Глава 26

После ужина мы все без сил разошлись по комнатам. Я с трудом заставила себя переодеться, завалилась на кровать и моментально провалилась в сон, который продлился аж до середины следующего дня. Я оказалась настолько измотана дорогой и переживаниями, что могла бы проспать и весь день, но меня разбудила Риша, обеспокоенная, не случилось ли чего. Старшая поделилась дальнейшими планами. Хранители по-прежнему будут заняты делами и подготовкой, а мы получили больше свободного времени. – Сегодня ничего делать не надо, можем просто осмотреть дворец. Завтра я буду занята с Раяном. Все хранители, включая запасных, соберутся вместе и решат, как именно разобраться с Пятым Драконом. Это мы будем обговаривать отдельно от принца Актана и остальных. Я кивнула, запомнив информацию. Мне надо попасть на эту встречу и наконец рассказать правду об истинной причине мести Эйдена. Вряд ли это поможет хранителям разработать план победы над Пятым Драконом, но они должны знать правду. Я не решилась просить Ришу взять меня с собой прямо сейчас, заподозрив неладное, старшая вытянет из меня секреты сегодня же. – Ещё через день император планирует продемонстрировать нас народу. – Риша недовольно наморщила нос, пока я затягивала пояс на талии. – Выставит нас, как кукол, чтобы жители Вейлина посмотрели, какие мы послушные и как поддерживаем его величество. Он надеется, что люди разнесут слухи об увиденном по всей провинции. Поэтому я поговорила с Шином и Наён. В этот день вам лучше выйти в город, заняться чем-нибудь интересным. Во дворце будет многолюдно и раздражающе шумно. Я опять покорно кивнула, не желая мешаться под ногами и скучать во дворце. Риша отвела меня в столовую на поздний завтрак, показала самые важные части дворцового комплекса и только потом оставила, чтобы о чём-то поговорить с хранителями. Я не захотела возвращаться в свою комнату и продолжила гулять одна, размышляя, как завтра рассказать драконам о мёртвых детях их брата. Меня по-прежнему тревожила мысль, не убьют ли они меня после открытия нелицеприятной правды, но, несмотря на опасность, я должна была хотя бы попытаться. За время прогулки в голове родилась тихая мысль, что драконы смогут как-то примириться с братом без лишнего кровопролития. Эта неясно откуда родившаяся надежда напугала, и я вытряхнула её из головы, напомнив себе о бесчисленном списке преступлений Эйдена. Пятый Дракон мой враг, он захватил мой дом и убил семью, он не стоил даже моей жалости, но я никак не могла избавиться от малого сочувствия его судьбе. Если бы ему позволили жить за грядой, если бы люди не стали приходить на его земли, наша история получилась бы другой и, возможно, сейчас было бы пять храмов и пять хранителей. Чтобы немного отвлечься, я отправилась в упомянутые Калидом четыре сада, посвящённых драконам. Не раздумывая, устремилась строго на Запад в поисках клёнов. Хотелось ощутить себя как дома. Я долго плутала по обширной территории комплекса. Внутренний и внешний дворы были разделены стенами и арками, делящими пространство на секции, поэтому пришлось искать проход между павильонами, как в лабиринте. В итоге я попросила одну из служанок проводить меня и наконец-то оказалась в нужном месте. Сад небольшой, но был засажен несколькими сортами клёнов с разными оттенками листвы. Красивые цвета пожаров они приобретут только осенью. В центре сада я нашла рукотворное озеро и села перед ним, раздумывая, стоит ли сходить в сад Юга, но засомневалась, что здешние глицинии всё ещё цвели. Неестественно длительное цветение свойственно лишь Священным Деревьям. Я попыталась прикинуть в уме, как выглядит Священная Сосна, которую я надеялась увидеть завтра. – Ашарин. Одним движением я вскочила на ноги и резко обернулась на знакомый голос. Оклик был слишком неожиданным, и сердце подскочило к горлу. – Или я уже могу звать тебя Аша, как это делает мой брат Калид? Принцесса Аэль держала руки перед собой, теребя перстень на пальце. Она слегка наклонила голову, и подвески на её шпильках в волосах закачались. Аэль заслуженно считается самой красивой девушкой Кхорина, в конце концов, я не видела, чтобы кому-то даже во время утомительного похода удавалось выглядеть такой идеальной, опрятной и привлекательной. – Зовите как вам угодно, ваше высочество. – Я поклонилась, как того требовали правила, но сердце успокоилось, и я ощутила разочарование. Аэль последняя, кого я хотела бы видеть. – Тогда пусть будет Аша, – решила та, когда я выпрямилась. Принцесса деловито обошла меня по кругу, я замерла, ощутив себя нарядом, который она раздумывает приобрести. – Ты действительно похожа на наместницу Запада, – вновь заговорила Аэль, а я с трудом удержалась от того, чтобы нахмуриться. Промолчала, понимая, что принцесса просто начала беседу с отстранённой темы и это явно не то, о чём она хотела поговорить. – Ты желаешь выйти замуж за моего брата? Вопрос выбил почву у меня из-под ног, и я даже не скрыла своего изумления. – Я говорю о Калиде, разумеется, не об Актане. Всё-таки он наследник трона, ему партию подберут весомую. Её привычно доброжелательное выражение лица стало скучающим, а слова такими обыденными, словно она выбирала достойного коня своей кобыле, чтобы получить породистое потомство. Хотя я не могла решить, конь я или же Калид. Не была уверена, кого из нас она сейчас оскорбила сильнее. – Я видела, как вы общаетесь. Калид часто к тебе прикасается. Если хочешь, я могу поговорить с отцом о вашем браке. Всё-таки ты внучка бывшего хранителя. Я всё продолжала глядеть на принцессу с немым недоумением: как она может распоряжаться жизнью Калида подобным образом? – Мы с хранителем Юга друзья, и не более, – выдавила я. – Жаль. Я хотела решить всё в твою и мою пользу, – пожала плечами Аэль и села на ближайшую деревянную лавку. Мне присесть она не предложила, поэтому я осталась стоять. – Как насчёт хранителя Тао? Говорят, на Востоке изумительные любовники. Вот теперь я поморщилась, не понимая, почему должна слушать подобное. – Вероятно, нет, – усмехнулась Аэль. – А с тобой непросто. – Что вам от меня нужно, ваше высочество? – прямо спросила я. – Чтобы ты уехала, чем дальше, тем лучше. – Почему? – Ты беспокоишь Раяна. Забота о тебе занимает слишком много его внимания. – Нет. Я была уверена в своём ответе, поэтому не колебалась. Я пережила Пятого Дракона. Переживу и кхоринскую принцессу. – Нет? – ласково переспросила Аэль, приподняв изящные брови. – Нет. – Не знала, что упрямство привлекает Раяна. Может, мне стоит действовать настойчивее? – наигранно задумчиво пробормотала она. – Шантажировать его браком недостаточно настойчиво? – холодно напомнила я. – Брак ещё не состоялся, поэтому недостаточно. – Улыбка принцессы была довольной. И опасной. Аэль более не скрывала отвращения в мою сторону. Вряд ли она вообще воспринимала меня как помеху, с которой стоило считаться, а предложенные варианты замужества перечислила, только чтобы задобрить самого Раяна. – Как насчёт хранителя Востока? Ведь говорят, они изумительные любовники, – едва прикрыв язвительность, я вернула принцессе её же слова. Аэль рассмеялась, её веселила моя непокорность, словно новая игра. И как бы я ни ёрничала, пропасть между нашими статусами и возможностями оставалась огромной. У меня не было армии, которую я могла бы предложить Раяну, а вот у Аэль была. – Ты понимаешь, что я могу просто объявить, что ношу ребёнка Раяна, – с улыбкой сказала Аэль. – Глупый ход. Без заключения брака этой новостью опозорите себя сильнее, чем его. – Ты умна, признаю. Даже глазом не моргнула перед ответом. Но он потеряет поддержку многих. Вполне возможно, и поддержку моего отца. – Беременность раскроют через четыре месяца, – лениво парировала я, не уверенная, почему мы играем в эти жалкие угрозы. – Ещё четыре месяца король Эвира сможет жечь остатки твоего храма. Да и я могу сымитировать выкидыш. Получу больше сочувствия. – И, вероятно, подумали, что будет, если все хранители отвернутся от императора, потому что четыре дракона – братья и поддержат друг друга, а следом и каждая из основных провинций поддержит своего хранителя. Как минимум две провинции Юга и Востока против одного Севера, хотя Северный Дракон скорее всего тоже встанет на сторону Раяна. Стоящие риски из-за свадьбы, ваше высочество? Улыбка на лице Аэль медленно сошла на нет, её забавлял спор, пока она знала, что ответить. Но теперь начатый диалог раздражал её так же, как и меня. Я внимательно посмотрела на принцессу: она не выглядела настолько глупой, чтобы заваривать кашу лишь из-за красивой внешности Раяна. У них не было ничего общего, Аэль едва его знала, а значит, причина была в чём-то другом. – Вы выбрали Раяна, потому что у него есть то, что вы хотите? – Мой вопрос попал в цель, но Аэль и не попыталась скрывать. Она гордо вскинула подбородок, вновь сбивая меня с толку. – Я хочу власти. – Власти? – Именно. Я с недоверием демонстративно оглядела роскошные сады вокруг и крыши дворцов. Принцесса хмыкнула, поняв намёк. – Это всё принадлежит отцу, а затем будет принадлежать Актану. – Но они оба делают всё, как вы хотите, ваше высочество. Разве этого не достаточно? – Сейчас всё отлично, но до этого отец бил мою мать при мне, а меня саму намеревались отдать наместнику Севера. Тебе известно, что он ровесник моего отца? И всё ради власти, которую получил бы император, но не я. Ни любви, ни свободы, ничего. Я поморщилась, услышав про ситуацию с её матерью. – Я росла, слушая, что женщины в Кхорине могут быть у власти, меня восхищали истории о наместнице Ян, которая, несмотря на все трудности, приструнила десятки советников, генералов и представителей влиятельных домов. И пока я смотрела на отношение отца к матери, никак не понимала, почему она просто не убьёт его и не заберёт власть себе? Аэль будто искала ответ на этот вопрос множество лет и теперь задала мне, надеясь, что я разгадаю загадку. Принцесса встряхнула волосами и продолжила: – Мама была послушной. Она в открытую высказывала своё недовольство только в моменты встречи с Калидом, который напоминал ей о позоре. Наша императрица умерла, ударившись головой о комод. Трагическая случайность. – Неужели её уби… – в ужасе начала я, догадываясь, куда Аэль может клонить, но та взмахнула рукой, призывая к молчанию. – Нет, отец этого не делал. Это и вправду была трагедия. Но я всё равно не могу забыть, какой покладистой она была и сколь легко сносила оскорбления, унижения и побои. Её судьбу я повторять не хочу. Эйден был отличным кандидатом. Когда отец услышал, что король Эвира планирует приехать, я ликовала, – вздохнула Аэль, а я сперва удивилась её откровенности, но потом поняла, что она знает, что делает. Давит на жалость и понимает, что я никому ничего не расскажу, не смея разглашать тайны. – Я бы уехала и получила реальную власть, правя рядом с молодым королём за горной грядой. Может, даже отправилась бы в плаванье ещё дальше на Запад, в далёкие земли, откуда пришли эвирцы. Но что же за несчастье на мою голову? Он оказался очередным драконом. Но затем при дворе появился Раян. – Выходит, всё дело в том, что он вожак. – Да, остальные хранители подчиняются ему, и это необходимая мне сила. Но то, что Раян молод и привлекателен, играет далеко не последнюю роль. Всегда приятно прикасаться к чему-то красивому, – сладко улыбнулась принцесса, поднимаясь на ноги. – Вы непохожи на ту, что жаждет трона, – призналась я, но перестала испытывать к ней хоть какое-то сочувствие, абсолютно не разделяя её устремлений. Она лишает Раяна права на выбор в угоду своим желаниям. – И это мне на руку, разве нет? – Планируете отобрать трон у наследного принца? – с опаской уточнила я. – У Актана? Нет, точнее, когда-то давно думала, но он такой заботливый брат… поэтому нет. Однако кто знает, что будет дальше? Может, через пару лет он тоже решит, что выгоднее продать меня какому-нибудь старику? Да и на войне всякое случается, – пожала она плечами. – Следующий претендент на трон – Калид. – А вот от него я бы избавилась. Хотя надеюсь, что он благоразумен и не станет мешаться под ногами. Я промолчала, не уверенная, насколько серьёзно она сказала мне прямо в лицо про убийство своего брата. Аэль подошла ближе и с наигранной дружеской улыбкой вытащила один кленовый лист из моих волос. – Калид – мой брат и хранитель Юга. Но ты, Аша, особо никто, поэтому отступи и ради себя же убеди Раяна, что эта свадьба принесёт ему пользу. – Вы хоть немного его любите? – тихо спросила я, полностью раздавленная тем, что мы можем потерять нашего хранителя из-за чужой жажды власти. – Не уверена, что любовь правильное слово, но меня к нему тянет, и этого вполне достаточно. Весь оставшийся вечер я пыталась выкинуть разговор с Аэль из головы. Поделилась этим с Ришей и Наён, те повторили ругань, которую я позволила себе в их присутствии. Однако подруги, как и я, понимали, что не было смысла передавать слова Раяну. Вряд ли он об этом не догадывался, и рассказ ничего не изменит. Однако позже я поделилась услышанным с Калидом, чтобы он остерегался младшей сестры. Хранитель лишь понимающе кивнул, вероятно, знакомый с амбициями Аэль. На следующее утро, после завтрака, я успела отловить Ришу, которая собиралась на встречу четырёх драконов. – Возьми меня с собой. – Это закрытое собрание, малышка Аша, – с виноватой улыбкой напомнила она. – Но всё самое важное я тебе перескажу позже. Обсуждение наверняка выйдет долгим и скучным. – Я должна вам кое-что рассказать. Лицо Риши стало серьёзнее: – Ты о чём-то умолчала? – Да. – Аша, – моё имя прозвучало как тяжкий стон из уст старшей. – Я догадываюсь, о чём ты думаешь, но не уверена, что эта информация вообще будет полезна драконам. Я знаю истинную причину гнева Эйдена. Риша строго посмотрела мне в глаза и нехотя согласилась, решив, что любые лишние сведения могут быть полезны. Храм Севера расположился прямо при императорском дворце, но в самом конце обширной территории, в ту сторону я ещё не заглядывала. Среди всех увиденных мной храмов северный оказался самым роскошным и богатым, под стать императорскому дворцу. Изысканная роспись, золото, некоторые стены были отделаны синим лазуритом и бледно-зелёным нефритом. Территорию храма пересекало множество рукотворных каналов с каменными мостами, поэтому звуки воды сопровождали, куда бы ты ни пошёл. – Вначале поприветствуем Священную Сосну, тем более ты здесь впервые, – бросила Риша, наблюдая за моим воодушевлением. Проходящие мимо ученики кланялись нам, и я отвечала им хотя бы небольшим кивком, потому что Риша не замедляла шага. Младшие жители храма Севера носили одежды сизого цвета, а наряды среднего уровня – бирюзового оттенка. Все они, как и ученики Запада, имели при себе мечи, а значит, с детства обучались обращаться с холодным оружием. Я озиралась по сторонам, ища Священную Сосну, но никак не могла её найти. Остальные деревья драконов виднелись издалека, возвышаясь над всем вокруг, однако древо Дракона Севера я обнаружить никак не могла. Мы прошли мимо многочисленных павильонов, спустились по каменным ступеням и оказались перед просторным входом в пещеру. Я застыла. За каменным сводом не темнел мрак, наоборот – свет множился, выплясывая по неровным стенам. – Священная Сосна в гроте? – Вроде того, – уклончиво ответила Риша и силком потянула меня в проход. Всего десять шагов, и мы оказались в просторной пещере, заполненной озером. Теперь я застыла от представшей красоты. Несколько учеников Севера направлялись к выходу, но замерли, чтобы поприветствовать нас и поблагодарить за посещение священного для них места. Ответила им Риша, я не могла найти слов для описания увиденного. Могучее древо росло на зелёном островке прямо посередине лазурного неглубокого озера. В потолке зияла огромная дыра, и солнечный свет обильно освещал пространство. Зелёный мох покрывал большую часть каменных стен, а рыбы изредка выныривали, тревожа водную гладь, и та отражала яркий свет, распространяя его сверкающими бликами. По узкому мосту мы перебрались на остров. Вблизи размеры Священной Сосны показались устрашающими. Игольчатые ветки тянулись в разные стороны, создавая навес. Риша опустилась на колени вместе со мной, а после мы провели привычную молитву, во время которой я пыталась собраться с мыслями и про себя попросила Дракона Севера меня не убивать, если рассказ о детях их брата его разозлит. – Ашарин? – с недоумением уточнил Раян, когда мы с Ришей зашли в просторный зал в главном павильоне храма Севера. Абсолютно пустое помещение, за исключением большого круглого стола, вокруг которого собрались хранители. Я подошла чуть ближе, заинтересованная странным предметом мебели. Рядом даже не было стульев, чтобы сесть, а сам стол явно не предназначался для еды или письма. У него были высокие бортики, не позволяющие воде, разлитой по поверхности, выплеснуться за пределы. Под прозрачной жидкостью столешница была выложена чёрным турмалином с вкраплениями золота. Вид на несколько секунд меня загипнотизировал, и Риша ответила на вопрос Раяна: – Она сказала, что знает нечто важное. Старшая присоединилась к остальным, встав рядом с нашим хранителем. Я внимательнее оглядела присутствующих. Никто не сидел, так как было негде. Помимо Раяна, Тао, Калида и Янлиня присутствовали ещё три запасных хранителя, включая Ришу. Только представитель Юга оставался в одиночестве, потому что Эиль погиб в Шилине. Я низко поклонилась старшим, но моё присутствие всё равно вызвало недоумение, поэтому никто мне не ответил. – Ашарин, если у тебя была важная информация, почему ты не рассказала об этом раньше? – без раздражения, но строго обратился Раян, и Калид кивнул, тоже недовольный моими секретами. Я долго обдумывала, как именно раскрыть секрет, но теперь ясно увидела, что, в каком ключе я бы ни преподнесла истину, факт того, что драконы могут выйти из себя, не исключить. – Потому что я боялась, что Драконы Запада и Юга могут обвинить меня в наговорах и убить. После моей правды на лицах друзей отразилось нечто похожее на испуг, а Раян казался обескураженным. – Этого никогда не произойдёт, Ашарин, – взяв себя в руки, мягче заверил он. Я выразительно посмотрела на Калида, тот помнил наше пребывание в пещерах и поведение своего дракона, поэтому хранитель Юга не выглядел столь уверенным. – Калид? – настороженно позвала Риша. Я вскользь оглядела присутствующих, которые никак не отреагировали на имя младшего принца: они были в курсе его настоящей личности. – У Аши есть причины… так полагать, – нехотя признался тот. – Я не совсем понимаю, чем именно она хочет поделиться, но Эйден рассказал и даже показал нам многое. – Могут ли драконы вас… контролировать? – спросила я, обращаясь ко всем. Я специально осталась стоять на почтительном расстоянии, чтобы иметь хоть небольшую надежду на возможный побег, если что-то пойдёт не так. – Вряд ли. Такого не случалось, – возразил Янлинь, пряча руки в широких рукавах верхней накидки. – Они шепчут, подсказывают или подталкивают нас. Иногда говорят что-то, и мы повторяем неосознанно, путая эту фразу с нашими собственными мыслями, – более подробно разъяснил Тао. – Нет смысла скрывать, драконы действительно способны влиять на наши действия, но для этого и требовались длительные медитации, чтобы мы умели отличать свои мысли от внезапных чужих импульсов. Даже если какой-то из драконов пожелает тебя убить, у хранителя есть мгновения, чтобы проанализировать, чьё это желание – его или дракона. И так можно успеть остановиться. Тао поделился знаниями с мягкой улыбкой на губах, однако новость о том, что меня от смерти может отделять краткий миг, не очень-то успокаивала. – Никто здесь не тронет тебя, Ашарин, – отмёл мои сомнения Раян, но фраза звучала ещё и как предупреждение для остальных. Поверив своему хранителю, я пересказала всё, что знаю про яд Эйдена. Сведения про слюну, передала его собственное признание о том, что кровь Пятого Дракона хоть и содержит яд, но слабый для убийства, однако смесь крови и слюны может дать неожиданный усиливающий эффект. Пришлось поделиться всеми экспериментами, которые Эйден провёл на мне, включая его укусы и скопившийся в организме яд. Более эту информацию нельзя было хранить в тайне, любое из сведений могло помочь им в борьбе с Пятым Драконом. – Но ты выжила, – напомнил Тао. – Эйден сам не понял почему, но в детстве я чуть не умерла от яда. Дедушка сумел вылечить меня от смертельной отравы и, возможно, так сделал меня менее восприимчивой, – соврала я, не считая нужным делиться секретом Раяна и дедушки о соке Священного Клёна. – У меня нет идей, как одолеть или ослабить Пятого Дракона, но по случайности я узнала его секрет. Из-за чего он так обозлился и хочет не просто вас убить, но мучить так долго, как сможет. Именно из-за этого он ослепил меня и посадил в пещеру на цепь, хотя до этого держал в отдельной спальне в своём поместье на территории Эвира. – Так об этой девушке вы говорили, – вмешался в мой рассказ Янлинь, обращаясь к Раяну и Калиду. – Это её Пятый Дракон схватил вместе с наместницей Запада. Калид, ты же говорил, что она умерла. – Говорил. Мы видели, как Пятый Дракон воткнул в неё нож. Но всё это не складывалось с более ранним поведением Эйдена, и мы решили рискнуть, убедиться в её смерти и, если надо, вытащить без помощи императора, – честно ответил хранитель Юга. Они скрыли эту информацию от императорской семьи, но между драконами особый уровень доверия. Поэтому они проводят это совещание отдельно. – Вы рисковали. Она могла быть мертва, – заключил Тао. – Да, но риск оказался оправдан, – сухо напомнил Раян и повернулся ко мне: – За что Пятый Дракон ослепил тебя? – Чтобы я не могла запомнить дорогу, когда он тащил меня назад. Несколько раз я пыталась сбежать. При последнем побеге набрела на пещеру, где было его тело. Тело настоящего Имуги и яйца. – Какие яйца? – переспросил Тао. Из всех присутствующих только лицо Калида вытянулось, словно ему это что-то да говорило, пока остальные выглядели ещё более недоумёнными. – Его дети. Его мёртвые дети, которые погибли в мучениях из-за Драконов Запада и Юга. Повисла тяжёлая тишина. Я не придумала, как красивее и понятнее это преподнести, надеялась, что прямота лучше увёрток, однако по лицам видела, что мои слова для них прозвучали как полнейший бред. Присутствующие не знали ни о каких детях. Поэтому я как можно точнее пересказала диалог между мной и Пятым Драконом. О его проклятии, о других Имуги и четырёх яйцах, которые должны были окаменеть вместе с ним, но всё пошло неверно. Рассказала, что Эйден ненавидит всех четырёх братьев, ведь они не встали на его сторону, но сильнее всего он злится на Раяна и Калида как хранителей душ западного и южного братьев и что вряд ли найдётся хоть один довод, способный убедить Пятого Дракона оставить Кхорин в покое. Монолог занял не меньше получаса. За всё время повествования никто не прерывал и не задавал уточняющих вопросов. Хранители всё больше напрягались, а под конец и вовсе замерли как изваяния, лица лишились каких-либо эмоций. – Он хочет не просто вас всех убить, но замучить. Ему не нужны земли, император или Кхорин. Он желает ваших страданий, – под конец мой голос охрип, и я едва выдавила итог. Секунды в ожидании их реакции растянулись и показались минутами, а скрип, с которым Янлинь сжал край красивого стола, разорвал тишину. Вода, потревоженная прикосновением, пошла рябью, будто, как и все в зале, недовольная этим разговором. Лица хранителей сменялись калейдоскопом эмоций, их взгляды стали отстранёнными, словно они прислушивались к голосам в головах. Я невольно отступила на шаг, догадавшись, что они слышат драконов. Потом ещё на шаг, когда белки глаз хранителя Севера начали светиться знакомым светом. Вокруг Янлиня появился беспокойно колеблющийся голубоватый ореол. Временами, как марево, в свете становилось заметно длинное тело Северного Дракона. Он обвивал своего хранителя, то отчётливо проявлялся, то вновь растворялся в ореоле, будто скрываясь под водой. –Нужно поговорить, – раздражённо объявил Дракон Севера. Голос по-прежнему принадлежал Янлиню, но стал глубже и имел короткое эхо. Запасные хранители, как и я, сделали пару предусмотрительных шагов в сторону. Следующим драконом, согласившимся на переговоры, стал Дракон Востока. Красноватое свечение охватило тело Тао. Хоть мои ладони и вспотели от волнения, но я не могла перестать смотреть на то, как переливался свет вокруг него. Далее появился Дракон Запада с оранжевым светом, и последним предстал Дракон Юга с бледно-зелёным ореолом. –Возможно ли это? Или же она врёт?!– обратился к братьям Янлинь. –Ей нет смысла врать, – защитил меня Западный Дракон, и я ощутила мимолётное облегчение. –Такое действительно возможно?– спокойнее, чем северный брат, спросил Тао, повернувшись к Калиду. –Я бы хотел сказать, что это невозможно, но ранее мы подобного не совершали. Помочь заснуть вам и усыпить Имуги – это одно. Но дети были в скорлупе, мне пришлось действовать по наитию. К тому же я не знал, что они были близки к рождению, – признался Дракон Юга, и впервые за всё время я услышала горечь в его тоне. Ещё тогда, в пещере, он начал догадываться, о чём говорил Эйден, но не хотел верить, и теперь, когда я пришла с этой правдой, у него не осталось выбора, кроме как принять её. –Потомство…– почти с настоящей мукой вздохнул Янлинь. – Конечно же, он в ярости. Единственный из нас, у кого оно было. –Вариантов не осталось вовсе. Мы можем убить его хранителя, но это временное решение. Притом никому из нас не известно, насколько временное. Он способен за считаные часы найти новое тело,– сдержаннее всех продолжил рассуждать Дракон Востока, пока Янлинь раздражённо запустил руку в волосы, а Калид и Раян молчали, погружённые в мрачные мысли. – Я раздумывал успокоить его музыкой, возможно, даже усыпить его дух, чтобы выиграть время и решить, как нам поступить дальше. Но при такой мотивации и жажде мести его ни одна мелодия не угомонит. – Вы можете убить самого Пятого Дракона? Хранители повернулись ко мне, и я пожалела о вопросе, ощутив пристальные взгляды. Рядом с ними как никогда прежде я почувствовала себя смертной, жалкой и хрупкой. Способной случайно умереть от простой глупости вроде удара головой о комод. –Да,– ответил Тао. – Для этого нужно убить настоящее тело змея, а потом его нынешнего хранителя. Тогда и душа погибнет. – Значит ли это, что Раян… что Дракон Запада в опасности? Ведь Священный Клён сгорел. – Я посмотрела на хранителя Запада, но по его губам проскользнула слабая улыбка. Остальные отреагировали схоже, даже напряжённый Янлинь шумно выдохнул и расслабился. –С западным братом всё хорошо, и ему ничто не угрожает, – вновь ответил за всех Тао. – Это ошибочная легенда, что наши тела спрятаны в стволах. Мы намеренно скрыли правду даже от своих хранителей, чтобы обезопасить наши настоящие тела. В действительности их защищают корни. Каждый из нас сжал в лапе по семени определённых деревьев, предварительно окунув в свою кровь. Поэтому деревья обладают частью нас и выросли такими большими, но, по правде, мы под землёй, охраняемые коконами из корней. Так что Пятый Дракон мог хоть срубить деревья, но это бы нам не навредило. – Он не знал, – встряла я. – Не знал, потому что вы усыпили его раньше, а он услышал легенду, передающуюся людьми. Я вспомнила наш с Калидом разговор у вылеченной Священной Глицинии, подтверждающий, что и хранителю Юга истина была неизвестна. –Верно. –Вряд ли Имуги когда-либо отступит,– вернулся к первоначальной теме Калид. – Придётся убить его тело змея. –Он не подпустит нас к пещерам,– напомнил Янлинь. –Тогда разделимся,– завершил пререкания Раян. –Я пойду в пещеры,– предложил Калид.– Я могу остановить его сердце, но немало пещер за эти столетия обрушилось, на поиски потребуется время, а значит… – …мы не можем убить его смертное тело, пока ты первым его не найдёшь,– хмуро заключил Раян. –Втроём, с нестабильными способностями, да ещё и без возможности использовать сталь в полную силу,– едко подметил Янлинь. – У него отличные шансы убить нас всех, а затем сжечь наши храмы один за другим. Его слюна ядовита, а иммунитет лишь у Дракона Запада. Он может убить наших хранителей, просто смазав меч своей слюной. – Что не так с вашей силой? – впервые подал голос запасной хранитель Востока. Все четверо драконов с недовольством обдумали ответ, прежде чем Янлинь решил поделиться: –Мы сменили множество человеческих тел. Это ослабило связь с природой и нашими стихиями, а у Пятого Дракона это смертное тело – первое. И… мы не можем вот так долго появляться и общаться, как сейчас. Это истощает смертные тела, поэтому мы шепчем, но не показываемся. Я внимательнее всмотрелась в лица хранителей, отметив, что те выглядели усталыми. Их глаза светились, но кожа, наоборот, приобрела серый оттенок. Сперва губы побледнели, а теперь проявился синий оттенок, говорящий о проблемах с сердцем и кислородном голодании. – Вернитесь в свои истинные тела. Хоть один, и тогда у Чёрного Дракона не будет никакого шанса, – смело высказалась Риша, она по очереди посмотрела в глаза каждому дракону, но все, кроме Раяна, отвели взгляды. – Что? – с меньшей уверенностью добавила старшая. –Мы не знаем, как вернуться,– признался Калид. – Не помним, как это сделать. Эта правда показалась хуже той, что принесла я. Драконы переходили из одного хранителя в другого не из-за желания, а потому что по-другому они уже не могли. Мы все потеряли дар речи перед этой истиной. Я уставилась на Калида, вспомнив, что его дракон давным-давно утратил интерес к смертной жизни. –Имуги умён, теперь он предусмотрительно держит армию подальше от рек и океанов, поэтому сила северного брата нам и так не поможет. Буря и грозы западного брата – наше главное оружие и мощная стихия против армии, но сейчас она бесконтрольная. Ты выяснил, в чём дело?– спросил Тао у Раяна, опёршись руками о бортик стола, и мой взгляд невольно устремился к потревоженной глади воды. –Нет,– коротко ответил хранитель Запада, явно не желая продолжать разговор на эту тему. – Я могу уничтожить часть армии эвирцев, но только когда наши войска будут далеко, иначе не сумею гарантировать, что не окажется потерь с нашей стороны. – Вы планируете разделиться? – уточнил запасной хранитель Севера. –Оставьте нас,– приказал Раян, – нам с братьями нужно обдумать варианты. Ученики Востока и Севера без пререканий поклонились и направились к выходу. Раян выглядел неважно, он наклонился к подошедшей Рише и передал какие-то слова. Даже оранжевое свечение дракона казалось тусклым. И не только его, но и всех остальных хранителей. Будто эти тайны и нежелательные обсуждения высасывали из них саму жизнь. Риша кивнула Раяну и подошла ко мне. Она взяла меня под руку и вывела из помещения. Я ещё несколько раз обернулась, переживая о нашем хранителе, но тот выдавил натянутую улыбку и коротко кивнул, чтобы я не беспокоилась.