Глава 13

– Так, – произнёс Леонид почти будничным тоном, на какой видимо был способен. – Уважаемая белка. Давайте поговорим как цивилизованные существа.

Белка дёрнула ухом. Джесси тихо заскулила.

– У вас есть орех, – продолжал Леонид, не делая резких движений. – У нас – карета, которая скоро вернётся к фонтану. Там много деревьев. Там ваши коллеги. Там, вероятно, есть ещё орехи. А здесь – собака, которая хочет с вами поиграть. Собака большая. И лошади, которые, поверьте, гораздо нервнее вас.

Белка склонила голову набок, будто обдумывая услышанное. Орех в её зубах дрогнул.

– Я предлагаю сделку, – он медленно, очень осторожно запустил руку в карман. – Вы покидаете карету. А я... – он извлёк откуда-то маленькую шоколадную конфету в золотистом фантике. Кажется, из того же лотка, где покупал брелок. – ...я отдаю вам вот это. Белки любят сладкое. Это математический факт. Проверенный.

Белка понюхала воздух. Шоколад, кажется, сделал своё дело – её носик задёргался, орех чуть не выпал из зубов. Она посмотрела на Леонида, на конфету, на Джесси, которая уже почти рыдала от желания лизнуть новый пушистый объект. И приняла решение.

Прыжок – и вот она уже на подоконнике открытого окна. Второй прыжок – и Леонид ловко, почти неуловимым движением, забирает у неё орех и вкладывает конфету. Белка издаёт короткий писк и вылетает в окно. Рыжий хвост мелькнул в воздухе, исчезая в ветвях.

Повисла тишина. Только колёса кареты мягко шуршали по гравию, и Джесси, разочарованно вздохнув, снова уронила голову на мои колени.

Леонид повернулся ко мне. В одной руке он держал орех – самый обычный фундук. В другой – поправлял очки, которые слегка съехали на кончик носа во время спасательной операции.

– Вот, – он протянул мне орех. – Это, кажется, вам. В качестве сувенира.

Я смотрела на него во все глаза.

– Вы только что... провели переговоры с белкой?

– Да.

– И дали ей взятку шоколадной конфетой?

– Это была не взятка. Это был взаимовыгодный обмен. Белка получила десерт, мы получили свободу, а вы получили орех. В математике это называется оптимальным решением.

– Вы... – я всё ещё не могла подобрать слов, – вы вообще нормальный?

– Нет, – он улыбнулся, и улыбка эта была до ужаса довольной. – Я математик. Я же предупреждал.

Я расхохоталась. Смех душил меня, и я хохотала, согнувшись пополам, пока Джесси не забеспокоилась и не ткнулась носом мне в щёку. Леонид смотрел на меня сияющими глазами, и в этих глазах не было ни тени смущения – только тихое, спокойное счастье.

– Знаете, – наконец выпрямилась, вытирая выступившие слёзы, – когда я проснулась сегодня утром, я даже представить не могла, что день закончится белкой в карете.

– А должны были, – он осторожно, словно спрашивая разрешения, накрыл мою ладонь своей. – Рядом со мной всегда возможны нештатные ситуации. Я же предупреждал: я трудный человек.

– Вы не трудный, – я перевернула ладонь и переплела наши пальцы. – Вы просто... уникальный.

– Это комплимент?

– Это констатация факта.

Он улыбнулся и чуть сжал мои пальцы. За окном проплывал парк – сирень, розы, каштаны. А карета везла нас обратно к фонтану, и впереди был вечер, и завтрашний день, и послезавтрашний. И я вдруг поняла, что хочу, чтобы во всех этих днях был он.