Глава 20

При свете дня Раян вернулся к отстранённому отношению, будто ничего и не произошло. Я решила вести себя в точности как он, раз эта игра казалась ему необходимой. После той ночи Раян приходил ко мне в палатку ещё несколько раз. Я более не удивлялась и молчаливо освобождала место рядом, пряча улыбку. Временами на привалах мы перебрасывались отстранёнными фразами, но иногда, когда никто не смотрел, хранитель Запада вытаскивал из сумки свёрток с курагой или орехами, которые купил у встретившихся на тракте торговцев. Я всегда благодарила Раяна и принимала подарки, зная, что эти жесты помогали ему снять груз вины с плеч за то, что в остальной период он меня практически игнорировал. Я уже догадалась, что всё дело в принцессе, но не расспрашивала напрямую, боясь, что ответ меня разозлит. Как бы Раян ей ни нравился, хранитель не обязан быть подле неё просто потому, что она императорская дочь и ей так хочется, но о своих мыслях я предусмотрительно помалкивала, чтобы не создавать лишних проблем. Я продолжала верить, что у Раяна имелся какой-то план и всё он делал неспроста. Спустя две недели после отъезда из Халоя утром мы добрались до Юлона. Подъехали к городу в самый идеальный рассветный час для провинции Востока, ведь здешний дракон выбрал именно эту сторону света, чтобы раньше всех встречать своё любимое солнце. Я с восхищением любовалась окружающим пейзажем, пока Риша и Калид объясняли мне устройство города. Восточная прибрежная полоса состояла из утёсов и возвышалась над уровнем океана. Неизвестно, кто решил двигаться вблизи береговой линии, но я была ему благодарна, не в силах оторвать взгляд от яркого солнечного круга, поднимающегося из спокойной водной глади. В провинции Востока, как и везде, было много рощ и фруктовых садов, в достатке рисовых полей и чайных плантаций, но после многочисленных лесов Юга ветер вольно гулял по свободному пространству. По архитектуре и устройству Юлон мало отличался от остальных городов Кхорина, но своей плотной застройкой скорее походил на Западный Шилин, чем на Южный Халой. На подходе в город нас встретили стражи здешнего наместника, они проводили Аэль вместе с её охраной к нему, а нам навстречу выехали несколько учеников храма Востока. Разделившись с принцессой, мы вздохнули с облегчением и повеселели, больше не обременённые компанией императорской особы и её многочисленной стражи. Раян наотрез отказался ехать с принцессой, сказав, что он останется со своими подопечными. Хоть с солдатами императора у нас не было никаких конфликтов на протяжении всего пути, но ученики храма и хранители всё равно держались строго обособленной группой. Риша улыбнулась и громко по именам поприветствовала учеников храма Востока. Раян и Калид тоже их узнали, только я, Шин и ещё двое учеников храма Юга, отправившиеся с Калидом, вопросительно переглянулись. – Помнишь, Аша, что я говорила тебе про провинцию Востока? – воодушевилась Риша, оказавшись рядом. Старшая подвела своего коня ко мне и присоединилась к концу нашей сократившейся процессии, пока Раян и Калид ехали впереди, беседуя с учениками Востока. – Ты говорила про восхитительные наряды здешних жителей, – припомнила я. – Это да, мы обязательно выйдем в город, и я тебе покажу местный театр, или сходим на музыкальное представление. Восточные творцы искусства – это что-то невероятное! Я улыбнулась, заражаясь её весельем, казалось, Риша искренне любит Юлон. – Посмотри на их одежды, – кивнула старшая на наших сопровождающих. Я бегло оценила изысканные наряды молодых людей. Ткани в белых и бледно-лиловых оттенках. Накидки расшиты изображением цветов сливы и вишни. В росписи присутствовали как фиолетовые, так и розовые нити, но приглушённых тонов, успокаивающих и приятных глазу. Длинные волосы были собраны на традиционный манер, а на поясах раскачивались круглые подвески из бледно-розового кварца. – Это цвета мастеров в храме Востока, – подсказала Риша. – Средний уровень носят оттенок пепельной розы, а самые младшие – цвет виноградного сока. Видишь, как безобидно на первый взгляд они выглядят, нет мечей, только длинные кинжалы. Я нахмурилась, приметив за спиной у одного из мастеров чехол с хэгымом[5] вместо меча. – Разве это не опасно? Ходить без оружия? – Храм Востока специализируется на крепости духа и спокойствии. Они много медитируют и совершенствуются в игре на музыкальных инструментах. Именно здесь нас с Раяном заставили изучать искусство, – продолжила Риша, а я кивнула, помня истории дедушки. – Ученики Востока всегда были лучшими в рукопашном бою, потому что знают болевые точки на теле и способны остановить соперника за один точный удар. Сталь они никогда не любили, считая убийство с пролитием крови грязным. Сейчас они хотя бы носят при себе кинжалы, возможно, при ком-то есть мечи, но в целом использовать холодное оружие они не любят. Скорее всего поэтому принцесса без особых возражений решила остаться в поместье наместника, не доверяя охране в храме. Многие ошибочно думают, что защитники из учеников Востока весьма… жалкие. Риша наклонилась ближе, добавляя последнее слово как можно тише. – По правде, и мы так считали. Пока один из их учеников среднего уровня на наших глазах не усыпил противника буквально за пару движений, пережав нужные точки. Мои глаза округлились от изумления, и я с большим интересом принялась рассматривать провожатых. Они казались худее и стройнее Раяна и Калида, а уж рядом с Шином и вовсе не внушали опасений. Храм Востока был расположен близко к краю утёса. Хоть утончённостью и изысканностью деталей архитектуры он походил на храм Юга, но здесь имелось много свободного пространства между павильонами, словно оставили как можно больше места для любимого драконом солнечного света. В воздухе витал запах океана, шум волн перекликался со звуком бамбуковых ветряных колокольчиков. В других храмах висели бронзовые, но в храме Востока лишь бамбуковые, создающие умиротворяющее постукивание и очищающие пространство от негативной энергии. На территории имелись сады, но и там преобладали невысокие кустарники с редкими, отдельно стоящими деревьями. Приметив, как долго я разглядывала неестественную форму крон, Калид пояснил, что их часто подстригают, чтобы ветви не разрастались и не сильно закрывали солнечный свет. Ученики, как и в других храмах, были заняты повседневными делами, но переговаривались значительно тише, будто в доме Дракона Востока главное – это покой и умиротворение, которое позволено нарушать только звукам музыкальных инструментов. Губы сами собой растянулись в улыбке при далёких звуках каягыма[6], к нему присоединилась флейта. Мы остановились недалеко от конюшни и спешились, пока в нашу сторону целенаправленно шагал один из мастеров храма, он был достаточно молодым, но точно старше тридцати. За его развевающимися одеждами я не сразу приметила ещё одну фигуру позади. – Аша! Ашарин! – несвойственный этому месту громкий оклик заставил всех вздрогнуть. Торопливо обогнув мужчину, Наён ускорила шаг, а затем и вовсе перешла на неприличный для её статуса бег. Она придерживала руками причёску, чтобы гребни и шпильки не выпали, и одновременно пыталась не споткнуться о подол платья персикового оттенка. Впервые за многие годы я увидела каштановые волосы Наён при свете дня. Они были короче, чем раньше, но, вспомнив рассказ Калида, решила не напоминать Наён об этом лишними вопросами. Её глупый вид и попытка удержать серьёзное лицо вызвали у меня несдержанный смех. Я закрыла рот рукой, издав глупое хрюканье. Риша едва не повторила мою участь, но закусила губу и отвернулась. – Госпожа Ян, я же просил вас быть потише в нашем храме, – напомнил сопровождавший Наён мужчина, но, несмотря на плавную речь, сложилось ощущение, что он цедил сквозь зубы, устав это повторять. – Да, да, мастер Ким. Простите. – Наён не глядя поклонилась ему в качестве извинения, но как-то пренебрежительно, словно пыталась отделаться от очередных нравоучений. – Хранитель Раян! – воскликнула Наён, перебив мастера Кима, готового вновь открыть рот. Наместница поклонилась Раяну низко и почтительно, как хранителю своей провинции, Раян с улыбкой ответил ей более простым кивком. – Риша, Шин, – не забыла и о других Наён и повернулась ко мне. Я не успела решить, стоит ли мне ей поклониться, как она бросилась мне на шею и заплакала, до боли стиснув в объятиях. Она силилась рыдать потише, но в здешнем покое все прекрасно поняли, что происходит. – Я знала! Знала, что он тебя не убил! – беспрестанно бормотала наместница, пока я обнимала её в ответ. – А я ему говорила! Наён разомкнула объятия, чтобы взглянуть на меня. – Кому? – уточнила я. – Ему! – Наён укоризненно ткнула пальцем в сторону Калида. – Знаешь, что он сделал?! Нажал мне что-то на шее, и я отключилась! Представляешь? Я ему что? Мешок с рисом, чтобы меня на плече тащить?! Я повернулась к хранителю Юга, который с кислым выражением лица закатил глаза, демонстративно отрицая обвинения. – Сколько можно припоминать? – проворчал Калид. – Столько, сколько нужно будет! – Наён, он же хранитель Юга, а ты наместница. Может, не стоит ругаться с ним при всех? – с улыбкой напомнила я. Наместница неподобающе фыркнула и поджала губы, глядя на Калида, тот ответил ей не менее «дружелюбным» взглядом. Раян положил ладонь мне на плечо, привлекая наше внимание. – У нас с хранителем Юга есть дела, поэтому, госпожа Ян, вы сможете отчитать его в любое другое свободное время. – Раян насмешливо взглянул на Калида. – А пока хочу попросить вас присмотреть за Ашарин. Уверен, она голодна и хочет помыться после дороги. – Конечно. Я позабочусь о ней. – Благодарю. – Но я… – Раян сильнее сжал пальцы на моём плече, стоило мне попытаться возразить. – Всё хорошо, Ашарин. Мы пробудем здесь от нескольких дней до недели. Сейчас мы обговорим основные дела и позже вместе отдохнём. Мне ничего не осталось, кроме как согласно кивнуть, и мои друзья ушли в сопровождении мастера Кима. Младшие ученики забрали наших лошадей, а Наён оглядела меня с ног до головы и впервые поморщила нос: – Ты грязная. – Мы в дороге две недели, – оскорблённо возразила я. Про нападение и вовсе не стала упоминать. – Оно и видно. – Ты ужасно… прямолинейна, – ошарашенно обронила я, с трудом подобрав менее резкое слово. Наён улыбнулась, словно это был комплимент, и стёрла новые слёзы со щёк. – Я знаю. Просто политика… Аша, это ужасно. Никому нельзя верить, но теперь хоть с кем-то можно поговорить. – Она вздохнула, подхватила меня под руку. В глазах наместницы читалась смесь искренности, благодарности и облегчения. Я ещё не знала, в чём дело, но уже хотела ей помочь, догадываясь, что Наён была не готова влипать в проблемы, которые ей теперь приходилось решать. – Ты носишь чёрные одежды? – Не торопясь, Наён повела меня в глубь храмового комплекса. – Да. Раян хочет принять меня как ученика. – Но ты не носишь подвеску. – Я пока не… решила. На этом признании Наён одарила меня осуждающим взглядом. В чём-то я была согласна: сама не понимала своего колебания. Почти все ученики погибли, Священный Клён пострадал в огне, а сам храм разрушен. Какой смысл держаться за строгое сохранение правил, в конце концов, я внучка прошлого хранителя и знаю все традиции Запада. Однако у меня не получалось так просто переступить через ранее незыблемое правило. – Не решила, хочешь ли стать ученицей храма? – на всякий случай переспросила Наён, и я кивнула. После она зашептала, сперва оглядевшись и проверив, нет ли кого поблизости: – Это из-за того, что ты разочарована в драконах? Аша, что ещё произошло, пока ты была там? Он что-то сделал с тобой? Калид в письме совсем немного рассказал про твоё зрение… Я закусила губу, подавив желание раскрыть правду о детях Пятого Дракона. Мы вместе были в плену и видели, на что способен Эйден, Наён могла бы понять моё смятение. Однако в последний момент я передумала, не желая втягивать в этот секрет и её. – Ты права, я разочарована, но… не знаю, что именно даёт мне это чувство неуверенности. Пожалуй, мне просто требуется время, – ответила я, и наместница кивнула, прекращая расспросы. – Сперва еда или ванная? Пожалуйста, выбери второе. – Наён смешно поморщилась и несдержанно улыбнулась, снова удивив меня своей бесстрашной откровенностью, почти граничащей с грубостью. – Где вся твоя сдержанность? – Растеряла с этими мужчинами! – тут же обвинила Наён. – Теперь я в разы лучше понимаю маму. Они то и дело норовят отмахнуться от моих предложений или подсунуть мне жениха! Словно я сама ничего не умею! Иногда они даже не слушают, обсуждая планы, будто я не более чем красивая ширма в комнате! Её возмущение нарастало, но, приметив заинтересованные взгляды встреченных учеников, Наён предусмотрительно понизила тон. Она привела меня в купальни и там начала подробнее изливать жалобы, присев на скамью. Стало ясно, что просить её выйти бессмысленно, и я принялась раздеваться, изредка кивая и подбадривая продолжать. Поток слов был нескончаем, словно все прошедшие недели Наён жила под обетом молчания и теперь пыталась нагнать упущенное буквально за пару часов. – Расскажи мне, что произошло после встречи с императором, – попросила я, и Наён не нужно было упрашивать, она буквально взорвалась гневной тирадой: – Калид и Раян отправились на Юг, а я приехала сюда в сопровождении хранителя Востока. К сожалению, ему пришлось вернуться на Север, а я осталась собирать выжившую знать из Шилина. Большинство бежало через Центральную провинцию, прямо сюда. Раян и Калид помогли, отправив гонцов с вестями, что род Ян не оборвался на Торе, но я поняла, что мои люди сами должны меня увидеть. К тому же мне требовались их верность и материальная поддержка. От императора чего-либо добиться оказалось сложно, поэтому я решила собрать армию из собственных людей. Я разделась и забралась в медную ванну. Пока я намыливала волосы, Наён ненадолго ушла, чтобы отдать мои грязные одежды для стирки, и вернулась с чистым платьем бледно-кораллового цвета. Дорогая вышивка намекала, что это её собственный наряд и совсем мне не по статусу. – Что? Чёрного у меня нет, поэтому тебе придётся подождать, пока твои одежды не почистят, – пробормотала она, заметив моё сомнение. Я благодарно улыбнулась, не находя причин для отказа. В конце концов, моя храмовая одежда и правда была пыльная и грязная. – После вашего бегства Эйден любил наряжать меня в подобные платья, – припомнила я, как можно более равнодушно пожав плечами. – Прости, хочешь, я попрошу для тебя храмовые одежды Востока? – Наён торопливо сгребла изысканный шёлк, будто хотела скрыть его от моих глаз. – Нет! Всё хорошо. Лучше платье, чем наряд не моего храма, – заверила я, помня, насколько были недовольны дедушка и Раян, когда я носила одежды зелёных цветов. Я видела, что Наён с тревогой рассматривала укусы у меня на плечах и руках, наверняка подсчитывая количество отметин. Она старалась не пялиться, но её испуганно-растерянный взгляд то и дело застывал на моих ключицах. – Многих тебе удалось собрать вокруг себя? – напомнила я о первоначальной теме, Наён вновь оживилась: – Больше, чем ожидала, но пришлось постараться. Все были готовы к тому, что следующей наместницей станет Тора, а меня мало кто брал в расчёт. Ты хорошо играла роль двойника, обо мне ходили хорошие слухи, но дело в возрасте. Они посчитали меня слишком молодой. Вначале я пыталась быть как сестра. Сдержанной, вежливой, говорить с уважением. – Я с интересом наблюдала, с каким раздражением она выплюнула эти слова. Живость и откровенность Наён – это именно то, чего мне не хватало. Она не скрывала эмоций, без прикрас делясь всем произошедшим. – Но чем больше я перед ними прогибалась, тем упрямее эти напыщенные индюки становились. Даже женщины! Представляешь, Аша! Несколько глав уцелевших домов – женщины и то меня не поддержали, относясь с предубеждениями. Все они практически в открытую предложили мне отойти в сторону и назначить одну из благородных семей моими опекунами. Опекунами, Аша! Она рявкнула под конец, но я не дёрнулась, с улыбкой наблюдая за новой, уверенной в себе Наён. Наместница принялась мерить помещение разгневанными шагами, держа спину ровной, а подбородок вздёрнутым. Её не смущало, что единственным зрителем её выступления была я, сидящая голая в воде и намыливающая волосы. – Ты им отказала? – Разумеется. В тот момент я вспылила, устав слушать, как они делили мою фамилию, законное место и власть над провинцией на куски прямо при мне, предлагая выдать за своих сыновей, словно живой трофей. И знаешь, вопль сработал в разы лучше всех притворно вежливых разговоров. Достаточно было на них немного прикрикнуть, напомнить, что все они обязаны своим богатством моей матери. Многих матушка подняла с колен, дав земель и денег, когда те нуждались в укреплении своего положения. Я пригрозила, что припомню их отказы и поотбираю всё назад, как только мы с императором отвоюем Шилин. – Всё оказалось настолько просто? – недоверчиво спросила я и окунулась в воду с головой, чтобы смыть мыльную пену с тела и волос. – Нет, – кисло призналась Наён, подтвердив мои догадки. – В итоге они согласились поддержать меня и дать своих солдат. С подобной армией Запад не отбить, но по крайней мере я смогу оказать больше давления на императора, имея за спиной вооружённых и влиятельных людей. – Но? – с нажимом повторила я, слыша, что она уходит от ответа. – Но я пообещала рассмотреть их сыновей в качестве возможных кандидатов, – созналась Наён, а я чуть не споткнулась, вылезая из ванны. Я замоталась в предложенное полотенце и ошарашенно уставилась на наместницу. – Ты же не дашь им власть?! – Разумеется, нет! – отрезала она. – Я согласна на возможный брак, – она сделала ударение на слове «возможный». – И поставила ультиматум, что останусь главой провинции Запада. Я – наместница, и муж будет при мне, а не я при нём. Хороший ход в столь безвыходном положении, но согласие на эти условия всё равно может оказаться для Наён хождением по лезвию ножа. Я наспех вытерлась, и наместница помогла мне одеться. Я задумчиво провела ладонью по широкому поясу с дорогой вышивкой. Уже давно я не проявляла никакого интереса к внешнему виду и внезапно ощутила себя недостаточно красивой для подобного наряда. – Помимо помощи от собственных людей я также пытаюсь заручиться поддержкой влиятельных семей провинции Востока. Сейчас они особенно недовольны императором и его политикой, хотят своего хранителя назад. – Зачем тебе главы домов, когда ты можешь сразу пойти к наместнику провинции Востока? – Ах, Аша, как приятно с тобой говорить. Ты и вправду мой двойник и понимаешь мои идеи лучше других, – восторженно пролепетала Наён, расчёсывая мои волосы. Я улыбнулась в ответ, не решившись напомнить, что звание двойника для меня всегда было бременем. Наён восторгалась искренне, хотя комплимент получился сомнительным. – Ты встречалась с наместником? Семья Линь, верно? – Верно, и первоначальные переговоры прошли весьма успешно, но есть трудность. – Какая? – У него два сына. Мне хватило несколько секунд в тишине, чтобы обо всём догадаться. – Он ждёт, что ты выберешь младшего в женихи, – я не спрашивала, скорее утверждала. Наён хотела убрать мои волосы в причёску, но я остановила её, желая оставить их распущенными. – Да. Старший унаследует главенство над провинцией Востока, а младший будет на Западе. Не сразу, но их семья может стать очень влиятельной. Наместник не высказал мне это условие категорично, но настоял, чтобы я встретилась с его сыном за ужином. – Тебя что-то беспокоит? Ужин ни к чему не обязывает. – Да, но я теперь никому не доверяю. Ни в чём. Хочу взглянуть на его истинное лицо. Мы вышли из влажного помещения купален, и я с наслаждением втянула воздух. Он приятно освежал, а ощущение чистой кожи и новой одежды приносило облегчение. – Ты с ним не встречалась? – уточнила я, разглядывая бамбуковые колокольчики. – Ещё нет. – Значит, тебе нужна моя помощь как двойника? – без обиды догадалась я. – Да, но лишь с твоего согласия. Если нет, то я буду благодарна, если ты присоединишься ко мне просто как подруга. Возможно, в другой день я бы приняла её предложение в штыки, не желая когда-либо вновь притворяться Наён, но у меня было хорошее настроение, и я согласилась заменить её, помня, что это ради блага провинции Запада, а не ради простой прихоти. – Отлично. Спасибо, Аша! – наместница благодарно сжала мою ладонь и заставила сесть на одну из каменных скамеек в ближайшем саду. – Скоро будет обед, но теперь твоя очередь. Расскажи мне, что произошло с тобой после нашего бегства. Я поделилась с Наён всем, чем могла, избегая отвратительных деталей. Рассказала, как Эйден меня ослепил и посадил в пещеру, но соврала насчёт истинной причины. Снова наплела, что попыталась убить Пятого Дракона. Пересказала встречу с Шином, Ришей и Калидом и наше бегство. Я не стала делиться странными отношениями с Раяном, не желая это обсуждать. Раньше он нравился Наён, но их недавняя встреча показалась другой, словно налёт влюблённости сошёл на нет после принятия ответственности в роли наместницы. К счастью, Наён слушала, не настаивая на подробностях. Она действительно выросла, а её отличие от уравновешенной Торы оказалось к лучшему. Вероятно, на войне сдержанность скорее походила на слабость, особенно когда твою провинцию захватил враг. На обед мы собрались в просторной столовой. Мои спутники тоже помылись и переоделись, однако у всех имелись запасные одежды храма, кроме меня. Риша шутила, называя меня госпожой, и сделала несколько комплиментов моему наряду. Раян, будучи в хорошем настроении, её поддержал, а я старалась сохранить спокойствие под его пристальным взглядом. Однако это было не самым сложным. Мы сидели рядом, и Раян абсолютно не пытался отодвинуться, когда наши подогнутые колени соприкасались.