ГЛАВА 8. Пасть льва
Вопреки желанию, супругам пришлось задержаться в Совере.
Пока Эллина обустраивала быт, то есть снимала номер в гостинице и искала приличное заведение, чтобы поесть —трактир оставил после себя пустой желудок и легкое похмелье, — Брагоньер отправился в местное Следственное управление.
Он прихватил с собой Малиса. Темный маг не горел желанием переступать порог дома правосудия, но соэр ясно дал понять: либо так, либо некроманту припишут попытку бегства.
Последняя означала разрешение на уничтожение.
— Знал бы, оставил висеть, — ворчал Малис, буравя спутника тяжелым взглядом.
Маг натянул глухой капюшон и незаметно, шаг за шагом, отставал от Брагоньера.
Слово темных действует ровно до тех пор, пока они этого сами хотят. А уж обещание, данное под давлением, и вовсе пустой звук.
Болота большие, укроют. Никто из инквизиторов за долгие столетия так и не осмелился бросить вызов местным топям и их кровожадным обитателям. Мьяги с удовольствием лакомились неосторожными путниками, а умертвия отправляли на тот свет всех, кто не знал брода. Словом, шансов дойти до твердой земли посреди Рейквистких болот никаких, если не проведет темный маг. В этом в свое время убедилась Эллина. Малис не сомневался, ее супруг тоже в курсе, значит, попытается поймать до болот. Но темные сызмальства привыкли прятаться и обороняться.
Затеряться в толпе легко. Еще проще стать невидимкой среди лесов.
Артефакт переноса наполовину полон, Малис сумеет прыгнуть на достаточное расстояние. Дальше — проще. Пока судебные маги возьмут след, пока подымут по тревоге местные гарнизонные посты, некромант получит пару часов форы.
Целая жизнь!
— Можно подумать, вы ничего не выиграли, — Брагоньер искоса наблюдал за спутником и тоже незаметно, очень медленно тянулся к мечу на поясе. — Я — выгодное приобретение.
Некромант фыркнул. Он сомневался, будто любой служитель закона, тем более такой, лучше живым, нежели мертвым.
— Послушайте, — соэр остановился и развернулся к Малису, — давайте проясним ситуацию. Во-первых, я все вижу. Не надо. Эллина вас не спасет, один рывок — и пыточная камера, а то и три фута под землей. Во-вторых, я тоже не питаю к вам уважения. Нас объединяет Эллина.
— И ваш долг, — напомнил маг.
— Допустим, — согласился Брагоньер. — А теперь я еще раз вкратце обрисую картину. Вы можете сбежать и подтвердить свою вину, а можете пойти на сделку с правосудием и добиться наказания истинного преступника.
— Полноте, — хрипло рассмеялся Малис, — можно подумать, вы верите в мою невиновность!
— Я верю фактам. — Соэр сделал шаг в сторону, чтобы занять более выгодную позицию. От него не укрылся мелькнувший в глубине глаз некроманта огонек. Он свидетельствовал об опасности, хотя, тут уж повезло, темная энергия пока находилась в норме и не грозила вспышкой неконтролируемой ярости со стороны носителя. Ничего, Брагоньер успеет отбить выпад, а дальше дело за стражей. —Пока они против вас. Однако улики косвенные, анонимкам я не верю и предпочитаю не хвататься за очевидные ниточки.
Именно поэтому, не из-за жены или долга, вы тут, свободный и без кандалов.
— Как вы великодушны! — осклабился Малис.
Ольер ли Брагоньер вызывал в нем смешанные чувства. С одной стороны, общее отношение к людям его толка, с другой — личная неприязнь. По мнению некроманта, Эллина заслуживала лучшего, чем чопорный сухарь, однако бывшая любовница, а ныне подруга любила этого человека, тот в свою очередь привязался к ней, сделал много хорошего, и тут всплывала третья сторона.
Темный маг передумал. Раухтопаз в кольце погас, мышцы расслабились.
Брагоньер заметил перемену и в свою очередь оставил перевязь в покое.
— Итак, закончили? — Соэр не стал уточнять, что именно.
— Вполне, — склонил голову набок Малис и потребовал: —Поклянитесь! Хочу не только войти, но и выйти.
Королевский прокурор помедлил, пожевал губы и с видимой неохотой произнес:
— Хорошо, даю слово дворянина, если магический допрос и визит на местное кладбище подтвердят ваше алиби, ночь проведете на свободе.
Клятва вышла обтекаемой, но на другую некромант не рассчитывал.
Следственное управление Совера занимало неказистое, пострадавшее от времени и осадков здание. Штукатурка на первом этаже местами отвалилась, обнажив рыжий кирпич, дожди оставили ржавые подтеки на побелке возле водосточных труб. Словом, провинциальному не пристало щеголять роскошью.
Брагоньер пропустил Малиса вперед, чтобы ушлый некромант не попытался сбежать в последнюю минуту.
Лежавшая у крыльца собака лениво подняла голову и тут же положила ее обратно на лапы.
Да, определенно, для полноты картины не хватало только свиней!
Внутри оказалось не лучше, чем снаружи. Вместо прихожей и холла — душная комнатенка не больше привратницкой, в которой, судя по ряду крючков на стене, в холодное время года оставляли верхнюю одежду.
Никакого дежурного, посетителей никто не приветствовал, не интересовался целью визита.
Здание требовало ремонта, но местная казна не выдержала бы подобные траты.
Соэр толкнул вторую дверь. Он не проверял, но чувствовал, Малис следовал тенью. Мысленно Брагоньер давно решил: судьба темного в его руках. Хотя если невиновен теперь, попадется потом.
За дверью оказалась приемная, заваленная бумагами. Они
грудились на столах, за которыми сгорбились сотрудники, перевязанные бечевкой, валялись на полу, раздували папки в шкафах. Похоже, несмотря на всю провинциальность, преступность в Совере все же существовала.
Ближний к Брагоньеру клерк поднял голову и подслеповато прищурился.
Неужели в управлении нет секретаря? Ах, да, он полагается только руководителю, остальные обходятся собственными силами.
Соэр шагнул к столу и положил на оазис зеленого сукна инквизиторский перстень. Затем надел его и продемонстрировал два других кольца.
В приемной зашушукались. Заскрипели отодвигаемые стулья.
Работа замерла.
— Чем обязаны, благородный сеньор? — не по форме обратился к Брагоньеру все тот же клерк.
Он явно страдал от близорукости, но по непонятной причине не носил очки.
— У вас есть судебный маг? — задавая вопрос, Брагоньер сомневался, что получит положительный ответ.
— Найдется, — поднял престиж местного правосудия собеседник. — Как раз свободен.
— Квалификация?
Соэру не хотелось доверять допрос кому попало.
Малис во время разговора скромно пристроился у стены, изображая, будто происходящее совершенно его не касается.
Взгляд некроманта лениво обежал помещение и наметил пути отступления.
Два окна, первый этаж, справится и ребенок.
Правосудие обязано внушать трепет, только вот у темного мага вызывало жалость.
Заказчик может не беспокоиться, как только избавится от Ольера ли Брагоньера, Малис выполнит работу быстро и четко.
— Достаточная, — заверил сотрудник и предложил: —Может, вам старшего следователя позвать?
Клерк не желал признаваться в собственной некомпетентности. Он занимался рутинной бумажной работой, расследовал мелкие правонарушения, а инквизитор наверняка пожаловал с чем-то серьезным.
Брагоньер кивнул, и вскоре сидел в клетушке на втором этаже, гордо именовавшейся кабинетом. Ее хозяин суетился у окна, пытаясь связаться с судебным магом самым древним способом — при помощи мальчишки-курьера. Тот только что вернулся и болтался во дворе. Спускаться следователю не хотелось, вот и давал указания из окна.
Малис, как примерный подозреваемый, устроился на стуле.
Соэр занял место у него за спиной, контролируя движения.
— Готово, — отрапортовал следователь, захлопнув окно. —Через полчаса придет. Что требуется?
— Допросить, — Брагоньер указал на подопечного.
В кабинете повисла напряженная тишина.
— Может, конвой, кандалы, хотя бы магические браслеты?
— неуверенно предложил дознаватель.
— Не нужно, — отмел меры безопасности соэр и, обращаясь к Малису, добавил: — Вы ведь настроены на добровольное сотрудничество?
Темный маг заверил в своей пушистости и посетовал, что инквизитор напрасно отнимает его время. Нет, чтобы сразу составить протокол, дать подписать и отпустить.
— А это мысль! — Кончики губ Королевского прокурора дрогнули в усмешке. — Пока судебный маг отлынивает от работы, займемся делом. Господин Кейл, уладьте формальности. Имя, фамилия, иные первичные сведения. Если господин маг пожелает признаться или добровольно поведать любые детали без наводящих вопросов, так же запишите. Все потом мне в руки. Выполнять!
Брагоньер хлопнул в ладоши, и старший следователь Совера расторопно принялся за дело. Он очинил новое перо, достал стопку пронумерованных листов с водяными знаками и, откашлявшись, предложил:
— Советую чистосердечно покаяться.
— В чем? — приподнял бровь Малис и закинул ногу на ногу.
— Господин прокурор, — кивок на Брагоньера, — никаких обвинений не предъявлял.
Соэр хмыкнул, но не стал освежать чужую память.
Мысли занимали другие материи. Выяснив, есть ли в Совере магическая связь, Брагоньер оставил некроманта наедине со следователем. Если Малис сбежит, докажет свою вину.
Покалечит господина Кейла — такова судьба всех, занимающих не свою должность. Чиновники подобного ранга обязаны владеть заклинанием оцепенения, равно как и навыками рукопашного боя. Следователь внушал Брагоньеру серьезные опасения на этот счет: щуплый, несуразный, как все местные клерки. Такие чахнут за бумагами, а не бегают за преступниками.
Соэра волновало, не установили ли местонахождения преступника. Перед отъездом из Сатии, он велел провести альтернативный ритуал поиска, не привязанный к имени и внешности. Если результаты совпадут, другу Эллины придется тяжело.
Когда стукнула дверь, господин Кейл вздохнул с
облегчением. Он никогда бы не подумал, что обрадуется, оставшись наедине с некромантом, однако иные люди хуже темных магов.
Скрипело перо, шуршали страницы.
Малис лениво отвечал на вопросы. О чем-то умалчивался, где-то привирал — ничего нового. Правосудие не вызывало доверия, раз так, исповеди следователь не дождется.
Некромант впервые сидел без кандалов и конвоя, за ним впервые не гнались солдаты. Непривычно! Прийти самому, пить воду и издеваться над крысой-следователем. Прежде общение с блюстителями закона проходило не так гладко.
Мысли темного мага тоже занимал не пыльный кабинет. Он гадал, солгал ли Брагоньер. Как и сам некромант, соэр, несмотря на кодекс чести, мог обмануть преступника. Однако
Королевский прокурор, похоже, не лукавил, и Малис перебирал в памяти всех, кто жаждал ему насадить. Таковых оказалось немало: и заказчики, и коллеги, и родственники жертв, — гадать жизни не хватит.
Господин Кейл покончил с формальностями и, искоса поглядывая на внешне спокойного некроманта, молил судебного мага скорее распахнуть дверь. Несмотря на внешнюю браваду, внутри прочно угнездился страх. Малис чувствовал его и глумливо улыбался: нужно поддерживать образ.
Брагоньер вернулся раньше.
Магическая связь оставляла желать лучшего, секретарь настраивала ее несколько раз, однако соэр узнал, что хотел.
Вроде, плохие новости, а на душе полегчало. Королевский прокурор не желал становиться должником торговца смертью, хватит с Малиса других грехов. Да и за жену обидно: она верила некроманту, зачем разочаровывать беременную?
«Предположительно беременную, — поправился Брагоньер. —У тебя уже мания, пора принимать меры».
— Поздравляю! — скупо обронил с порога Королевский прокурор и занял прежнее место.
Некромант все понял, хотя и бровью не повел.
Новых улик нет, безадресный магический поиск не привел в Совер.
Господин Кейл вновь пристроился в уголке.
Приоткрылась дверь, и знакомый клерк с первого этажа робко заглянул в кабинет, спросил, не нужно ли чего.
Следователь шикнул на него и сердито буркнул: — Поторопи Буруса, начальство ждет!
Дверь захлопнулась и больше без причины не открывалась.
Местный судебный маг явился через четверть часа и вразвалочку подошел к столу. Брагоньер скользнул взглядом по его лицу и остановился на внушительном животе. Бурус мгновенно подобрался, застегнулся на все пуговицы, вытянулся по стойке «смирно».
— Взяли по знакомству? — соэр не скрывал неприязни.
Такой маг не способен работать, как следует, только ест за государственный счет.
— Никак нет, благородный сеньор! — гаркнул Бурус. —Прикажете приступать?
Маг остановился позади Малиса. Тот, почувствовав опасность, вскочил, предпочел повернуться лицом к потенциальному врагу.
— Бросьте паясничать! — начинал терять терпение Брагоньер. Тон опасно повысился, грозя разрушить привычный лед. — Внеплановую проверку и внеплановую же переаттестацию местное управление уже заработало. Я позабочусь, чтобы ее провели сторонние люди. Возможно, придется всех уволить. А теперь приступайте к магическому допросу, — голос соэра стал прежним, упав с опасных высот.
— Вы делаете, я задаю вопросы.
Пристыженный Бурус кивнул и попросил некроманта пройти в пыточную. Малис заартачился. Сложив руки на груди, он потребовал, чтобы вопрос проводили здесь.
— Вы не в том положении, чтобы выбирать, — напомнил Брагоньер. — Либо идете сами, либо отдам приказ об аресте.
Некромант заскрежетал зубами и предупредил: — Каждая капля крови вам дорого встанет!
— О допросе с пристрастием речь пока не идет. — Тогда зачем Королевский прокурор натянул перчатки? — Вас всего лишь привяжут, чтобы не дергались.
Застенки Следственного управления Совера, как и все подобные помещения, располагались в подвале. Туда вели лестница в пять ступеней и узкий коридор, в который выходили запертые двери. Господин Кейл пояснил: тут находятся камеры предварительного заключения.
— Пустые? — прислушавшись, Брагоньер не различил ни звука.
Вряд ли в здании толстые стены, значит, камеры простаивают.
— По случаю грядущего праздника, — развел руками старший следователь.
Он взмок и проклинал начальника, которому вздумалось уехать на рыбалку. Иначе бы Главный следователь, а не господин Кейл развлекал требовательного гостя. Но, увы, судьба немилосердно подложила свинью. С другой стороны, господин Кейл — второе по старшинству должностное лицо управления, Королевского прокурора вполне могли поручить его заботам.
— И давно у вас выпускают обвиняемых по праздникам? —Брагоньер поборол желание уволить всех здесь и сейчас.
Определенно, начальство он сместит. Не Следственное управление, а бардак, погрязший в бумагах! Не жалобы же населения они так старательно переписывают на первом этаже.
— Так у нас городок тихий, — старший следователь отчаянно пытался сохранить должность. — Пьяницы, воры да дебоширы.
Проспятся, штраф заплатят и по домам. А убийцы, если таковые сыщутся, сидят в тюрьме.
Удовлетворившись, или сделав вид, что удовлетворился, Брагоньер вслед за провожатым вошел в пыточную. Следом неохотно шагнул Малис. Замыкал шествие судебный маг. Он на всякий случай заготовил заклинание, не доверяя темному.
Пыточные мало отличаются друг от друга, только размерами.
Везде развешаны по стенам цепи, стоят дыбы, столы для распятия, пышет жаром решетка, на которой алеют раскаленные щипцы. Здесь огонь не горел, зато полный набор инструментов присутствовал.
Соэр бросил косой взгляд на «Трон ведьмы» — ощерившееся шипами кресло с креплениями для конечностей жертвы и велел усадить туда Малиса:
— Подходящее место для некроманта. Разумеется, — заметив сгущавшуюся в глазах обвиняемого тьму, добавил Брагоньер, —шипы убрать и не привязывать. Я держу слово, господин.
Короткий взгляд, которым Королевский прокурор одарил собеседника, говорил: «Больше никаких выходок!»
Темный маг не спешил садиться, Бурусу пришлось потеснить его, а соэру — ласково провести рукой по дыбе. Брагоньер знал, как пользоваться механизмами боли и не хуже палача мог бы привести их в движение.
Малис с опаской опустился на «трон» и сложил руки на груди. Оковы не спешили защелкиваться, шипы замерли в пазах, но некромант не расслаблялся, в любой момент его могла настигнуть мучительная смерть. Только вот сил для убийства присутствующих Малису хватало, поэтому он улыбался: криво, с долей превосходства.
— Ну, начинайте! — поторопил темный маг. — Мечтаю скорее отвязаться от вашей братии.
Брагоньер кивнул, и Бурус приступил к наложению чар.
Малис равнодушно наблюдал за его действиями, позволил положить ладони на подлокотники, магически зафиксировать их, выпил «сыворотку правды». Он не боялся смерти, всего лишь не хотел умирать.
— И зачем этот балаган? — Некромант обвел глазами пыточную. — Еще бы палача позвали! Он бы постоял в углу, пощелкал хлыстом. Или бы целый взвод солдат пригласили.
— Не только маги любят эффекты, — пожал плечами Брагоньер и уселся на стул следователя, закинув ногу на ногу.
В нос ударили привычные запахи: железо, дерево, пыль, сырость. В пыточных Сатии к ним примешивалась кровь.
Эллина никогда не понимала любви супруга к подобным ужасам. В такие минуты она боялась Брагоньера, хотя смирилась с неприятной частью его натуры.
Разумеется, гоэта никогда не видела мужа за работой. Кроме одного раза, когда сама очутилась на пыточном столе. Однако тогда Брагоньер выбил признание страхом боли. Пожалел, не смог, хотя прежде не испытывал эмоций к обвиняемым, благодаря чему добился карьерных высот.
— Тешите самолюбие? — Малис покорно прикрыл глаза.
— Безусловно, — не стал отрицать соэр и чуть подался вперед. — Приятно вызвать хоть чуточку животного страха у существа, которое привыкло мучить других. Еще вопросы?
Пока маг готовится, можем обсудить парочку.
Брагоньер усмехнулся и смерил некроманта оценивающим взглядом. Тот кожей ощутил его и напрягся.
Два самца, ни один не отступит. И, несмотря на ненависть, каждый уважает другого за силу характера.
— Выставите вон лишние уши. Сомневаюсь, будто вы станете что-то записывать, а если вдруг, обойдетесь без писца.
— Каждый выполняет свою работу. Господин Кейл останется.
Малис не стал пререкаться.
Чары медленно, но верно проникали в кровь, оплетали тело лианами.
Некромант ощутил легкое жжение, на смену которому пришла боль. Все существо темного сопротивлялось подчинению чужой воле.
— Расслабьтесь, — посоветовал Брагоньер, заметив, как Малис сжал кулаки. Вены набухли, превратились в фиолетовую татуировку. — Даю слово, пыточный механизм не приведут в действие до окончания допроса. Я не стану интересоваться прошлыми делами, оставив их на совести инквизиторов других областей. Только убийство Элии Медиры.
Бурус удивился, когда мышцы подозреваемого расслабились.
Похоже, слово Ольера ли Брагоньера значило для некроманта больше любых бумаг.
Воздух над головой темного мага уплотнился. Небольшое серое облачко сгустилось из ничего и столь же стремительно исчезло.
— Готово? — поинтересовался Брагоньер.
По его мнению, судебный маг возился слишком долго.
Бурус кивнул и отошел к стене, скрестив руки на груди.
— Связать с вами, господин соэр?
— Разумеется.
Брагоньер одним движением поднялся на ноги и оперся ладонями о пространство между шипами на спинке кресла.
Господин Кейл прошмыгнул на освободившийся стул и достал папку с листами пронумерованной бумаги. Поставил дату и выжидающе уставился на соэра. Тот не торопился, ждал, пока судебный маг подаст сигнал.
Наконец допрос начался.
Малис тряпичной куклой обмяк в кресле. Связь между ним и даром была оборвана; аура проявилась, вспыхивала то алым, то черным пламенем.
Глаза закрыты. Губы плотно сжаты.
— Пожалуй, начнем с главного, — Брагоньер говорил тихо, спокойно, глядя строго перед собой. — Вы знакомы с Элией Медирой?
— Нет, — чужим, металлическим голосом ответил некромант.
Казалось, разговаривает марионетка — ни единый мускул не дрогнет, лишь шевелятся губы.
Соэр удовлетворенно кивнул. Солгать под магическим допросом подозреваемый не мог.
— Вам заказали убить женщину?
— Нет.
— За что заплатил заказчик?
Малис дернулся, попытался воспротивиться чарам, но проиграл.
— Помочь связаться с демоном.
Внешне Брагоньер оставался спокоен, но мысленно присвистнул. В его богатой практике подобных заказов пока не встречалось. Да, темные маги общались с демонами, но чтобы кто-то платил им за беседу! Распутывать эту ниточку соэр пока не стал, вернулся к сатийским убийствам. С каждым вопросом он убеждался: Малис непричастен к делу о наркотиках. Его выманили сюда и подставили. И сам заказ, и место встречи, и личность клиента лишь укрепили догадку.
— Достаточно! — хлопнул в ладони Брагоньер и потребовал: — Протокол допроса и его копию, господин Кейл. И без глупостей.
Следователь расслышал угрозу в спокойной, брошенной мимоходом фразе, и решил не искушать судьбу. Начальнику лучше не знать об истинной причине визита Королевского прокурора. Ничего, господину Кейлу не привыкать, придумает очередную ложь.
Бурус освободил Малиса от чар, и тот поспешил встать.
Слово словом, но допрос закончен.
— Поздравляю, обвинения сняты. Только в убийстве, —подчеркнул Брагоньер и направился к двери. — Прошу за мной, — бросил он через плечо.
Темный маг недобро зыркнул на служителя закона и не сдвинулся с места.
— Предпочитаете остаться здесь? — поднял брови соэр.
— Предпочитаю больше вас не видеть, — признался Малис.
Хватит! Подозрения сняты, нужно предупредить заказчика до того, как до него доберутся солдаты. Некромант не сомневался, несмотря на деланное безразличие, Ольер ли Брагоньер запомнил каждое слово.
— Придется, — припечатал соэр, — если хотите жить. Я вожусь с вами только ради долга.
Малис неохотно поплелся к двери и, поравнявшись с Королевским прокурором, шепотом со скрытой угрозой поинтересовался:
— Не боишься?
Ответом стало ледяное молчание.
Бурус на всякий случай встал за спиной у некроманта, чтобы успеть среагировать на всплеск энергии, развеять заклинание.
Ладони вспотели.
Настоящий темный маг! Прежде Бурусу не приходилось так близко стоять у края могилы.
Не в этот раз.
Малис криво улыбнулся и последовал за Королевским прокурором. Тот быстро, порывисто шагал по коридору.
Никакой суетливости или страха — Брагоньер всего лишь не хотел терять времени. Он ощущал присутствие Малиса, внутренне подготовился к нападению. Шансы невелики, но если вовремя среагировать… По сути, у него минута, не больше. Обездвижить и нанести удар. Легче — колющий, для рубящего не хватает пространства для маневра. И опять-таки время…
Пальцы сжали рукоять меча и чуть вытащили его из ножен.
Да, именно так. Отточенным движением, сразу.
Ольер ли Брагоньер не был кабинетной «крысой». Пусть он не нюхал запаха крови на полях сражений, оружием пользовался не раз и не два. Отец позаботился о должном образовании наследника, и он покорно жил по военному распорядку целых десять лет. Они наложили отпечаток на поведение и мысли соэра. Хотя, положа руку на сердце, характер Брагоньера сочетался только либо с плацом, либо со зданием суда. Будущий Королевский прокурор Сатии выбрал последнее и не прогадал.
Так или иначе, постоять за себя и защитить других Брагоньер умел.
— Не отпустите? — Малис констатировал очевидное.
Они вышли на дневной свет.
Соэр подслеповато щурился на солнце.
Одна нога выставлена вперед, вторая чуть оставлена —боевая стойка.
— Нет, — Брагоньер не собирался играть.
— На каком основании?
— Мне не нравятся ваши заказы и род занятий, —Королевский прокурор обернулся.
Цепкий взгляд пробежался по лицу собеседника.
Некромант поджал губы и тоже занял оборонительную позицию.
Достойный противник, матерый!
— Я тоже не в восторге от ваших, — Малис сплюнул на мостовую.
Верх неприличия, в сложившихся обстоятельствах — вызов, но соэр не поддался на провокацию — не мальчишка.
— Замечательно, господин, отношения мы выяснили.
Надеюсь, — прокурор особо подчеркнул последнее слово, —на сотрудничество. Убийств и прочих противоправных вещей за вами немерено, если потребуется, — пришла пора
Брагоньеру приподнять уголок рта, — за сутки вынесу приговор.
— Давно не жгли ведьм?
Пикировка затягивалась.
Мужчины стояли друг против друга, схлестнувшись в словесном поединке. Поза каждого выражала крайнюю степень напряжения. Достаточно одного резкого звука, и пружина распрямится.
— Можем вернуться, — пожал плечами соэр.
Периферийным зрением он заметил господина Кейла и прищелкнул пальцами. Понятливый следователь позвал солдат.
В ответ Малис погладил раухтопаз на пальце и лениво опутал пальцы грозовым облачком.
— Это выбор? — В сложившихся обстоятельствах Брагоньер сохранял поистине ледяное спокойствие. — Эллина расстроится, но ничего, полезно. Одной иллюзией меньше.
— Хорошо, — отрывисто, злобно согласился некромант и развеял заклинание, — я иду с вами. Жить, знаете ли, хочется, господин инквизитор. А вам нет, тем и взяли.
Соэр вопросительно приподнял брови и раздраженно отослал солдат прочь. Они не потребовались, темный признал чужую силу.
— Страха нет. Или полагали, чары безобидные, а то и вовсе блеф? — Малис пристально наблюдал за выражением лица оппонента.
— Я не маг, не владею классификацией темных заклинаний, но не сомневаюсь, вы собирались меня убить. Трусам нет места среди следователей. Можете считать, — соэр едва заметно улыбнулся, криво, половиной рта, — страх я растерял во время практики. А теперь к делу. Сначала заказчик, господин Вер, затем ужин и долгие дружеские беседы. Не сомневаюсь, — ответил на немой вопрос Брагоньер, — жена захочет с вами поговорить. Я любезно предоставлю такую возможность.
— Оставите наедине? — К Малису вернулось прежнее ехидство.
Скверная ситуация, однако главных неприятностей удалось избежать. Стать собачкой инквизитора — унизительно, но лучше, чем корчится на дыбе.
Судьба не в первый раз сводила мужчин. Малис чтил Сорату, пусть и не следовал ее заповедям, и верил, что богиня ничего не делает просто так. Ведь не окажись Ольер ли Брагоньер в Совере, местное правосудие могло без суда сжечь некроманта на потеху сонному городку. Доказательства умело сфабриковали, мало, придумали новые, род занятий —отягчающее обстоятельство, а тут еще и заказ…
Заказ!
Некромант сжал кулаки и выругался.
Брагоньер терпеливо ждал, пока он заговорит. И вовсе не об Эллине или предстоящей прогулке в неприятной компании —именно так приходит озарение.
— Убить его вы, конечно, не позволите? — некромант начал с вопроса.
— Нет. Итак?
— Будет вам встреча с заказчиком. Уж познакомьте его с судебными магами! — осклабился Малис.
Брагоньер медленно кивнул, давая понять, он понял.
Неужели ниточка?
Ну да, вызов демона — странная просьба. Чернокнижники не прибегают к услугам посторонних, а прочие люди просят убить, помочь, а не стать посредником между мирами. Другое дело, если маг слабый, тогда ему банально не вытянуть переход.
Помнится, в Сатии тоже орудовал колдун…
Артефакт переноса по силам освоить даже Эллине, было бы желание и достаточно знаний. Хватило бы и базового накопителя для увеличения потенциала. К сожалению, специалисты Следственного управления не умели определять вид и степень подпитки силой живых, только у трупов, но убили человека, а не мага.
— Условия? — Брагоньер больше не разменивался на детали.
— Вдвоем. Солдаты в засаде, иначе вспугнем. Вы тоже не светитесь.
Соэр кивнул.
Нет, не ловушка. Прокурор изучил поведение темных, конкретно этого в силу обстоятельств знал и вовсе хорошо —Малис жаждал мести, а не крови служителей закона.
— Когда?
— Сразу после заката, в склепе. Идемте!
Поведение некроманта изменилось кардинальным образом.
Если прежде он зубоскалил, нехотя плелся позади, теперь стал лидером, рвался действовать.
До кладбища добрались быстро. Иногда Брагоньеру казалось, темные чуют запах тлена как собаки — дичь. Малис остановился только раз, задумался, припоминая дорогу, и юркнул в узкий проулок. Соэр прибавил шагу, чтобы не отстать. Он старался вычислить баланс энергии спутника. Если темной станет слишком много, лучше уничтожить Малиса.
Слово словом, а спокойствие горожан дороже. Изнасилование — самое мелкое, на что способен некромант во власти Тьмы.
Но вот и ограда.
Кладбище Совера не отличалось от себе подобных. Те же густо разросшиеся деревья, та же обвалившаяся ограда и ряды могил. Часть надгробий разрушилась, и только старожилы знали, кто там похоронен.
Косые солнечные лучи отбрасывали длинные тени. Брагоньер шагнул в одну из них и прислонился спиной к замшелому камню. Отсюда он хорошо видел Малиса.
Ближайший гарнизонный пост на углу квартала. По идее, соэр успеет обернуться до заката, но можно ли доверять темному? Что мешает некроманту убить заказчика и сбежать?
Королевский прокурор вздохнул.
Допросить душу можно, но овчинка не стоит выделки. Пока найдешь специалиста, сойдешься в цене… Опять же суд ценит свидетельства живых: при всех клятвах призраки остаются призраками.
Однако выбора нет. Не самому же заламывать руки неизвестному! Геройство — это хорошо, но не в данном случае.
Кольцо инквизитора сняло все вопросы.
Сержант закрыл рот, залебезил и тут же отрядил на кладбище солдат. Брагоньер рассредоточил их по периметру, дал строгие указания и направился на поиски Малиса.
Меч приятно отяжелял пояс, бился о бедро — соэр не желал рисковать.
Вопреки опасениям, некромант не сбежал. Брагоньер видел краешек тени сквозь глазницы оконных проемов склепа.
Вдобавок Малис пару раз показался, якобы нетерпеливо выглянул.
Соэр успокоился и поискал глазами укрытие. Пожалуй, вот то дерево подойдет. Достаточно близко от склепа, в то же время с трех сторон прикрыто могилами и дает достаточно тени. Когда стемнеет, Королевский прокурор станет практически невидимым.
Оставалось ждать.
Заказчик оказался пунктуальным. Стоило лучам солнца в последний раз лизнуть землю и разбежаться по небосклону лиловыми прерывистыми полосами, как на одной из дорожек появилась закутанная в плащ фигура. Неизвестный передвигался крадучись и явно не хотел, чтобы его заметили.
Откуда он взялся посреди сгущающихся сумерек, Брагоньер не знал, что только укрепило подозрения насчет рода занятий заказчика.
Пожалуй, подставить под удар некроманта — неплохая идея.
Если одним темным магом станет меньше, Тордехеш не заплачет. Соэр надеялся, когда-нибудь они и вовсе исчезнут —скверна, зараза на теле государства.
Незнакомец направлялся к склепу.
Малис пока никак не проявлял себя.
Брагоньер насторожился. Тело звенело от напряжения.
Мужчина шагнул в склеп.
«Ну же, — вопил внутренний голос соэра, — выведи его наружу!»
Королевский прокурор сжал кулаки, чтобы удержаться от необдуманного шага.
Рано, слишком рано для условного знака! Солдаты все испортят.
Будто услышав чужие мысли, Малис изменил декорации.
Теперь соэр слышал его голос — приглушенный свистящий шепот. Брагоньер подобрался достаточно близко, чтобы не упустить ни слова — не только темные умели передвигаться бесшумно, военных, пусть даже после окончания пансиона выбравших гражданскую стезю, учили тому же.
— Деньги при вас? — некромант тянул время.
— Я достаточно вам заплатил, — напомнил собеседник.
Голос незнакомый, но Королевский прокурор не спешил с выводами. Может статься, они обменивались скупыми рукопожатиями в светских гостиных, но не доходили дальше разговоров о погоде. Интуиция упорно твердила: убийцу виконта Ройса ли Трувеля надлежало искать в высшем свете.
Скорее всего, тот потревожил наркоторговца, за что и поплатился. Остальные жертвы стали продолжением цепочки.
Продавец «Пыльцы счастья» вхож в высший свет, вел дела с таким врачом, как господин Женд. Ну не стал бы наркоторговец обзаводиться вторым помощником, достаточно убитого наемника. Раз так, он и есть тот маг. Как вариант, существует покровитель и исполнитель — таинственный третий из кабинета Женда. В любом случае без аристократии не обошлось.
Очередное громкое дело!
Ноздри Брагоньера раздулись в предвкушении крови.
Какая же рыбка попалась: самая крупная или помельче? Но самое главное, в деле, наконец, наметились подвижки.
Слишком много смертей и ни одного подозреваемого.
— Обстоятельства изменились, — Малис подпер плечом косяк. — На меня охотятся.
— Не мои проблемы, — отрезал заказчик.
— Ошибаетесь, ваши, — покачал головой некромант и, сделав резкий выпад, прижал лицо собеседника к холодному камню. Пальцы сдавили горло. — И вы их создали.
Брагоньеру показалось, будто он услышал хруст костей. Ну да, наверняка Малис втиснул беднягу в стену, лишив возможности двигаться. Как оказалось, недостаточно. Заказчик оказался сильным противником, вывернулся из захвата.
Грохот и звук падения тела возвестили: пришла очередь некроманта познакомиться с твердыми могильными плитами.
Яркая вспышка.
Соэр встрепенулся.
Накопитель! Его золотистое свечение ни с чем не спутаешь.
Шипящий звук заставил замереть. Меньше всего на свете Брагоньер хотел пасть жертвой заклинания, предназначенного другому.
Однако пора действовать, пока местному следователю не пришлось описывать трупы. Магические дуэли мирно не заканчиваются, особенно в замкнутом пространстве.
Королевский прокурор решительно шагнул вперед и щелкнул огнивом. Фонарь занялся быстро, выхватив из темноты бледные напряженные лица, два черных шара, напоминавших клубки змеи, и вязь узора на запястье одного из мужчин.
Именно он активировал магический накопитель. Базовый. Но обольщаться не стоило, возможно, перед Брагоньером не гоэт, не маг третьей степени, а более опасный противник, который не стал тратить на врага трудоемкий артефакт.
— Именем закона! — Холодная сталь уперлась в спину заказчика. — Без глупостей, — посоветовал Брагоньер и освободил вторую руку, поставив лампу в проем выбитого окна. — Ни побег, ни убийство не прибавят шансов избежать наказания.
Мужчина — в меру высокий и плотный шатен — дернулся и бесстрашно, проявив чудеса ловкости, ухватился за клинок и отвел его в сторону. Глубокий порез и капавшая на пол кровь, похоже, ничуть его не волновали.
Соэр подгонял время, досадуя на неторопливость Малиса и солдат. Пока они проснутся, незнакомец сбежит.
Подозреваемый попытался скрыться привычным способом —через дверь, оттолкнув Брагоньера, но встретил отпор.
Королевский прокурор обошелся без меча, ударом в предплечье остановил чужое движение. Малис закончил дело, лишив сыпавшего проклятьями шатена возможности двигаться.
— Довольны? — некромант покосился на поверженного врага.
— Вполне, — кивнул соэр и бросил подоспевшим солдатам: — В камеру его. Займусь завтра.
Только сейчас, когда задержанного увели, Брагоньер ощутил усталость. Она навалилась как снежный ком, напомнив, сколько времени он провел на ногах. Сначала трясся в седле, затем искал и допрашивал Малиса. Теперь еще кладбище…
— Идемте, господин Вер, — соэр не позволил слабости взять вверх. — Так и быть, угощу вас выпивкой. Заслужили.
— Почту за честь, — издевательски рассмеялся некромант и посоветовал: — Только на брудершафт со мной не пейте.
— Даже не собирался. Мы любим разные напитки, —расставил точки Королевский прокурор и, убрав меч в ножны, зашагал к воротам.
Сейчас его не волновало, следовал ли за ним Малис. Отныне маг сам выбирал свою судьбу.