Глава 19

Ещё день мы потратили на отдых после случившегося. По рассказам, от убитых эвирцев избавились, а мёртвых кхоринцев принцесса Аэль приказала замотать в белую ткань и, уложив на телегу, в сопровождении двоих стражей отправить обратно в столицу для достойного погребения. На протяжении следующих дней Калид полностью восстановил силы, а рана Риши под присмотром хранителя Юга зажила до розового шрама. Благодаря путешествию в седле я не напрягала ступни, и те прекратили болеть. Раян продолжил путь отдельно от нас, рядом с принцессой. Более это не вызывало раздражения. Общаясь с друзьями позади, я смотрела Раяну в спину и сильнее ему сочувствовала, уверенная, что он сам бы предпочёл быть с нами, но ему приходилось разбираться с Аэль. С принцессой я почти не общалась и тем более не поднимала тему о произошедшем, мы перекинулись лишь несколькими фразами, когда она подошла и сказала, что я удивительно сильно напоминаю наместницу Запада. Я решила, что нет смысла врать дочери императора, и поделилась, что долгие годы была двойником Наён. С изумлением на лице Аэль стала выглядеть ещё прелестнее. Мне хотелось злиться на принцессу за то, как хладнокровно она использовала мою жизнь в качестве приманки и переманивала внимание Раяна на себя, но я заткнула свою ревность, не имея на неё права. Хранитель мне не принадлежит. Рядом с Аэль я вела себя сдержанно и учтиво, как положено рядом с членом императорской семьи. Калид напомнил о скорой встрече с Наён, и эта мысль приободрила и воодушевила сильнее, чем я ожидала. Последние годы в качестве двойника мы часто ссорились, я мечтала покинуть поместье Ян, уверенная, что после совершеннолетия ноги моей там больше не будет. Однако теперь я скучала по Наён, испытывая странное чувство ответственности за её жизнь. Мы многое пережили вместе, и мне не терпелось с ней увидеться. В пути велись обсуждения о том, как отбить у Эйдена Запад, о провизии, количестве необходимого войска. Я помогла Рише, Раяну и Калиду подготовиться к предстоящей встрече с императором, рассказала всё, что могла вспомнить о младшем брате Эйдена, об их планах. Пыталась припомнить всевозможные ловушки со взрывчаткой, о которых слышала, поделилась мотивами Эйдена о задержках его войска в Шилине, хотя они могли бы попытаться прорваться на Север. Даже описала, как выглядит поместье самого Эйдена и увиденное снаружи. Единственное, о чём я продолжала молчать, – это о детях Пятого Дракона. Каждый раз меня останавливало присутствие Раяна и Калида и непредсказуемость того, как отреагируют на обвинения в убийствах драконы внутри их. Более я не верила в их милосердие и не была уверена, насколько хорошо хранители способны контролировать души, может, драконы возьмут контроль и меня сразу же убьют. В таком случае ни Раян, ни Калид не смогут им помешать. Я продолжала хранить информацию до встречи со всеми четырьмя хранителями. По рассказам Эйдена, виноваты именно Западный и Южный Драконы, оставалась надежда, что остальные двое вступятся за меня, если потребуется. Все хранители должны знать, что именно послужило топливом для столь безжалостной мести со стороны Пятого Дракона. Время в седле протекало однообразно, к шестому дню пути я уже неплохо разбиралась в походной жизни. Научилась ставить палатку самостоятельно и наконец наотрез отказалась жить с Ришей. Я соврала подруге, что спать с ней вдвоём слишком жарко, да и время моего заключения в пещере прошло, и мне пора возвращаться к нормальной жизни. Конечно, это лишь доля правды, я заметила, что Риша и Шин скучали по времени наедине, поэтому решила прекратить мешать их счастью. Если Риша и пыталась скрыть тоску, то Шин буквально расцвёл и засиял, когда я лично сообщила ему, что больше не буду ночевать с Ришей. Он ослепил своей довольной улыбкой и не в меру сильно потрепал меня по голове, похвалив за то, какая я стала самостоятельная. Я фыркнула, зная, что думал он совсем не обо мне. – Аша, готова потренироваться? – Калид откинул полог моей палатки, пока я нарезала кусочки раздобытой груши для Ару, помня наставления Канмина. В целом баловать лошадку не обязательно, но я привыкла следовать советам старших. Да и животных я люблю. Притворяясь двойником, я чаще ездила в паланкине и со временем успела его возненавидеть. – Ты хочешь размяться? – я оторвалась от своего занятия. – Не помешает, да и ты, я вижу, скучаешь. – Раян и Риша что-то обсуждают с капитаном стражи и принцессой, а Шин отдыхает, – я кивнула в сторону соседней, принадлежащей Рише палатки. – Ясно. Так пойдём? Я отложила фрукт, взяла меч и выбралась наружу. Безропотно последовала за Калидом, который увёл меня подальше от лагеря, не желая шуметь и мешать остальным готовиться к ужину. Я зажмурилась при взгляде на яркое закатное солнце. Красно-оранжевый шар коснулся далёкого горизонта. – Мы уже в провинции Востока? – уточнила я. Калид собрал светлые волосы в высокий хвост и осмотрел местность. – Да, вчера пересекли границу. Мы немного размяли мышцы перед занятием, перекинувшись жалобами, у кого что болит после длительной поездки в седле. Разговор получился настолько нелепым, что я расхохоталась, когда в нытье хранителю Юга удалось меня победить. Хотя его финальный аргумент о боли в глазных яблоках от закатывания вряд ли можно было засчитать. – Нет, ты правда смеёшься? – наигранно возмутился Калид, а я прямо-таки не могла поверить, что этот хранитель и тот внешне отстранённый ученик Юга, который со скучающим видом оглядывал меня на празднике близнецов, один и тот же человек. – Тебе просто поменьше надо глаза закатывать! – продолжила хихикать я. – А ты попробуй удержаться, пока Аэль в очередной раз с обожанием смотрит на Раяна. Сколько можно? Он не идеален! Я громко фыркнула от того, как натурально Калид изобразил оскорблённое выражение лица. – У вас, западных, нет никакого такта! Ты смеёшься над хранителем Юга, разве тебе не нужно падать на колени и касаться лбом земли перед моим величием? Я осеклась, проглотив остатки веселья, наигранно округлила глаза и попыталась придать лицу как можно более серьёзное выражение лица. – Чем же вы докажете своё величие, уважаемый хранитель? – чопорно поинтересовалась я. – Наконец-то ты спросила. С улыбкой Калид подошёл к ближайшему толстому дереву, присел на корточки и пальцами коснулся земли. Он прикрыл глаза и нахмурил лоб. Пару мгновений стояла умиротворяющая тишина, а затем из-под его пальцев вверх по стволу потянулись зелёные лозы. Они обвили дерево будто змеи, и чем выше ползли, тем быстрее на них появлялись свежие листья, а далее расцвели бутоны красных роз. Хранитель выпрямился и потянулся, чтобы сорвать один из цветков, но я остановила: – Не рви. – Но я хотел подарить один тебе, в качестве доказательства своего могущества, – тихо пошутил Калид. – Зачем мне один, когда ты подарил мне десятки, вырастив их для меня? – ответила я. В глазах Калида отразилось недоумение и что-то ещё. – Ты перестарался с могуществом. Они прекрасны, и я хочу, чтобы они жили как можно дольше. Калид с улыбкой качнул головой в ответ на мою неприкрытую лесть и жестом пригласил начать тренировку. Было непривычно обнажать сталь на дружеском поединке с тем, чей стиль боя мне незнаком. Это увеличивало вероятность ошибки и возможных травм. Но Калид начал с медленных атак, проверяя нашу готовность и реакцию к более стремительной схватке. Движения хранителя было чуть легче предугадать, чем Раяна. Да и отвлекался он чаще. Но со временем нам надоело осторожничать, и внезапную атаку Калида я встретила лезвием своего меча. Последние лучи закатного солнца отразились от стали. Я толкнула Калида в грудь и несколько раз напала с колющими ударами, но, к счастью, хранитель реагировал быстро, я даже его одежду не задела. – Тебя и вправду учил Раян, – улыбнулся Калид, пока мы насторожённо обходили друг друга по кругу. – Как ты это определил? – По движениям. Как ты ставишь стопы, – он кивнул на мои ноги, но подобный жест мог быть обманным трюком, поэтому глаз я не опустила, – и предпочтения в колющих атаках. Похоже на Раяна. Я подавила горделивую улыбку от мысли, что наши стили похожи и даже узнаваемы. – Но есть ещё что-то. У тебя были другие учителя? – поинтересовался Калид, после того как я опять отбила его одиночную атаку. – Дедушка. – Верно, теперь я вижу. Я воспользовалась отвлечением хранителя, напала, но Калид отбил удар и сделал именно то, что мне нужно было, – отошёл чуть левее. Не сбавляя шага, я упёрлась ногой в камень, оттолкнулась и развернулась в полёте, чтобы нанести мощный удар сверху. Калид увернулся, шагнув в сторону. Я пролетела мимо, и хранитель толкнул меня в спину, отчего я позорно рухнула на траву. От удара весь воздух вышел из лёгких. Калид тихо засмеялся. – Этот трюк я тоже видел у Раяна. С языка сорвалась пара ругательств, когда я неуклюже встала и отряхнула чёрные одежды. Калид не нападал, дав мне время. – Достаточно было внимательно наблюдать, – со смешком ответил соперник на мой недовольный взгляд. Тренировочный бой продолжался недолго, солнце скрылось лишь наполовину. За это время я упала дважды, а хранителю Юга достался всего один удар локтём по рёбрам. Внезапно Калид сделал широкий шаг ко мне, наши мечи встретились, он надавил, и сталь заскользила по стали с неприятным скрежетом, пока его лезвие не оказалось у моего горла. В кулаке другой руки он сжал мою одежду на груди, не давая отодвинуться. У Калида был незнакомый, почти отсутствующий взгляд, я сглотнула от прикосновения холодного металла к коже. Наши лица были слишком близко, но я побоялась дёрнуться и получить новый шрам на шее. Калид пару раз моргнул, его глаза испуганно округлились при виде его клинка в опасной близости от моего горла. Он сразу отвёл оружие, разжал напряжённые пальцы, выпустив ткань, и предусмотрительно отступил. – Прости, Аша. – Он убрал лезвие в ножны, будто боялся держать обнажённый меч в руке. – С тобой всё хорошо? – Я коснулась пальцами шеи, ощупывая неглубокую царапину. – Да, просто иногда я перестаю быть осторожным, словно проваливаюсь куда-то. Прости. – Калид один раз провёл по моим волосам, пытаясь успокоить меня либо себя, но испугался даже этого жеста и отдёрнул руку. – Всё хорошо. – Я убрала меч. – Мы неплохо размялись, а падение на землю и то было больнее. Хранитель разжал стиснутый кулак, постепенно приходя в себя. В конце концов, нам не было известно, как душа самого человека реагировала на присутствие дракона, который, возможно, невольно брал верх над его разумом. – Хотя и там твоя вина. Теперь я более пострадавшая, чем ты, – наигранно задумчивым тоном добавила я, чем вызвала усмешку у соперника. – Калид! Мы повернулись на голос Раяна, стоящего под сенью деревьев, и, не сговариваясь, разошлись ещё на шаг, хотя не имели понятия, как долго хранитель Запада наблюдал. – В чём дело? – спросил Калид, когда Раян подошёл ближе. – Ты должен к нам присоединиться, приехал посланник из Юлона. Похоже, официальное приветствие от наместника. Для всех, включая тебя, доставили по отдельному письму, также есть новости о происходящем на Западе. – Эйден? – вырвалось у меня. Взгляд Раяна переместился в мою сторону. После нападения и разговора у ручья мы с ним почти не общались. Выражение лица хранителя Запада смягчилось, и он кивнул. – Ничего особо серьёзного. Как ты и говорила, эвирцы решили понервировать императора и совершили нападения на провинции Южного Близнеца и на Центральную провинцию. Затем они вновь отступили. Пойдёмте. Раян направился к лагерю, и мы последовали за ним. Сумерки становились всё гуще, и я расслабилась, только оказавшись у яркого костра. Раян ненадолго сжал пальцами моё плечо и попросил поужинать с Шином. Затем они с Калидом ушли. Я не стала уточнять, но была уверена, что Шина попросили проследить, чтобы я не споткнулась на какой-нибудь кочке и сразу после еды пошла в свою палатку. Это стало очевидно от излишне пристального внимания старшего, когда я пару раз отошла от него просто налить себе воды в кружку. После он проводил меня до палатки, и лишь одного заверения в том, что я лягу спать, оказалось достаточно, чтобы он снизил бдительность и отправился помогать Рише. Меня умиляла доверчивость Шина. Как только он ушёл, я взяла нарезанную грушу и отправилась к лошадям. Животных распрягли на ночь и оставили отдыхать на расстоянии от лагеря. Я надеялась побыть одна, но в полумраке поздно заметила мужчин, несущих стражу среди деревьев, и принцессу Аэль. Её высочество в простом походном наряде серых тонов неторопливо вычёсывала свою лошадь. Моё присутствие принцесса заметила раньше, чем я успела прийти в себя и скрыться. – Ашарин, ты пришла к своей лошади? Я согнулась в привычном поклоне, на что Аэль взмахом руки приказала отставить эти почести. Я подошла к Ару, которая, к моему сожалению, стояла всего в нескольких шагах от принцессы. – Тебе нравятся животные? – завязала вежливую беседу Аэль спустя минуты неловкой тишины. – Да. И вам, похоже, тоже. – Верно, хотя монотонные и привычные движения также помогают сосредоточиться и решить проблемы, – поделилась Аэль, водя щёткой по лошадиной гриве. Я улыбнулась, когда Ару принялась обнюхивать мои руки, зная, что я часто прихожу дать ей что-нибудь вкусное. – Какие проблемы? – бездумно уточнила я, поглаживая морду лошади. – Любые. Хотя раз ты здесь, то можешь помочь мне решить одну. – Конечно. Какую? – Я не смотрела на принцессу, занятая тем, чтобы Ару не съела тряпицу, в которую я завернула грушу. – Проблема с Раяном, он наотрез отказывается спать в моём шатре, хотя там две спальные комнаты. Я специально привезла большой шатёр, чтобы и он мог разместиться с удобством, положенном хранителю. Из-за будничного тона я даже не сразу осознала услышанное, её слова меня обескуражили. Я едва успела убрать руки, прежде чем кобыла разом съела все кусочки груши. Аэль не видела моего лица, и мне удалось вернуть маску безразличия. Я понадеялась, что сумрак и дальше поможет скрывать излишнюю эмоциональность. Лишь несколько факелов горели неподалёку. – Я слышала, как Раян говорил Рише, что не высыпается. Не может уснуть, несмотря на усталость, – продолжила принцесса. Услышанное расстроило меня ещё сильнее, потому что мне об этом никто не сказал. Речь Аэль продолжала звучать, и я встрепенулась, поняв, что прослушала часть. – …и я подумала, что если ты, Риша и Шин попробуете уговорить Раяна принять более удобное место для сна, то, вероятно, он согласится. Я сжала губы, сдерживаясь от порывистого и короткого отрицательного ответа. Так с императорской дочерью нельзя разговаривать. Хоть вежливый, хоть грубый, но отказ недопустим, и я напряглась, придумывая какую-нибудь уклончивую отговорку. – Вряд ли это его убедит, ваше высочество. Раян, как хранитель Запада и глава нашего храма, является примером для остальных. Молчаливо перенося неудобства, он доказывает, что мы едины в трудностях. Скромность, отсутствие тяги к власти и богатству – одни из главных добродетелей, которые воспитывают в храме Запада, – ровно ответила я, занятая лошадью. – У нас в храме о роскоши и удобствах заботились в последнюю очередь, поэтому кровати были жёсткие, а еда полезная, но без изыска. Я обернулась, оценивая реакцию принцессы, та хмурила брови, обдумывая полученное объяснение. – Раяну нравится Риша? Я не сдержалась и хмыкнула, отчего брови принцессы взлетели вверх. Я прикрыла рот рукой, испугавшись, что подобная реакция могла её оскорбить. – Я не смеюсь над вами, просто в храме Запада все ученики думали так же. И однажды спросили напрямую, но Раян и Риша ответили, что они друзья. Рише нравится Шин. Аэль расслабилась, на её губах появилась смущённая улыбка, и я засомневалась, стоило ли раскрывать правду. Лучше было соврать, что хранитель кому-то симпатизирует. Интерес принцессы к Раяну стал очевиднее, и это отозвалось неприятным спазмом в груди, а на языке появился привкус горечи, словно я наглоталась дыма от костра. Я отвернулась и скормила Ару остатки угощения, желая поскорее уйти. – И всё же, Ашарин, я буду благодарна, если ты попытаешься уговорить Раяна. Голос Аэль хоть и оставался мягким, но приказ был очевиден. Я только что подробно объяснила ей, почему идея бесполезна, но принцесса определённо не желала принимать отказ, даже обоснованный. Мне претила ложь, поэтому я ничего не ответила, но смягчила дерзость низким прощальным поклоном. Я старалась шагать медленно, чтобы уход не походил на бегство, но стоило мне отойти достаточно далеко, как короткое ругательство тихо сорвалось с губ. Я мало ругалась, тем более внезапно и вслух, но сейчас не была уверена, вырвалась ли брань из-за принцессы или из-за кочки, об которую я споткнулась. Лагерь погрузился в ночную полутьму. Догорающие костры и одинокие факелы позволяли смутно видеть путь. Я как можно тише пробралась мимо палатки Риши, скинула обувь рядом со своей и подняла полог. Кто-то дёрнул меня за руку внутрь, а мой испуганный вскрик превратился в слабое мычание, когда незваный гость зажал мне рот ладонью. – Что ж, теперь я знаю, что оставлять Шина приглядывать за тобой дело бесполезное, – тихо подытожил Раян мне на ухо, продолжая прижимать меня спиной к своей груди. Его сердцебиение было ровным в отличие от моего. Раян медленно убрал руку, но выбраться из его объятий не позволил, удерживая на месте. – Где ты была? – Кормила свою лошадь. – В следующий раз покорми её пораньше, до темноты, – после некоторой заминки то ли попросил, то ли приказал Раян. Я перестала дышать, ощутив его пальцы на своей шее. – Калид тебя не ранил? Значит, он следил за нами достаточно долго. – Нет, всего лишь царапина. Раян кивнул, и его длинные волосы упали мне на плечо. Разговор был окончен, но хранитель не размыкал объятий, а я не пыталась отодвинуться, оставаясь сидеть между его ног. – Почему ты в моей палатке? Во время похода Раян едва ли со мной разговаривал, а теперь залез ко мне ночью. Волнение и неприличное удовлетворение от его присутствия вспыхивало радужными огнями в голове, но я мысленно осадила себя, не позволив этим ощущениям затмить моё раздражение и обеспокоенность его поведением. – Потому что я скучал. Я шумно втянула носом воздух, не зная, как воспринимать его признание. Может, он скучал по моей помощи или болтовне? По нашей дружбе, если она между нами была? Раяна тяжело понять, поэтому думать о том, что он в меня влюблён, я стала бы в последнюю очередь. Видя его с Ришей, мы все предполагали, что они близки, но оказались не правы. Это означало, что я никогда не видела Раяна влюблённым, только если он не встречался с кем-то на протяжении трёх лет, пока жил вдали от храма. – Я говорила с принцессой. Она рассказала, что ты плохо спишь. Молчание Раяна стало напряжённым, а его пальцы замерли, прекратив поглаживать моё запястье. – Что ещё она сказала? – Попросила уговорить тебя спать в её шатре. В ответ я получила вымученный смешок. – И ты будешь меня уговаривать спать в её шатре? – ласково уточнил он, чуть ближе придвигаясь к моему уху. – Нет. – Тогда позволишь спать с тобой? – Позволю. Он задал последний вопрос, скорее, чтобы меня подразнить, но мой скорый ответ разрушил его план. Я не смутилась и не покраснела. Сама мысль, что он хочет ночевать в моей палатке, обрадовала сверх меры, но признаваться вслух в этом я не стала. – Как давно ты плохо спишь? Я выбралась из объятий Раяна и с трудом, но села напротив. Для двоих палатка была тесновата. – Давно, – признался хранитель и распустил собранный пучок, позволив всем волосам рассыпаться по плечам. – Из-за меня? – Из-за тебя, – согласился тот в своей привычной манере, копирующей чужой вопрос. Хранитель улёгся на моё скромное спальное место и с облегчением выдохнул. – Вначале мне сложно было спать с тобой, а теперь без тебя. Не знаю, что хуже. Наверное, без тебя, – размышлял он вслух. Я легла рядом, не перебивая и вслушиваясь в признания этого нового странного Раяна, который неожиданно рассказывал свои мысли как есть. Я боялась спугнуть его, поэтому почти не дышала. Вытянула руку и прикрыла ему глаза. Погладила по щеке и волосам. Хранитель не возражал, лишь протяжно выдохнул, когда я случайно коснулась пальцами его губ. – Мне всё кажется, что ты исчезнешь, поэтому без тебя точно хуже, – едва слышно добавил Раян, проваливаясь в сон. Я не знала, в какой момент заснула сама, но до этого бесстыдно воспользовалась случаем и обняла Раяна, наслаждаясь ощущением безопасности и теплом его тела. Раян ушёл затемно, до рассвета. Сквозь дрёму мне показалось, что я почувствовала его губы на своих, но прикосновение вышло мимолётным. Я распахнула глаза, желая убедиться в реальности ощущений, но за пределами палатки уже светало, а внутри я была одна.