Глава 4

Дарилла даже осознать сказанное не успела. Сперва она возмущённо стукнула наагасаха кулаками: мужчина перестарался со всеми этими стискиваниями, и девушка теперь не могла нормально вдохнуть, прижатая лицом к его спине. Но через пару десятков секунд до неё всё же дошёл смысл сказанного, и Дарилла застыла.

Невеста наагасаха… Она невеста наагасаха… Невеста… Его… Первые мгновения в её голове мелькали только эти слова, а потом девушку накрыла лавина осознания и вместе с тем разочарования. Она не невеста, нет. Наагасаху зачем-то понадобилось так её назвать, но это неправда. На одну-единственную секундочку нестерпимо захотелось расплакаться от острой жалости к себе, ведь она бы многое отдала, чтобы стать настоящей невестой наагасаха.

Риалаш почувствовал, как ещё несколько секунд назад молотившие кулаки безжизненно скользнули по его бокам вниз. Тело девушки обмякло, и она навалилась на спину мужчины. Наагасах успел слегка испугаться, но в этот момент его отвлёк консер Хеш.

— Именно так я и подумал, — с хитрой улыбкой протянул оборотень.

Риалаш не смог сдержаться и вскинул на улыбающегося мужчину разозлённый взгляд. О чём именно он подумал?! Наагасаху казалось, что за словами оборотня скрывается что-то ещё.

— Тейсдариласа смотрела на вашего отца точно так же, как и вы на эту девочку, — пояснил Хеш.

Ярость тут же отступила, и Риалаш через плечо взглянул на Дариллу. И вздрогнул. Девушка встретила его мрачным угрюмым взглядом. На дне её глаз затаились горечь и обида. Наг растерялся. Что такое? Он её обидел? Неужели её так разозлили слова о том, что она его невеста?

«Ты не нравишься ей».

Голос, прозвучавший в голове, сочился уверенностью.

— У вас весьма отчаянная невеста, наагасах, — заметил консер, отвлекая Риалаша от Дариллы. — Отправиться за вами в тюрьму в сопровождении одного лишь брата… На это решится далеко не каждая благовоспитанная нордасская леди. Я же не ошибся, леди из Нордаса? У вас весьма примечательный акцент.

Дарилла молча выбралась из хвоста наагасаха и ответила:

— Я из Нордаса, но в одном вы ошиблись: я совершенно неблаговоспитанна. Так что прошу извинить меня за отсутствие манер.

— Вот как? — консер перевёл взгляд на Риалаша. — Я понял, в чём именно вы похожи на своего отца.

Наагасах поморщился. Раздражённый реакцией Дариллы на его громкое заявление, мужчина больше не старался быть холодным. Вместо этого он недовольно протянул:

— Порой она слишком отчаянная. Что вы здесь вообще забыли?! Не могли тихо и мирно посидеть где-нибудь и подождать нас?

Дарилла, разозлённая не меньше самого нага, ответила с запалом:

— А откуда нам было знать, что вы сами выберетесь?! Мы с Низканом переживали, что с вами что-то случится, и, рискуя своими жизнями, полезли сюда, и вот она, ваша благодарность!

— Из-за вашей помощи мы едва не попали в положение ещё более худшее, — прошипел Риалаш. — Это ж додуматься надо было!

Девушка нахмурилась. Все её устремления вести себя разумно смело волной гнева, и она, широко шагнув вперёд, ткнула наагасаха пальцем в грудь.

— Мы-то думали, и план у нас был просто шикарный! А вот вы чем занимались? Вынесли дверь, сломали решётку и пошли петлять по совершенно голому двору! На что, спрашивается, надеялись?! На то, что стража здесь действительно слепая?! Вы хотя бы ночью полезли, а не ранним утром!

— Малолетняя идиотка! — от души приложил наагасах. — Здесь один выход — через ворота. А это значит, что на свободу надо прорываться с боем. Как думаешь, когда здесь меньше всего народа?

— Ночью! — запальчиво заявила девушка.

— Да ладно, — ехидно протянул наагасах. — И почему же?

— Потому что ночью город больше всего нуждается в охране и казармы должны быть почти пустыми, — уверенно заявила девушка.

— Да? — Риалаш хмыкнул. — А утром на улицах города народа больше.

Девушка распахнула рот, но не вымолвила ни слова, осознав, что наагасах прав. Вот же Тёмные! От досады захотелось завыть.

Наг же снисходительно взглянул на неё с высоты своего роста и полюбопытствовал:

— И кому принадлежала идиотская идея вызволить нас из тюрьмы?

— Мне, — мрачно ответил Низкан.

— Но мы осознали свою ошибку и больше таких глупостей совершать не будем, — Дарилла мрачно уставилась на Риалаша и сложила руки на груди.

Её заявление прозвучало как угроза, но Риалаш только презрительно хмыкнул.

— Низкан, неужели идея взять Дариллу сюда тоже принадлежала тебе?

— Ещё чего, — угрюмо откликнулся бывший вольный. — Я был против.

— Но я была очень убедительна, — заявила девушка.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, — Риалаш недовольно посмотрел на неё.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

На некоторое время наступило молчание. Наагасах и Дарилла прожигали друг друга взглядами.

— Консер, — наг и девушка вздрогнули и подняли головы.

От стены стремительно шёл данетий Жиибан.

— Я лично осмотрел стену. С внешней стороны появилась брешь. Она несквозная, но на ремонт придётся потратить около недели.

Наагасах возвёл глаза к небу, вымаливая у богов терпения, а потом опять воззрился своими жуткими глазами на Дариллу.

— Это ведь твоя идея, да?

— А вот и нет! — возмутилась девушка. — Низкан, скажи!

— Не её, — подтвердил бывший вольный и по-братски разделил ответственность на двоих: — Это наша идея.

Дарилла возмущённо уставилась на него, а Риалаш глубоко вздохнул и перевёл взгляд на консера:

— Убытки я возмещу.

Консер махнул рукой, отпуская данетия, и ответил:

— Не стоит волноваться об этом. Я задолжал когда-то вашему отцу. Будем считать, что теперь я ничего ему не должен.

— Поверьте, мой отец будет рад узнать, что ему придётся заплатить за ущерб, нанесённый вашей тюрьме, — Риалаш впервые за весь разговор с консером позволил себе улыбку.

Тот улыбнулся в ответ.

— Что ж, тогда не будем лишать наагашейда удовольствия.

Дарилла кипела от гнева. Ей было плевать, какое впечатление она произведёт на консера Вотого, и ещё больше было наплевать, что о ней подумает наагасах. Девушка была нереально зла. Они с Низканом затеяли такую опасную авантюру, лишь бы вытащить друзей из ловушки, в которой те оказались. А им в ответ одни упрёки и ни единого слова благодарности!

Она отшатнулась от наагасаха, не желая даже стоять рядом с ним. Невеста… И посмел же! Девушка всё сильнее и сильнее убеждалась в том, что наследник просто издевается над ней.

Но здравый смысл всё же не покинул её окончательно. Дарилла понимала, что показывать сейчас свои эмоции просто опасно. Нужно успокоиться, сбросить напряжение, прийти в себя, в конце концов! Воспользовавшись тем, что внимание всех сосредоточенно на наагасахе и консере, девушка от души пнула брёвна. А потом ещё раз и ещё раз. Глубоко вздохнув, она почувствовала, что начинает успокаиваться, и занесла ногу для очередного удар.

Штабель из брёвен дрогнул, раздался треск, а затем брёвна покатились вниз. Дарилла еле успела отскочить и метнуться почти к самой стене. Миссэ хвостом смёл сидящего на земле Низкана в сторону. Доаш в это время отшвырнул первые из брёвен, давая всем возможность разбежаться, и сам бросился прочь.

Толстенные стволы, бойко подскакивая на неровностях, раскатились по тюремному двору. Откуда-то со стен донёсся горестный стон данетия Жиибана.

Дарилла ошеломлённо разглядывала дело ног своих, осознавая, что сейчас, вероятнее всего, ей устроят головомойку. Но потрясение не помешало ей осознать, что на неё кто-то пристально смотрит. Резко повернув голову, девушка заметила совсем недалеко от себя мужчину. Он расположился за соседним бревенчатым штабелем и весело улыбался ей. Дарилла отметила отменную могучесть его тела, буйные чёрные кудри и красноватые глаза и успела подумать, что в этот день побег задумали не только её друзья, но и вот этот оборотень. А затем все мысли вылетели из её головы: змеиный хвост обвился вокруг её талии и, подняв над землёй, поставил прямо перед мрачным наагасахом.

Риалаш ничего ей сказал, только посмотрел, мрачно и устало. Дарилла пристыженно опустила голову. На самом деле девушка подозревала, что это не она виновата в этой маленькой неприятности. Всё же она слабая человечка. Могли ли её жалкие пинки действительно сдвинуть с места эти неподъёмные брёвна? Но выдавать неизвестного оборотня Дарилле не хотелось: больно приятная улыбка у него была. Не может человек с такой улыбкой быть плохим.

Наагасах провёл рукой по растрепавшимся кудрям девушки, вытащил пару щепочек и с безмерной усталостью взглянул на консера.

— Прошу прощения.

— Ничего, — отмахнулся он, поднимаясь с земли. — Примите мои соболезнования: вам же теперь с этим всю жизнь…

Дарилла не поняла, к чему была эта фраза, но продолжила стоять с поникшей головой.

— Да, — согласился с ним Риалаш, приглаживая женские кудри.

— Но я всё же рискну пригласить вас к себе в гости, — оборотень расплылся в обаятельной улыбке.

Дарилла резко вскинула голову, посмотрев на консера широко распахнутыми глазами. Риалаш еле сдержался от того, чтобы не поморщиться. Он так и думал, что именно к этому всё и придёт. И отказаться не было никакой возможности!

— Почту за честь, — не очень радостно отозвался наагасах. — Только нам сперва нужно забрать свои вещи.

— Конечно. Я выделю оборотней, чтобы они сопроводили вас.

Заметив испуганный взгляд Дариллы, консер улыбнулся ей.

— О, юная леди, не переживайте, — постарался успокоить он её. — У меня нет намерения увлечь наагасаха кем-то из своих дочерей.

Дарилла возмущённо посмотрела на него. Да она даже не подумала о таком! Консер же продолжил:

— У меня вообще нет дочерей. Только шестеро сыновей, одна внучка и куча внуков и правнуков, — и подмигнув девушке, зачем-то добавил: — Большей частью холостых.

Дарилла тут же зашипела и замолотила кулаками по хвосту, который сжал её слишком сильно.

Консер ничуть не испугался пристального многообещающего взгляда наагасаха. Хотя красный зрачок, казалось, вспыхнул и зажёгся огнём безумия.

— Консер, надеюсь, вы знаете о том, кто такие влюблённые наги? — тихо спросил Риалаш.

— Я сталкивался с этим, — заверил его оборотень.

— Тогда впредь прошу больше не делать подобных намёков, — голос нага дышал стужей.

По губам консера скользнула тонкая улыбка.

— Я постараюсь. Надеюсь, что к вечеру вы посетите мой дом.

— Непременно, — процедил сквозь зубы Риалаш.

— И позвольте заметить: человеческим девушкам иногда нужно дышать, — оборотень указал на Дариллу.

Риалаш взглянул на девушку и тут же разжал хвост. Та схватилась за рёбра и с ненавистью уставилась на нага.

— До вечера, — попрощался консер и, поманив за собой сына и голого внука, направился к тюрьме.

— Господин? — Миссэ вопросительно посмотрел на наагасаха.

Тот скривился, игнорируя присутствие оставленных консером оборотней, и ответил:

— Нам нужно некоторое время погостить у консера, так что собираемся. Низкан, Дарилла, где вы оставили лошадей?

— На постоялом дворе недалеко отсюда, — ответил Низкан, поднимаясь на ноги с помощью Ерхи. Детёныш на его руках беспокойно возился: его что-то волновало.

— Тогда живо туда, — распорядился Риалаш и, освободив Дариллу от хвоста, подхватил её под локоть. — От меня ни на шаг, поняла? И дай сюда амулет!

Та ответила яростным взглядом, но ничего не сказала, а амулет просто сорвала с шеи и бросила на протянутую ладонь.

Вся компания в сопровождении оборотней двинулась к воротам. Улучив момент, когда оборотни ушли немного вперёд, Дарилла схватила наагасаха за отворот камзола и заставила его наклониться.

— Что за чушь с невестой?! — яростно прошептала она.

Риалаш вскинул брови так удивлённо, словно был поражён её несообразительностью.

— А тебе хочется быть свободной женщиной среди оборотней? — почти искренне изумился он. — Ты готова к тому, что вокруг тебя день и ночь будут кружить мужики в надежде заполучить твою благосклонность?

У Дариллы ладони похолодели. Ярость тут же отступила и сжалась в комочек. Её место занял испуг и лёгкое отвращение. Девушка отпустила ворот наагасаха и стыдливо опустила глаза. Опять она лишнего напридумывала.

Риалаш не разогнулся, продолжая смотреть на пристыженное, немного порозовевшее лицо девушки. Уголки его губ изогнулись в лёгкой, чуть насмешливой улыбке, и он дунул ей в лицо. Дарилла вздрогнула, её ресницы изумлённо распахнулись, когда она обнаружила наагасаха совсем близко. Мужчина улыбнулся чуть шире, обнажая клыки, и девушка почувствовала топоток тысячи мурашек на своей коже. Возникло ощущение, что сейчас, именно сейчас наг подастся чуть вперёд и поцелует её.

Наагасах действительно подался вперёд. Дарилла почувствовала слабость в коленях и еле успела опереться на руку нага, чтобы не бухнуться ему под ноги. Он не поцеловал её, но в самой улыбке мужчины появилось что-то соблазняющее. Красные зрачки дрожали от еле сдерживаемого веселья, а чернота его глаз казалась таинственной и манящей.

— Не переживай, — горячий шёпот обжёг рот девушки, а от них жар пошёл по щекам на уши, — я не подпущу к тебе никого, моя дорогая и обожаемая племянница.

Коленки подломились окончательно, и, если бы не поддержавший её хвост, девушка осела бы на землю. Наагасах подался ещё немного вперёд, и Дарилла поняла, что сейчас его губы точно прикоснутся к ней. Но мужчина слегка выпрямился, его нижняя губа задела кончик носа девушки, а затем он поцеловал её в лоб. В голове Дариллы разом всё помутилось, она покачнулась и, тяжело дыша, завалилась на наагасаха, полностью потеряв контроль над своим телом. Улыбающийся Риалаш принял её в свои объятия и, обхватил девушку руками, тихо прошептал ей на ухо:

— Молодец! Именно так и должна вести себя невеста.

А сам жадно вдыхал запах её желания и преисполнялся ликованием.

— Наагасах, мы разве не торопимся? — окликнул его Миссэ.

Риалаш недовольно поморщился, но всё же отстранил от себя почти не соображающую Дариллу и, обхватив её за талию, повлёк вперёд.

Путникам пришлось ненадолго задержаться у ворот, дожидаясь, пока им вернут их вещи. Только после этого они направились дальше, ориентируясь на указания хромающего Низкана. Наги ползли в своих более привычных обликах: всё же штаны их превратились в лохмотья, и с голыми ногами идти по улицам города было бы просто неприлично. Горожане косились на Риалаша, Миссэ и Доаша с опаской и испугом, но предпринимать какие-либо действия не спешили: двое оборотней из сопровождения консера Хеша своим видом останавливали даже самых ретивых.

Дарилла пришла в себя ещё у тюремных ворот и теперь шла почти самой последней, понуро опустив голову. Девушка не могла заставить себя поднять глаза, настолько ей было стыдно перед наагасахом и неловко перед остальными. Она осторожно прикоснулась к пылающим щекам, пытаясь остудить их холодными ладонями.

Взяла и повисла на наагасахе! Вот стыдобища-то! Дарилла нисколько не сомневалась в том, что наследник прекрасно понимает, какие чувства она к нему испытывает. Даже если ранее он умудрился не заметить их, то теперь-то точно всё понял! Девушка раздражённо посмотрела на спину ползшего впереди нага. Её опять посетило подозрение, что наследник издевается над ней. Как иначе можно объяснить его поведение? Эти улыбочки, интимный шёпот, весёлые взгляды, обнимания и поцелуи… Всё это указывало на то, что наагасах со всей очевидностью видел её чувства и теперь подшучивал. Как же это неблагородно с его стороны, а она-то думала, что он не способен на подобную низость! В душе Дариллы поднялась волна обиды и гнева.

На постоялом дворе их встретили не очень дружелюбно. Когда наги заползли внутрь, трапезный зал как раз был заполнен постояльцами, большая часть которых состояла из оборотней. При виде жуткого наагасаха, а затем не менее экзотичных Миссэ и Доаша многие перестали жевать и мрачно уставились на вошедших. Хозяин постоялого двора, грузный мужчина с вечно хмурым лицом, зашарил рукой под прилавком. Но в этот момент за нагами вошли оборотни консера Хеша. Видимо, их знали хорошо. Угрюмая решимость на лицах постояльцев сменилась удивлением, а хозяин совершенно неожиданно озарился улыбкой.

— Господин Сваш, господин Ювшан, — залебезил он. — Давненько вы у нас не были. Чем я могу помочь?

Один из оборотней, высокий брюнет с карими глазами, слегка поморщился, на его лице возникло неприязненное выражение.

— Ничем, — недовольно ответил он.

Его товарищ, мужчина с почти полностью седой головой и морщинистым лицом, не был столь категоричен.

— Накрой нам стол, — распорядился он и обратился к наагасаху: — Мы подождём вас здесь.

Риалаш кивнул и повернулся к вошедшим Дарилле и Низкану. Девушка, заметив его взгляд, поспешно шагнула за спину бывшего вольного. Наг с трудом сдержал улыбку, наблюдая за этими манёврами.

— Где ваша комната? — спросил он у Низкана.

— Второй этаж, дверь в четырёх саженях слева от лестницы, — ответил тот.

Дарилла из-за его спины уточнила:

— Вторая по счёту дверь.

Под напряжёнными взглядами постояльцев компания пересекла трапезный зал и поднялась по лестнице.

Только оказавшись в комнате, наагасах позволил себе высказать своё отношение к ситуации.

— Вот только знакомства с семейкой Вотый мне не хватало! — недовольно прошипел он.

Дарилла с беспокойством взглянула на него, а потом заметила, что Миссэ с Доашем тоже выглядят озабоченными, и запереживала ещё сильнее. Во что же они вляпались?

— А что не так с этой семьёй? — рискнула спросить она.

Риалаш обернулся и с удовольствием отметил, с какой стремительностью девушка покраснела под его взглядом.

— Ушлые больно, — за наследника ответил Миссэ. — Лет семьсот назад, ещё до рождения наагасаха, консер Шерех, отец Хеша, и сам Хеш пытались украсть госпожу Тейсдариласу.

— Зачем? — поразилась Дарилла.

— Отвернись, — вместо ответа велел ей Миссэ.

Девушка покорно отвернулась и услышала хруст. Видимо, наги решили вернуть себе ноги. На её вопрос Миссэ ответил лишь через несколько минут.

— Хеш жениться на ней хотел, — недовольно пояснил наг.

— Что? — Дарилла стремительно развернулась. — Он был влюблён в маму наагасаха?!

Риалаш ехидно посмотрел на девушку и демонстративно подтянул штаны, застегнуть которые не успел. Вспыхнувшая Дарилла успела увидеть белую полосу живота, прежде чем отвела глаза в сторону.

— Тёмные его знают, любил он её или нет, — Миссэ без всякого стеснения неспешно натягивал поверх портков штаны. — Но наагашейд тогда с нас с Доашем едва шкуру не снял. А Вотым запретил появляться на территории княжества. И запрет действителен до сих пор.

— А мне господин Хеш показался очень дружелюбным… — протянула обескураженная Дарилла.

— Его отец тоже само обаяние, но это не помешало ему в своё время вырезать весь свой род, став его единственным представителем, а потом подмять под себя все северные кланы волков, — многозначительно протянул Доаш, скептически рассматривая свои запасные сапоги: вид у них был заношенный и мало подходил для посещения дома знатной особы. — И Хеш, судя по тому, что южные кланы волков перешли под его руку, недалеко ушёл от папеньки. Я советую тебе не доверять членам этой семейки. Тем более если все её мужчины похожи на Шереха или Хеша.

Растерявшаяся девушка опустилась на пол и скинула с плеча мешок.

Ерха тем временем заставил Низкана снять штаны и рубаху и теперь, коря зубастых оборотней, попортивших хорошие вещи, на все лады, обрабатывал укусы. Малыш Дар топтался рядом с бывшим вольным и, с беспокойством принюхиваясь к его ране, испуганно пищал. Видимо, он понимал, что с «мамой» произошло что-то плохое, и теперь изо всех сил переживал. В конце концов он остановился и начал усердно зализывать укус на бедре мужчины. Тот морщился, но зверька не гнал.

— Низкан, — Миссэ страдальчески поморщился, — его слюни тебе в кровь попадут! Ну а если он всё же ядовитый?

Низкан ничего не ответил, только почесал малыша между крылышками.

— О, а я тоже ранен, — Риалаш с некоторым удивлением взглянул на свою ладонь, на которой темнела широкая рваная рана, полученная при выламывании решётки.

Миссэ бросил быстрый ехидный взгляд на Дариллу и тут же попросил:

— Дарилла, помоги наагасаху. А то его столбняк ещё хватит.

Девушка покраснела и недовольно посмотрела на нага. Но всё же поднялась и шагнула к наследнику. Риалаш немного удивлённо, но в то же время благодарно взглянул на Миссэ.

Ерха уже успел сходить вниз и притащить бадейку воды для промывания ран Низкана. Дарилла смочила в ней чистую тряпицу и неохотно подступила к наагасаху, старательно не поднимая глаза выше его груди. Риалаш небрежно протянул ей свою ладонь, на которую девушка тут же плюхнула мокрую тряпку, заставив нага болезненно зашипеть. Дарилла мгновенно убрала ткань и, еле удержавшись от желания взглянуть на лицо нага, приступила к более бережной обработке.

У наагасаха оказалась очень большая ладонь в сравнении с её собственной, но куда более узкая, чем, например, у Ерхи. В верхней части ладони, у основания пальцев, шершавились мозоли, в складках ороговевшей кожи которых сейчас собралась грязь и кровь. Почему-то эти небольшие несовершенства заворожили девушку. Сочетание идеального с недостатками… Дарилла осторожно смыла засохшую кровь и провела тканью по пальцам мужчины. Они у него были длинными, сильными и очень чуткими. Девушка перевернула ладонь нага тыльной стороной вверх и поразилась совершенной форме ногтей, под которыми в данный момент чернела земля. Кончики пальцев были очень нежными и имели раздражённо-розовый цвет. Дарилла предположила, что это из-за недавнего оборота: появление когтей и их исчезновение вряд ли проходит бесследно. Почему-то представилось, как наагасах прикасается к ней. Его чувствительные кончики пальцев наверняка обожжёт жар её щёк или… губ.

Смущённая собственными мыслями, девушка быстро помыла руку мужчины и наложила на неё повязку с лекарственной мазью. А Риалаш с изумлением рассматривал её пылающие как факел уши. Ему было крайне любопытно узнать, что же настолько смущающее пришло в голову этой девочки, пока она рассматривала его ладонь. Как только девушка закончила перевязку и отошла от него, наг поднял руку на уровень своих глаза и, прищурившись, рассмотрел её со всех сторон. Но ничего привлекательного не узрел.

Следующие несколько часов путники приводили себя в порядок: умывались, чистили одежду и сапоги… Даже малышу Дару Ерха помыл лапы и крылья, чем вызвал у зверька бурю негодования: его оскорблённый писк звучал ещё с четверть часа после помывки. Даже Низкан, раздражённый и недовольный (укусы всё же болели), собственноручно вычистил свои сапоги и надел свежую рубаху. Миссэ, правда, всё же заставил его переодеть камзол заново, вывернув его перед этим нужной стороной. По мнению Дариллы, смотрелся бывший вольный всё равно странно: лицо заросшее, одежда сидит как-то неловко: вроде всё по размеру, но словно с чужого плеча снято — а сапоги залихватского оранжевого цвета с зелёными крапинами.

— Не соврал-таки, — Ерха с уважением припомнил охотника, у которого сторговал сапоги для Низкана. — Скока времени прошло, скока дорог исхожено, а как новые!

Дарилла перевела взгляд на свои собственные сапоги, у которых были сбиты и носы, и каблуки. Да и одежда совсем не подходила для посещения аристократического дома. В родном имении её в таком виде дальше кухни не пустили бы.

— Наагасах, а нам обязательно туда идти? — девушка мрачно посмотрела на мужчину.

— Я не могу отказаться, — Риалаш тоже выглядел не очень довольным. — Консер Хеш имеет большое влияние в Салее. Даже хайнес не может похвастаться такой властью, которую держит в руках консер. А я не обычный наг, а наследник престола. Каждый мой отказ или согласие воспринимается как отказ и согласие всех наагатинских княжеств.

Девушка презрительно поджала губы. Политика! В её воображении тут же нарисовалась карта, на которой Салея приглашала в гости княжество Шаашидаш: именно так Дарилла восприняла предстоящий визит.

— А мне, Низкану и Ерхе там обязательно быть? Может, мы вас здесь подождём?

— Исключено, — сухо ответил наагасах и недовольно взглянул на девушку. — Ты, во-первых, уже представлена как моя невеста. Будет весьма странно, если я явлюсь без тебя. А во-вторых, я даже боюсь представить, что случится с городом, если оставить вас троих без присмотра.

Дарилла закатила глаза к потолку, а затем раздражённо уставилась на нага.

— Наагасах, вот знаете, до встречи с вами в моей жизни очень редко происходило что-то столь грандиозное, как побег на драконе или проникновение в тюрьму. Но знакомство с вами нарушило мой покой.

Риалаш прищурился и сложил руки на груди.

— Хочешь сказать, что во всех неприятностях, которые ты находишь на свою задницу, виноват я? — вкрадчиво поинтересовался мужчина.

— Ну, какая-то связь определённо есть, — девушка позволила себе ехидную улыбку.

Наг только хмыкнул и вернулся к сборам.

А Дарилла, сообразив, что от визита не отвертеться, приуныла. Девушка просто представила себя в дорожной одежде на фоне роскошных интерьеров и рядом с ярко одетыми оборотнями и заранее почувствовала себя не в своей тарелке.

От Риалаша не укрылось её уныние.

— Что не так?

Дарилла подняла на него глаза и опять опустила их.

— Мы как бродяги выглядим, а собираемся в дом консера, — пробурчала она.

Риалаш улыбнулся.

— Не переживай, наш внешний вид — теперь забота консера, так как приглашение исходило от него и мы не предполагали этого визита.

Это девушку не порадовало и не успокоило. Помимо внешнего вида её волновало ещё и то, что она окажется опять в высшем обществе. Дарилла покинула эту среду в пятнадцать лет, когда к ней ещё никто как к взрослой девушке не относился. И сейчас ей предстоит вспомнить все свои манеры и войти в роль благовоспитанной взрослой леди, а взрослой леди она никогда не была.

Спустились путники вниз уже ближе к полудню. Их сопровождающие успели поесть и теперь неспешно потягивали сбитень. Увидев Риалаша, который спускался первым, они тут же поднялись на ноги и последовали за компанией к конюшням.

— Вот гадюшка! — Ерха с трудом увернулся от морды своей лошадки, которая вознамерилась приветить хозяина укусом.

Оборотни сдержанно улыбались, глядя, как старик ругается на вредную скотину. Им хозяин постоялого двора выделил собственных лошадей, которых сейчас сноровисто осёдлывал его сын.

От постоялого двора вся компания направилась к главной площади, а миновав её, завернула налево и выехала на западные окраины города. Дариллу немного удивило то, что дом консера находится пусть и в привилегированной части города, но на окраине. Обычно дома таких влиятельных лиц располагались в центре. Но у оборотней, похоже, был свой взгляд на такие вещи.

Господина Сваша и Ювшана узнавали и почтительно им кланялись. На их спутников смотрели с любопытством. Дарилла то и дело ловила долетающие до неё шепотки.

— Важный кто-то…

— …сами распорядители…

— …видать, консер в городе…

Последняя фраза особенно заинтересовала девушку, она даже обернулась в сторону говорившего, но понять, кому именно принадлежали эти слова, не смогла. У Дариллы возникло подозрение, что едут они не в дом консера. Поразмыслив, она почти уверилась в собственных подозрениях. Консер Хеш является главой южных и северных волчьих кланов. Неужели он будет жить в таком провинциальном городке, как Байрин? Может, тут проживает кто-то из его сыновей, например, господин Ханеш, или кто-то из внуков?

Дарилла поравнялась с наагасахом и тихо спросила:

— А мы точно едем в дом консера?

Риалаш оглянулся на неё и слегка улыбнулся.

— Мы едем в дом семьи Вотый, а живёт ли там консер, уже не так важно.

Девушка растерянно посмотрела на мужчину.

Длинная и широкая улица, по обе стороны которой стояли причудливые особняки, утопающие в зелени садов, вывела их к высоким кованым воротам, которые перед ними расторопно распахнула стража. Видимо, консер успел предупредить, что должны прибыть гости.

Широкая, вымощенная серым камнем дорожка шла через парк, который начинался прямо от ворот. На взгляд Дариллы, которая успела привыкнуть к аккуратным нордасским и давриданским паркам и садам, этот парк был более всего похож на лес, довольно густой, но при этом солнечно-светлый. В ветвях шебаршились деятельные птички, пару раз девушка замечала пушистые хвосты в кустах, а в траве под некоторыми деревьями коричневели упругие шляпки грибов. Воздух был напоён запахом прелой листвы, влажной земли и еловой хвои. Листья на кое-каких деревьях уже подёрнула желтизна, и Дарилла с удивлением осознала, что вообще-то наступила осень. Со всеми событиями, что недавно произошли в её жизни, она совершенно перестала обращать внимание на внешний мир и не заметила, что лето уже закончилось.

— Благодать-то какая! — Ерха довольно щурился и поглаживал свою бороду. — Как в деревне родной оказалси!

Деревенька, в которой он родился и вырос, была окружена вот такими же светлыми лесами. Только дорог мощёных там отродясь не имелось.

Каменный особняк семьи Вотый появился перед путниками неожиданно: дорожка в очередной раз вильнула в сторону, и из-за кустов и древесных стволов показался красно-коричневый бок невысокого здания. Постепенно оно всё больше и больше выползало из-за лесных насаждений, являя путникам свой величественный облик.

Дом оказался очень уютным, невысоким — всего яруса четыре — но весьма обширным. От прямоугольного здания, к которому выводила дорожка, ветвились и разбегались различные пристройки. Путники видели только их часть, но над крышей вздымалось множество шпилей, которые свидетельствовали о том, что на другой, невидимой для них стороне, имелось ещё немало сооружений. Но такое многообразие не делало здание нелепым. Одна пристройка гармонично вписывалась в другую, а все вместе они придавали особняку некую многоликость. Дариллу посетило то же ощущение, которое посещало её, когда она видела полуразрушенные останки величественного некогда дворца, успевшие порасти зеленью. Девушке нестерпимо захотелось прогуляться во внутреннем дворе, который наверняка имелся у такого внушительного особняка. Она даже представила этот дворик, вьющийся между многочисленными пристройками, полутёмные арки, позволяющие перейти из одной его части в другую, скамейки, установленные в самых его таинственных уголках, поросшие мхом каменные плиты… О-о-о, как сильно ей хотелось убедиться, что этот дворик выглядит именно так, как она его себе представляет!

Дорожка ещё раз вильнула, и боковая часть здания скрылась из глаз путников. Вместо неё перед ними предстал фасад особняка, немного скучный в своей аккуратности. С его стен на гостей смотрели ряды полукруглых окон, а над коньком черепичной двускатной крыши лениво реяли флаги и штандарты.

Гостей встречали: на лестнице, ведущей к парадному входу, стояли трое мужчин, среди которых Дарилла с удивлением отметила сына господина Ханеша Рейша, и одна совсем юная девушка. Один из мужчин, на вид самый старший, был одет проще всех и стоял немного в стороне. Дарилла предположила, что это управляющий дома. Юноша, расположившийся рядом с Рейшем, всё же на мужчину не тянул, скорее на подростка, который только-только перешёл в пору юности. Взгляд у него был возбуждённым и немного испуганным. Похоже, волновался перед встречей с гостями. Отметив его сходство с господином Ханешем, Дарилла предположила, что этот юноша также является его сыном.

Рейш же, в отличие от своего брата, гостям рад не был. Он встретил их угрюмым взглядом и даже не попытался приветливо улыбнуться. Но девушка отметила лёгкий розовый румянец, что пятнами лежал на его щеках. Видимо, оборотень был смущён и раздосадован их знакомством у тюрьмы.

Но наибольшее любопытство у Дариллы вызвала девушка. Она стояла за спинами мужчин. Точнее, они держали её за своими спинами, но она пыталась протиснуться вперёд, что ей не удавалось. До Дариллы доносилось её недовольное шипение. Бросив попытки выбраться из-за спин оборотней, девушка начала подпрыгивать на месте, чтобы хоть одним глазком увидеть гостей.

— Ну Рейш! Ну отойди в сторонку, — умоляла она. — Почему мне нельзя посмотреть? Если не отойдёшь, то я маме пожалуюсь. Или бабушке.

Похоже, эта детская угроза действительно была угрозой: Рейш поморщился и всё же позволил девушке протиснуться на передний план.

Дарилла почувствовала, что цепенеет. Перед ней стояла самая очаровательная девушка, которую ей доводилось видеть. Невысокая, с тонкой талией и волнующим изгибом бёдер. Её личико цветом и формой напоминало лицо фарфоровой куколки, но нежные губки розовели живым цветом, а на щеках алел румянец, вызванный, видимо, волнением. Носик, брови, скулы… Всё это имело настолько прелестные очертания, что Дарилла почувствовала себя деревянной поделкой, выструганной топором не очень умелого мастера. А какие у этой девушки были волосы!.. До самой талии, завивающиеся в крупные локоны, а цветом напоминающие самый лёгкий пепел.

— Ох! — красотка восторженно выдохнула, разглядывая гостей. Её жёлтые глаза горели живейшим интересом, и Дарилла невольно отметила, с каким ошеломлённым видом незнакомка уставилась на наагасаха. Было заметно, что мужчина поразил её, причём в самом положительном смысле этого слова.

Дарилла оглянулась на своих спутников и ощутила досаду: только у Низкана эта красавица не вызвала никакого интереса. Миссэ и Доаш смотрели на девушку не то чтобы ошеломлённо, но их добродушные улыбки вполне можно было принять за проявление восхищения. Ерха же просто разинул рот, хорошо что ещё не засвистел от переизбытка чувств. Даже наагасах разглядывал незнакомку с вежливым, но вполне мужским интересом.

Всё хорошее впечатление, что произвело на Дариллу это место, развеялось как дым. Девушка постаралась убедить себя, что ей совершенно всё равно, но разум лихорадочно отмечал каждую деталь. Вспомнились слова консера Хеша, что среди его многочисленного потомства у него имеется только одна внучка. И, по всей видимости, она в данный момент находилась перед ними. Невольно подумалось, что по положению эта девушка куда выше самой Дариллы и больше подходит наагасаху. И она так красива, что её внешность потрясает воображение. Разве можно сравниться с ней?

Дарилла старательно гнала и давила эти мысли, пыталась убедить себя, что ей всё равно… Но настроение её испортилось окончательно, а эта милая девушка, так тепло улыбающаяся всем им, начала неимоверно раздражать её.

— Добро пожаловать в дом моего отца, Ханеша Вотого, — церемонно и совсем не радостно поприветствовал их Рейш, дождавшись, когда гости спешатся.

— Это честь — оказаться в гостях у наследника рода Вотый, — так же церемонно, но более радушно ответил наагасах.

Дарилла с досадой отметила, что наг по какой-то причине пребывал в довольно хорошем расположении духа.

— К сожалению, мой дед и отец пока ещё заняты, — Рейш прищурился, как бы намекая, что заняты они разгребанием последствий действий одних конкретных лиц, — а мама уехала на некоторое время вместе с бабушкой из города. Поэтому мы проводим вас в ваши покои, где вы сможете отдохнуть и привести себя в порядок, а вечером состоится небольшой званый ужин. Позвольте вам представить моего младшего брата Тиаша, — оборотень указал на юного оборотня, — и мою сестру Вианишу.

— Мы рады знакомству, — наагасах кивнул головой, приветствуя названных, и в свою очередь представил своих сопровождающих. — Позвольте представить вам мою невесту — Дариллу Авайскую.

На лице Вианиши появилось такое искреннее огорчение, граничащее с детской обидой, что Дарилле на мгновение стало её жаль. Но оборотница быстро взяла себя в руки и опять улыбнулась.

— Это Ерха — названный дядя моей невесты. Это её названный брат Низкан. А это мои охранники Миссэ и Доаш.

Ерха и Низкан, которых перевели в названные «родственники», облегчённо вздохнули.

— Яваш проводит ваших охранников до выделенных им комнат, — Рейш указал рукой на оборотня, что стоял чуть поодаль. — Тиаш займёт родственниками вашей невесты, а я…

— Рейш, пожалуйста-пожалуйста! — сестрица неожиданно повисла на его рукаве, умоляюще заглядывая ему в лицо. — Можно я провожу леди Дариллу? Ну пожа-а-алуйста!

Рейш страдальчески вздохнул.

— Если леди Дарилла готова терпеть рядом девицу, у которой совершенно отсутствуют манеры… — начал он, но был перебит самой «леди».

— У меня нет возражений, — сказав это, Дарилла вежливо улыбнулась Вианише. — Готова следовать за вами.

Оборотница радостно хлопнула в ладошки и, схватив девушку за руку, с неожиданной силой потащила за собой. Не готовая к подобному Дарилла едва не споткнулась и не сосчитала ступеньки носом.

— Вианиша! — прикрикнул на сестру Рейш, по ноге которого та беспардонно пробежалась.

Но деятельная девушка уже протискивалась за дверь, уволакивая за собой ошеломлённую Дариллу.

Риалаш обеспокоенно свёл брови на переносице и вопросительно посмотрел на Рейша. Тот отмахнулся.

— Вианиша не сделает вашей невесте ничего плохого, — и, поморщившись, добавил: — По крайней мере, специально.

Дарилла почти бежала по коридору, увлекаемая Вианишей. Деятельная девушка неслась вперёд и при этом тараторила почти без умолку.

— В том крыле опочивальня папеньки и маменьки, а вон там зал, где тренируется мама… О, а там оранжерея. Правда, сейчас в ней скучно, но когда наступят холода, в ней зацветёт…

Что там зацветёт, Дарилла не расслышала. Девушка изо всех сил пыталась хоть что-то увидеть из интерьера, но комнаты слишком быстро мелькали перед глазами. Видела, что красиво и роскошно, а что именно видела, даже припомнить потом не смогла.

Наконец они остановились перед небольшой полукруглой дверью, которую Вианиша, не задерживаясь, решительно толкнула. И только оказавшись в комнате, Дарилла получила возможность отдышаться.

— Ну как? — оборотница развела руками, призывая осмотреться, и с любопытством уставилась на гостью.

Та настороженно, будто её опасность какая подстерегала, огляделась и замерла. Комната оказалась восхитительной. Дарилла ожидала увидеть нечто дорогое, роскошное и из-за этого совершенно безликое, но увиденное её очаровало.

Гостиная, в которой оказались девушки, имела совсем небольшие размеры, но в ней царила умиротворяющая атмосфера уюта. Стены комнаты закрывали деревянные панели золотисто-коричневого цвета, а из мебели здесь имелись только книжный шкаф, прямоугольный столик и два диванчика песчаного цвета с загнутыми спинками. Два окна были полуприкрыты тяжёлыми занавесями, из-за которых сейчас вливался поток солнечного света. Цвет лучей был неодинаковым: в верхней части окон имелось по два жёлтых круга. Тепло, солнечно, уютно… Дарилле захотелось сбросить сапоги, лечь на один из диванчиков и закрыть глаза.

— Мне нравится, — совершенно искренне ответила она на вопрос девушки.

Та просияла и, схватив её за руку, потащила дальше.

— А тут спальня, — известила она, распахивая дверь, которая вела из гостиной.

Спальня понравилась Дарилле ещё больше. Первое, на что она обратила внимание, — это потолок. Он имел куполообразную форму, и у девушки на мгновение возникло ощущение, что она находится в шатре. Большую часть спальни занимала высокая кровать. Напротив неё находился изящный туалетный столик, по обе стороны от которого имелось ещё по две двери. Дарилла предположила, что за ними скрываются гардеробная и уборная. В одной из стен располагались окна, которые представляли собой мозаику из разноцветных стёкол. Только мозаика была хаотичной и не складывалась в какую-то определённую картину.

Вианиша подбежала к кровати и плюхнулась на неё.

— Нравится? — поинтересовалась она.

Дарилла посмотрела на её шикарные серые волосы, разметавшиеся по покрывалу, и почувствовала себя ещё более некрасивой.

— Очень, — тихо ответила она.

Вианиша перевернулась на живот и с беспокойством взглянула на неё.

— Правда? Но ты такая грустная… Тебе точно нравится? Мы можем и другую комнату выбрать.

— Нет, подойдёт и эта, — Дарилла сбросила с плеча вещевой мешок и запихнула его ногой под туалетный столик.

— Ой, а это ничего, что я к тебе так просто обращаюсь? — запоздало вспомнила о манерах оборотница.

— Ничего.

Дарилла чувствовала неловкость и накатывающее раздражение. Она думала, что девушка проводит её и оставит отдыхать, но та даже не думала уходить. Наоборот, подтянула к себе подушку и устроила на ней подбородок.

— У нас та-а-ак редко гости бывают, — глаза Вианиши возбуждённо заблестели. — Совсем-совсем редко! А чтобы это ещё были и девушки моего возраста… — тоскливый вздох сорвался с её губ. — Одни мужики, с которыми мне ни папа, ни братья общаться не разрешают. Мужчины — похотливые самцы, от которых нужно держаться подальше, — последнюю фразу девушка произнесла, явно кого-то передразнивая. — Как будто они сами не мужики!

Ясно. Кто-то явно мается от скуки. Дарилла уселась на стул перед туалетным столиком и приготовилась смиренно слушать всё, что скажет ей Вианиша

— Мне брат рассказал, что твой жених — наследник престола нагов. Неужели это правда?

— Истинная, — коротко ответила Дарилла, про себя подумав, что враньё здесь только про невесту.

— Ой, — девушка возбуждённо пискнула и перекатилась по кровати. — Как интересно! А почему вы так далеко от дома? И почему ты только невеста, а не жена?

Последний вопрос так озадачил Дариллу, что она не смогла сдержать удивление. Оно так отчётливо читалось на её лице, что Вианиша тут же пояснила:

— Ну, это же неприлично, когда незамужняя девушка и неженатый мужчина столько времени находятся рядом друг с другом. Я слышала, у вас в Нордасе с этим очень строго.

— Ах, ты об этом… — Дарилла поморщилась и почесала лоб. — Я не очень придерживаюсь традиций Нордаса касательно приличий, а у нагов в этом ничего плохого нет.

— Здорово, — в голосе оборотницы прозвучала зависть. — А у нас так нельзя, хотя мы и не такие ханжи, как Нордас.

Вопрос про цель путешествия был забыт и отошёл на второй план. Мысли в голове Вианиши, видимо, летали так же стремительно, как и птицы, и она моментально переключалась с одной темы на другую, а её настроение менялось ещё быстрее.

— Тебе так повезло с женихом, — совершенно искренне заявила Вианиша. — Я ещё никогда таких красивых мужчин не видела. А он ещё и наследник! Я тебе так завидую…

Дарилла тоже позавидовала той неведомой девушке, которая станет невестой наагасаха.

— Я тоже хочу любви, — оборотница продолжала и дальше с упоением болтать. — Но мне все, кроме мамы и бабушки, говорят, что я слишком юна, что думать о таком пока рано… А мне сейчас хочется! Тиаш младше меня, а уже ухаживает за девушками. И ему никто не запрещает! Это же нечестно!

Раскрасневшаяся и возмущённая Вианиша выглядела так забавно, что Дарилла не смогла сдержать улыбку. Но уже через мгновение улыбка сползла с её лица: оборотница резко сменила тему разговора.

— У тебя так мало вещей… А в чём ты собираешься идти на ужин? Не так же? — Вианиша кивнула на костюм гостьи.

Вот именно этого Дарилла и опасалась!

— Именно в этом, — подтвердила она опасения девушки.

На личике Вианиши появился неподдельный ужас.

— Нет-нет… — растерянно забормотала она. — Так нельзя… Вообще нельзя… Ты же девушка.

Дарилла еле сдержала раздражённую гримасу. В последнее время ей слишком часто напоминали о том, что она девушка.

Вианиша поднялась с кровати и взглянула на гостью уже задумчиво. А через мгновение вспыхнула радостной улыбкой.

— А мы сейчас всё сделаем! Ты же не против? О, я так рада! Жди, я сейчас! — с этими словами девушка выскочила из комнаты, оставив потрясённую Дариллу молча открывать и закрывать рот.

— Но я же не согласилась…

Видимо, это значения не имело. Через две минуты вернулась запыхавшаяся Вианиша в сопровождении двух служанок. Служанки оказались женщинами дюжими и, как потом выяснила Дарилла, сильными.

Вианиша замерла на пороге, строго посмотрела на служанок и, ткнув пальчиком в гостью, повелительно изрекла:

— Привести её в порядок.

Дарилла даже пикнуть не успела, как её подхватили под руки и почтительно, но непреклонно выволокли из комнаты.

— Эй, постойте! Я не готова… Куда меня тащат? Верните меня на место!

Но женщины даже не подумали внять её просьбам. Довольная собой Вианиша бабочкой летела за ними. В скором времени Дарилла оказалась на другом конце коридора в обширной купальне. Девушка успела только рассмотреть бассейн размерами две на две сажени, несколько красивых деревянных скамеечек, кипу полотенец и пару вместительных плетёных корзин с различными склянками. Один беглый взгляд, а потом ей стало не до любования: её начали раздевать.

Довольно неробкие попытки Дариллы прекратить это безобразие оказались бесполезными.

— Да я сама! Прекратите! Вианиша!

Но её никто не слушал. Вианиша же с большим любопытством рассматривала каждую деталь одежды, которую снимали с Дариллы.

— О-о-о, — удивлённо протянула она, разглядывая камзол. — А почему он такой большой, если ты меньше?

Дарилла не ответила: не до этого ей было. Да и Вианиша в ответах не нуждалась.

— А это что? — оборотница вертела в руках полосу ткани, которая ранее закрывала грудь Дариллы. — А-а-а… — понимающе протянула она и тут же ответила на свой же вопрос: — Это вместо корсета. Вы же в Нордасе корсеты носите. А это зачем?

Женщины как раз стягивали с талии Дариллы ткань, что опоясывала её под одеждой. Воцарилось молчание, и гостья поняла, что девушка действительно ждёт ответа.

— Чтобы талия шире казалась и бёдра не выделялись, — процедила она сквозь зубы. — Эй, полегче! Вы мне сейчас ноги вместе с сапогами оторвёте!

В бассейн её погрузили уже с бо̀льшим почтением. Не иначе из страха утопить ненароком. От переднего края бассейна шли ступеньки, вот на них девушку и усадили. И началось… Дарилла всерьёз испугалась, что с неё снимут кожу: её скоблили мочалами и даже пористыми камнями с такой добросовестностью, что всё тело огнём горело. И девушка бы возмутилась, но, взглянув на серую пену, что плавала на поверхности воды, прикусила язык.

С волосами её обошлись куда бережнее, но вымывали и выполаскивали очень долго. Когда девушке наконец-то позволили покинуть бассейн, всё её тело просто пылало от натираний. А особенно сильно горели спина, руки и стопы.

— А это что? — голосок Вианиши прозвучал немного испуганно, а Дарилла вздрогнула, когда к её пояснице прикоснулись прохладные пальчики.

Зато она сразу поняла, что именно так впечатлило девушку: шрам, который она так и не соизволила свести.

— Напоминание об одной переделке, — скупо ответила Дарилла.

— Ты хатерай?

— Кто?

— Ну, это женщины-воительницы, — пояснила Вианиша.

— Наверное… — неуверенно протянула гостья.

— Моя мама тоже хатерай, — заявила оборотница.

Дарилла слабо удивилась, а затем отвлеклась: её начали натирать различными мазями, и эта процедура оказалась куда приятнее предыдущей. Зудящая кожа успокаивалась, и Дарилла наконец-то расслабилась.

— Ух ты, какая у тебя! — Вианиша с завистью посмотрела на грудь гостьи, а затем расстроено — на свою собственную, едва выпирающую под тканью платья. — А у меня вообще ничего не выросло.

Дариллу очень смутило это бессовестное рассматривание её прелестей, и она поспешила завернуться в полотенце.

Они пробыли в купальне ещё совсем немного. Женщины тщательно высушили волосы Дариллы, которые после столь тщательного мытья налились и цветом, и упругостью. Девушка не видела себя, зеркала здесь не было, но предполагала, что сейчас на её голове нечто невообразимо пушистое. Да и вообще, стоило один раз взглянуть на напряжённое личико Вианиши, которая изо всех сил старалась сдержать улыбку, чтобы сообразить, что на голове клубится и дрожит настоящий кошмар.

— Мы… потом пригладим, — Вианиша не выдержала и всё-таки хихикнула.

По коридору в комнату вся компания возвращалась бегом: на Дарилле были только длинная рубашка и халат. Вианиша сказала, что сейчас их всё равно никто не увидит и можно проскользнуть и в таком виде. Но рисковать и задерживаться в коридоре они не решились.

Женщины оставили их у дверей комнат, вызвав этим невероятное облегчение у Дариллы. Но, как выяснилось, обрадовалась она слишком рано: в спальне их ждали горничные. Они не были такими дюжими, как предыдущие две истязательницы, но их оказалось целых три. Дарилла обречённо вздохнула и позволила увлечь себя на стул.

Но всё оказалось не так страшно, как ей думалось. Две девушки занялись её руками и ногами, а третья вместе с Вианишей склонилась над пушистым кошмаром на голове Дариллы, который та теперь имела возможность лицезреть. Её кудри, которые в последнее время знали только холодную воду и грубое мыло, после выполаскивания в тёплой ванне и мытья с использованием самых нежных очищающих настоев радостно распушились, являя миру свою невероятную густоту.

— Хм… — Вианиша задумчиво вытянула один из кудрявых локонов. — Они у тебя все почему-то разной длины, — заметила девушка.

Дарилла усмехнулась, вспомнив, как она обычно «стригла» отросшие волосы: просто отхватывала кинжалом слишком длинные пряди. Об аккуратности она, конечно же, не заботилась.

— Ну, сейчас всё поправим, — оптимистично заявила Вианиша. — Так, дамы, нам необходимо сделать так, чтобы жених этой леди ахнул от восторга, — подумав, она добавила: — Или онемел.

Дарилла опасливо вжала голову в плечи, глядя на решительные лица горничных, и попыталась убедить себя, что эти девушки знают, что делают.