронятся по их окраинам, стали чаще совершать вылазки. К своему стыду, вынужден признать, что пока нам не удаётся их отловить. Мы плохо знаем болота и не может отыскать их логово. А местные испарения мешают искать их по запаху. Да ещё и болотные твари некоторые сложности доставляют… Лучше возьмите вёрст на сорок правее.

— Благодарю за предупреждение, — Риалаш досадливо нахмурил брови. Сейчас ему очень хотелось повернуть назад и не рисковать непонятно из-за чего.

Завтрак завершился довольно быстро. Путники поднялись из-за стола, чтобы заняться сборами. Дарилла подумала, что на это времени много не потребуется и выдвинутся в путь они ещё до полудня. Интересно, какой будет дальнейшая дорога? Наверняка скоро станет холодно и дождливо. Нужно запастись тёплой одеждой.

В коридоре наагасах и Дарилла, покинувшие стол одними из первых, столкнулись с Вианишей и госпожой Мармиашей.

— Ну мама! — умоляюще протянула оборотница. — Он сегодня уедет, и я не знаю, когда его ещё увижу!

— Нет, — ласково, но твёрдо отказала ей мать. — В пути ты будешь обузой. Ты даже кинжал в руке держать не умеешь. И ты подумала, нужна ли им?

Вианиша молча продолжала смотреть на мать. А потом её лицо неожиданно искривилось, и она, тихо заплакав, торопливо зашагала прочь по коридору, так и не заметив наагасаха и Дариллу. Госпожа Мармиаша с жалостью посмотрела ей вслед. Заметив гостей, она чуть виновато развела руками.

— Кровь в ней кипит, и она очень сильно хочет влюбиться. А из-за неусыпной опеки она не может познакомиться со сколько-нибудь приятными и подходящими мужчинами. Вот встретила первого более-менее достойного на её взгляд и влюбилась. Сколько раз я говорила мужу, что его забота выйдет боком.

Дарилле было очень жаль Вианишу. Оборотница напоминала ей диковинную, радостно щебечущую птичку, которая летала в просторной клетке, выстроенной для неё теми, кто её любит. Ей так хочется полетать на воле, но ей никто этого не позволяет. А ведь Дарилла сама могла стать такой птичкой. Только клеткой для неё были бы не забота близких, а правила приличия.

Как выяснилось, наагасах успел позаботиться о тёплой одежде для всех. Это Дарилла узнала, когда заглянула в свой мешок: слуги сложили туда все её вещи. Сборы действительно не заняли много времени. Девушка просто прошлась по комнате, проверяя, не забыла ли чего. Платья с собой она, конечно же, брать не собиралась.

Осмотр спальни опять заставил её смутиться. Особенно кровать, на которой слуги успели поменять бельё. Тёмные! Как же неловко, что все вокруг знают! Ну кроме Низкана и Ерхи.

Не желая больше здесь задерживаться, Дарилла подхватила потяжелевший мешок и решительно покинула комнату. В коридоре, прислонившись к стене, её уже ждал наагасах. Девушка, увидев его, даже отшатнулась обратно в комнату. Мужчина был в своём двуногом облике и весело смотрел на девушку карими глазами. Только вот зрачки его по-прежнему были узкими и красными.

— Вы теперь меня преследовать будете? — недовольно спросила Дарилла.

— Буду, — просто ответил наагасах. — Мне всё время кажется, что ты придумаешь что-нибудь и совершишь очередную глупость. Лучше уж я буду за тобой следить некоторое время.

Дарилла фыркнула и вышла в коридор.

— Вы мне лучше объясните, что это за очередной фарс с женитьбой, — глаза девушки угрожающе прищурились, и она сложила руки на груди. — Могли бы меня хотя бы предупредить, чтобы я случайно не выставила вас лгуном.

Риалаш задумчиво посмотрел на неё. Как ни странно, он не испытал облегчения, оттого что Дарилла не поверила Вахешу. Давно наагасах не ставил самого себя в такое затруднительное положение. Лет двести пятьдесят, наверное, он уже не проявлял такой неосмотрительности. Он позволил эмоциям взять вверх, позволил гневу, раздражительности и ревности вытеснить разум. И теперь расплачивался за это.

Сейчас Риалаш ощущал себя мальчишкой, который натворил дел и теперь не знает, как расхлебать получившуюся кашу. Это не добавляло ему спокойствия. Внутри уже всё дрожало от непроходящего эмоционального напряжения. Ему казалось, что всё его самообладание повисло на одной тоненькой ниточке. Что будет, если она лопнет? Он сойдёт с ума?

Уже очень давно его не захлестывало столько эмоций одновременно. Риалаш привык держать себя в узде. В молодости он был очень несдержан и частенько влипал в неприятности. Круг наагаришей даже выражал сомнения, что он будет хорошим правителем. И ему пришлось приложить много усилий, чтобы измениться.

Когда же всё полетело кувырком? В тот день, когда он решил следовать за девушкой в её путешествии или позднее, в Железной Ретрее? Наверное, всё началось там. Именно тогда эмоции начали обуревать его: злость и раздражение, вызванные страхом за неугомонную Дариллу. А потом девочка взяла и сбежала. Переживания окончательно заставили Риалаша потерять контроль. Впервые за многие годы.

Все те долгие недели, что он следовал по пятам за Дариллой, Риалаш никак не мог разобраться в себе, и это опять же вызывало в нём злость и раздражение. Он давно отвык не понимать самого себя и причину своих поступков. Собственная несдержанность невероятно его раздражала, а раздражение только усиливало злость.

Но когда он понял причину своих страхов, легче не стало. Всё стало значительно хуже. Риалашу тогда казалось, что он теряет самого себя в пучине всеобъемлющего ужаса за жизнь Дариллы. А тут ещё эти инстинкты! Ему и без них было несладко, а с ними он вообще подошёл к порогу сумасшествия. Наагасах превратился в того несдержанного мальчишку, которым был лет четыреста назад. Страхи, страхи, страхи… Бесконечные страхи, сводящие его с ума, не ослабевающие ни на день в течение долгих недель!

Риалаш думал, что после возвращения Дариллы ему станет легче. Он постепенно успокоится, придёт в себя, подумает и решит, как поступить дальше. Но этой передышки ему никто не дал. А страхи приняли иные очертания: вокруг Дариллы начали крутиться другие мужчины. Наагасах начал сходить с ума уже из-за мыслей, что она полюбит кого-то другого. Нервное напряжение, не покидавшее его уже больше месяца, возросло. Риалаш уже был готов скатиться в полубезумное бешенство.

И вот в этом напряжённом и нервном состоянии он сам себя загнал в ловушку. Не нужно было проводить обряд тайком. Как ему сейчас об этом сообщить Дарилле? Сказать, что наплевал на её мнение и желание и принял решение в одиночку? Или промолчать и надеяться, что в будущем сможет найти выход из ситуации? Как она это примет? Не возненавидит ли? Риалаш ощущал себя сейчас так, словно держал в руках кувшин со взрывной смесью, а под кувшином пылал костёр. Чуть ниже, и сосуд треснет от жара и всё вокруг взорвётся.

— А если это правда? — чуть слышно спросил Риалаш.

Дарилла растерянно посмотрела на него. Наг казался очень серьёзным.

— Ну это же не может быть правдой… — так же тихо ответила она.

— Почему? Почему это не может быть правдой? Ты ничего не знаешь об обрядах нагов, может быть, я его уже провёл, — Риалаш почти с отчаянием ждал её ответа. Ещё утром, просыпаясь, он был так счастлив, а сейчас же он ощущал опустошённость. Он уже хотел, чтобы девушка догадалось, что тот обряд у озера был брачным обрядом.

— Вы не будете поступать так неблагоразумно, — уверенно заявила Дарилла.

— А что неблагоразумного в том, чтобы жениться на тебе? — Риалаш с жадностью всматривался в лицо девушки.

Дарилла не смогла скрыть ни растерянность, ни раздражение. Что за вопросы вообще?!

— А что в этом благоразумного? — в ответ спросила девушка.

Риалаш тяжело вздохнул и устало потёр лицо ладонями.

— Я вообще не представляю, как с тобой говорить, — тихо признался он. — На любое моё заявление ты реагируешь с недоверием. Одно моё неосторожное слово — и ты что-то домысливаешь и закрываешься от меня. Главная проблема в том, что ты не веришь в себя и не веришь мне. Порой я боюсь быть с тобой откровенным, потому что опасаюсь отпугнуть тебя. У меня нет намерения тебя обидеть или обмануть. Я просто хочу серьёзно и откровенно с тобой поговорить. Как мне это сделать, если я даже на твои вопросы опасаюсь ответить из страха отпугнуть?

Дарилла растерянно уставилась на него. Внутри заскреблось что-то, похожее на чувство вины. Сумятица в мыслях усилилась. И почему наагасах завёл речь об этом? Она же всего лишь спросила, зачем он придумал эту женитьбу?

Риалаш тяжело вздохнул, так не дождавшись от неё ответа, и всё же соизволил ответить на первоначальный вопрос девушки:

— Я сказал, что женат на тебе, потому что это правда. Или в ближайшее время станет правдой. Веришь мне?

Дарилла совсем перестала что-либо понимать. Да как он может быть женат на ней? Он же не мог взять её в жёны без её же участия? А она не помнит, чтобы над ними проводил церемонию жрец хоть какого-то бога.

— Как я могу поверить, что это правда, если этого не было? — чуть раздражённо спросила она.

— Но в то, что это может случиться, ты веришь? — Риалаш подался вперёд, с жадностью всматриваясь в её лицо.

Дарилла смутилась, растерялась и отвела взгляд. На лице наагасаха отразилось нескрываемое разочарование и даже обида.

— А может, ты вообще не хочешь замуж? — осторожно спросил он.

Вот в этом она ему точно не признается! Сказать ему, что она очень хочет стать его супругой… Нет-нет! Почему-то было очень стыдно признаться в этом. И боязно. Боязно, что она будет выглядеть в его глазах совсем жалко. Дарилла так запуталась в своих мыслях, что уже не могла даже с уверенностью сказать о причинах своих страхов.

— Я не думала об этом, — нервно ответила она.

Риалаш медленно распрямился. Он чувствовал, что девушка с ним не до конца откровенна, и надеялся, что ей всё же хочется стать его женой. Но въедливый голос внутри вопрошал, а уверен ли он в этом. Наагасах уже ни в чём уверен не был.

— Тогда, пожалуйста, подумай, — тихо попросил он.

Риалаш решил, что просто на время забудет про этот брак, словно его нет и не было. И начнёт всё заново. Он ещё раз женится на девушке, но уже по-другому. Он добьётся того, чтобы Дарилла ответила согласием. Но позже. Сейчас ему нужно привести своё эмоциональное состояние в норму. Иначе он опять загонит себя в ловушку.

— Нас наверняка уже заждались, пошли.

Забрав у девушки вещевой мешок, Риалаш двинулся дальше по коридору. Дарилла с раздражением посмотрела ему вслед. Ничего внятного не ответил и ещё больше её запутал!

В холле их уже ждали братья-наги, Низкан и помятый Ерха. Последний выглядел не очень бодро и зевал совершенно не культурнейшим образом. Провожать гостей вышли все: и консер с женой, и господин Ханеш с госпожой Мармиашей и сыновьями, и внуки господина Хеша. Даже заплаканная и недовольная Вианиша стояла чуть в сторонке и несчастными глазами смотрела на Низкана.

Гости и провожающие вышли на улицу. К парадной лестнице уже подвели осёдланных лошадей путников.

Пока наагасах церемонно прощался с консером Хешем и господином Ханешем, к Дарилле подошла Вианиша и крепко стиснула её в объятиях.

— Ты же будешь мне иногда писать? — с надеждой спросила оборотница.

Дарилла погладила её по заплаканной щеке и ободряюще улыбнулась.

— Я напишу тебе, как только появится возможность, — пообещала она и, понизив голос, добавила: — И не переживай из-за Низкана. Думаю, он не последний достойный мужчина, который повстречается на твоём пути.

Вианиша шмыгнула носом и опустила глаза.

— Но мне нравится он, — тихо произнесла она. — Посмотри на него.

Дарилла перевела взгляд на Низкана, который стоял чуть в стороне и пытался угомонить взбудораженного сборами зверёныша.

— Он такой одинокий, что его хочется прижать к груди и защищать от всех, — Вианиша чуть смущённо покраснела. — Молчаливый, холодный, но такой неловкий, стоит кому-то оказаться слишком близко.

— Звучит так, словно ты его усыновить хочешь, — весело заметила Дарилла.

Вианиша фыркнула и поневоле улыбнулась.

— Ничего подобного.

— Не переживай, я прослежу за ним, — пообещала гостья.

Вианиша нервно сцепила пальчики между собой и, воровато осмотревшись, тихо попросила:

— Ты там всяких баб шугай от него.

Дарилла хихикнула.

— Думаю, в ближайшие лет десять тебе об этом переживать не стоит, — заверила она оборотницу. — Низкан и сам прекрасно шугается.

Вианиша широко улыбнулась и, глубоко вздохнув, сказала:

— Пойду попрощаюсь с Даром.

И решительно зашагала в сторону Низкана. Дарилла с улыбкой посмотрела ей вслед.

— Леди Дарилла.

Девушка обернулась и упёрлась взглядом в Вахеша. Оборотень стоял прямо перед ней и весело улыбался. Взяв руку девушки, он приложился губами к её ладони.

— Всё же очень жаль, что вы так быстро уезжаете. Надеюсь, что вы не забудете о моём предложении и навестите нас, если с наагасахом у вас не заладится.

Дарилла едва сумела удержать улыбку на лице.

— Я думала, вы шутите… — озадаченно протянула она.

— Ни в коем случае. Кое-кто наверняка будет очень рад, если вы приедете, — оборотень бросил взгляд через своё плечо.

Дарилла посмотрела туда же и увидела как всегда мрачного Увашара. Сообразив, к чему клонит господин Вахеш, девушка смутилась.

— Боюсь, вы что-то неправильно поняли…

Её отвлёк счастливый визг Вианиши. Обернувшись, гостья обнаружила, что растерянный Низкан стоит с протянутыми руками, а малыш Дар, оказавшийся в объятиях Вианиши, нализывает девушке лицо.

— Вианиша! — возмущённо рявкнул Вахеш и направился к сестре.

Оборотня опередил Миссэ, который с тяжёлым вздохом вытащил зверёныша из рук девушки и вернул его Низкану.

— Вианише, как всегда, неймётся.

Дарилла вздрогнула и обернулась. Рядом с ней стоял Увашар и с мрачным весельем смотрел на возмущённую кузину, которую отчитывал Вахеш.

— В ней просто очень много жизненной энергии, — выступила в защиту девушки Дарилла.

Оборотень пожал плечами, то ли соглашаясь с ней, то ли просто принимая её слова к сведению.

— Вижу, вы решили с наагасахом свои разногласия, — заметил он.

Дарилла раздражённо зашипела.

— Почему каждый считает своим долгом сказать мне об этом? — недовольно спросила она.

Увашар хмыкнул.

— Можно вас поздравить с удачным браком? — весело спросил он.

Дарилла немного обиженно посмотрела на него и, сильно понизив голос, ответила:

— Вы же прекрасно знаете, что никакого брака нет. Я говорила вам об этом.

— Но, видимо, будет.

Девушка неопределённо пожала плечами.

— Не знаю. Я запуталась и вообще ничего не понимаю. Он говорит, что любит, а я не могу позволить себе поверить.

— Слишком много об этом думаешь, — заметил Увашар, переходя на «ты». — В любви лучше чувствовать, а не думать. Поверь мне, я знаю, о чём говорю.

Немного помолчав, он спросил:

— Вианиша же уже разболтала о моём неудачном браке?

Дарилла немного смущённо кивнула.

— Я ведь чувствовал, что что-то не так, но внешне всё было нормально. И я решил, что это всего лишь необоснованные страхи. Надо было доверить собственным ощущениям, но я положился на разум. А его оказалось очень легко обмануть.

— Вашему совету нелегко последовать, — призналась гостья. — Если честно, я пока не могу разобраться в собственных ощущениях. Каша такая в голове…

Увашар посмотрел на неё и неожиданно шкодливо улыбнулся.

— Мы можем сейчас проверить, так ли ты дорога своему змею.

Дарилла с удивлением посмотрела на него. Увашар бросил хитрый взгляд на наагасаха, который недовольно поглядывал на них с Дариллой, и, наклонившись, неожиданно крепко поцеловал девушку.

Гостья застыла, ощущая, как к её губам прижимаются горячие сухие мужские губы. Это прикосновение длилось меньше секунды. Оборотень мгновенно отскочил от девушки. Мимо его лица просвистел кинжал, пущенный меткой рукой. Хмыкнув и подмигнув ошарашенной девушке, оборотень в два скачка скрылся в доме. Дарилла быстро перевела взгляд на наагасаха.

Лицо мужчины было искажено от ярости, а его левая рука шарила по поясу, пытаясь найти ещё один кинжал. Увидев, что оборотень заскочил в дом, Риалаш решительно направился за ним. Консер Хеш, ошеломлённый выходкой своего внука, опомнился и заступил гостю дорогу.

— Наагасах, прошу вас…

— Прочь! — прорычал Риалаш. — Я убью его.

— Наагасах, я сам с ним разберусь, — попытался достучаться до него консер. — Поверьте, он будет достойно наказан за своё неуважение.

— Мне плевать, — наг решительно шагнул вперёд.

Оборотни напряглись. Миссэ и Доаш, хотевшие было остановить своего господина, замерли, настороженно посматривая на мужчин семьи Вотый. Господин Ханеш решительно задвинул за свою спину жену и мать, а Вахеш толкнул Вианишу к Низкану и обернулся к наагасаху.

Опомнившаяся Дарилла поняла, что проводы могут превратиться в побоище из-за действий одного идиота-оборотня, и бросилась к наагасаху.

— Наагасах, пожалуйста, придите в себя! — девушка крепко обняла мужчину и, зажмурившись, прижалась к нему всем телом.

Над её головой раздалось негодующее рычание. Дарилла почувствовала завязывающийся узлом страх.

— Пожалуйста, давайте просто уедем отсюда, — чуть слышно попросила она.

Наг замер. Девушка чувствовала, как под её ладонями от напряжения перекатываются мышцы на спине мужчины. Наконец наагасах отмер и, положив ладони девушке на талию, оторвал её от себя. Сжавшаяся Дарилла приготовилась к самому худшему, но её подняли на руки и, отнеся к лошади, животом положили в седло. Растерянная и испуганная девушка вцепилась в луку и, подтянувшись, перекинула ногу через седло, устраиваясь поудобнее.

Сам наагасах молча вскочил на своего коня и направил его в сторону ворот. Дарилла немного виновато и растерянно посмотрела на провожающих их оборотней и толкнула свою флегматичную лошадку пятками в бока. (3303c)

Через минуту их догнали остальные попутчики.

— Вот же морда собачья! — искренне негодовал Ерха. — Охлупень юродивый! С поцелуями он, видите ли, лезет!

Доаш изловчился и пнул его в голень, заставляя умолкнуть. Старик посмотрел на напряжённую спину наагасаха и счёл за благо временно прикусить язык.