Глава 21

Пересдача закончилась только к вечеру. Из кабинета выходили последние студенты – с широкой улыбкой, с тихим, но искренним облегчением. Я стояла у стены, всё ещё прижимая к груди помятую ведомость, которая успела превратиться из бесполезной бумажки в талисман. Костя вышел одним из последних, победно вскинув руки, будто только что взял олимпийское золото, а не «удовлетворительно» по высшей математике.

Когда коридор наконец опустел и стихли шаги, я глубоко вздохнула, поправила воротник блузки и толкнула тяжёлую дверь кабинета. Леонид сидел за столом, склонившись над ведомостью. Его пальцы, испачканные чернилами, быстро выводили строчки, а тонкие очки сползли почти на кончик носа. Он выглядел уставшим, но довольным.

Я вошла тихо, стараясь не скрипеть половицами. Он поднял голову. Его глаза встретились с моими, и на брутальном лице медленно, как рассвет, расцвела улыбка.

– Ваши студенты сдали, – произнёс он, откладывая ручку и снимая очки. – Все. Кто-то хуже, кто-то лучше, но сдали. Могу ли я теперь сдать вам экзамен?

Я моргнула, непонимающе. Экзамен? Мне? Я хотела спросить, о чём он говорит, но слова застряли в горле. Потому что Леонид поднялся из-за стола и медленно подошёл ко мне. В полупустом кабинете его шаги звучали глухо.

Он остановился в шаге от меня. Протянул руку и осторожно, словно спрашивая разрешения, взял мою ладонь. Его тёплые шершавые пальцы обхватили мои, заставляя сердце биться чаще.

– Понимаете, – он заглянул мне в глаза, не было ни тени привычной иронии, – у меня по сей день не закрыт один предмет. Я думал, что справлюсь самостоятельно, но оказалось, что без вас мне его не сдать. Он называется...

Он сделал паузу, я услышала, как бьётся моё сердце – громко, отчаянно, будто пытаясь вырваться наружу.

– Любовь, – закончил он тихо, чуть хрипловато, его пальцы сжали мою ладонь чуть крепче. – Я люблю вас, Оля и хочу знать, сдал ли я этот экзамен. Или мне нужна пересдача.

В кабинете повисла тишина. За окном, в сгущающихся летних сумерках, наконец-то запели птицы, прозвенел последний звонок. Я стояла, прижимая свободную руку к груди, и чувствовала, как глаза наполняются влагой.

– Леонид, – прошептала я, и мой голос дрогнул. – Вы... ты... Ты сдал. На высший балл… я…

Он не дал мне договорить. Шагнул вперёд, сократив последние сантиметры между нами до нуля, и крепко обнял меня, уткнувшись носом в мои волосы. Я замерла на секунду, а потом обняла его в ответ, чувствуя, как его сердце колотится так же быстро, как моё.

– Значит, я закрыл сессию, – пробормотал он мне в макушку. – Наконец-то.

– Закрыл, – я всхлипнула и рассмеялась одновременно. – Но имей в виду: если ты опять завалишь моих студентов, будет пересдача. У тебя.

– Принято, – он чуть отстранился и заглянул мне в лицо. Его глаза без очков были тёмными, глубокими и абсолютно счастливыми. – Но, кажется, теперь у меня есть несгораемый допуск. Потому что куратор группы Б-3 – моя. А я – её.

Он наклонился, и наши губы нежно встретились, словно мы впервые пробовали друг друга на вкус. Хотя, если подумать, так и было. Это был поцелуй, в котором смешались все наши споры и примирения, все наши страхи и надежды, всё то, что мы пережили за этот сумасшедший семестр.