Глава 6

От жреца Риалаш, Дарилла и Доаш вышли только после полудня. Выглядели они немного озадаченными, а мешочек на поясе наагасаха продолжал вызывающе топорщиться. Жрец так и не согласился принять божественный артефакт.

«Наставник рассказывал мне, а ему - его наставник, что когда чаша пропала и жрецы хотели броситься на её поиски, сама богиня запретила им это. Если ей тогда не было угодно возвращение чаши на место, то сейчас и подавно».

Может, богине и не угодно, но им-то что делать с этой безделушкой? Риалаш ощущал раздражение. Божественные артефакты, особенно такие непонятные, о которых толком нельзя было сказать, что они могут, были горазды преподносить неприятные сюрпризы. Но просто выбросить его рука не поднималась. Всё же они столько времени его искали. Можно сказать, что благодаря ему они с Дариллой и полюбили друг друга.

С Ерхой, Миссэ и Низканом они столкнулись у самого входа на постоялый двор. Миссэ глазами показал наагасаху, что им нужно поговорить, и Риалаш немного отстал. Дождавшись, когда товарищи скроются за дверьми дома, наследник вопросительно посмотрел на охранника.

- За Низканом следит кто-то, - мрачно сообщил наг. - Я заметил двух мужчин: широкоплечего бородача и молоденького парнишку. Пялились они на Низкана так, словно знали его и боялись. Что-то мне подсказывает, что у нас могут быть проблемы из-за них.

Чутью Миссэ Риалаш привык доверять. К нерешённой проблеме с артефактом добавилась ещё одна не ясная пока проблема.

- Они что-то делали? - поинтересовался он.

Миссэ отрицательно качнул головой.

- Просто смотрели, а потом очень поспешно ушли. Вот эта их поспешность меня больше всего насторожила.

- Может, кто-то из его прежних знакомых? Из вольных? Эрест-то рядом.

- Да Тёмные их знают! Может, переправиться через реку здесь?

- И по пустыне? - неодобрительно уточнил Риалаш. - Про разбойные кланы песчаников забыл?

- Не забыл, - поморщившись, ответил Миссэ. - Ладно, плохая идея. С этими-то что делать?

Риалаш задумался.

- Вряд ли они специально разыскивают Низкана, - наконец протянул он. - Вероятнее всего, случайно столкнулись. Характер у Низкана не самый приятный, так что недоброжелателей у него должно быть много. Возможно, эти из их числа, поэтому и боялись. Ты бдительность не теряй и, если рискнут поблизости мелькнуть, постарайся выследить. А дальше сделай что-нибудь, чтобы мы их больше не видели.

- Убить? - деловито осведомился Миссэ.

- Нет, не стоит. Просто за то, что они посмотрели на нашего бесценного Низкана, жизнь будет слишком высокой платой, - ехидно ответил Риалаш. - Придумай что-нибудь.

Наг тут же расплылся в шкодливой улыбке, и наагасах почувствовал неприятный озноб. Последний раз, когда Миссэ так ухмылялся, пострадал Ссадаши. И устам наагашейдисы совсем не понравилась «безобидная» шуточка татуированного нага.

Риалаш и Миссэ зашли в дом как раз в тот момент, когда Дарилла заметила их отсутствие и забеспокоилась.

- Где вы были? - подозрительно прищурившись, спросила она.

- Меч мой смотрели, - Миссэ взглянул на неё такими честными глазами, что усомниться в его искренности было даже стыдно. Тем более наг в качестве доказательства протянул свой новенький меч.

- Симпатичный, - смущённо похвалила девушка. Она-то подумала, что Риалаш скрывает от неё какие-то неприятности, и уже приготовилась вытрясти из него правду.

- А лезвие-то какое! - охранник для наглядности вытащил меч из ножен. Кромка лезвия хищно сверкнула в лучах солнечного света, проникающего через окно.

- Не тычь им в мою жену! - недовольный Риалаш поспешил закрыть девушку собой. - И вообще, расходитесь отдыхать. Мы выезжаем завтра на рассвете, так что приготовьтесь.

Ответом ему был нестройный хор голосов. После двадцатидневного ничегонеделания на корабле странники были совсем не против размяться в дороге. Ещё на «Праведном» было решено добираться до Дейвида по суше. Путники опасались, что от ещё одного путешествия в трюме лошади просто свихнутся.

Не успела Дарилла даже пискнуть, как муж подхватил её под локоть и бережно, но неотвратимо повлёк наверх. Сопротивляться она и не подумала. Так же, как и смущаться. Чего хочет муж после почти месячного воздержания, ей было ясно как день. Ей уже самой хотелось повалить нага на пол и заявить, что теперь она будет делать с ним всё, что только захочет. Но на подобное у девушки пока смелости не хватало.

Оказавшись наверху лестницы, Риалаш повернулся к оставленным внизу товарищам и мрачно пообещал:

- Если кто-то посмеет нас беспокоить, я этого кого-то утоплю в пруду.

Бросив напоследок упреждающий взгляд, наагасах скрылся из глаз, утащив с собой не сопротивляющуюся Дариллу.

- А может... того? - Ерха прищурился и многозначительно посмотрел на Миссэ.

Несмотря на расплывчатую формулировку, тот сразу понял, что ему предлагают, и возмутился:

- Даже не думай! В таком состоянии он точно нас утопит. Лично я не хочу доставлять милейшей госпоже Людане такие проблемы.

Едва оказавшись в комнате, Риалаш тут же припёр Дариллу к стенке и накрыл её губы поцелуем. Девушка порывисто подалась ему навстречу, но почти в тот же миг, болезненно застонав, попыталась отстраниться. Кубок, продолжавший висеть в мешочке на поясе наагасаха, оказался зажат между их телами и впился своим краем в живот девушки. Риалаш отстранился и, недовольно шипя что-то на своём языке, сорвал со своего пояса мешок.

Девушка, воспользовавшись передышкой, отскочила к стоящей в углу ширме и, быстренько раздвинув её, скрылась. Риалаш разочарованно зашипел. Дарилла тут же выглянула и виновато посмотрела на него.

- Я только переоденусь. Ну... мы же спать собираемся.

Риалаш очень красноречиво посмотрел в окно на солнце, высоко стоящее в небе, но выковыривать жену из-за ширмы не стал. Вместо этого он, коварно хмыкнув, сбросил кафтан и потянулся к пряжке ремня.

Дарилла же, на самом деле опасаясь, что страстный супруг просто порвёт что-то из её женской одежды (а когда у неё опять появится что-то подобное, Тёмные знают), поспешно стягивала с себя чулки и нижнюю юбку с панталонами. Сперва она хотела раздеться полностью, но очень быстро поняла, что ещё не стала настолько смелой. Поэтому из-за ширмы она показалась в платье. Правда, из одежды на ней было только оно, причём полностью расстёгнутое.

Риалаш стоял рядом со столом и с лёгкой неприязнью изучал артефакт Истины, вертя его в руках. Увидев длинный чёрный хвост, Дарилла на мгновение опешила. Пока она переодевалась, наг снял с себя всё, кроме рубашки, и принял более привычный облик. Услышав шорох, он вскинул глаза на девушку и ехидно пропел:

- Ты же переодеться хотела? - с намёком кивнув на никуда не девшееся платье.

Дарилла смущённо поправила волосы.

- Я его снимать не захотела, - приврала она. - Соскучилась по таким вещам.

Девушка покрутилась на месте, якобы наслаждаясь свободно струящейся юбкой. Риалаш, наблюдая за ней, слегка подобрел и передумал вышвыривать артефакт в окно. Просто небрежно бросил его на стол и, сложив руки на груди, принялся наблюдать за танцующей девушкой. Дарилла плавно скользнула к нему и что было сил обняла. Злость на артефакт совсем прошла, и Риалаш даже подумал, что эта посудина сыграла в их судьбе хорошую роль. Окончательно подобрев, он передумал выбрасывать чашу и решил, что можно оставить её как память об этом прекрасном путешествии.

- Думаю, артефакт всё же можно оставить, - тихо произнёс он.

- Да? - Дарилла чуть удивлённо посмотрела на него.

- Да, на память. Можно будет Роише отдать. Она любит красивые вещицы.

Дарилла отстранилась от мужа и взяла кубок в руки. Камни на чаше празднично заиграли. Девушка отставила артефакт в сторону и исподлобья посмотрела на мужа. В её глазах горели весёлые искорки и выглядела Дарилла так, словно чего-то ждала от Риалаша.

- А ты знаешь, - Риалаш лукаво улыбнулся и подался вперёд, - я ведь поехал за вами, потому что за тебя испугался. Меня очень сильно волновало, что ты можешь вляпаться в неприятности. Так что поехал я не за артефактом, а за тобой.

Дарилла чуть смущённо улыбнулась и с деланным безразличием пробормотала:

- Ну раз пошли такие откровения, то и я признаюсь, что отправилась в этот путь не за артефактом. Ты мне с первого взгляда понравился, и это заявление про артефакт... Я просто хотела привлечь твоё внимание. А потом уже отступать было поздно, в грязь лицом ударять не хотелось, ну я и поехала. Только на самом деле я от тебя бежала. То есть от себя. Боялась, что ты понравишься мне ещё сильнее, и тогда я точно влюблю... Ай!

Наагасах дёрнул её на себя и вкрадчиво прошептал ей прямо в губы:

- Так ты бежала от меня? Это очень плохо...

Щёки девушки налились пунцовым цветом, и она, затаив дыхание, уставилась в жуткие глаза нага.

- От меня нельзя сбегать, - продолжал напевать Риалаш, околдовывая девушку своим голосом. - Меня это очень сильно опечалит. Ты же не хочешь меня расстраивать?

Дарилла ощутила уже привычную слабость в коленях и осторожно кивнула. Мысли туманились, сердце отчаянно бухало в груди, а мурашки волнами разбегались по телу. Девушка полностью утратила способность к сопротивлению.

- Кое-кто обещал «полечить» меня, - напомнил коварный наг, - но лечение придётся отложить. Вряд ли я смогу его выдержать.

Руки мужчины погладили бёдра Дариллы через платье, а затем медленно потянули подол вверх. Сама девушка, уже плохо соображая, что делает, прикоснулась ладонями к обнажённому участку груди нага, виднеющемуся в вырезе рубашки, потрогала его, а затем осторожно поцеловала. Риалаш прерывисто вздохнул и дёрнул подол наверх, обнажая ноги девушки одним рывком. Его хвост тут же погладил дрожащие коленки, и наагасаху пришлось подхватить внезапно ослабевшую девушку.

- Ты всегда так хорошо реагируешь на меня, - с улыбкой протянул Риалаш, поднимая Дариллу на руки.

- Не смейся надо мной, - чуть слышно попросила девушка. Она тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Сердце в груди бухало так, что его стук эхом гудел в ушах.

Риалаш опустил её на постель, а сам разлёгся рядом, с удовольствием рассматривая жену. Ему нравилась такая Дарилла. Покорная, слабая и податливая. Она отзывалась на каждое его прикосновение, а смотреть на её раскрасневшееся лицо и затуманенный взгляд было отдельным удовольствием.

- И долго ты будешь смотреть? - Дарилла взглянула на него с укором. - Мне очень целоваться хочется.

Ну как после такого можно бездействовать? Хвост Риалаша взволнованно вильнул из стороны в сторону, и наг, подтянув к себе девушку, крепко её поцеловал. Дарилла подалась вперёд, с готовностью раскрывая губы и проникая в рот наагасаха языком. Мужчина на мгновение опешил от такой решительности, и девушка, воспользовавшись этим, порывисто подалась вперёд, заставив нага перекатиться на спину. Она продолжала жадно целовать Риалаша, а её руки быстро потянули его рубашку вверх, стягивая её, и отбросили одежду в сторону. Наг тихо застонал, когда пальчики девушки огладили его торс и, спустившись ниже, с напором провели по паховым пластинам. Те не смогли устоять перед такой лаской и раздвинулись. Тонкие девичьи пальцы быстро скользнули за них и замерли. Видимо, Дарилла не ожидала, что пластины разойдутся.

Риалаш оторвался от её губ и улыбнулся.

- Что такое? - его рука скользнула вниз и, обхватив девушку за запястье, заставила её скользнуть за пластины чуть глубже. Риалаш чуть слышно застонал и удовлетворённо выдохнул. - Мне очень нравятся такие ласки, продолжай.

Дарилла испуганно посмотрела на него. Она впервые прикасалась к мужу в этом месте, и ощущения были весьма необычными и пугающими. Слегка влажно, горячо, но очень упруго и... как-то уж много.

Риалаш, потеряв терпение, перекатился и подмял жену под себя. Обхватив её за ладонь, он показал, как именно нужно прикасаться. Провёл её тонкими пальцами по всей длине, заставляя их слегка сжиматься. Удовольствие от этих ласк яркими точками вспыхивало под веками, вынуждая нага тихо шипеть от едва сдерживаемого наслаждения.

- Не могу так долго терпеть, - наконец выдохнул он и, отпустив руку Дариллы, решительно вздёрнул подол её платья выше пояса.

Девушка не успела опомниться, как ладони нага властно раздвинули её колени и мужчина одним сильным властным толчком погрузился глубоко в неё. Протяжный полустон-полукрик сорвался с губ Дариллы, и она откинулась назад. Мужские руки нетерпеливо стянули платье с её плеч, обнажая грудь, и Риалаш губами впился в розовые соски, с наслаждением целуя и прикусывая их. Дарилла заметалась под ним, неосознанно пытаясь уйти от этих сильных ласк, но наагасах крепко держал её за талию и раз за разом погружался в неё, толкаясь всё сильнее и сильнее.

- Слишком сильно... - задыхаясь, прошептала девушка.

Слишком много, слишком остро, слишком горячо... Дарилла всхлипывала, вскрикивала, стонала, просила то остановиться, то не сметь останавливаться. А Риалаш словно издевался. Стоило ему услышать жалобные мольбы о снисхождении, и его движения становились сильнее, чаще и глубже, заставляя девушку плакать от неконтролируемого наслаждения. Стоило же ей потребовать двигаться дальше, и он почти замирал, двигаясь дразняще медленно, вынуждая Дариллу молить о продолжении и извиваться под ним в тщетных попытках получить ещё больше удовольствия.

- Раздвинь ноги шире, - тихо шептал он на ухо девушке, потерявшей себя в пучине удовольствия. - Да, вот так, - стонал он, погружаясь в неё ещё чуть глубже. - Прогнись в спине. Давай, прими меня всего.

И Дарилла принимала, сходя с ума и плача от удовольствия и сладкой муки одновременно. Внизу живота горело и пульсировало, всё тело требовало получить удовлетворение, но пока она только мучилась от острой пытки удовольствием, которую хотелось то продлить, то, наоборот, прекратить, так как сил терпеть больше не было. Мужчина продолжал двигаться внутри неё, сотрясая всё тело мощными толчками, встряхивая её, заставляя всхлипывать и разводить бёдра всё шире и шире. Внизу живота болезненно остро сворачивалась судорога наслаждения. Дарилла уже почти сорвалась в пучину удовольствия, но в этот момент Риалаш полностью вышел из неё и отстранился.

Дарилла успела почувствовать отчаяние, прежде чем мужчина резко перевернул её на живот.

- Согни ноги в коленях, - мягко приказал он.

Девушка, готовая повиноваться ему во всём, послушно исполнила требуемое. Наг заставил её расставить ноги немного шире и опять ворвался в неё одним толчком. Дарилла беззвучно закричала и вцепилась пальцами в покрывало. Это было ещё глубже, ещё сильнее и ещё острее. Девушке даже показалось, что плоть нага стала больше, и она попыталась раздвинуть ноги шире, но Риалаш не позволил ей.

- Нет, моя дорогая, только так, - жарко прошептал он ей на ухо. - Чувствуешь, как в тебе тесно? О боги! - застонал он и с силой толкнулся внутрь.

Дарилла всхлипнула, ощущая, как начинают гореть ягодицы от натирающей их чешуи. Она больше не думала, только чувствовала и сходила с ума.

- Ещё... - тихо шептала она, - ещё...

В этот раз Риалаш не был глух к просьбам. Его толчки становились всё сильнее и нетерпеливее. Он заставил девушку распрямиться и прижаться спиной к его груди. Дарилла глухо стонала, ощущая, как в неё с силой проникают снизу. Наагасах давил на её бёдра, заставляя опускаться ниже, навстречу его движениям. Вдруг девушка в его руках прогнулась, а затем изо всех сил заметалась, словно стремясь избежать проникновения. Она почувствовала приближение срыва и на мгновение испугалась, что не выдержит такого удовольствия. Все мышцы внизу живота скрутила сильнейшая судорога, и девушка, зажмурившись, закричала, ощущая, что наагасах продолжает двигаться в ней и эти движения усиливаются. Судорога скрутила всё её тело, вынудив забиться в руках мужа. Обжигающая волна удовольствия хлынула по всему телу. Напряжённые колени ослабели и разъехались в стороны, вынуждая Дариллу опуститься вниз, навстречу движениям.

- Хватит... хватит... - судорожно шептала она, ощущая, как её опять скручивает судорогой удовольствия. Низ живота превратился в центр нескончаемого наслаждения.

Риалаш опять повалил её на постель, навалившись сверху и продолжая яростно входить в горячее и тесное лоно. Обессилевшая девушка тихо стонала и всхлипывала, принимая его в себя. Судорога удовольствия сменилась полным расслаблением и всепоглощающей благодарностью к мужчине, который подарил ей такое наслаждение. Движения нага теперь дарили ей не мучительно острое удовольствие, а лишь приятные ощущения, которые заставляли её жмуриться от удовольствия и тихо стонать.

Толчки наагасаха усилились. Пальцы его с силой впились в бёдра девушки, и наконец он, глухо застонав и зарычав, замер и задрожал. Уставшая Дарилла почувствовала, что внутри становится очень влажно и так горячо, что она даже тихо вскрикнула. Тяжелое мужское тело обессиленно опустилось на неё сверху, и Риалаш хрипло задышал ей на ухо, пытаясь прийти в себя.

- Прости, я сейчас... - прошептал он.

Дарилла лишь слабо улыбнулась, чувствуя, как в её спину яростно бьётся сердце нага. Шевелиться не хотелось, думать тоже. Это обжигающее удовольствие выжало её досуха. Девушка вяло подумала, что теперь навсегда принадлежит наагасаху и никогда не сможет от него отказаться.

Риалаш пришёл в себя только через несколько минут. Приподнявшись, он покинул тело девушки и перекатился на спину. Дарилла тут же почувствовала, как нечто влажное потекло по её бёдрам. Но на смущение сил совсем не было.

Риалаш помог ей перевернуться и перетянул на свою грудь, нежно оглаживая тело, которое он ранее с таким удовольствием мучил наслаждением.

- Я не сделал тебе больно? - спросил он, осторожно вытирая мокрые щёки Дариллы.

- Нет, - она слабо улыбнулась, - но это было так... так... Наверное, завтра мне будет стыдно смотреть тебе в глаза.

Риалаш тихо фыркнул и пообещал:

- Тогда я сделаю с тобой что-нибудь ещё более неприличное. И тебе это очень понравится.

Внизу живота что-то сладко отозвалось предвкушением, и Дарилла улыбнулась.

Риалаш натянул на девушку одеяло и, поцеловав её в лоб, ощутил себя необычайно счастливым. Всё же он везунчик, раз получил такую замечательную жену.

- Эй, - тихо прошептал он на ухо почти заснувшей Дарилле, - если тебя действительно будет смущать то, что произошло сегодня, знай, что мне очень нравится твоя раскованность и то, как ты отвечаешь мне. Так что веди себя так и дальше.

Почти уснувшая девушка слабо улыбнулась и уткнулась губами в его шею. Риалаш прижал её к себе покрепче и, счастливо улыбаясь, прикрыл глаза.

Ранним утром путники покинули гостеприимный дом госпожи Люданы и выехали за ворота города. Настроение у всех, кроме Низкана, было приподнятое. Всё же до дома осталось совсем недалеко. По сравнению с расстоянием, что они уже преодолели, до княжества, можно сказать, было рукой подать. Погода выдалась замечательная. Под копытами лошадей сочно похрупывала влажная от утренней росы трава, от реки доносилось ленивое полусонное кваканье, а от ближайшего леса - бодрые птичьи трели. Лошади несли всадников вперёд с большой охотой, явно радуясь возможности свободно двигаться.

Низкан задумчиво шевелил пальцами, почти не замечая лёгких укусов малыша Дара. Впереди был Эрест. Место, где осталась его прежняя жизнь. А возможно, и нынешняя. Сколько бывший вольный ни думал, он не мог представить, что будет делать в княжестве нагов. Дарилла счастливо заживёт с Риалашем, наагасах с головой окунётся в свои заботы, Миссэ и Доаш опять полностью отдадутся своим обязанностям... Остаётся только Ерха, но старик наверняка найдёт, чем заняться.

Чем больше Низкан думал об этом, тем сильнее сомневался, что ему по пути со своими новыми товарищами. В княжестве он будет совершенно бесполезен, ему даже заняться будет нечем. В конце концов он всё равно останется один и, возможно, станет обузой для своих занятых друзей.

Низкан серьёзно подумал, что нужно покинуть своих спутников. Они, вероятно, расстроятся, но потом всё равно привыкнут и подзабудут. И ему будет куда легче. К тому же совсем один он не останется. У него теперь есть Дар. На душе малость потеплело. Но всё равно от одной мысли покинуть товарищей становилось тоскливо. Он позволил себе непозволительную для своего положения роскошь - привязаться. Больно было рвать только что образовавшиеся связи. Больно, и накатывало уже знакомое ощущение растерянности, одиночества и отчаяния. Низкан опять почувствовал себя пятнадцатилетним мальчиком, который только что лишился зрения и сбежал из родной общины в чужой незнакомый город.

- Низкан, всё хорошо? - внимательный Миссэ подозрительно смотрел на бывшего вольного.

- Да, - тихо ответил тот.

- Врёшь же?

Риалаш, прислушивающийся к их разговору, оценивающе посмотрел на Низкана.

- Врёт, - пришёл он к тому же выводу.

- Вру, - смиренно признался бывший вольный, но на этом его откровенность иссякла.

Допытываться было бесполезно, это товарищи уже знали. Поэтому просто смерили Низкана подозрительными взглядами (мало ли какие дурости в его голове витают) и отстали.

На ночь они расположились недалеко от берега реки под раскидистой кроной дуба и быстренько улеглись спать. Дежуривший в эту ночь Риалаш сел чинить в свете костра ремень ножен для меча, и Дарилла с тоской смотрела на мужа. Без него было как-то одиноко. И очень холодно. Ползти греться к остальным не хотелось.

Риалаш почувствовал её пристальный взгляд и посмотрел в ответ. Печальное личико девушки вызвало у него невольную улыбку, так как он догадывался о причине её печали.

- Скучаешь? - чуть слышно спросил он.

Дарилла только грустно вздохнула и спрятала нос в одеяле.

- Может, мне подменить? - предложил ещё не заснувший Доаш.

Девушка издала нечленораздельный звук, больше похожий на отрицание, чем на согласие. Просить выйти в караул Миссэ или Доаша было стыдно. Они и так чаще остальных сторожить оставались. Правда и в разбивке лагеря они редко участвовали.

- Спи, - с улыбкой прошептал Риалаш. - Во второй половине ночи я к тебе приду.

Дарилла накрылась одеялом с головой. До этого времени она совсем замёрзнет.

Поворочавшись ещё немного, девушка резко села, озарённая внезапной идеей. Риалаш немного обеспокоенно посмотрел на неё, но Дарилла только подтянула к себе свой мешок и отцепила от него свёрнутую в рулон шкуру. Вскоре раздалось активное шуршание: довольная девушка натянула бывший змеиный покров на себя и заползла под одеяло. Снаружи остался торчать только длинный кончик. Риалаш фыркнул от смеха и вернулся к починке ножен.

- Куда попёр?! - бородач перехватил юношу с мышиными волосами и дёрнул его на себя. Раздался сильный треск кустов, и третий мужчина, вольный с лысой головой, раздражённо посмотрел на своих спутников.

- Запалиться решили? - неприязненно поинтересовался он. - Тогда это без меня.

Бородач уязвлённо посмотрел на него, а потом опять перевёл взгляд на паренька.

- Запах-то хоть заглушил?

Юноша оскорблённо поджал губы. Он мог забыть про нож, но не про мазь.

Лысый настороженно посмотрел назад. Туда, где у костра остались их товарищи. Пришлось быть очень осторожными, чтобы не вызвать у них никаких подозрений ночной отлучкой. Чернобородый специально выставил в караул самого никудышного часового. Когда они по одному осторожно проходили мимо него, он бессовестно дрых.

Показав парнишке внушительный кулак, бородач опять осторожно двинулся вперёд. Им пришлось повозиться, чтобы найти Низкана второй раз. Встретив его на торжище, они отступили с такой поспешностью, что не подумали, как будут искать его потом.

Поразмыслив, Вих, лысый вольный, предположил, что если Низкан держит путь в Эрест, то из Тораты он уедет через южные ворота. К воротам был послан Шулавик, а бородач тянул время, откладывая отъезд и отбрехиваясь перед остальными товарищами о причинах задержки.

Шулавик растолкал их ранним утром и дрожащим голосом доложил, что Низкан покинул город. И уехал он не один, а в сопровождении пяти мужчин. Бородач тут же распихал всех и скомандовал отъезд.

- Ты уверен, что они где-то здесь? - едва слышно уточнил бородач у Виха.

Тот скривился.

- Я видел их здесь, - непреклонно заявил он.

Днём вольные не рискнули нагонять Низкана и его компанию. Но после привала Вих отправился якобы на охоту, а на самом деле на разведку. Лагерь путников он нашёл быстро. Они и не думали скрываться. Полюбовавшись на них издалека, мужчина вернулся назад и сообщил об увиденном Бедару, своему бородатому товарищу. Тот решил посмотреть на сопровождение Низкана своими глазами, но тут за ними увязался Шулавик. Его не хотели брать, но парень чуть ли не перебудил весь лагерь. Безопаснее было увести его с собой. «И прикопать под ближайшим кустом», - мрачно бурчал Вих, почти ползком продираясь через кусты.

Между кустами и деревьями показался всполох костра. Вольные напряглись и дальше полезли с ещё большими предосторожностями. Подобравшись достаточно близко, чтобы можно было увидеть часового и четырёх спящих, мужчины затаились. Бедар осторожно вытянул шею, пытаясь найти Низкана. В темноте это было сложно, но всё же вольный решил, что бывший командир лежит вторым слева. После этого мужчина перевёл взгляд на часового и недовольно нахмурился.

И где Низкан только нашёл эту компанию? Сидящий у костра мужчина не понравился ни Бедару, ни Виху. Особенно их насторожило, что занимается он починкой ножен. Раз нуждаются в починке, значит, ими часто пользуются. И телосложение незнакомца внушало уважение.

Вдруг часовой вскинул голову и пристально уставился на кусты, за которыми схоронились вольные. По их спинам прошёл озноб. Шулавик судорожно зашарил по поясу в поисках ножа и, не найдя его, с отчаянием посмотрел на Виха. Тот едва сдержался, чтобы не отвесить растяпистому юнцу оплеуху.

- У тебя всё в порядке? - с беспокойством спросил часовой, продолжая смотреть на их кусты.

Разбойники опешили от такой заботы и растерялись. А в следующий миг чуть не подпрыгнули.

- Да, я просто запуталась, - ответили их кусты.

Не успели мужчины прийти в себя, как в саженях двух от них что-то зашуршало и затрещало. А ещё через какое-то мгновение над кустами поднялось нечто!

В этот момент со стороны реки подул ветер. Он подхватил что-то длинное и шуршащее, и в воздухе тихо зашелестело белёсое полотнище. Между кронами деревьев проник свет волчьего месяца, и вольные различили столбообразное существо с длинным широким хвостом, растущим прямо от его головы.

- Саван... - посиневшими губами прошептал Шулавик.

Бедару и Виху разом поплохело. Сгубившие немало жизней, они очень даже верили в существование мстительных призраков. Призрак тем временем затрещал ветками и, как показалось разбойникам, двинулся в их сторону. Они даже не смогли закричать, горло от страха сдавило. Рухнув грудью на землю, мужчины, подгоняемые первобытным страхом, поползли прочь, одними губами шепча горячие молитвы Богине-Матери.

Дарилла, вывалившись из кустов к костру, подтянула сползшую шкуру и направилась к своей постели. Риалаш проводил её весёлым взглядом, а затем настороженно посмотрел в сторону леса. Ему послышался треск. Некоторое время наг продолжал прислушиваться к звукам, но треск не повторился, и мужчина успокоился, решив, что Дарилла спугнула какое-то ночное животное.

Наутро вольные, направляющиеся в Эрест, никак не могли найти трёх своих товарищей. Часовой клялся, что ночью мимо него никто не проходил.

- Да мимо тебя медведь прокосолапит, и ты только всхрапнёшь! - сказал ему кто-то.

Поиски осложнились ещё и тем, что пропал и командир отряда, Бедар. На его место вызвались сразу трое. Конечно же, они переругались между собой, решая, кому временно возглавить отряд, и чуть ли не подрались. Но их товарищи, которым уже надоело торчать на одном месте, просто поддержали самого старшего из них и наконец-то разбрелись по округе.

Пропавших так и не нашли. Так же, как и их вещевых мешков, и денег, что они стрясли с должника в Торате.

- Хмыльни! - обругал пропавших новый глава отряда. - Говорил я, что этому Бедару доверять нельзя. Трёх командиров схоронил, пока самого главой отряда не назначили. Ну ничего! Господин Доорин их из-под земли достанет.

К Эресту странники выехали на четвёртый день пути. Задерживаться в городе они не хотели. Планировали только пополнить запасы, переночевать и двинуться дальше. Низкан и Дарилла натянули на головы капюшоны, чтобы не светить слишком приметную внешность, и старались держаться поближе к товарищам.

В качестве ночлега был выбран скромный постоялый двор на окраине города. Местечко оказалось тихое. В половине версты от него зеленели виноградники и росли крепенькие домишки. Путники оставили лошадей на постоялом дворе и все вместе направились в центр города на торжище. Низкана и Дариллу благоразумно обступили, не позволяя слишком зорким глазам рассмотреть их. Риалаш хотел вообще оставить их на постоялом дворе, но Миссэ отсоветовал, странно при этом посмотрев на Низкана.

Риалаша тоже настораживало настроение Низкана. Бывший вольный, сам того не зная, своим унылым лицом демонстрировал окружающим, что у него явно что-то не так. Скрывал свои эмоции он плохо. Уже почти забыв, как чувства отражаются в мимике, Низкан даже не представлял, какое красноречивое зрелище являет собой. Оставалось только на лбу написать: «Мне тоскливо».

Зато Дар был жизнерадостен за двоих. Его громкие визги распугали всех прохожих в сажени от компании. Зверёныш рвался из крепких пальцев хозяина в воздух, явно намереваясь взлететь, но лишь попусту хлопал крыльями.

- Всё равно ж не взлетишь, - недовольно бурчал Ерха, которого уже достал ор детёныша.

- Если не будет пробовать, то точно никогда не взлетит, - заметил Миссэ. - Пусть пробует. Шлёпается и снова пробует.

Низкан недовольно поджал губы. Ему совсем не хотелось, чтобы его Дар шлёпался. Порой бывший вольный напоминал излишне хлопотливую мамашу.

На торжище царили шум и гвалт. Осенний торг был в самом разгаре. Заезжие купцы спорили до хрипоты, пытаясь сбросить цену на знаменитое эрестское вино. Местные виноделы, не в пример более горластые, уступать не спешили. Поэтому гомон стоял невообразимый. А винный дух так и вовсе с ног сшибал!

Ерха прикрыл глаза и с наслаждением вдохнул воздух полной грудью.

- Благодать-то какая!

Доаш согласно качнул головой. Всё же местное вино не на пустом месте приобрело такую славу.

- Мы сюда не за этим пришли, - строго напомнил Риалаш.

Мужчины, кроме Низкана, разочарованно вздохнули и начали искать глазами нужные им торговые ряды. Чтобы их найти, пришлось приложить усилия. Винные бочонки загнали остальной товар в самые глухие места торжища, которые было не так просто найти. Купцы за прилавками зевали и лениво потягивали ледяную воду из кувшинов: пить вино во время торга в Эресте строго запрещалось. Размер штрафа за нарушение был таков, что нарушить закон не решались даже самые отчаянные любители выпить.

Пока мужчины присматривались к прилавкам, Дарилла спокойно глазела по сторонам из-под капюшона. Ежегодная винодельческая ярмарка в Эресте её очень удивила. Это была не первая подобная ярмарка, которую девушка видела, но одна из самых... цивилизованных, что ли. Покупатели ходили между рядами почти трезвые, на окраине торжища бдительно вышагивала совершенно трезвая стража, даже местные оборванцы были удивительно нехмельные. На всех винодельческих торжищах, где бывала Дарилла, участники упивались в дым почти с самого утра. И торг превращался в пьяную оргию. Повезёт ещё, если её участники будут только пить.

А тут такой порядок! Дарилла ещё раз одобрительно окинула площадь взглядом и ненадолго задержалась на тонкой девичьей фигурке. Привлекла её внимание, собственно, не девушка, а стоящий рядом с ней мрачный грузный мужчина с бычьей шеей. Почему-то он показался Дарилле смутно знакомым. Она всмотрелась в него пристальнее, пытаясь выудить из памяти воспоминание об их встрече, но в этот момент девушка рядом с мужчиной повернулась боком и разом перестала казаться тонкой: вперёд выпирал довольно заметный живот. Дарилла взглянула на лицо его обладательницы и тут же вспомнила, где видела этого мужика.

Воспоминание заставило девушку отшатнуться, а затем резко отвернуться. Увы, действие оказалось крайне неудачным. Дарилла отскочила прямо к низко висящему краю полога одной из торговых палаток и зацепилась капюшоном за торчащую жердь. Палка больно царапнула девушку по голове, и та поспешила отскочить назад. Капюшон свалился с головы, а отступающая Дарилла пнула оказавшуюся за её спиной плетённую корзину с вином. Раздался гулкий звон бутылок.

- Ты чего творишь?! - напустился на неё торговец, привлекая внимание всех прохожих.

Дарилла нервно оглянулась и наткнулась на любопытный взгляд Дашѐнки. Некоторое время девушки просто смотрели друг на друга, а затем лицо одной искривилось от досады, а второй вытянулось от узнавания.

- Ох, папенька! - обомлевшая Дашѐнка схватила отца за руку и ткнула пальцем в Дариллу, которая поспешно пыталась натянуть капюшон на голову.

Хмурый купец перевёл свой по-бычьи насупленный взор в указанную сторону и замер. Шея его начала медленно, но верно наливаться багрянцем. Уголки губ дёрнулись, и у Дариллы возникло ощущение, что этот бычара сейчас бросится на неё, выставив вперёд лысую голову. Пальцы сами собой испуганно вцепились в рукав наагасаха. Он тут же отвлёкся от разглядывания прилавков и с недоумением посмотрел на незнакомого мужика.

- Ах ты проходимец! - чуть слышно прорычал купец, не желая привлекать лишнего внимания. - Ты ещё имел смелость вернуться сюда?!

Дашѐнка робко улыбалась Дарилле, обнимая одной рукой заметный живот. Но стоило той посмотреть в ответ, как она виновато опустила глаза. Испуганную Дариллу это просто взбесило. Мало того, что эта девчонка возвела на неё поклёп, так ещё и улыбаться ей смеет. Вот у кого уж точно наглости немерено!

- Я что, вор прятаться? - нахально спросила у купца Дарилла.

- Ах ты сукин сын! - мужик грузно шагнул вперёд, но ему навстречу вышел Риалаш. Купец смерил его раздражённым и в то же время удивлённым взглядом. - Это что за молодчик? Дружка твой? Наверняка такой же мастак девок портить!

- Папенька! - умоляюще протянула Дашѐнка и украдкой осмотрелась.

Они уже начали привлекать внимание, но взгляды были не очень заинтересованными. Вспыльчивый нрав купца Накима был известен всему городу, и разозлиться он мог на любую мелочь. Уже за случайно оттоптанный сапог можно было по морде получить.

- А я кого-то попортил? - с вызовом спросила Дарилла и пристально уставилась на Дашѐнку.

Та сильно смешалась и нервно затеребила подол.

- Папенька, ну будет вам, - тихо прошептала она, - Зачем теперь-то об этом вспоминать?

- Что?! - Наким возмущённо уставился на свою неразумную дочь. - Этот крендель бросил тебя брюхатую, а его ребятёнок теперь папашей звать другого будет!

Дашѐнка побелела как полотно и опустила глаза под разгневанным взором Дариллы.

- А я к тебе с сочувствием и поддержкой... - выплюнула Дарилла. - А ты меня оболгала, да ещё в свою грязную историю приплела!

- Что?! - купец опять двинулся вперёд, уже не обращая внимания на стоящего перед ним Риалаш. - Поганец, ты ещё и отбрехиваться будешь? Перекладывать всю вину на мою дочь?!

- Да я вашу дочь в тот день первый раз видел! - огрызнулась девушка, пытаясь выйти из-за спины мужа. - Она так ревела, что я пожалел её. Оказывается, для некоторых жалость со стороны других является поводом на шею сесть. Да ещё оболгать и свою ответственность на чужие плечи сбросить!

Плечи Дашѐнки вздрогнули, и она опять потянула отца за руку.

- Папенька, ну пожалуйста!

Но того было не остановить. Взбешённый тем, что этот молокосос ещё смеет отпираться, купец попёр вперёд, но уткнулся в Риалаша. Холодный взгляд нага на мгновение остудил его. Наагасах смерил мужчину неприязненным взглядом и тихо спросил:

- Я так и не понял, какие у вас претензии к моей жене? И как она могла заделать вашей дочери ребёнка?

Купец распахнул рот, чтобы громко просветить его, а затем удивлённо моргнул и замер. Смысл сказанного нагом наконец дошёл до него, и он опять уставился на Дариллу.

- Что?! - разъярённо спросила она.

Гнев клокотал в ней и держать его внутри было выше её сил. Девушка дёрнула себя за рубаху, рывком расслабляя утягивающую грудь ткань, а затем гордо выпрямилась, демонстрируя небольшую (ткань до конца так и не распустилась) выпуклость.

- Дарилла! - возмутился Риалаш и поспешил прикрыть девушку своей спиной.

- А что Дарилла?! - в ответ возмутилась девушка, но в голосе её всё же зазвучали виноватые нотки. - Меня тут обвиняют, что я заделала кому-то ребёнка, хотя я даже не в состоянии это сделать. А её я вообще видела один раз, и на момент нашей встречи она уже была беременна.

Наким медленно повернул голову и посмотрел на свою дочь. Та была растеряна не меньше его самого. Так приглянувшийся ей юноша владел её сердцем ещё несколько месяцев после их единственной встречи. Но потом живот начал расти, и девушку стали больше волновать чужие пересуды, чем собственная влюблённость. И она согласилась выйти замуж за помощника отца - молодого исполнительного мужчину, которому было решительно всё равно, что жена ему достанется уже с ребёнком. Всё, что волновало этого сухаря, - процветающее дело тестя. Наким даже порадовался, что тот стал его зятем. Не сразу, но всё же порадовался. Дашѐнка продолжала изредка мечтательно вспоминать белокурого красавчика. Порой вспоминался и настоящий отец ребёнка, но он вспоминался с проклятиями и пожеланиями самой лютой смерти.

Но девушка даже представить не могла, что её светлые мечтания разобьются таким образом.

- Мы ошиблись... - помертвевшими губами прошептала она. - Это был другой... Вы только похожи на него...

- Как другой? - нахмурился её отец. Память на лица у него была будь здоров.

- Да ничего подобного! - безжалостно развеяла это оправдание Дарилла. - В саду с тобой тогда я была.

Дашѐнка покачнулась, и Дарилла, вспомнив о её положении, испугалась. Гнев тут же улетучился, и девушка заволновалась.

- Надеюсь, к нам больше нет претензий? - уточнил у купца Риалаш.

Тот, всё ещё потрясённый, медленно качнул головой. Наг посчитал инцидент исчерпанным и, подхватив Дариллу под руку, поспешил удалиться. Их товарищи тоже не стали задерживаться.

Наким медленно перевёл взгляд на дочь, но ничего спросить не успел. Та вдруг сжала кулаки и с неожиданной яростью закричала:

- Это ты виноват! Ты! Я так боялась тебе сказать, что соврала! Это ты во всём виноват!

Из глаз девушки брызнули слёзы, и она бросилась прочь. А её растерянный и обескураженный отец так и остался стоять на месте, вызывая удивлённые взгляды прохожих.

- Дарилла, я понимаю, что ты очень сильно расстроилась и обиделась, - вполголоса с укором говорил Риалаш, продолжая идти вперёд, - но она глупая беременная девчонка. Твоя ярость её ничему не научит. Тут научить могут только годы жизни.

Дарилла понуро кивала, соглашаясь с ним. Её всё ещё терзали страх и стыд, и она боялась, что с не рождённым ещё ребёнком может что-то случиться по её вине. Такую ответственность она на себя брать не хотела.

Риалаш, видя, что она и без его увещеваний понурилась, ласково приобнял её за плечи и уже утешающе произнёс:

- Ну не переживай.

Девушка только фыркнула. Когда она узнала от Низкана, что он был послан за ней как за потенциальным соблазнителем, то не раз представляла, что сталкивается с Дашѐнкой и укоряет её за этот обман. В своих фантазиях Дарилла после этих стычек чувствовала удовлетворение, а эгоистичная девица проникалась раскаянием. В реальности же не было ни капли удовлетворения, только кошки на душе скреблись, и хотелось даже извиниться - если не перед девчонкой, то перед её отцом.

- Паршивая ситуация, - едва слышно пробормотала она.

Риалаш опять утешающе приобнял её и улыбнулся. От его улыбки стало немного легче.

- Эй!

На обеспокоенный окрик Ерхи обернулись все. Старик крутился на месте, осматриваясь.

- А где Низкан?4f7b7c

Теперь заволновались все. Бывшего вольного действительно не было.

- Куда он подевался? - раздражённо прошипел Риалаш.

- Миссэ тоже нет, - поспешил сообщить ему Доаш.

- Меня это мало утешает, - недовольно ответил наагасах. - Запаха Низкана нет, а это значит, что он не просто погулять ушёл.

Доаш принюхался и помрачнел.

Вытащить ещё накануне из мешка Дариллы амулет, скрывающий запах, оказалось совсем не сложно. С помощью дара Низкан быстро нашёл магическую безделушку, а когда вездесущий Миссэ обратил внимание, что он роется в чужих вещах, бывший вольный спокойно соврал, что перепутал. На ощупь все мешки одинаковые.

А вот незаметно отделиться от компании было уже куда сложнее. За ним постоянно смотрели. Раньше Низкан не замечал этого внимания, а заметив, неприятно удивился. Так что с уходом возникли сложности. Мужчина едва сдерживался от того, чтобы не кусать губы от досады. Но больше всего его злило, что он был рад этим препятствиям.

Всё же благоприятная возможность для незаметного ухода подвернулась. Пока Дарилла переругивалась с незнакомым мужчиной под защитой наагасаха, Низкан осторожно отступил назад и быстро затерялся в толпе. Осмотрелся он, только покинув торжище, но знакомых фигур поблизости не обнаружил. После чего поспешил достать амулет.

План его был прост. Ему нужно было всего-то лишь уйти. Возвращаться к господину Доорину Низкан всё же передумал: появилось лёгкое отвращение к прежней жизни. Куда идти, он, в принципе, не решил. Чем заниматься дальше - тоже. Но самое главное - он не будет ни для кого обузой.

Низкан миновал главную улицу и завернул в неприметный закоулок, который должен был вывести его к воротам быстрее. На руках обеспокоенно завозился Дар. Малыш недоумевал, куда подевались остальные. Низкан успокаивающе погладил его и неожиданно ощутил острый укол жалости к самому себе. Это было так неожиданно, что он споткнулся и замер. Куда он идёт? Зачем?

Тряхнув головой, мужчина решительно продолжил путь, но тоска опять прочно укоренилась внутри. Низкан почувствовал злость и раздражённо скривился. И чего он так расстраивается? Он прекрасно может позаботиться о себе сам. Ему вообще никто не нужен. Чего страдает?

Словно пытаясь убедить себя в правильности своего решения, Низкан опять попытался представить свою жизнь в княжестве нагов. Выходило с большим трудом. Туда его тянули только новообретённые друзья и ничего больше. Но как бывший вольный ни пытался, он не мог представить совместного будущего с ними.

Низкан решительно миновал ещё несколько кварталов, а затем замер. В душе царил полный раздрай, и вообще мужчину с невероятной силой тянуло назад. Словно какая-то невидимая нить, а скорее канат, связывала его с оставленными друзьями, и сейчас она натянулась до предела. Рваться эта связь не желала. А Низкан неожиданно понял, что боится её рвать.

Ещё немного постояв, он всё же повернул назад. Тут же накатило невероятное облегчение и ощущение правильности. Низкан раздосадовано вздохнул и опять отметил, что действительно не видит совместного будущего со своими товарищами. Но без них своего будущего он тоже не видел.

Не успел он сделать и пары шагов, как раздался разъярённый рык:

- Низкан!

Бывший вольный тут же узнал наагасаха, а на другом конце улицы различил четыре фигурки вместо пяти. Нахмурившись, мужчина осмотрелся и слегка вздрогнул, когда с ближайшей крыши рядом с ним спрыгнул Миссэ.

- А наверх ты так и не научился смотреть, - весело укорил он Низкана.

Тот досадливо поморщился. Дар обрадованно заверещал и захлопал крыльями.

- Какого Тёмного ты творишь?! - напустился на бывшего вольного разозлённый Риалаш.

- Да ладно вам, - вступился за Низкана Миссэ, - мы просто гуляли.

- В сторону ворот и с амулетом, скрывающий запах? - саркастически уточнил наагасах, ехидно изломив бровь.

- Ему просто нужно было развеяться, - не сдавал позиций Миссэ. - Он же в конце концов повернул назад.

Низкан просто молчал и старался, чтобы испытываемые им вина и непонятная радость не вылились наружу.

Дарилла, мрачно смотрящая на бывшего вольного, медленно подошла к нему и неожиданно для всех ударила мужчину чуть ниже солнечного сплетения. Низкан охнул и согнулся.

- Это за то, что заставил волноваться, - каменным голосом заявила девушка.

- Дарилла... - с укором начал было Миссэ, но она выхватила из рук Низкана Дара и, сказав:

- А его я беру в заложники, - потопала в обратную сторону.

Доаш тихо хохотнул, нарушив потрясённую тишину, и потрепал разогнувшегося Низкана по плечу.

- Ну выбора теперь у тебя нет, - весело заметил он. - Не бросишь же ты своего крылатого соучастника.

Низкан досадливо потёр место удара и криво усмехнулся, про себя, радуясь, что у него появилась причина и дальше идти с этой компанией. Пусть и такая дурацкая.