Глава 4
На следующее утро Доаш вместе с Ерхой сходили на пристань и выяснили, что последний корабль в Давриданию отбыл ещё два дня назад. Когда поплывёт следующий - неизвестно. Так что было решено пуститься в путь верхом до следующего портового города. Возможно, там им повезёт больше. Да и застоявшиеся лошади разомнутся.
Лонрас странники покинули уже после полудня, двинувшись вдоль реки на юг. Погода окончательно испортилась, и все четыре дня, потребовавшихся, чтобы добраться до Оледара, лил дождь. Он вымочил всю одежду и одеяла, и Дарилла, за здоровье которой особенно переживал наагасах, наконец нашла применение для подаренной шкуры. Та оказалась достаточно плотной, чтобы не пропускать влагу, поэтому три дня девушка ехала, натянув её на себя, как чулок. Лицо её торчало в одной из прорех, а с головы длинным капюшоном спускалась оставшаяся часть хвоста. Вид у Дариллы был донельзя комичный, и она знатно подняла настроение своим товарищам.
Правда, на воротах Оледара им всем стало не до смеха, когда стража отказалась пропускать за стены столь странно одетого «мальчика». Пришлось стягивать шкуру и показывать, что под ней вполне обычная одежда. Здесь уже поржали стражники, даже не спросив, где «паренёк» раздобыл такую диковинку.
В Оледаре странникам тоже не повезло. Ближайший корабль отправлялся на юг всего лишь через день, но он следовал только до ближайшего портового города. Через две недели из местного порта на юг должен был отправиться корабль до Смаши - самого южного нордасского речного порта. Но ждать две недели в городе никому не хотелось. Было решено провести два дня в Оледаре и потратить их на отдых и обновление некоторых походных вещей.
Под непрекращающимся дождём путники добрались до постоялого двора и наконец-то оказались под крышей и в тепле. Крепенький деловитый хозяин встретил их очень радушно: в это время года поток странников и купцов ослабевал, поэтому каждый гость принимался с распростёртыми объятиями. Лошадей быстренько отрядили на конюшню под присмотром племянника хозяина, а путникам выделили три комнаты и накрыли стол с горячим угощением у жарко парящей печи. Дарилла и наагасах быстро поели и поспешили уйти отдыхать («Как же, отдыхают они!» - ехидно пробурчал Ерха), так что обсуждение того, что именно нужно приобрести на торжище, проходило уже без их участия.
- Да чтоб ему всю жизнь такую же дрянную кожу жрать! - Ерха ворчал, держа в руках свою обувку. От его левого сапога отвалилась подмётка, и теперь старик на все лады корил торговца, у которого их приобрёл. Сапоги служили ему уже верой-правдой около двух лет, и, видимо, Ерха надеялся, что они прослужат ещё столько же. Но те предпочли развалиться от дорожных невзгод.
Доаш с задумчивым видом уставился на свою обувь и даже покрутил ногой туда-сюда, рассматривая её со всех сторон. Увиденное его вполне удовлетворило. Миссэ же украдкой взглянул под стол на ноги Низкана. Но сапоги бывшего вольного всем на зависть блестели как новенькие и ничуть не потеряли своей пёстрой яркости.
Сам Низкан в разговоре не участвовал, пытаясь накормить раскапризничавшегося питомца. Малыш Дар перенёс дождливые дни плохо. Чихать он начал уже на второй день пути. Низкан на пару с Доашем отпаивал его горячим травяным отваром, от которого зверёныш воротил нос. Но с нагом не поспоришь: зубы разожмёт, лекарство внутрь вольёт. Малышу осталось только возмущённо пищать и жаловаться хозяину. И тот жалел его. Правда, с совершенно каменным лицом.
- Да им давно пора уже развалиться, - Миссэ решил вступиться за честь неизвестного торговца. - Сам же сказал, что уже два года в них ходишь. И где только не ходил! Одни болота только чего стоят. Дарилла с наагасахом вообще оттуда без сапог вернулись.
- Было б ишо за чем ходить! - старик перенёс своё недовольство на другой объект. А точнее, на цель путешествия. - Стока времени и сил угробили, и за что? За чашку какую-то.
- Ну ты потише, - Доаш укоризненно посмотрел на него и бросил быстрый взгляд вокруг.
Трапезный зал был наполовину полон, и не все посетители выглядели добропорядочными горожанами. Нагу даже показалось, что один из них, мужчина в насквозь промокшем плаще, как-то подозрительно дёрнулся в их сторону.
Ерха смущённо откашлялся и тоже осмотрелся.
- Ты хоть не потерял его? - полюбопытствовал Миссэ.
Старик обиженно воззрился на него.
- У меня не пропадёт! - самоуверенно заявил он. Но через мгновение на его лице мелькнуло беспокойство, и старик, чуть подавшись вперёд, тихо прошептал: - Тока странный он какой-то.
Наги заинтересованно придвинулись ближе и приготовились слушать.
- Я, когда он тока к нам попал, в первую ночь видел на его боках два сияющих камня. А после... ну... - Ерха украдкой кивнул на занятого Низкана, - тока один.
Братья выпрямились и переглянулись. Миссэ подозрительно уставился на Низкана.
- Да брось ты, - Доаш тут же понял, о чём думает брат. - Если бы случилось, то мы бы знали. Сам бы себя от неожиданности выдал.
Низкан сообразил, что, видимо, говорят про него, и поднял голову. Дар, воспользовавшись тем, что хозяин отвлёкся, радостно скакнул к краю стола и, распахнув крылья, бухнулся вниз. Его обиженный рёв тут же огласил весь трапезный зал. Низкан поспешил его утешить и, наклоняясь, крепко приложился лбом о столешницу. Наги одновременно тоскливо вздохнули и, переглянувшись, отрицательно мотнули головами.
- В храм богини Мирисы заедем и у жрецов спросим, - решил Миссэ и подозрительно уставился на мужчину за соседним столом. Тот уже успел ранее привлечь внимание Доаша. Сейчас же он по какой-то причине пересел чуть ближе к ним. То ли к огню, то ли ещё зачем...
Низкан наконец поднял с пола скулящего зверёныша и раздражённо потёр ноющий лоб. Малыш, разом забыв про свой неудачный полёт, обеспокоенно заурчал и полез к нему. Бывший вольный несколько резко отвернул его от себя и ткнул мордой в чашку. Дар, нисколько не обидевшись, заглотил пару кусков сырого мяса, а затем, развернувшись и ловко проскользнув под рукой Низкана, жалостливо лизнул хозяина в лоб, оставив кровяную полосу. Миссэ и Доаш разом поперхнулись смехом, а Низкан только усугубил дело, растерев «слюни» до самых бровей.
- Думаю, пора спать, - Миссэ, старательно пряча улыбку, поднялся и, подхватив малыша Дара, направился к лестнице.
Низкан растерянно повернул голову, словно смотря им вслед, хотя на самом деле только прислушивался. Немного подумав, он всё же поднялся и направился за ними.
- Ты тоже не засиживайся, - Доаш хлопнул Ерху по плечу и отправился спать.
А старик, вытащив из мешка шило и моток крепких ниток, цедя сквозь зубы ругательства, принялся прилаживать отвалившуюся подмётку на место. Занятый этим нехитрым делом, он так и не заметил слишком пристального внимания с соседнего столика.
Дарилла проснулась, почувствовав, что Риалаша нет рядом. Приподнявшись на локтях, девушка перехватила сползшее с обнажённой груди одеяло и перевела взгляд на пятно света. За грубо сколоченным столом сидел наагасах. На нём были только штаны, и его плечи блестели в скудном сиянии светляка.
- Наагасах, - тихо позвала Дарилла.
Риалаш поднял склонённую голову и посмотрел на девушку. По его губам скользнула виноватая улыбка.
- Не хотел тебя будить. Спи. Ещё очень рано.
- А почему вы не спите? - в душе Дариллы тут же зароились подозрения, что этот хитрый наг задумал что-то опасное и скрывает теперь это от неё.
Риалаш немного отстранился от стола, открыв её взгляду несколько листов бумаги и клетку с птицей.
- Мне нужно написать письмо отцу, - спокойно ответил Риалаш. - Хочу, чтобы к нашему приезду всё подготовили к празднику. И необходимо сообщить о нашем браке твоим родителям.
Услышав про родителей, Дарилла шумно плюхнулась на подушки и уставилась на прячущийся в темноте потолок. Надо же... Она ещё ни разу не подумала, как сообщить известие о своём замужестве родителям. Когда она попыталась представить реакцию матери и отца, то в голове возникла пустота. Потом появился полный потрясения отцовский взгляд, а вот облик мамы... Нет, её реакцию Дарилла представить не могла. Она даже не знала, обрадуется та или огорчится. А Таюна? А сёстры?
Из задумчивости её вывел лёгкий стук. Повернув голову, Дарилла обнаружила, что наагасах закончил письмо и выпустил пернатого посланника в окно. Некоторое время мужчина вглядывался в уличную тьму, а затем повернулся к девушке и шагнул к постели. Перила прогнулась под его весом, и в следующий момент на пол полетели штаны, а к Дарилле прижалось горячее мужское тело, что было очень приятно. Поворочавшись, девушка хихикнула, а увидев валяющуюся на полу нажью шкуру, чуть не расхохоталась в голос. Риалаш взглянул через плечо на объект веселья и презрительно фыркнул. Всего около часа назад Дарилла использовала эту шкуру в качестве защиты от его посягательств на её тело. В итоге «внутренние бастионы» - блондинистые такие и очень кудрявые - всё же не выдержали натиска и позволили лишить себя «защиты».
- Спи уже, - велел наагасах, - нам завтра рано вставать.
- Зачем рано? - удивилась девушка. - Мы же отдыхаем. А торжище от нас никуда не убежит.
Риалаш прикусил губу, сообразив, что совсем забыл о запланированном отдыхе. Настроение, и без того хорошее, поднялось ещё выше. Он тут же вообразил прекрасную ночь под крышей и в сухой постели. Всё тело окутывает тёплое одеяло, а в его объятиях лежит Дарилла. Появилось ощущение уюта, и захотелось тут же закрыть глаза и погрузиться в сон.
- Тогда тем более спи, - решил Риалаш. - Нужно же отдохнуть.
Дарилла фыркнула, но всё же уткнулась лицом ему в грудь и затихла. Уже сквозь сон Риалаш услышал:
- Мне нужно домой наведаться.
- Вот наведаемся в княжество, а потом и к тебе, - вяло ответил наг и, погладив девушку по спине, всё же погрузился в сон.
Наутро Ерха порадовал всех багряным синяком, украсившим правую сторону его лица.
- Дядя, ты подрался? - поразилась Дарилла и подозрительно принюхалась. Ерха предпочитал размахивать кулаками, только когда другого выхода не было, или же на пьяную голову.
- Ну чаво нюхаешь? - оскорбился старик. - Вечеро̀м вчера, когда вы все почивать разбеглись, пьяное мужичьё ввалилось. Хозяйские племянники их быстро вытурили, ну и я подмог.
Про «подмог» Ерха всё же самую малость приврал. Когда в трапезную ввалились пьяные мужики, он подрёмывал на столе, разморённый крепким вином и горячим теплом, идущим от печи, и спросонок не сразу сообразил, что происходит. Но кулак, одним ударом сбросивший его со скамьи на пол, живо привёл старика в чувство. Он сноровисто, не обращая внимание на ноющую щёку, заполз под стол, не забыв прихватить свой мешок и сохнущие сапоги. Хозяйские племянники, дюжие парни с пудовыми кулаками и суровыми лицами, появились в трапезной, едва их дядя рот раскрыл. Словно из воздуха воплотились. Но их было трое, а пьянчуг почти восемь (восьмой уснул на входе, так и не сумев переползти через порог).
Сообразив, что дело принимает дурной оборот, Ерха резко опрокинул стол, завалив его сразу на троих возмутителей спокойствия, и что было сил толкнул лавку. Сбитая из тяжёлого дерева, она проехала в сторону неохотно, но на неё налетел один из хозяйских племянников. Парень полетел на пол, попутно подмяв под себя двух пьяниц. А так как парень он был весьма увесистый, то упившиеся вином мужики так и остались лежать на полу.
Ерха же зайцем метнулся наверх и уже через лестничные перила досматривал, чем завершится дело. Племяннички быстренько повыбрасывали пьяниц за порог, и хозяин затворил на ночь дверь, решив, что на сегодня ночных визитёров более чем достаточно.
На торговую площадь путники отправились только после полудня. День выдался погожим и даже жарким. Площадь гудела от шума множества голосов и звуков, торги были в самом разгаре. Странники зашли со стороны тканых рядов, где витала смесь из травяных и ядрёно-химических запахов - красителей. Малыш Дар возмущённо хлопал крыльями, словно выражая своё негодование. Наги и Низкан досадливо поморщились, а вот Ерха с Дариллой с удовольствием вздохнули полной грудью, с наслаждением смакуя сочный запах извести.
- Не разделяемся, - отдал короткий приказ Риалаш и подхватил Дариллу под руку, опасаясь, что та, как это уже нередко случалось, исчезнет в неизвестном направлении, и утянул её в галдящую толпу.
Компания быстро добралась до торговых рядов, но стоять там всем вместе было просто невозможно. Напористые нордасские бабы теснили крепких мужчин со всех сторон, наперебой выпрашивая у торговцев цены и споря до хрипоты о качестве тканей и выкроек. Миссэ успел поймать за руку пару воришек, которые под шумок пытались забраться в пустой карман Низкана. Перепуганный малыш Дар окончательно распсиховался и поднял невообразимый визг. Это стало последней каплей в чаше терпения Риалаша, и он велел Доашу и Миссэ взять Дариллу и Низкана ждать их с Ерхой на окраине площади у коновязи. А сам подхватил старика под локоть и решительно увлёк к лавке торговца сапогами.
Коновязь оказалась пустой. В это время суток запрещалось оставлять лошадей у площади. Желающих ослушаться было мало. Рядом постоянно сновали стражники, которые с радостью заберут лошадку, оставленную в неположенном месте, и поди её потом найди и выкупи. Да и ворьё всякое могло запросто свести ценную животину на глазах у всех.
Дарилла со скучающим видом прислонилась спиной к столбу и лениво осмотрелась. Внутри слабо шевелилось ностальгическое чувство при виде знакомых нарядов и звуках родной речи. Уже больше полугода не слышавшая ни от кого, кроме Ерхи и наагасаха, нордасскую речь, девушка ощущала себя чужестранкой. Знакомые звуки воспринимались с некоторым трудом.
Взгляд Дариллы упёрся в молодую рыжеволосую девушку и такого же молодого парня. Девушка была чудо как хороша. Нежная белая кожа, едва заметная россыпь веснушек на носу и копна блестящих рыжих локонов. Парень, напротив, был невзрачен. Сутулый, тощий, с редкими светло-русыми волосами. Щёки его заливал густой нервный румянец, и он что-то нерешительно и тихо блеял подбоченившейся красотке. Та смотрела на него высокомерно и даже презрительно. Парень закончил говорить и наконец осмелился поднять глаза. На его лице появилось обречённое выражение, стоило ему только увидеть взгляд красавицы. Её ответ прогремел так, что Низкан, занятый питомцем, от неожиданности подскочил.
- Да как ты вообще думать мог, что я посмотрю на тебя?! - девушка издевательски расхохоталась. - Ты себя-то видел? Плюгавый заморыш! - безжалостно припечатала она. - Из всех достоинств только богатенький папашка. Но на кой Тёмный мне купеческий сын, если я могу себе найти кого-то посолиднее? Да стоит мне только посмотреть, и любой мужчина будет моим!
Бедный парнишка, не ожидавший подобного отпора, посерел. Губы у него задрожали. Дарилла с жалостью посмотрела на него. Тюфяк тюфяком. Наверное, решил признаться в любви пленившей разум красотке, соскрёб для этого всё своё мужество, а тут такая сокрушительная неудача. Дарилла неодобрительно посмотрела на рыжевласку. Можно было бы всё же и пощадить чувства поклонника.
Красавица же победно осмотрелась и наткнулась взглядом на компанию у коновязи. Дарилла с досадой отметила, что у этой девчонки и глаза загляденье - ярко-голубые, слегка раскосые. Четверо мужчин, которые выглядели не в пример привлекательнее несчастного поклонника, вызвали интерес у рыжеволосой девушки. Она бросила надменный взгляд на жертву своей красоты и очаровательно улыбнулась Низкану. Он показался ей самым привлекательным из всех. Одни синие глаза чего стоили! Да и зверь его странный внимание привлекал. Наверняка редкий и дорогой.
Низкан, впрочем, оказался к её взглядам совершенно равнодушен. Ему больше нравилось щупать крылья Дара. Потерпев поражение, раздосадованная девица перевела взгляд на Доаша. Мужчина обвязал голову платком, под которым скрыл свою зелёную шевелюру, поэтому в глазах девушки оказался предпочтительнее лысого и татуированного Миссэ. Доаш ответил ей спокойным, но совершенно не заинтересованным взглядом. Та, видимо, оказалась сообразительной и смогла понять, что перед ней зрелый мужчина, для которого её кукольное личико не представляет никакого интереса, и упёрлась взглядом в Миссэ.
Тот подарил ей добродушную улыбку, и красотка на мгновение смешалась, ощутив себя маленькой девочкой рядом с взрослым дядечкой, который её как женщину даже не воспринимал. Сообразив, что эти трое мужчин слишком зрелые, чтобы оценить её свежую красоту, девушка уставилась на самого юного «мужчину» в этой компании.
Дарилла ждала этого, поэтому красавица тут же столкнулась с ответным взглядом и застыла. Яркие голубые глаза, цветом напоминающие яркое весеннее небо, были насмешливо прищурены и разглядывали её так, словно были способны под одежду проникнуть. Девушка зябко поёжилась и обхватила себя за плечи руками. Губы Дариллы раздвинулись в улыбке, и она слегка вскинула подбородок. Тень от волос, закрывающая её лицо, отступила, и рыжевласка вздрогнула, увидев, что одна половина лица «юноши» белая, а вторая покрыта загаром. Вольный? Лихой? Наёмник? Искатель приключений? Все эти вопросы вихрем пролетели в голове красавицы, которая вдруг нашла немного разбойную внешность «парня» весьма привлекательной. И этот наглый и нескромный взгляд, такой самоуверенный...
А «юноша» отделился от столба и неспешно направился к ней. Щёки девушки вспыхнули румянцем, а в коленках возникла слабость. Дарилла оказалась выше неё почти на голову. Наклонившись, она с улыбкой посмотрела в лицо оцепеневшей красавицы и протянула:
- Да, хороша...
Та вспыхнула ещё сильнее, а Дарилла аккуратно взяла её ладонь и, поднеся к губам, поцеловала. Девушка почувствовала, как немеет её язык. Руки ей ещё никто и никогда не целовал. Отметив, что пальцы у юноши длинные и тонкие, красавица предположила, что он благородного происхождения, и оробела ещё больше.
- Невероятно очаровательное создание, - продолжала сладко напевать Дарилла. - Свежее, юное... Такой можно простить и отвратительный характер.
Рыжевласка опять вспыхнула, но в этот раз от досады. Бросив недовольный взгляд на своего окончательно потерявшегося поклонника, она тут же постаралась смутиться, якобы устыдившись своего прежнего поведения.
- Ах, если бы не узы брака, сковывающие меня... - Дарилла с деланным сожалением вздохнула и опять прикоснулась губами к руке девушки.
Смысл фразы не сразу дошёл до разомлевшей рыжевласки. Но, когда дошёл, она оцепенела и растерянно уставилась на кудрявую голову Дариллы. Миссэ и Доаш едва сдерживали улыбки, наблюдая за этим представлением. Всё же в мужском образе Дарилла была чудо как хороша.
- Дарилла! - этот разъярённый вопль заставил испуганно подскочить всех, кроме, собственно, Дариллы. На мгновение она оцепенела, а затем, улыбнувшись красавице ещё шире, пропела:
- Прошу прощения, муж зовёт.
Подмигнув растерянному поклоннику, она отпустила руку рыжевласки и развернулась в сторону звука. Злое лицо Риалаша едва не заставило Дариллу позорно отступить.
- Что это такое? - потребовал объяснений недовольный наг, прожигая взглядом побелевшую красотку.
Дарилла, солнечно улыбнувшись, поспешила к нему и, обняв мужа за талию, тихо пропела:
- Прости, старые привычки дают о себя знать.
- Почему у тебя столько дурных привычек? - прошипел Риалаш.
Миссэ и Доаш всё-таки не выдержали и тихо захохотали. Рыжеволосая красотка, сообразив, что над ней посмеялись, вспыхнула и, метнув ненавидящий взгляд в спину Дарилле, чуть ли не бегом поспешила прочь. Её бледный поклонник растерянно посмотрел ей вслед.
- Беги, утешь, - посоветовал ему Миссэ. - Бабы в таком состоянии влюбляется быстрее.
Паренёк взглянул на нага почти испуганно, но всё же пошёл следом за убежавшей девушкой.
- Так, что здесь произошло?! - потребовал объяснений всё ещё разъярённый наагасах.
- Да ничего особенного, - Дарилла улыбнулась и прищурилась, на мгновение став похожей на хитрую кошку. - Я просто проверяла, не растеряла ли своё обаяние.
- Это можно проверять только на мне!
- Наагасах, - Миссэ рискнул вмешаться в их разговор, - а где Ерха?
- За мной шёл, - Риалаш недовольно осмотрелся, выискивая глазами старика.
Доаш принюхался и поморщился от едучего запаха красителей. В этот момент где-то в толпе раздался короткий вскрик, и Дарилла дёрнулась на звук. Она узнала голос Ерхи. Риалаш метнулся за ней и, перехватив за локоть, впихнул девушку в руки подоспевшего Миссэ.
- Следи за ними, - коротко велел наагасах и, окликнув Доаша, бросился в толпу.
Дарилла попыталась вырваться, но Миссэ держал крепко.
- Да пусти ты меня! - разъярённо требовала она.
- Там и наагасаха с Доашем более чем достаточно, - попытался угомонить её Миссэ. - Низкан, что там?
Бывший вольный, крепко прижав волнующегося Дара к груди, напряжённо всматривался в толпу.
- Ерху видишь? - поторопил его Миссэ, продолжая сражаться с Дариллой.
- Не могу различить, - признался Низкан. - Слишком много народа. В одном месте прогал. Там что-то случилось: люди волнуются и кое-кто из них с земли поднимается. Доаш и наагасах пробираются туда... - мужчина запнулся, а затем возбуждённо проговорил: - В саженях двадцати от этого места двое тащат на себе кого-то! Человека. Живого человека, - поспешил добавить он. - Они передали его другим людям, и сейчас те грузят его на лошадь.
Из толпы опять выскочили Риалаш и Доаш.
- Они запах скрыли, - прорычал запыхавшийся Доаш, - а народ вокруг талдычит: «Туда побежали! Туда!». И все в разные стороны показывают.
- Низкан, - окликнул Риалаш бывшего вольного.
Тот отозвался быстро:
- Я вижу их.
- Показывай дорогу, - распорядился наагасах.
Низкан посадил Дара на землю рядом с Миссэ и, попросив:
- Подержи, - бросился вперёд вдоль площади, даже не пытаясь нырнуть в толпу.
Доаш и Риалаш припустили за ним, а растерянный Миссэ проворчал:
- У меня руки заняты, чем я его держать буду?
Дарилла предприняла новую попытку вырваться, но наг держал крепко.
- Угомонись, дурная! - прорычал мужчина. - Ты за ними всё равно не поспеешь. Сейчас берём брошенные вещи и дуем на постоялый двор. Если они влезут в неприятности, то всё должно быть готово для отъезда.
Девушка замерла, продолжая смотреть перед собой широко распахнутыми глазами. Грудь её высоко поднималась из-за тяжёлого дыхания. С трудом выровняв его, она процедила сквозь зубы:
- Я поняла. Пусти меня.
Миссэ подозрительно посмотрел на её макушку, но руки разжал. Дарилла отошла от него, встряхнулась и затем крепко и очень затейливо выругалась.
Лорес, прищурившись, посмотрел на стены города, виднеющиеся в просветах между ветками. Немного полюбовавшись на них, он перевёл взгляд на солнце и разочарованно прицокнул. Опаздывают.
Странников им удалось нагнать только вчера. Прибыв в Лонрас, Лорес тут же выяснил, что «Шавожский хвост» стоит в порту уже второй день, а путники покинули город. Всё это он узнал, расспрашивая портового смотрителя. Тот сообщил, что да, такие-то подходили к нему и уточняли, не будет ли в ближайшее время кораблей до Давридании. Кораблей не было.
Дальше Лорес уже положился полностью на свои предположения. Странникам нужно в Давриданию, но кораблей нет. Чтобы сделал он сам? Он бы направился в Давриданию по суше, но не забыл бы посетить и ближайший портовый город в надежде, что там-то найдёт нужный корабль. Рассудив так, Лорес вместе со своими людьми сел на судно, следующее до Оледара. И по прибытию отдал распоряжение Резвару, чтобы тот караулил путников в порту.
Те появились там через два дня. Резвар смог беспрепятственно проследовать за ними. Его никто не узнал. Лорес позаботился о том, чтобы тот не попадался странникам на глаза во время совместной поездки до Санариша. Посидев немного на постоялом дворе, Резвар услышал весьма волнующую фразу про какую-то чашку, о чём поспешил донести своему господину.
Это известие озадачило Лореса и сильно взволновало. Он никак не мог понять, где и когда странники успели найти «чашку». Неужели в болотах? И та ли эта чашка вообще? Не в силах от нервного возбуждения выдерживать неизвестность, Лорес велел Резвару найти каких-нибудь пьяниц и за хорошую плату или выпивку подговорить их завалиться на постоялый двор, где расположились странники. Резвару же полагалось в момент начавшейся неразберихи аккуратно стащить мешок у того старика. Увы, задумка не увенчалась успехом.
Лорес не смог сомкнуть глаз всю ночь. Ему уже грезилось, что он держит в руках древнюю реликвию - давнюю цель всей его семьи. Возбуждение и азарт дурманили его, и пришлось приложить усилия, чтобы взять себя в руки и обдумать ситуацию.
Нашли ли путники артефакт? В это верилось с трудом. Столько лет его никто не мог найти, а тут весьма странная компания, гораздая влипать во всевозможные неприятности, вроде бы как добирается до божественного атрибута. Но и не поверить Лорес тоже не мог. Всё внутри дрожало от страстной надежды: а вдруг?
К утру он решил, что стоит проверить, достигли ли странники своей цели. Лорес решил, что для этого вполне сойдёт болтливый старик, у которого и должна храниться чашка. Только вот следы оставлять было нельзя. Лорес уже понял, что глава отряда - невероятно важная персона. И мужчина был достаточно благоразумен, чтобы постараться избежать лишних проблем.
Резвар сообщил, что странники упоминали в своих разговорах торжище. Они-де хотели туда наведаться. Лорес отправил одного из своих людей в не самую благополучную часть города, и через час тот вернулся в сопровождении главы одной из мелких шаек вольных. Сам Лорес не стал с ним говорить, отправив проверенного и надёжного Резвара. Вольному заплатили за то, чтобы его люди осторожно перехватили в толпе старика, нацепили на него амулет, скрывающий запах, и незаметно вытащили за пределы города. Встретиться условились в лесочке к западу от города рядом с разрушенным древним поселением. Но исполнители запаздывали.
Наконец раздался тихий треск и приглушённое мычание. Из кустов на поляну, окружённую деревьями, вышли двое крепких бородатых мужчин. Один из них нёс на плече связанного по рукам и ногам старика. На голову пленнику натянули мешок, а в рот, судя по звукам, затолкали кляп.
- Дело сделано, - вольный, идущий впереди, замер перед Резваром, а его товарищ грубо сбросил связанного Ерху на землю. Тот тут же активно завозился.
Резвар молча бросил вольному кошель с оставшейся частью платы, и тот, поймав награду, ухмыльнулся ещё шире.
- Покажи товар лицом, - велел он товарищу.
Резвар только открыл рот, чтобы запретить это, но вольный оказался быстрее. Мешок с головы пленника был сдёрнут, и Ерха упёрся широко распахнутыми глазами в Лореса.
- Ах ты шелухадь мулявая! Биторг обгрызенный! Вайлян гулящий!
Лоресу даже не хотелось перебивать старика. Ерха, по-прежнему связанный, но освобождённый от кляпа, страстно вспоминал все возможные ругательства на разных языках. И даже ни разу не повторился, хотя просвещал он окружающих уже никак не менее пяти минут. Даже вольные, задержавшись ненадолго, уважительно присвистнули и почерпнули для себя немало нового.
- Стоп-стоп, - Лорес выставил вперёд ладонь, призывая старика к молчанию. - Биторг - это кто?
В ответ Ерха разразился новым потоком брани. Прислушавшись, Лорес сообразил, что ему, собственно, только что ответили на вопрос.
- И где ж ты подцепился к нам? - Ерха обозлённо сплюнул. Целился он в сапог Лореса, но тот весьма вовремя успел отступить.
Старик действительно терялся в предположениях, по какому поводу этот усатый щёголь следовал за ними с самой Салеи. А может, и из ещё более далёких мест. Но здоровым размышлениям мешала злость, которая кипела в груди подобно чану с жидкой смолой. А больше всего Ерху злил не собственно сам Лорес, а то, что они столько времени провели с этим гадом бок о бок, добираясь до Санариша, и ничего не заподозрили.
Лорес присел на корточки в некотором отдалении от Ерхи и благожелательно улыбнулся ему. Этот старик ему нравился. В меру простоватый и в меру хитроватый. Боги свидетели, убивать его не хотелось. Но стереть из его памяти своё лицо Лорес был не в силах, а сохранять ему жизнь по доброте душевной и подвергать себя опасности... Лорес порой позволял быть себе сентиментальным, но не настолько.
- Да ещё с самой Геноры, - поделился он.
Ерха аж задохнулся от возмущения и потрясения. Это ж как они не заметили преследования? Но он почти тут же вспомнил предупреждение Низкана: бывший вольный ещё в Рирейских горах заметил какой-то отряд. Тогда они торопились и не стали с этим разбираться. Старик едва успел прикусить язык, чтобы не ляпнуть об этом Лоресу. Тот, видимо, ещё не знал об истинной сути Низкана. Иначе не был бы так спокоен.
Располагались они в полуразрушенном здании. Сама постройка венчала собой вершину небольшого холма, и Ерха мог видеть в прорехах стен росшие внизу деревья и каменные остовы заброшенных домов. Местечко явно овеяно дурной славой: вольные, уходя, сказали, что можно не переживать о возможных свидетелях. Местные-де сюда не ходят.
За себя Ерха особо не переживал. Верил, что Дарилла его не бросит. Всю плешь своему нагу проест, но заставит найти своего дядьку. А если и припоздают... Сердце неожиданно защемило от лёгкой тоски. Умирать было нестрашно, но пожить всё равно ещё хотелось.
- Чего надо-то? - угрюмо спросил он у Лореса.
Тот широко улыбнулся и подался немного вперёд.
- В Геноре вы посещали храм богини Мирисы и беседовали с оракулом...
Он даже договорить не успел, как Ерха презрительно сплюнул и процедил:
- Стервятники! Вон оно что вам нужно̀.
Лорес не стал его разубеждать.
- Оно самое, - с покаянной улыбкой подтвердил он. - Ты мне скажи, вы нашли то, что искали, или мне почудилось?
Ерха ответил угрюмым взглядом. Лорес знаком велел подать мешок пленника и собственноручно вывалил его содержимое на раскрошившийся каменный пол. Старик горестно скривился, когда вниз упала и разбилась бутылка с вином, украдкой прикупленная у хозяина постоялого двора в Оледаре, и застонал, когда расплескавшееся густое и ароматное вино залило его сменную одежду. Лорес немного брезгливо разворошил образовавшуюся кучу и с недоумением выудил жестяную кружку. Кружка выглядела весьма примечательно. У неё не было ручки, из-за чего она была больше похожа на стакан. Многочисленные вмятины изменили её первоначальную форму до неузнаваемости. Что-то подобное Лорес уже видел в коллекции их семьи: так выглядели поделки малоразвитых народов.
- Это он? - с сомнением спросил Лорес.
Ерха старательно молчал и угрюмо пялился на собеседника. Лорес пошвырялся в куче вещей ещё немного, но не нашёл больше ничего, что напоминало бы чашу. В душу закралось беспокойство: а не залезли ли вольные в мешок пленника и не вытащили ли чего? Всё же стоило вместе с ними отправить одного из своих людей.
- Те двое в твой мешок не залезали? - из голоса Лореса исчезла напускная добродушность, выдавая его волнение.
- Боишься? - ухмыльнулся Ерха. - Чавой? Неприглядно выглядит? - и кивнул на кружку в руках Лореса.
Тот скривился. Небывалое волнение охватило его только от одной мысли, что артефакт мог уплыть из его рук.
- Живо отвечай! - процедил он сквозь зубы.
- Да не до того им было, - соврал Ерха. Он не видел, лазили ли вольные в его мешок, но судя по шорохам и тихому переругиванию, его тощий кошель они всё же вытянули.
- Так это он?! - жадно спросил Лорес.
Старик опять умолк, но от Лореса не скрылся обеспокоенный взгляд, который тот метнул на чашу. Надеялся, что он, Лорес, выбросит её? Мужчина ещё раз посмотрел на находку. Потемневшее железо, несовершенная форма... В коллекции их семьи было много интересных вещиц и далеко не все они были сделаны из драгоценных металлов. Наоборот, создатели словно нарочно придавали им самую неказистую форму. А боги вообще любили посмеяться над смертными. Осторожно погладив чашу по помятому боку, Лорес на мгновение даже почувствовал какое-то покалывание. Перед глазами потемнело, а затем вспыхнул свет.
- Это он! - уверенно заявил мужчина.
Ерха продолжал мрачно смотреть на него и молчать. Лорес поднял на него взгляд и, одарив добродушной улыбкой, произнёс:
- Нет слов, которыми бы я мог выразить свою благодарность за ваши труды.
Старик явственно скрипнул зубами и заелозил на своём месте.
- Но здесь нам нужно попрощаться, - сожаление, звучавшее в голосе Лореса, было почти искренним, а в глазах по-прежнему светилось добродушие.
Он отвернулся, чтобы отдать приказ, но в этот момент из груди Ерхи вырвался грозный рык. Это было так неожиданно, что стоящие рядом мужчины дрогнули и отступили на шаг. Этого оказалось вполне достаточно. Старик резко выбросил вперёд левую руку и кольнул зажатым в ладони коротким ножиком одного из них в голень, а в лицо другому бросил перерезанную верёвку. Лорес одним прыжком метнул к нему, но старик неожиданно ловко перекатился через плечо назад и выбросил себя в одну из прорех. Метнувшийся к стене Лорес увидел, что он быстро скатывается по склону холма вниз.
- Живо за ним! - приказал Лорес. - У него связаны ноги, так что вы должны успеть его перехватить.
Его люди бросились по примятой траве вниз к кустам, в которые укатился старик. Судя по их ругани, тот всё уже успел избавить от верёвки и упетлял в лесок. Лорес, прислушиваясь к ним, сплюнул от досады, но, посмотрев на зажатую в руке чашу, самую малость смягчился. До города старик добраться всё равно не успеет.
Риалаш, Доаш и Низкан преследовали похитителей до самых городских стен. Увы, те умудрились, по словам бывшего вольного, просто пройти сквозь стену. Скорее всего, в месте их исчезновения должен был располагаться хитро замаскированный ход, но, видимо, замаскирован он был очень уж хитро. Даже Низкан не смог сообразить, как его открыть, хотя видел больше других.
Тем временем похитители вместе с Ерхой удалялись от города в сторону леса. Мужчинам пришлось повернуть обратно и направиться в сторону городских ворот.
Там их уже с нетерпением ждали Дарилла и Миссэ, держа за поводья осёдланных лошадей. Миссэ, ориентируясь по запаху, сообразил, что друзья направляются к воротам, и велел Дарилле быстро собираться.
- Где Ерха? - тут же спросила обеспокоенная девушка.
- Где-то за городом, - коротко ответил Риалаш, запрыгивая в седло.
Стражу на воротах насторожил их запыхавшийся вид, и они едва выпустили путников из города. Дарилла была готова их убить. У неё даже мелькнула мысль, что стража в сговоре с похитителями и сейчас специально их задерживает.
Оказавшись за стенами города, Низкан тщательно осмотрел окрестности и сообщил:
- Ерху переместили в какие-то развалины. Рядом с ним девять фигур.
- Что с ним делают? - требовательно спросила Дарилла.
- Пока ничего, - неуверенно ответил Низкан. - Они не приближаются к нему.
Риалаш ударил своего коня пятками в бока и припустил в сторону леса. Остальные поспешили за ним.
Расстояние до леса они преодолели быстро и на его окраине оставили лошадей, отправившись дальше уже пешком. Точнее, бегом. Риалаш хотел было оставить Дариллу под присмотром Миссэ рядом с лошадьми, но девушка посмотрела на него с такой яростью, что наагасах оставил эту затею и просто велел охраннику глаз с неё не спускать, а сам вместе с Доашем и Низканом быстро убежал вперёд. Дарилла за ними угнаться не смогла и очень быстро безнадёжно отстала.
Низкан продолжал на бегу пристально всматриваться в золотистую фигуру Ерхи, и, когда она вдруг начала непонятно двигаться, словно складываясь, бывший вольный споткнулся и замер.
- Что такое? - Риалаш тоже остановился и с недоумением посмотрел на него.
- Я не могу понять, что происходит, - признался Низкан. - Он... он сминается.
- В смысле сминается? - нахмурился Риалаш.
- Я не знаю, - вид у Низкан был совершенно потерянный.
Фигура Ерхи вывалилась из разрушенного здания словно бы через стену и покатилась вниз по склону. Менее чем через минуту старик поднялся и, размахивая руками, быстро побежал им навстречу, видимо, держа путь к городу. За ним бросились восемь золотистых фигур.
- Он сбежал! - оповестил всех Низкан и опять бросился вперёд.
Старик держался молодцом. Не сбавляя прыти, он перескакивал через обломки, ловко перепрыгивал через разрушенные каменные заборы и хитроумно петлял между кустами и деревьями. Складывалось впечатление, что он знал это место как свои пять пальцев. А его преследователи, крепкие и здоровые мужики, тихо переругивались и отставали всё больше и больше. Ерха же нёсся вперёд, словно в его ноги тёмные духи вселились.
Один из преследователей свернул и бросился к хорошо сохранившейся башне, по-видимому, бывшей колокольне. Перескакивая через ступени, он метнулся наверх, на ходу сбрасывая с плеча арбалет. Площадка наверху была пуста. Под дырявой крышей всё ещё торчал железный крюк, на котором ранее висел колокол, но самого колокола уже не было. Мужчина нетерпеливо опустился на одно колено перед окном и, взведя тетиву, поднял оружие.
Прицелиться в прыткого беглеца оказалось не так-то просто. Он зайцем перебегал открытые пространства, прячась за развалинами, кустами и деревьями и выныривая с совершенно неожиданной стороны. Цедя сквозь зубы ругательства, стрелок продолжал тщательно прицеливаться и ухмыльнулся, обнаружив, что впереди пленника ожидает большое открытое пространство. Теперь-то не скроется!
Но едва старик выскочил на открытое пространство, как с другой стороны показались трое мужчин. На мгновение арбалетчик растерялся. Его товарищи прекратили преследование и замерли в нерешительности. Зло сплюнув, стрелок опять прицелился в старика.
Низкан зацепился ногой за корень и грохнулся вниз, когда попытался на ходу сосчитать преследователей Ерхи. Голова бухнулась об острый край камня, и перед глазами неожиданно заплясали цветные круги. Настолько неожиданно, что Низкан не сразу осознал, что они действительно цветные. В висках запульсировало от боли, и мужчина глухо застонал. У него не сразу получилось перекатиться на спину. Сознание ускользало, вниз по переносице потекло что-то влажное. С трудом сев, бывший вольный призвал дар и обнаружил, что золотые линии двоятся, дрожат и мутнеют. Он махнул перед собой рукой, словно пытаясь очистить своё видение от этих помех, но мир задрожал ещё сильнее.
Кое-как сфокусировав свой дар, Низкан обнаружил, что Риалаш и Доаш по-прежнему бегут навстречу Ерхе. На дальнем краю поляны застыли семь фигур. Сжавшееся в комок сознание выразило недоумение: а почему семь? Переведя взгляд в сторону холма, от которого начал свой побег Ерха, Низкан обнаружил ещё одного человека. Но где девятый? Возможно, он его бы не заметил, но, опуская взгляд с холма, бывший вольный обратил внимание на высокую башню, на вершине которой обнаружил яркий живой свет. Золотые линии продолжали дрожать, поэтому ему пришлось постараться, чтобы разобраться в увиденном. Голова болела всё сильнее, очертания предметов уже не двоились, а троились. Они гнулись, завязывались узлами, раскачивались из стороны в сторону, вызывая у мужчины сильнейшую тошноту. Он зажмурил глаза, чтобы больше этого не видеть, но всё равно видел. В отчаянии он замахал руками, стремясь стереть тошнотворно качающийся мир. По телу прошла дрожь, а линии взяли и надломились. Этого сознание Низкана уже не выдержало и поспешило уйти в небытие.
Ерха, увидев мчащегося ему навстречу злого наагасаха, обрадованно замахал руками и прибавил ходу. От радости сил словно прибавилось. Оглянувшись через плечо, старик обнаружил, что его никто не преследует, но обманываться не стал. Скорее всего, отступили, решив не связываться с нагами.
Вдруг под ногами дрогнула земля. Да так дрогнула, что старик охнул и упал на колени. Над головой что-то просвистело и улетело в кусты. Риалаш и Доаш едва смогли устоять на ногах. Охранник тут же обернулся назад, чтобы посмотреть, как там Низкан, и, охнув, бросился к нему. Бывший вольный, опираясь дрожащими руками на валяющиеся рядом камни, пытался встать. На лбу у него зияла рана, из которой по переносице и бровям стела кровь.
- Боги, Низкан! Ты как умудрился? - Доаш опустился рядом с бывшим вольным на колени и уже хотел помочь ему подняться, но в этот момент Низкан взмахнул руками, словно решительно от чего-то отмахиваясь, и мир опять дрогнул.
Наг полетел лицом в траву, Ерха опять упал на руки, а Риалаш присел. Раздался сильный грохот. Вершина каменной башни, торчащая над деревьями, завалилась и скрылась из глаз. Вверх поднялись клубы пыли. Опять раздался грохот, зазвучали испуганные крики, и воздух ненадолго посерел от мелкого крошева. Видимо, рухнула не только башня.
А Низкан, застонав почти с облегчением, рухнув вниз. Если бы не Доаш, то бывший вольный опять приложился бы головой о камень.
Риалаш осторожно выпрямился, не сводя настороженного взгляда с Низкана. Доаш быстренько проверил дыхание у бывшего вольного и с облегчением заявил:
- Живой!
- Чаво это было? - потрясённый Ерха кое-как приподнялся и посмотрел назад. Но был тут же сцапан наагасахом за шкирку и довольно грубо поставлен на ноги.
- Потом разберёмся! Живо назад! - распорядился Риалаш и подпихнул его в спину. - Убираемся отсюда!
Доаш осторожно подхватил Низкана на руки и первым последовал в обратном направлении, не рискуя, впрочем, переходить на бег.
Лорес едва успел выскочить из здания, почувствовав дрожь земли под ногами. На мгновение ему показалось, что это землетрясение. Генора всё же находилась рядом с Рирейскими горами, поэтому эта напасть была знакома Лоресу не понаслышке. И только скатившись вниз по склону, мужчина озадачился: какое землетрясение в этих местах?
Вскочив на ноги, он вскинул голову вверх и едва сумел сдержать присвист. Здание, из которого он только что выкатился, рассыпалось по холму, как карточный домик. Хорошо ещё, что хоть камнем каким не пришибло.
- Господин! - Лорес резко повернул голову и увидел спешащего к нему Резвара. За ним шли ещё шестеро, и вид у всех был обеспокоенный. Лорес бы даже сказал, испуганный. - Там друзья этого прибежали, уходить нужно! Среди них очень сильный маг. Он одним мановением руки разрушил башню, на которой Велаш с арбалетом сидел. Уходить нужно!
- А старик? - резко спросил Лорес. - Догнали?
Подчинённые обменялись испуганными и виноватыми взглядами.
- Ушёл, - ответил за всех Резвар и на всякий случай отступил назад.
- Идиоты! Вы что, не могли догнать одного немощного старика?! - разъярился Лорес.
- Не такой уж и немощный, - буркнул кто-то. - Бегает получше молодых.
Лорес запустил пальцы в волосы и осмотрелся, словно выискивая выход из этого положения. Старик наверняка уже проболтался о том, кому он понадобился. А связываться с нагами и, как выяснилось, магом Лорес не имел никакого желания. Он трезво оценивал собственные возможности и прекрасно понимал, что против такого противника его небольшой отряд не выстоит. Действительно нужно убираться. Душу заполнила невообразимая досада.
Но, почувствовав тепло в правой руке, Лорес с некоторым недоумением взглянул на неё и замер. Он продолжал сжимать чашу, найденную у старика. Опомнившись, мужчина поднёс её к глазам и, затаив дыхание, рассмотрел мелкие царапинки, украшающие поверхность. Его губы раздвинулись в улыбке, а на душе потеплело.
- Уходим, - куда спокойнее приказал он.
Они всё равно добыли всё, что им нужно.
Додрид лукаво улыбнулся и деланно укоризненно покачал головой, смотря на лежащую в его объятиях Мирису. Парочка расположилась в кроне раскидистого дуба, заняв огромное пустующее гнездо.
- Ну как ты могла... - протянул он.
Мириса возмущённо уставилась на него.
- Что?! Но это ты мне посоветовал!
- Но я не думал, что ты так поступишь.
Женщина фыркнула и отыскала глазами спешно удаляющуюся компанию из восьми мужчин.
- Ещё не поздно переиграть... - многозначительно пропела она.
Лукавую улыбку Додрида как водой смыло.
- Я тебя просто поддразнивал, - пошёл он на попятную. - Ты мне только скажи, ты действительно влила божественные силы в... - бог запнулся. - У меня даже язык не поворачивается назвать это чашей.
Как и любой песчаник, он с особой тщательностью выбирал сосуд, из которого ему предстояло пить. И железную помятую кружку он достойной чашей явно не считал.
- Вот ещё! - надменно фыркнула Мириса. - Просто одарила своим прикосновением, чтобы этот смертный почувствовал идущую от неё жизнь и уверовал, что перед ним артефакт Истины.
- Коварная! - прищурившись, протянул Додрид.
- Эй! - Мириса опять возмущённо посмотрела на него и даже ударила по руке. - Это вообще-то твоя идея была!
- Моя, - не стал спорить Додрид, - но план по её осуществлению полностью твой.
- Хватит смеяться надо мной! - недовольно прошипела женщина. - Ещё раз так поступишь, и я позову Гириссу.
Лицо мужчины перекосилось, и он поспешил задобрить обиженную женщину поцелуем в ушко. Поцелуй вышел щекотным, и Мириса совсем по-девчоночьи захихикала и попыталась вырваться из рук мужчины. В итоге чуть не выпала из гнезда. Додрид едва успел прижать её к своей груди. И тут же пощекотал шею женщины своими усами.
- Додрид, прекрати! - взмолилась та. - Мы здесь по делу.
- А мы уже всё сделали. От врагов наших искателей освободили, так что Аглегарисий не должен сильно на нас злиться.
- Думаешь, он не будет нам мстить? - усомнилась Мириса.
Додрид так не думал. Но говорить об этом возлюбленной не собирался. Вместо этого он подарил ей полную плутовства улыбку и выкатился вместе с женщиной из гнезда. Прежде чем они оба исчезли в воздухе, по лесу прокатился испуганный женский визг.