ГЛАВА 13
Наконец‑то завтра настало! Утро выдалось на удивление ясным — солнечные лучи пробивались сквозь тонкие занавески, рисуя на полу интересные узоры. Солнечные зайчики мне сегда поднимали настроение! Я проснулась бодрячком, с непривычной лёгкостью в теле и трепетом в груди. Никогда ещё день не ждал меня с таким нетерпением — словно сама вселенная подталкивала вперёд, к чему‑то новому.
А вот Лёша со своими подколками за вчерашний вечер весь мозг вынес. Даже когда легла спать, покоя не было. Залезаю под одеяло — а там крошки на простыне. Вот же гад! Наверняка нарочно, в отместку за тот случай с кофе на голове. Так до утра и провертелась, с боку на бок, то проваливаясь в полудрёму, то снова просыпаясь от раздражения, ожидая очередного подвоха. В голове крутились обрывки мыслей: «Ну почему он не может просто вести себя нормально?», «Почему обязательно надо всё испортить?», а потом вдруг — неожиданный проблеск: «А может, он просто так проявляет внимание?» От этой мысли я даже села, потрясла головой, отгоняя её. Нет уж, хватит искать оправдания его выходкам.
Умывшись и приняв душ — вода помогла смыть остатки сна и тревоги, — я тихонько собираюсь. Подруга и её брат ещё спят: из комнаты Оли доносится её пыхтение и сонное бормотание, а из гостиной, где устроился Лёша, — тихое похрапывание. Стараюсь двигаться бесшумно. На кухне оставляю записку: «Ушла на новую работу. Потом расскажу всё подробно. Спасибо за ночлег! Целую, Варя».
Выскальзываю из квартиры, тихо прикрываю дверь, спускаюсь по лестнице — и вот я уже на улице, вдыхаю свежий утренний воздух. Маршрутка приходит удивительно быстро, даже ждать не пришлось — словно сама судьба сегодня на моей стороне. Сажусь у окна, прижимаю пакет к груди и улыбаюсь. Никто грязью из лужи не облил, никто не толкнул в спину, я не поймала на себе даже привычных косых взглядов — всё складывается как нельзя лучше. «Наверное, сегодня мой день!» — мысленно отмечаю, чувствуя, как внутри разливается приятное предвкушение.
Дорога до кафе занимает чуть больше получаса. В окне мелькают городские пейзажи: спешащие на работу люди, витрины магазинов, уже открывающих свои двери, первые кофейни с ароматным дымом из труб. Я ловлю себя на мысли, что улыбаюсь всё шире — будто сама жизнь наконец‑то даёт мне шанс начать что‑то новое.
Вот он, адрес, верный — небольшая вывеска с названием висит над дверью. Захожу, и тут же приветственно звенит колокольчик, подвешенный над проёмом. Оглядываюсь по сторонам — и невольно замираю от восхищения.
Уютно. Очень уютно. Всё в сдержанных тонах: стены окрашены в мягкий серо‑бежевый, мебель из светлого дерева, на столах — простые, но стильные скатерти в клетку. Минимализм, но без холодности: на подоконниках стоят горшки с живыми цветами, на стенах — несколько картин с абстрактными узорами. Воздух наполнен тонким ароматом свежемолотого кофе, и у меня тут же просыпается аппетит.
— О, Варвара! Ну, привет! — произносит Степан, неожиданно выглянув из‑за угла. В руках у него стопка блокнотов для меню, но он тут же откладывает их на ближайший столик. — Смотрю, ты пташка ранняя. Кофейку?
— Здравствуйте… — слегка смущаюсь, чувствуя, как кончики ушей теплеют. — Да, от кофе не отказалась бы. Только не спрашивайте, какой — я в этом совсем не разбираюсь, — сажусь за столик у окна, аккуратно ставлю рядом пакет с рубашкой и окидываю взглядом помещение. Утренний свет льётся сквозь большие окна, подчёркивая тёплые оттенки дерева на стенах и мебели.
Мужчина, кивнув, идёт к профессиональной кофемашине у стойки. Нажимает пару кнопок, запускает процесс — и сразу же помещение наполняет насыщенный, глубокий аромат свежемолотых зёрен. Я невольно втягиваю носом этот запах, чувствуя, как просыпаюсь окончательно.
Степан ловко орудует инструментами: засыпает зёрна, утрамбовывает их, устанавливает рожок. Через пару минут передо мной появляется чашка идеального кофе — с ровной, бархатистой пенкой, на которой с помощью какао мастерски нарисовано маленькое солнышко. Рисунок получился аккуратным: лучи расходятся симметрично, а центр — чуть более тёмный, будто настоящий диск светила.
Этот маленький жест сразу поднимает настроение — кажется, будто день и правда начинается с улыбки.
— Спасибо… — тихо говор, невольно улыбаясь. — Можно было и попроще, такой кофе, наверное, дорогой…
— Ерунда, — машет рукой Степан, присаживаясь напротив. — Для хорошего начала дня ничего не жалко. Тем более с таким сотрудником. Для тебя напитки в безлимите.
— Кстати, да, вот ваша рубашка, — протягиваю пакет, стараясь не выдать волнения. — Постирала, погладила, как смогла. Надеюсь, ничего не испортила…
Степан берёт пакет, заглядывает внутрь, достаёт рубашку — она аккуратно сложена, ткань выглядит свежей и гладкой. Он проводит рукой по рукаву, удовлетворённо кивает.
— Можно было и не возвращать... Но спасибо, что позаботилась. Это очень по‑доброму.
Он откладывает пакет в сторону и смотрит на меня.
— Попьёшь, и начнём работу, — продолжает он. — Сначала обсудим меню, потом покажу кухню — она у нас небольшая, но оборудованная по последнему слову техники. А потом, может, попробуем что‑то приготовить вместе. Что скажешь?
Отпиваю глоток кофе — он идеальный!
— Божественно! — я делаю ещё один глоток, закрываю глаза от удовольствия и невольно улыбаюсь. — Похоже, теперь я люблю кофе! Раньше только растворимый пила…
— Какой ужас, — Степан морщится так выразительно, что я не могу сдержать смешок. — У растворимого вообще вкуса нет. Да и ничего общего с кофе, в принципе. Это как… — он задумывается на секунду, подбирая сравнение, — как слушать запись концерта через динамик телефона вместо того, чтобы оказаться в зале вживую. Разница колоссальная! А кофе капучино, это так, на всякий случай.
Киваю, наслаждаясь и напитком, и этой лёгкой беседой. Кофе действительно потрясающий.
Потом экскурсия по рабочему месту, и разработка меню. Ну, привет, работа!