Глава 6

Утром Миссэ, когда приполз сменить своего брата, увидел весьма тревожную картину: Доаш сидел рядом с Низканом на кровати с зажатым в руке ножом.

— Эй, ты чего делаешь? — с тревогой поинтересовался Миссэ.

Доаш обернулся, открывая брату вид на Низкана, у которого всё лицо было намазано чем-то белым. Брови Миссэ изумлённо приподнялись.

— Брею, — с ехидной улыбкой отозвался Доаш. — А то в сознании не дастся, а сам не сподобится.

— Ох, я уж думал, ты его прирезать решил, — Миссэ с облечением вздохнул и подполз ближе, решив помочь в столь благородном деле.

К тому моменту, когда в дверь кто-то постучался, наги уже закончили с бритьём и тихо обсуждали между собой, на сколько лет помолодел Низкан. Створка отворилась, и внутрь просунулась кудрявая голова Дариллы.

— Можно? — тихо спросила она.

Наги с сомнением посмотрели на спящего мужчину, но всё же качнули головами. Девушка тут же прошмыгнула внутрь, прижимая одной рукой к своей груди детёныша. Она опять была одета в мужской костюм, но разом напрягшихся нагов, по всей видимости, насторожил отнюдь не её внешний вид.

— Та-а-ак… — протянул Доаш, с прищуром уставившись на зверька.

Дарилла опасливо попятилась.

— Он визжит без Низкана, — пожаловалась она. — Можно мы немного посидим здесь?

— Он вчера Низкана и отравил, — напомнил Доаш. — Дай мужику хоть опомниться.

Слова Доаша немного воодушевили Дариллу. Девушка опасалась, что после произошедшего наги решат избавиться от малыша Дара, но, судя по словам Доаша, этого в их планах не было.

— Так значит, мы не бросим его? — уточнила она.

— Надо бы… — Доаш тоскливо вздохнул.

— Язык прикуси, — сурово велел ему Миссэ, а затем обратился к Дарилле: — Ну что глупости-то говоришь? Ты представь, как Низкан отреагирует, если мы и правда это сделаем?

— А наагасах? — опасливо спросила девушка.

— А что наагасах? Он бы, конечно, не отказался пару раз хорошенько дёрнуть эту пушистую проблему за хвост, но он же не бессердечный, в конце концов! — Миссэ был искренне возмущён подозрениями девушки.

Малыш Дар завозился на руках Дариллы и требовательно пискнул. Девушка опустила его на пол, и зверёк, растопырив крылышки, направился к кровати, провожаемый настороженными взглядами.

— А вот с ядовитостью его что-то делать придётся, — заметил Доаш.

— Терпеть придётся, что ещё мы можем, — вздохнул Миссэ и, явно передразнивая Низкана, сурово изрёк: — Питомец мой, так что потерплю!

— А окружающие? — хмуро уточнил Доаш.

Его брат поднял вверх кулак и очень многозначительно осмотрел его со всех сторон. Дарилле стало очень и очень жаль Низкана.

Малыш Дар, недовольно урча, пытался забраться на высокую кровать, но у него ничего не выходило. Сноровки не хватало. И на помощь ему, конечно же, никто не спешил. Девушка наконец заметила розовую гладкость щёк бывшего вольного и удивлённо посмотрела на нагов. Те одинаково шкодливо улыбнулись и подмигнули ей.

— Вы вчера зачем закрылись-то? — полюбопытствовал Миссэ.

— С этим вопросом к Вианише. Мне сложно понять, что вообще творится в её голове. Представляете, она решила влюбить в себя нашего Низкана! — Дарилла сокрушённо покачала головой, а Доаш злорадно загоготал, представил, как бедняга Низкан убегает от пронырливой оборотницы.

Его смех разбудил спящего. Голова мужчины дёрнулась, и он чуть слышно застонал, заставив присутствующих настороженно замереть. Детёныш обеспокоенно заметался у постели, тихо повизгивая. Бывший вольный распахнул глаза, поморщился, а потом опустил руку вниз и попытался нащупать зверька.

— Э, нет! — Миссэ решительно сгрёб малыша Дара хвостом.

— Ты себя как чувствуешь? — осторожно спросил Доаш. — Соображаешь?

Видимо, соображал Низкан всё же плохо. Некоторое время он пытался нащупать детёныша, которого уже не было у кровати, потом тёр затылок и наконец понял, что в комнате есть кто-то помимо него самого.

— Дарилла? — предположил он.

Просто Низкан подумал, что раз ему так плохо, значит, девушка должна быть где-то рядом и переживать за него.

— Да, Низкан? — тут же откликнулась та и даже хотела подойти, но Доаш не позволил.

— Что со мной?

— Он ещё и не помнит, — недовольно проворчал Миссэ.

Низкан слабо удивился, что и наг был рядом, а потом попробовал вспомнить, что же вчера произошло. Попытка успехом не увенчалась.

— Ты меня ударил, да? — это всё, что Низкан умудрился выудить из своей памяти.

Доаш хмыкнул, а Миссэ опечалился.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет бы что-нибудь полезное вспомнил, — пробурчал наг. — Тебя вчера твой питомец траванул, и ты, применив разрушающий дар, разнёс весь зал и часть коридора.

Низкан хмурился и уверенно заявил:

— Враньё. Я не мог этого сделать. Не хватило бы сил, да меня такому и не учили.

— Знать не знаем, чему тебя там учили или не учили, но зал разнёс ты, — упрямо заявил Миссэ. — Тебя ещё ждёт серьёзный разговор с наагасахом. Он о-о-очень зол!

— И с питомцем своим общаться пока не будешь, — Доаш сурово свёл брови.

Низкан открыл было рот, чтобы возмутиться, но в этот момент отворилась дверь и внутрь заглянула Вианиша. Девушка воровато осмотрелась, удивлённо распахнула глаза, увидев бритого Низкана, а затем, спохватившись, тихо прошептала:

— Дарилла, ты не забыла?

Дарилла спохватилась и шагнула к двери.

— Мне пора, я ещё зайду, — скороговоркой произнесла она и выскользнула из комнаты под настороженными взглядами нагов.

Образовавшуюся тишину разорвал недовольный писк малыша Дара, который никак не мог выбраться из хвоста Миссэ.

— Ой, не нравится мне это… — покачал головой Доаш.

— А что у меня с лицом? — неожиданно спросил Низкан.

Мужчина осторожно ощупывал свои щёки и явно не понимал, куда делась его щетина.

Наги переглянулись между собой и хитро улыбнулись.

— А это ты у Дариллы спроси, — медленно протянул Миссэ.

Дарилла сбежала вниз по лестнице вслед за шустрой Вианишей и припустила к выходу.

— Куда ты так бежишь? — на ходу ворчала она.

— Нам нужно многое успеть, — не оборачиваясь, ответила Вианиша. — У тебя же совсем ничего нет.

Дарилла едва сдержалась от того, чтобы не скрипнуть зубами. Утром, желая отвлечь оборотницу от её мстительных планов, она согласилась сходить с той в город и подобрать себе несколько платьев и обувь, раз они всё равно вынуждены задержаться в гостях. И уже начинала жалеть о своём решении.

Девушки почти выскочили за двери, когда на лестнице показался наагасах. Он немного удивлённо посмотрел на эту парочку и уже хотел спросить, куда они собрались, но те бабочками выпорхнули наружу.

— Доброе утро. Сбежали? — поинтересовался консер Хеш, подходя к нагу.

— Вы не знаете, куда они направились?

Оборотень пожал плечами и добавил:

— Вианиша могла направиться куда угодно. Я бы предложил вам последовать за ними и присмотреть. За Вианишей, конечно, приглядывает охрана, но она умудряется найти приключения на пустом месте.

Как и Дарилла. Риалаш поморщился от досады. Вообще-то он направлялся в спальню Низкана, желая устроить тому допрос, но слепой, в отличие от Дариллы, точно никуда не сбежит.

— Я бы предпочёл прогуляться.

— Тогда я составлю вам компанию.

Когда мужчины оказались на улице, девушки уже заворачивали по дорожке в сторону ворот.

— Пешком пошли, значит, недалеко, — решил консер.

Им пришлось прибавить ход, чтобы не выпустить девушек из виду. Энергичная Вианиша вприпрыжку неслась вперёд, вынуждая Дариллу чуть ли не бежать за ней. Миновав ворота и пройдя четыре квартала, девушки остановились перед аккуратным домиком с яркой цветастой вывеской, извещавшей, что здесь находится портняжная мастерская выдающегося мастера Обруса.

— О-о-о, это надолго, — сказал консер, останавливаясь и наблюдая, как девушки скрываются за дверьми. — Видимо, сегодня мы сможем лицезреть леди Дариллу ещё более красивой и очаровательной, чем вчера.

Риалаш недовольно вильнул хвостом: ему бы хотелось смотреть на Дариллу в одиночку.

— Они появятся теперь нескоро, можете мне поверить. Так что предлагаю пока прогуляться.

Риалашу не очень хотелось уползать и оставлять Дариллу в незнакомом месте под охраной каких-то сомнительных оборотней. Ему нужно было распорядиться, чтобы Миссэ или Доаш присмотрели за ней. И почему он сразу не подумал об этом? Порой наагасаху казалось, что со всеми событиями, что происходят вокруг, он начинает глупеть и перестаёт задумываться об очевидных вещах.

— Не беспокойтесь, мы не будем отходить далеко, — консер Хеш улыбнулся. — Погода прекрасная, а скоро начнутся дожди, и вы уже не сможете вот так запросто погулять.

Риалаш очень неохотно сдвинулся с места, и они с консером направились дальше по улице.

— Приношу извинения за дерзкое предположение, — виноватым или смущённым консер, правда, всё же не выглядел, — но мне кажется, что вы с леди Дариллой помолвлены не так давно.

— И почему же у вас сложилось такое мнение? — прохладно удивился Риалаш.

— Леди Дарилла очень настороженно относится к вам. Словно ещё не привыкла к тому, что вы теперь принадлежите ей.

Это задело Риалаша. Одно дело знать об этом самому, и совсем другое — когда это же очевидно для других. Он завёл руки за спину и с силой сцепил пальцы между собой, чтобы скрыть собственную уязвлённость.

— Мы просто поругались незадолго до прибытия в Байрин, — холодновато ответил наг. — Я был в бешенстве от её неразумности и наговорил много неприятного.

— Весьма опрометчиво, но я могу вас понять.

Риалаш немного удивлённо посмотрел на него, но отвлёкся, заметив постороннее внимание. На него с испугом, восторгом и ошеломлением пялился высокий тощий мужчина в длинной хламиде винного цвета и с залысиной на голове. Нагу сразу не понравилось его вытянутое крысиное лицо, и он в ответ грозно прищурился. Мужчина вздрогнул и сделал шаг назад.

— Ваша невеста весьма смелая и отчаянная особа, — продолжал консер. — К тому же она ещё очень юна, а юности свойственны глупости и опрометчивые поступки. А если она ещё и влюблена… — оборотень подмигнул наагасаху. — В любви же все глупеют.

Риалаш был бы рад, если бы неразумность Дариллы была связана с влюблённостью в него. В этом случае он, наверное, чувствовал бы себя польщённым.

— Порой мне очень хочется её покусать, — неожиданно признался наг.

Консер Хеш удивлённо вскинул брови и весело заметил:

— Замашки у вас, как у оборотня. Видимо, вы унаследовали от вашей матери наши инстинкты. Я тоже иногда таскаю свою жену в зубах, благо её размеры позволяют. А она меня уже всего искусала, — в качестве доказательства мужчина закатал рукав и показал многочисленные шрамы. — Зубы у неё мелкие, но острые, как иглы.

— Мне не просто так хочется её покусать, — добавил наагасах. — Это… — запнулся, силясь подобрать правильное описание. — Сложно объяснить… Словно я хочу показать, кто здесь хозяин.

— О-о-о, — протянул консер Хеш, — типично наши замашки. Ханеш, когда молоденьким был, называл это «вцепиться в свою женщину и не отпускать её, пока она не полюбит тебя». Вам явно перепал от матери не только внешний облик.

Услышав про «вцепиться в свою женщину», Риалаш замер, остановившись посреди улицы. В памяти всплыл эпизод более чем пятисотлетней давности.

В голове плавал мутный туман после ночной попойки, а здания вокруг дрожали в предрассветной дымке. Лошади еле переступали копытами, утягивая колесницу вперёд. Риалаш же, намотав поводья на передний борт и перегнувшись через его край, ожидал, когда пройдёт очередной приступ дурноты.

Что было вчера? Очередной кутёж и попытка забыться? Видимо, ему это удалось. В голове не было ни одного воспоминания о прошедшем дне. Хотя нет… Что-то начало выплывать…

Риалаш зажмурился от острого приступа жалости к себе, вспомнив, что именно вчера его Оисиша вышла замуж. Не за него, за другого. Она была такая счастливая и улыбалась этому… этому… Чёрная пелена ненависти заволокла глаза юного наагасаха, когда он вспомнил улыбающееся лицо более удачливого соперника. Кажется, вчера он опять едва не сорвался. Доаш еле-еле смог утащить его с празднества и проводить прямо до борделя, где Риалаш и напился.

Наследник с любопытством осмотрелся, пытаясь понять, где же его охранник. Неужто остался там, в борделе? На одно мгновение возник вопрос — а где Миссэ? — но Риалаш тут же поморщился, вспомнив, что два дня назад укусил его и отравил. И теперь Миссэ отлёживается под присмотром наагалейя Эоша.

Сильный приступ тошноты заставил нага сползти на дно колесницы, а уже с неё медленно скатиться на мостовую. Неспешно переступающие лошади даже не обратили внимания на исчезновение возницы, продолжая свой путь.

Некоторое время Риалаш лежал на грязной мостовой и смотрел на розовеющее небо. Холодный утренний ветерок приятно овевал горящую и гудящую голову и пробирался под плохо запахнутую одежду. Видел бы кто-нибудь сейчас наследника! Грязный, помятый, после большой попойки в борделе и совершенно раздавленный собственным несчастьем.

Какие-то остатки гордости заставили Риалаша сесть, а потом и подняться. Осмотревшись, он понял, что находится около храма Безымянному богу. Никто не знал, какому именно богу посвящено это строение, поэтому за ним закрепилось название Безымянный. Риалаш два или три раза, возвращаясь с ночных гуляний, видел своего отца, который на рассвете покидал этот храм. Но юный наагасах так и не рискнул спросить наагашейда, что же он там делал.

Покачиваясь, Риалаш пополз к зданию и плюхнулся на его ступеньки. Некоторое время он сидел и с брезгливостью осматривал свою длинную, до середины хвоста, косу, которая явно успела побывать в зловонной луже. Вытащив из-за пояса кинжал, наг не жалеючи отмахнул больше её половины и отбросил грязные волосы в сторону. Голове стала значительно легче, даже какое-то прояснение наступило.

Вдохнув свежий воздух всей грудью, Риалаш ощутил, что дурнота отступает, хвост перестаёт сотрясать мелкая противная дрожь, да и всё тело перестаёт колотить от последствий прошедшей пьянки. Вот бы ещё мысли о Оисише не отзывались такой болью.

За спиной что-то хлопнуло, и Риалаш обернулся. Хлопнула, видимо, приоткрытая створка храма. Наагасах неожиданно понял, что много раз проползал или проезжал мимо этого здания, но ни разу не подумал заглянуть внутрь. Там вообще кто-то есть? Служения тут не проводятся, жрецов Риалаш тоже ни разу не видел… Храм ли это вообще?

На самом деле нагу совсем не хотелось разбираться с тайной храма. Ему ничего не хотелось. Хотелось только избавиться от мыслей о Оисише. Поэтому мужчина поднялся и, миновав лестницу, потянул на себя дверь. Она отворилась совершенно бесшумно. Помедлив, Риалаш всё же заполз внутрь и замер, осматриваясь.

Он оказался в большом зале, занимающем по высоте все два яруса храма. Через многочисленные окна вливался утренний свет, освещающий тёмно-красные с буроватым оттенком стены, деревянные балки, с которых свисали цветные пузатые фонари, ниши, заставленные статуэтками дев в фривольных нарядах, две двери, ведущие, по-видимому, в другую часть храма, множество пустых полотен и алтарный камень зелёного цвета, расположенный прямо по центру.

Странное место. Риалаш не ощущал здесь присутствия хоть кого-то из живых. Видимо, за храмом действительно никто не присматривает. Наследник прополз вперёд и провёл рукой по алтарному камню. Брови его изумлённо приподнялись: пыли не было.

— О, у меня новые гости, — громыхнул кто-то прямо за спиной нага.

Риалаш стремительно развернулся и увидел могучего мужчину с кудрявыми чёрными волосами и красными глазами. Верзила стоял, опираясь на стену. Руки его были сложены на груди, а ноги босы.

— Ты кто? — сурово спросил Риалаш. — Что тут делаешь?

— Это ты что тут делаешь? Так-то это вроде как мой домишко.

Наагасах ещё раз осмотрелся и с удивлением воззрился на незнакомца.

— Ты… Безымянный бог?

Красноглазый недовольно поморщился.

— Не такой уж и безымянный… — проворчал он. — Но не будем выяснять, благодаря какому хвостатому гаду я «потерял» имя. Ты что здесь забыл, наследник?

Риалаш вздрогнул, осознав, что стоящий перед ним мужчина прекрасно его знает. Неужели и правда бог?

— А-а-а, дай угадаю, — бог возвёл глаза к потолку. — Несчастная любовь, и ты в своих страданиях случайно забрёл сюда.

Волна ярости окатила Риалаша, когда он услышал насмешку в голосе мужчины. Он взбешённо зашипел и оскалился.

— Ну-ну! Зубы-то спрячь, я их и повыбивать могу. И чё злишься-то? Ну влюбился, ну неудачно… Таких неудачников, как ты, сотни тысяч!

— Не смей называть меня неудачником! — прорычал Риалаш.

— О, в папеньку родного пошёл. Гордость прям изо всех щелей прёт. Успокойся, желторотик. То, что она выбрала другого, — твоя вина. Вы, наги, в отношении баб совсем мягкотелые. Предпочла другого — всё, моя жизнь кончена, я буду невыносимо страдать… — бог картинно и громогласно разрыдался.

Гнев неожиданно отступил, и Риалаш, обессилев, опустился на пол.

— А что я мог сделать? — тихим несчастным голосом спросил он. — Она полюбила другого, не меня.

Бог хохотнул.

— Смотрю на вас, нагов, и умиляюсь, как вы перед женщинами стелитесь. Жёстче с ними надо быть! Вцепился в неё зубами, обвил хвостом и всё, больше никому не отдавать. Даже папаша твой, на что уж у него паскудный характер, и то местами перед девочкой пасовал, — и, явно передразнивая, добавил: — Она же расстроится! Прибью эту тварь ноченькой, пока она не видит, и тихонько прикопаю.

— Вот ты бог, а ничего не понимаешь, — Риалаш невесело усмехнулся. — Как я могу заставить её полюбить себя? Любить не заставляют…

— А ты думаешь, она тебя не любила? — бог приподнял брови. — Любила, но кто-то слишком долго копался, и она решила, что чувства её безответны и стоит обратить внимание на другого.

Глаза Риалаша распахнулись от ужаса, а безвольные ладони упали на пол. Неужели это правда? Нет-нет! Такого быть не может! Он бы заметил…

— Решительнее нужно быть, мелочь. Понравилась — бери! Нечего хвостом виться вокруг да около.

Тело наагасаха прошибла дрожь, и он обхватил себя руками. Бог посмотрел на него с жалостью.

— Да ладно тебе, не убивайся! Не последний раз это поганенькое чувство тебя посещает.

Риалаш спрятал лицо в руках и глухо застонал.

— Да будет тебе! — красноглазый, видимо, уже сожалел, что завёл этот разговор. — В следующий раз по-другому поступишь. А чтобы опять не накосячил, я тебе даже подарочек сделаю. Как покровитель имею право.

Тяжёлая рука мужчины неожиданно легла на голову Риалаша, заставив нага вскинуться. В груди на мгновение что-то вспыхнуло, согрев юного наагасаха до самого кончика хвоста, и бог убрал руку.

— Вот и всё, — с широкой улыбкой заявил он. — Теперь, если влюбишься, то хоть в состоянии будешь вцепиться в свою женщину и не отпускать, а не просто беситься и в истерике хвостом по полу молотить.

Усмехнувшись, странный незнакомец повернулся на пятках и развеялся дымом. Риалаш озадаченно моргнул, уставившись на полотно, которое висело на стене за спиной исчезнувшего бога. На белой поверхности появилась длинная чёрная линия, которая расползлась на множество ручейков и сложилась в образ прекрасной женщины с длинными волосами. Женщина презрительно фыркнула, надменно взглянув на Риалаша. Но вся её надменность исчезла, когда от её груди отделился пульсирующий шар. С ужасом на лице она попыталась схватить его, но шар протёк между её пальцами и лопнул. Рот женщины распахнулся в крике, и она, закатив глаза, разлетелась на множество клякс, которые тут же впитались в полотно, оставив его девственно чистым.

Риалаш озадаченно хлопнул глазами и…

— Наагасах, — напряжённый голос консера Хеша вернул нага в действительность, — вы его знаете?

Риалаш с удивлением взглянул на оборотня, а потом заметил, что перед ними стоит высокий тощий мужчина в хламиде, запримеченный наагасахом ещё раньше. Мужчина смотрел на нага с восторженным трепетом, а рядом с ним замерли четыре очень красивые девушки с таким же выражением на лицах.

— О, Всемогущий! — завопил, судя по одеянию, жрец и бухнулся перед обомлевшим нагом на колени. — Позвольте вашему преданному слуге выразить свою радость лицезреть ваш ужасающий лик!

Мужчина приложился лбом о мостовую, а Риалаш перевёл ошарашенный взгляд на консера. Тот в ответ с недоумением пожал плечами.

— Я и поверить не мог, что весть о явлении Тёмного повелителя окажется правдива. Простите своего слугу за его позорное неверие, — жрец потянул к наагасаху руки, сложенные в умоляющем жесте, чем заставил нага немного отползти назад. — Но как бы не было велико моё неверие, я всё же подготовился. Меня оповестили, что вы, мой повелитель, спустились в наш ничтожный мир в поисках невесты. Я отобрал прекраснейших из верующих дев. Вы можете выбрать одну или забрать всех сразу. Каждая из них будет рада остаться рядом с вами.

Девушки разом шагнули вперёд и замерли, стыдливо краснея под озадаченным взором Риалаша.

Консер потянул нага за рукав, вынуждая его наклониться и тихо прошептал:

— Не знаю, что происходит, но этот сумасшедший мне знаком. Это жрец одного из Тёмных богов. Видимо, его ввёл в заблуждение ваш… ммм… экстравагантный внешний вид. Предлагаю не обращать на него внимания и просто удалиться.

Риалаш молча подхватил оборотня под руку, резко развернулся и шустро пополз в обратную сторону. Жрец вскочил на ноги.

— Повелитель, куда же вы? — с самым несчастным видом завопил он. — Если вам не понравились девы, то мы с радостью найдём других. Всемогущий!

— Простите за это, — консер выглядел несколько виноватым. — По правде с этими сумасшедшими давно пора разобраться, но лезть в религию… Мороки потом не оберёшься.

— Ничего страшного, просто поторопимся и уберёмся отсюда, — прошипел наагасах, обнаруживший, что полоумный жрец бросился их догонять, оставив обиженных божественным отказом девушек на улице.

Юран внимательно осмотрел крыло дракона с внутренней стороны. Любопытная драконья морда, извернувшись, тоже пыталась узнать, что же там такого интересного.

— Нормально вроде всё… — пробормотал лорд и укоризненно взглянул на дракона. — Так какого Тёмного ты на левое крыло припадаешь?

Рептилия выпучила любознательные глаза и курлыкнула. Мужчина недовольно хлопнул животное по боку и выбрался из-под крыла.

Он со своими людьми уже успел почти добраться до Рирейских гор и даже уверял себя, что выбросил кудрявую девчонку из головы. Но вот стоило помянуть Тёмных, и в голове всплыл образ черноглазого мужчины с хвостом, а настроение испоганилось. Чтобы хоть как-то порадовать себя, Юран припомнил о своей небольшой шалости.

Нет, изначально он не воспринимал этот поступок как шалость. Выискивая сбежавшую в очередной раз Нарену и её спутников, мужчина ломал голову над тем, как избавиться от Тёмного бога, и пришёл к выводу, что силами простого смертного справиться с ним невозможно. И спасти девушку можно только одним способом: увлечь его другой женщиной. Поэтому в одном из Салейских городов — Юран даже название его вспомнить не мог — он нашёл жреца Тёмного культа и, описав ему жуткого мужчину, сообщил, что в мир в поисках невесты явился Тёмный бог. На успех лорд особо не надеялся: жрец отнёсся к заявлению скептически, да и не было никакой гарантии, что Тёмный появится в том городе.

Сейчас же Юран воображал, что его затея всё же воплотилась в жизнь, и улыбался, представляя ошарашенное лицо того жуткого мужика. Правда, он не описывал жрецу змеиный хвост, не знал в то время о его существовании, но надеялся, что наличие этой конечности убедит жреца в правдивости его слов.

Юран хохотнул. Воистину было бы очень любопытно узнать, как отреагирует тот «красавчик» на атаку из сдвинувшихся на религии невест.

— Госпожа, ваша гостья — весьма стеснительная особа, — рыжий симпатичный оборотень лукаво улыбнулся и подмигнул Дарилле.

Девушка вспыхнула и ещё сильнее скрестила руки на груди. Перед ней стоял высокий мужчина крепкого телосложения. Довольно молодой, огненно-рыжий, с задорно торчащими вихрами и обаятельно-ехидными жёлтыми глазами. Подумать только, и это портной?! Почему он такой смазливый?! И ещё смотрит так… так… ну, так по-мужски.

Оказавшись внутри, Дарилла спокойно разделась за ширмой до нижней рубашки, не предполагая, что именно её ждёт. Она и раньше, когда жила в родовом имении, спокойно раздевалась перед портным до исподнего белья. А их семейный портной тоже был мужчиной!

И вот, стоит она, готовая к снятию мерок, и тут за ширму заходит высокий красавчик, ослепительно ей улыбается, окидывает заинтересованным взглядом и выдаёт:

— Какая красивая госпожа меня ждёт. И что же бы вы хотели от меня?

Пока Вианиша объясняла ему, что именно им нужно, Дарилла судорожно соображала, как добраться мимо этого оборотня к своей одежде и ничего лишнего не засветить. Увы, сбежать ей не удалось.

— Дарилла, ты чего? — Вианиша с непониманием посмотрела на неё.

— Я не могу! — прошипела девушка и бросила смущённый взгляд на портного.

— Чего ты не можешь? — продолжала не понимать оборотница. — Господин Обрус — замечательный портной. Он меня ещё в детстве одевал, и мама к нему порой обращается.

Как только господин Ханеш это терпит! Дарилла судорожно вцепилась пальцами в ткань рубашки под насмешливым взглядом оборотня.

— Я не знаю, что с ней, — Вианиша с искренней растерянностью развела руками и тут же предположила: — Может, она своей груди стесняется? Она у неё большая.

Дарилла застонала и захотела провалиться сквозь землю.

Почти четверть часа Вианиша уговаривала её подпустить портного, у которого, в общем-то, было не так много времени, чтобы обращать внимание на стеснительность некоторых дев. В конце концов, Дарилла сдалась и подпустила мужчину, пообещав себе, что если он позволит что-то неприличное, то его крик боли будет слышен на всю улицу.

Но господин Обрус оказался весьма деликатен, хоть лукавая улыбка и продолжала блуждать по его лицу. Мерки он снял быстро, потом велел помощнице принесли одно недошитое платье, от которого отказалась заказчица. По размеру оно как раз должно было подойти Дарилле.

Через полтора часа девушка уже была переодета в светло-голубое простое платье и, сидя на диванчике, ожидала, когда подобьют каблуки туфель, которые деятельная Вианиша успела заказать на другой стороне улицы. У сапожника как раз оказались заготовки подходящего размера.

Ещё через час ошеломлённая Дарилла под руку с Вианишей покинула мастерскую уважаемого мастера Обруса. Портной пообещал, что к вечеру пришлёт ещё пару платьев, а в течение завтрашнего дня доделает ещё одно. Больше Дарилла категорически отказалась заказывать. Следом за девушками шёл мальчишка с шуршащими кульками, в которые были завёрнуты чулки, панталончики и нижние рубашки.

— Тебе понравилось? — допытывалась Вианиша.

— Нет! — отчеканила Дарилла. — Это был самый неловкий момент в моей жизни!

— Самый неловкий момент будет, если жених тебя разденет, а на тебе мужские портки, — заявила оборотница.

Дарилла даже споткнулась. И, придя в себя, поражённо уставилась на девушку. Та немного смутилась.

— Это мама как-то сказала, — тихо призналась она. — Она после смерти своего отца очень долго притворялась мужчиной, чтобы иметь возможность служить в войске. Там просто жалование платят высокое, а её отец оставил много долгов. Вот чтобы сохранить родовой дом, она пошла на службу. И, — тут девушка проказливо хихикнула, — попала под командование папы. Он раскусил её обман через полгода и был та-а-ак недоволен… — фраза была сопровождена многозначительным подёргиванием бровей. — Ну вот с тех пор мама мужские портки не носит.

Дарилла ощутила невероятно сильное желание познакомиться с этой женщиной. Она тоже, как и сама Дарилла, притворялась мужчиной. А потом вышла замуж. Интересно, она была влюблена в господина Ханеша так же, как Дарилла сейчас в наагасаха? Если да, то как она с этим справлялась? Почему господин Ханеш полюбил её и женился? Язык просто чесался задать все эти вопросы. Но спрашивать у Вианиши гостья не рискнула: та может и приукрасить, чтобы история звучала ярче.

— Топай быстрее, — подогнала её оборотница. — Я хочу посмотреть на лицо твоего жениха, когда он увидит тебя в этом платье.

Лорес вместе с Резваром стоял в тени дома и осторожно осматривался по сторонам. Мужчины весьма успешно притворялись, что заняты разговором, хотя на самом деле они пытались понять, что их путники забыли в доме сына консера.

Резвар уже успел собрать обрывочные слухи о том, что на днях в тюрьму упекли какое-то знатное лицо. Был сильный шум, сам консер приносил извинения, и теперь важное лицо гостило в доме его семьи. Около этого самого дома Резвар ошивался с риском для жизни со вчерашнего дня. И только сегодня кое-кто из путников показался на улице.

Сперва мужчины увидели кудрявого мальчишку, который торопливо шёл за бегущей впереди девчонкой. А потом они увидели такое… Это было по-настоящему жутко! За ворота выполз… выполз!.. полузмей. Лорес раньше только слышал о нагах, но никогда не видел. И не представлял, что они выглядят так ужасно. Длинный змеиный хвост с костяным жалом на конце, когти на пальцах и совершенно чёрные глаза! Под камзолом на спине ещё что-то выпирает. Лишь несколько минут спустя Лорес узнал в змеелюде одного из путников — высокого красавца с длинной тёмно-русой косой.

Резвар тоже узнал его.

— А может, ну их? — предложил он.

Тогда Лорес ничего не ответил, но крепко задумался над этим предложением.

Змеелюд в сопровождении какого-то оборотня пополз за мальчишкой и его спутницей. Когда кучерявый и девушка скрылись за дверьми мастерской портного, наг с оборотнем направились дальше по улице, а Лорес и Резвар остались под стеной ожидать выхода мальчишки.

Ждать пришлось долго. Наконец дверь запахнулась и наружу выскочила девушка с пепельными волосами. Она выходила и возвращалась уже не один раз, поэтому мужчины особо не напряглись. Тем более следом за ней вышла миленькая белокурая красавица. Она испуганно и смущённо осмотрелась, поправила оборку на весьма соблазнительной груди и спустилась на мостовую.

— А эта откуда? Туда ж никто не заходил, — озадачился Резвар.

Лорес с прищуром уставился на девушку, в задумчивости зажав в зубах соломинку. Что-то неуловимо знакомое было в ней… Озарило его внезапно. Соломинка хрустнула в зубах, и её обломки впились мужчине в язык.

— Тёмные! — выругался он, сплевывая.

— Так это же… — Резвар распахнул рот от удивления.

— Тихо, — одними губами зашипел Лорес, а сам быстро осмотрел тонкую шею девушки, её плечи, талию и бёдра.

Никаких сомнений быть просто не могло: пред ними находилась самая настоящая девушка! Вспомнился случай в Железной Ретрее. Лоран опять как наяву увидел, как ловкий кудрявый паренёк на ходу заскакивает в седло его собственного коня. Мужчина озадаченно потёр лоб и тряхнул головой.

— Во дела! — протянул Резвар.

Вернувшись в дом, Дарилла постаралась очень вежливо отвязаться от деятельной Вианиши. Девушке хотелось отдохнуть, а энергичная оборотница отдыху точно не способствовала. Отправив ту разбираться с Рейшем, из-за которого, по словам гостьи, по большей части и пострадал Низкан, Дарилла направилась в свою комнату. Там она хотела взять из своих вещей амулет, скрывающий запах, и одну из книг, но уже в комнате с досадой припомнила, что амулет забрал наагасах. А она так хотела посидеть в тишине и покое…

Потосковав, девушка всё же решила, что в комнате оставаться не стоит, здесь ей точно покоя не будет, и решила прогуляться во внутреннем дворе.

Слуги с готовностью проводили её до ближайшего выхода, и Дарилла с удовольствием убедилась, что двор выглядит именно так, как она его себе и представляла: замшелые плиты, сумрачные арки и скамеечки в укромных местечках. Как же девушка надеялась, что Вианиша найдёт её нескоро и она успеет насладиться уединением.

Побродив между пристройками, Дарилла нашла небольшой тихо журчащий фонтан и, присев на скамеечку рядом с ним, раскрыла книгу. Но вместо того чтобы читать, она смотрела прямо перед собой и размышляла.

Все её страхи, что она, вернувшись домой, не сможет стать прежней, оказались ложными. Нет, совсем прежней она уже никогда не станет, но держать маску благовоспитанности труда не составит. Вчера Дарилла обнаружила, что прекрасно помнит все манеры, что старательно вбивали в неё с рождения. Но это открытие не принесло ей успокоения.

Девушку продолжал терзать другой вопрос. Как быть женщиной? Красивой, соблазнительной, чарующей… Как стать такой, чтобы мужчины оборачивались тебе вслед? Ну хотя бы один конкретный мужчина. Ей больше не нужно. Дарилла совсем не ощущала себя привлекательной и боялась, что платье выглядит на ней, как седло на корове. А грудь… Это вообще нечто странное! Её постоянно хотелось спрятать, Дарилле она казалась совершенно лишней. А тут ещё оказалось, что эту часть тела ещё и демонстрировать нужно во всяких декольте. Кошмар полный!

— Чем занята? — вопрос, прозвучавший над самым ухом, заставил Дариллу вздрогнуть.

На плечо девушки опустился чей-то подбородок. Она резко повернула голову и упёрлась щекой в нос наагасаха. Глаза её широко распахнулись от изумления, а в следующий момент она попыталась отползти на другой конец скамьи, но наткнулась на хвост, который внаглую развалился по всей деревянной поверхности.

— Так чем ты занята? — наг лукаво улыбнулся и поёрзал подбородком по её плечу.

— Наагасах, вы что творите? — прошипела Дарилла, попытавшись ещё раз ускользнуть от него.

Попытка не увенчалась успехом: хвост плотненько прижался к её боку, а на второе плечо легла рука нага.

— Как что? — наигранно удивился Риалаш и весело приподнял брови. — Стараюсь быть хорошим женихом.

Сердце Дариллы предательски дрогнуло, книга чуть не выскользнула из пальцев. Наагасах выглядел сейчас таким… простым. Словно он был обычным мужчиной, не отягощённым титулом наследника нагов и бременем прожитых лет. На мгновение девушка почувствовала, что он досягаем для неё. Можно протянуть руку, погладить его по щеке и, тихо рассмеявшись от счастья, поцеловать. Но это длилось только одно-единственное мгновение. Затем Дарилла заставила себя вспомнить, кто именно находится перед ней.

— Вы слишком близко, — дрогнувшим голосом заметила она.

— Я и должен быть близко, — наагасах ехидно прищурился. — Я же жених.

Дарилла почувствовала, что начинает раздражаться. Жених… жених… жених… Да когда ему надоест это повторять?! Словно он хочет, чтобы она сама в это поверила.

— А раз я жених, то должен быть очень сильно влюблён в свою невесту.

Девушка даже в лице изменилась, когда он произнёс эти слова. В её глазах появились растерянность, грусть и немного обиды, и она перестала сопротивляться и позволила наагасаху обнять себя. Даже не сказала ни слова против, когда вокруг её ног обвился хвост. Может, пусть наследник делает, что хочет? А она почувствует себя хотя бы на несколько минуточек любимой. И пускай это обман, но обман такой сладкий, что нет никаких сил противиться ему.

Риалаш сразу понял, что что-то не так: девушка в его руках обмякла, став похожей на безвольную тряпичную куклу. Он заглянул в её лицо и увидел растерянные глаза и губы, закушенные в мучительном раздумье. Плечики Дариллы были сжаты и ссутулены, словно она от чего-то спрятаться пыталась. Ну что не так? Мужчина и правда не мог этого понять. Легчайший аромат желания исходил от её кожи, поэтому он понимал, что девушке приятны его прикосновения. Он видел ранее её взгляды, и взгляды эти были жадными, словно она насмотреться не могла. Так смотрят только на тех, кто нравится. Что же происходит сейчас? Её что-то печалит? Или, может, пугает?

— Тебе очень идёт платье, — тихо прошептал наг, желая приободрить её.

Дарилла вздрогнула и удивлённо посмотрела на него.

— Правда? — недоверчиво переспросила она. — А я думала, вам не нравится…

— Глупости какие в твоей голове ходят, — мягкий укор, сопровождённый ласковой улыбкой, заставил девушку стремительно покраснеть. — Ты очень красивая в таком виде. Ты и раньше была очень миленькой, а теперь вообще сложно глаза отвести.

Дарилла медленно и глубоко вздохнула, ощущая, как разбухает в груди сердце от радости. Захотелось даже подпрыгнуть от счастья. Но куда она, обвитая хвостом, поскачет?

С трудом сдерживая улыбку, девушка пробормотала:

— Ну вы ничего не говорили, и я думала, что вам вообще не понравилось. Но это, конечно же, неважно. Ненадолго же…

Конечно, неважно. Риалаш с улыбкой рассматривал пылающий уши девушки — лучшее доказательство того, что с комплиментом он угодил.

Дарилла поёрзала на месте и неожиданно поняла, что ей стало очень даже удобно в объятиях нага. И всякие мысли о несчастной влюблённости мучить перестали. И вообще, что плохого в объятиях? Тепло, приятно и ощущения от хвоста такие интригующе-странные. Пусть обнимает, тем более наагасах сегодня добрый и даже не лезет с нравоучениями.

Довольный собой Риалаш опять положил подбородок на плечо девушки.

— Скажи, я хороший жених? — лукаво спросил он.

— Вы?! — Дарилла фыркнула, не сумев сдержать смех. — Дядя вы прям образцовый, но вот жених…

— Слушай, я же сделал тебе комплимент, могла бы в ответ и меня похвалить, — в голосе мужчины звучала укоризна, но обижаться он и не подумал. — Что я не так вообще делаю?

— Вы меня очень часто ругаете, многое запрещаете, постоянно мной недовольны, считаете, что я глупая… — начала перечислять девушка.

— Так, постой, — остановил её Риалаш. — Здоровая критика ещё никому не мешала. Тем более что я твой жених, следовательно, очень тебя люблю и желаю только блага. Кто, как не я, скажет тебе, что ты плохо себя ведёшь?

Щёки Дариллы вспыхнули факелами ещё на слове «люблю». Она возмущённо пихнула нага локтем в грудь.

— Влюблённые более снисходительны друг к другу, — прошипела она.

— Возможно, я был бы более снисходителен, если бы чувствовал, что меня любят, — наагасах наигранно тоскливо вздохнул. — Но ты так холодна ко мне, дорогая, что я обижаюсь.

Дарилла почувствовала, что сейчас расплавится от смущения, как воск от огня, хотя понимала, что это всего лишь игра, и попыталась выбраться из рук наагасаха. Но тот только тихо рассмеялся. Отпускать Риалаш её не планировал. Самое время как следует расположить девочку к себе.

— Куда ты? — с хитрым прищуром спросил мужчина. — Если нас сейчас кто-то увидит, то решит, что мы поссорились. Зачем пускать слухи, что мы плохо ладим между собой?

— Мы уже пустили один слух, — недовольно заметила Дарилла, пытаясь вытащить ноги из хвоста. Но конечность нага плавно перетекала и не выпускала девушку из плена. — Наагасах, мне пора. Меня Вианиша ждёт.

— Я важнее Вианиши, — уверенно заявил Риалаш.

— И я хотела заглянуть к Низкану.

— У него и так целых две няньки. Без тебя справятся.

— Мне жарко! — перешла на жалобы пленница.

Наагасах коснулся губами её пылающей щеки и через некоторое время заметил:

— Температурка нормальная.

Соврал, конечно.

— Да выпустите меня! — поведение нага окончательно вывело девушку из себя. — Если не отпустите, то я просто укушу вас, и тогда точно пойдёт слух, что мы не ладим между собой!

— Укусишь? Серьёзно? — Риалаш широко улыбнулся, обнажая белоснежные клыки.

Дарилла вздрогнула и задумалась.

— Дар! — неожиданно позвал её кто-то.

Девушка оглянулась и увидела Ерху. Старик недовольно косился на нага и укоризненно качал головой.

— Поговорить нужно, — сказал ей дядя. — Меж собой, — это уже, видимо, было сказано для наагасаха.

Улыбка сползла с лица Риалаша, и он раздражённо уставился на старика. Но руки разжал и от хвоста девчонку освободил. Не на глазах же у этого пня с ней заигрывать? Девушка зайкой перепрыгнула через хвост и бегом бросилась к дяде, оставив на земле выроненную книгу.

Риалаш раздражённо посмотрел им след, стегнув скамью хвостом. Он-то надеялся, что сможет очаровать девушку, смутит её, поцелует, вдоволь насмотрится на неё в этом прелестном голубом платье, в котором она выглядит такой солнечной и лёгкой… А тут Ерха! Наверняка сразу понял, куда это он, Риалаш, направился, едва начав допрос Низкана. Дариллу в окно все могли видеть.

Наг как раз свирепо шипел на угрюмого Низкана под аккомпанемент угрожающего порыкивания детёныша, который, видимо, вознамерился защищать хозяина, когда обратил внимание на то, что творится за окном.

Окно выходило на внутренний дворик, по центру которого уютненько расположился фонтанчик, а на скамеечке рядом сидела белокурая девушка в воздушном голубом платье. Дариллу Риалаш узнал сразу. Других белокурых женщин в этом доме он просто не видел. Девушка сидела, положив раскрытую книгу на колени, и смотрела прямо перед собой в одну точку. Вид у неё был задумчивый и немного грустный. Больше всего она была похожа на изображения загадочно-печальных женщин на полотнах современных художников, залитых солнечным светом и заключённых в замкнутом уголочке: небольшой комнатке, дворике, окружённым стенами, укромной части парка… Жемчужины, спрятанные в маленьких уютных мирках. Так их называл племянник Риалаша Вайриш в то время, когда ещё был романтичен и не озлоблен на женщин.

Низкан был забыт мгновенно. Риалаш видел только Дариллу и совсем перестал замечать, что рядом находятся его охранники, ехидно прищурившийся Ерха и Низкан, немного озадаченный тем, что грозная отповедь наагасаха неожиданно прервалась. Даже малыш Дар с недоумением крутил своей маленькой головкой, рассматривая притихшего врага.

Риалаш тихо фыркнул, припомнив, что комнату он покинул весьма поспешно. Наверняка все тут же бросились к окну, чтобы узнать, что же заставило его так стремительно уползти. И пронырливый старик, конечно же, решил вмешаться! Чтоб его… Наагасах заставил себя воздержаться от пожеланий. А то ещё сбудется!

Он ещё раз стегнул хвостом скамейку и обратил внимание на лежащую на земле книгу.

— Наги… — прочитал он часть названия на обложке и подобрал оставленный трофей.

Пролистав томик, мужчина обнаружил, что уголок одной из страниц загнут, и обратил внимание на заглавие.

«Традиции и обряды».

На следующей странице нашлась глава под интригующим названием «Брачные ритуалы и традиции». Брови нага сошлись на переносице, и он нахмурился.

— Рановато ей знать об этом… — тихо пробормотал Риалаш.

Хвост задумчиво вильнул из стороны в сторону, и наг пристально посмотрел на тихо журчащий фонтан. Что-то решив для себя, мужчина подполз к нему и аккуратно положил книгу в воду страницами вниз.

Дарилла прошла следом за Ерхой за арку, когда тот неожиданно остановился и сурово посмотрел на неё. Девушка тут же поняла, что её ожидает один из тех редких серьёзных разговоров, после которых у неё остаётся неприятный осадок.

— Ты бы ужо аккуратнее была со змеюкой, — тихо произнёс старик. — Вижу, что по нраву тебе, но вольностей ему не дозволяй.

— Да какие вольности… — смущённо пробормотала девушка.

— Он мужик, а порода у нас всех кобелинистая. Глаз он на тебя положил, но как знать, всерьёз ли. Поэтому, пока основательность чувств не проявит, никаких обжиманий с хвостом.

— Какие там обжимания? — обиделась Дарилла. — Больше на боевой захват похоже. Да и не клал он на меня ничего! Хватит придумывать!

— Глазонки протри, — посоветовал Ерха. — Он взгляд свой голоднющий не сводит с тебя с тех пор, как в юбке увидал. Того гляди, полезет смотреть, что под ней.

— Дядя! — возмущённо зашипела девушка.

— Что «дядя»?! Ему сейчас, как коту по весне, тока одно нужно̀! Мужик-то он хороший, но пока до браку дело не дойдёт, близко его не подпускай.

— Чушь какую говоришь! — в сердцах бросила Дарилла.

Но правоту слов старика она признала. Может быть, наагасах действительно хочет от неё что-то такое? Он мужчина, в конце концов, и они уже долгое время путешествуют вместе. Для простого желания любви не нужно. Ну может, зацепила чем-то, как того же лорда Юрана. Но ведь это не то всё. Даже обидно стало. Неужели она способна только цеплять, но не влюблять? Вот знать бы, как сделать так, чтобы всё наоборот получилось!

— Мож, и чушь, но поостерегись, — Ерха погрозил пальцем.

— Не маленькая, — недовольно бросила Дарилла и, подобрав юбки, уже хотела направиться в дом, когда поняла, что где-то оставила книгу.

Тихий стон сорвался с губ девушки, когда она представила, что придётся вернуться туда, где остался наагасах. После разговора с Ерхой видеть нага не хотелось: тяжело и горько становилось от одной мысли о встрече с ним.

— Ты чевой?

— Я книжку забыла, — неохотно призналась Дарилла.

— Да ну и брось её, — посоветовал Ерха.

Ага, бросить! Нет, книга сама по себе дорога ей не была. Раздражало, что она была готова плюнуть на такую мелочь всего лишь из страха встречи с наагасахом. Одна мысль об этом заставляла девушку чувствовать себя размазнёй, расклеившейся и никчёмной.

— Я заберу, — буркнув это, Дарилла поплелась в обратную сторону.

Ерха тихо вздохнул и потопал следом.

Наагасах всё так же был у скамеечки и держал в руках книгу. Держал он её почему-то за краешек обложки.

— О, Дарилла, — жуткие чёрные глаза посмотрели на девушку виновато. — Прости, я случайно уронил её в воду. Я правда не хотел…

И протянул девушке томик. Та с удивлением воззрилась на мокрую обложку и отсыревшие страницы с расплывшимися в кляксы буквами.