Глава 5. Сделка с демоном

Ева ненавидела эту воду, всю свою жизнь. Точнее столько сколько себя помнила. После того как родители утонули, страх воды стал почти болезненным. Она даже в ванной не задерживалась дольше необходимого.

А тут — Нева. Тёмная, холодная, бездонная. От одного взгляда на тёмную муть сводило живот. Ева держалась за холодный парапет, пальцы давно замёрзли. Стояла на узком карнизе над водой. Ветер с реки хлестал в лицо и дёргал плащ.

Она не хотела прыгнуть. И страстно этого желала.

Пять лет бестолковой, больной привязанности. Она трепетно хранила Костины фотографии, пересматривала интервью и передачи, ловила каждое его слово. Он просто сказал «красивая» — и пошёл танцевать с другой девушкой. И даже не распаковал коробку с её подарком.

Ева жалела себя до тошноты. И одновременно ненавидела за эту жалость. Если сейчас шагнёт вниз, никто не вспомнит о ней. Ну, кроме бабушки. Бабушка будет плакать, ведь она останется одна. Но бабушка сильная, справится, она похоронила свою дочь и зятя, теперь дошла очередь до внучки. И подруга Катя, у неё такая суетная работа, что за новыми рецептами, через несколько месяцев забудет и она.

Ева перехватила перила, перенесла вес тела вперёд, готовая сделать шаг.

— Только не говорите, что собрались прыгнуть.

Ева вздрогнула так сильно, что чуть не сорвалась. Повернула голову на голос — и увидела того самого незнакомца с балкона. В чёрном плаще, накинутом поверх рубашки. Он стоял в двух шагах, облокотившись о перила набережной с безопасной стороны, и спокойно смотрел на Еву. Тёмные волосы намокли от мелкого дождя, шрам на брови стал отчётливее. Часы с красным циферблатом неизменно блестели в свете уличных фонарей.

— Вот ещё, много чести! Вы следили за мной? — голос Евы охрип от волнения и холода. — Что вам от меня нужно?

— Если бы я следил за вами, вы бы этого не заметили.

— Очень успокаивает, — язвительно бросила Ева.

Мужчина не двинулся с места, только хищно улыбнулся. Во взгляде ни насмешки, ни снисходительности.

— Готов поспорить, что вода там адски холодная. — Кивнул на реку. — Долгая и мучительная смерть.

— Я не собираюсь прыгать! — выпалила Ева, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. — Я же не сумасшедшая!

— Вы отчаявшаяся женщина, — поправил он спокойно. — Послушайте меня Ева, я хочу предложить вам сделку.

Девушка хмыкнула.

— Я не покупаю мужчин на ночь.

Незнакомец расхохотался — громко, Еве показалось, что это настоящий осенний гром, а не простой смех.

— Такого мне ещё не говорили. — Он вытер уголок глаза. — Ева, я серьёзно. Я предлагаю вам заключить договор. Вы мне симпатичны. Я решил сделать для вас эксклюзивное предложение.

Ева нахмурилась, но с перил слезать не спешила. Всё ещё стояла на карнизе, держась за холодный металл.

Незнакомец протянул ей руку — широкую ладонь, смуглую, с длинными пальцами.

— Меня зовут Адам, — представился он.

Ева недоверчиво зыркнула.

— Вы смеётесь надо мной?

— Разве на планете уже не существует такого имени?

— Существует, — выдавила она. — Но так не бывает. Я Ева, а вы — Адам. Как в Библии.

— Вам показать мой паспорт? — Он хищно улыбнулся и по-прежнему не сводил с неё глаз.

От Адама странно веяло горячим огнём, и ещё отдалённо пряным, скорее дымом. Ева почувствовала, как по спине пробежал холод, а лицо, наоборот, обдало жаром. Ветер с реки леденил кожу, но от этого мужчины исходило живительное тепло. Она не знала, что делать. Но странное чувство опять заставило повиноваться и протянуть ему руку.

Ладонь Адама оказалась горячей. На контрасте с ледяными пальцами Евы — почти обжигающей. Она замёрзла насквозь, пока стояла на ветру, и теперь это тепло разлилось по запястью, по предплечью, будто электрический ток. Странное ощущение — одновременно мёрзнуть и гореть.

Адам помог ей перелезть через перила. Ева спрыгнула на гранит, отряхнула мокрый плащ.

— Вы плакали.

— Не ваше дело, — раздражённо выдохнула она.

— Всё верно, пока не моё.

Незнакомец не стал спорить, поэтому её агрессия начала постепенно угасать.

«Он явно не виновен в том, что я не нужна Косте».

— Вы слишком много думаете, Ева.

— Это преступление?

— Нет, но иногда из-за этого люди пропускают собственную жизнь.

Эта фраза почему-то задела сильнее предыдущих.

«Когда я в последний раз делала что-то для себя?» — думала Ева. «Не для работы, не для бабушки и Кати. И не ради очередной надежды, связанной с Костей?»

— Спасибо за занимательный разговор, — бросила Ева. — Всего доброго, Адам.

И шагнула в сторону метро. Но не прошла и пяти шагов, как услышала за спиной:

— Ева, хотите, Константин будет принадлежать только вам?

Она остановилась как вкопанная. Обернулась.

«Я хотела этого так же отчаянно, как дышать».

— Что вы имеете в виду?

Адам стоял на том же месте, положив руки на поясе. Дождь стекал по его плащу и волосам.

— То, что он будет к вам привязан. И вы сможете проводить вместе столько времени, сколько захотите сами. Костя будет смотреть только на вас, Ева.

— Это невозможно!

— Со мной возможно всё. Как я говорил раньше, — оборвал незнакомец, — я предлагаю вам сделку. И могу исполнить ваше желание.

— Вы что, джинн? — Ева скрестила руки на груди. — У меня будет три желания? Но я даже не тёрла вашу лампу.

Адам рассмеялся — тише, но с той же демонической искрой. На мгновенье он стал выглядеть моложе.

— Увы, я не джинн. Но тоже способен исполнять желания отчаявшихся людей.

Ева нахмурилась. В голове шумело от остатков шампанского, холода и этой абсурдной беседы.

— Я поняла. Вы просто немного перебрали этим вечером. Всего хорошего, Адам. Не злоупотребляйте спиртным.

Развернулась, поспешно зашагала вдоль набережной. Потом свернула в переулок. Ветер свистел в ушах. Ева заставила себя не оборачиваться.

Как вдруг, Адам возник из-за поворота. Стоял прямо перед ней. И смотрел так, будто ждал её здесь всё это время.

Ева вскрикнула от неожиданности.

— Что за чёрт?! — завопила она. — Как вы так быстро здесь оказались? Вы же были там!

Он пожал плечами абсолютно невозмутимо.

— Ева, я говорю серьёзно. И советую вам не упускать этот шанс.

Дождь усилился и хлестал по лицу, но она не чувствовала холода. Только этот странный жар, который исходил от незнакомца.

— Ну хорошо, — выдавила Ева, сама не веря своим словам. — Допустим, я соглашусь. А что я должна буду вам в обмен на желания? Свою душу?

Адам улыбнулся, только губами, глаза остались предельно серьёзными.

— Поцелуй. За каждое ваше желание.

— Что? — Ева поперхнулась. — Вы это серьёзно? И всё?

Ева непроизвольно перевела взгляд на его губы.

— Не считайте, что это мало. — Его тёмные глаза сверкнули в свете фонаря. — Для меня будет достаточно.

— Сколько всего желаний мне положено?

— Семь, — ответил он. — Ровно семь. Я намного лучше, чем джинн.

— Но кто вы такой?!

Адам подошёл к ней вплотную. Так близко, что она чувствовала его горячее дыхание. В носу защипало от запаха огня и серы. Ева хотела отшатнуться, но ноги не слушались. Он улыбнулся. И в этой улыбке не было ничего человеческого.

— Я демон, — протянул тихо.

И в тот же миг у Евы всё перед глазами закружилось. Сначала — будто тень за его спиной стала глубже. Она моргнула — и на одно мгновение, всего на секунду, увидела огромные чёрные крылья. Распахнутые, мощные, с хищными перепонками. А его чёрные глаза на миг засветились алым, как раскалённые угли.

Ева едва не закричала от шока. Дыхание сбилось от подскочившего пульса.

«Этого не может быть! Это просто сон — думала она».

Адам отошёл на шаг, и крылья исчезли. Перед ней вновь стоял обычный мужчина в чёрном плаще, с мокрыми волосами и шрамом на брови. Только улыбка у него оставалась слишком дьявольской.

— Ну что, Ева? — спросил он, и голос звучал почти буднично. — Заключим договор?

В груди девушки билось сердце, готовое выскочить наружу. От него всё ещё шёл жар, и по спине бежал холод, смешиваясь в странный, почти болезненный коктейль.

— Семь желаний, — прошептала она. — За семь поцелуев.

— Именно.

— И если я захочу, чтобы Костя меня полюбил?

— Он полюбит. До самой смерти. — Адам кивнул для убедительности. — Но есть определённые условия: желанием нельзя убивать и воскрешать мёртвых. Нельзя желать власти над демонами. И естественно просить новые желания. Ты загадываешь свои семь желаний — я исполняю. И каждый раз ты платишь поцелуем. Идёт?

Ева думала о Косте, который танцевал с брюнеткой. О своей дурацкой комнате с фотографиями. О том, как стояла сейчас на перилах, готовая шагнуть вниз.

— А если я не соглашусь на сделку? — уточнила она на всякий случай.

— Тогда ты просто вернёшься домой, к своему алтарю из его фоток, — бросил Адам. — Будешь дальше страдать. Надеяться на его внимание. Пока не превратишься в старую деву с двадцатью кошками. Или пока в следующий раз не решишь прыгнуть в ненавистную воду. Выбор всегда будет за тобой.

Ева закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. Внутри всё горело и мёрзло одновременно.

— Я согласна, — выдохнула она, понимая что это настоящий бред.

Адам улыбнулся — той самой хищной улыбкой.

— Отлично, — бросил он совершенно по-деловому. — Тогда твоё первое желание?

Ева посмотрела на небо, затянутое тучами, и выдохнула.

— Я хочу, чтобы Константин Ивлев был моим парнем. Чтобы он смотрел на меня так же, как и на девушку в сером платье, на сегодняшнем фуршете.

Адам понимающе кивнул.

— Будет исполнено, — торжественно выпалил демон. — Но запомни, Ева: за каждое исполненное желание, я забираю твой поцелуй. И ты уже не можешь отменить сделку.

Он протянул ей руку, и Ева, не раздумывая, вложила в неё свою ладонь. Его пальцы сомкнулись вокруг её запястья — горячие, уверенные.

— Договор заключён, — выдохнул он и глаза вновь сверкнули красным огнём.

В тот же миг ветер стих. Как по щелчку резко прекратил идти дождь.

«Так не бывает. Это всё правда сон. Я сейчас проснусь, дома и всё будет по-прежнему».

Ева сделала шаг назад, освобождая руку. Адам не удерживал.

— Завтра утром, — бросил демон, — ты увидишь результат. А пока иди домой. Бабушка уже заждалась. И мой тебе совет: обязательно её обними.

Она хотела спросить, откуда он знает про бабушку, но передумала.

— А если я захочу использовать следующее желание? Как я тебя найду?

Адам провёл рукой по волосам.

— Произнеси моё имя три раза, и я сразу же появлюсь.

Ева удивлённо вскинула брови.

«Естественно, по-другому и быть не могло».

Повернулась и пошла по мокрому асфальту, не оглядываясь. Каждый шаг отдавался в груди странным теплом.

Сзади, как ей показалось раздался взмах огромных крыльев. А когда она обернулась — никого уже не было. На мокром асфальте не осталось ни следов, ни тени. Только фонарь горел, освещая пустынную улицу.

Ева тряхнула головой и пошла дальше.

«Семь желаний, договор с демоном. Я сошла с ума!» — пронеслось в голове.

И побрела домой, потирая невидимую печать на запястье — обожжённую, будто только что прикоснулась к раскалённому железу.