Глава 24 "Стол"

Полночь встретила нас промозглой сыростью и низкими облаками, скрывающими луну. Я стояла у ворот участка, кутаясь в темный плащ, и чувствовала, как внутри все дрожит – то ли от холода, то ли от страха. Северус появился из тени, бесшумный, как и положено эльфу. В его руке поблескивал связкой ключей, которой у него явно не должно было быть.

– Где ты их взял? – прошептала я, кивая на ключи.– У Джона, – он усмехнулся. – Знаешь, на всякий случай.

– И ты решил, что сегодня как раз тот случай?– А разве нет? – он вставил ключ в замок. – Джон в столице, преступник на свободе, а у нас есть шанс найти его раньше, чем он нанесет следующий удар. Я бы сказал, это более чем экстренная ситуация.

Замок щелкнул, и дверь бесшумно отворилась. Мы скользнули внутрь, и я снова поразилась тому, как бесшумно двигается Северус. Даже мои воровские навыки казались грубыми по сравнению с его эльфийской грацией.

– Архив на втором этаже, – прошептал он. – Там есть охранник. Я отвлеку его, а ты проходи в комнату с документами. Нужные папки должны быть на третьей полке справа, в секторе «Нераскрытые дела десятилетней давности».

– Откуда ты так хорошо знаешь их систему? И почему сай не пойдёшь, раз Джон тебе так доверяет? – спросила я, пока мы крались по коридору.

– Я здесь работаю, Мерил, – он усмехнулся. – Уже несколько лет. Я знаю каждый угол, каждый шкаф, каждую папку. И я знаю, что Джон не все мне показывает. И я не хочу, что-бы он знал, что я шарюсь там без него. Но потом, он скажет нам спасибо. Мы остановились перед лестницей. Наверху горел тусклый свет, слышалось покашливание и шорох газеты – охранник был на месте.– Жди здесь, – сказал Северус. – Когда услышишь, что я начал разговор, поднимайся. У тебя будет не больше десяти минут.Он поднялся по лестнице, и я услышала, как он говорит:

– Доброй ночи, Грегори. Не спится?– Лорд Северус? – голос охранника был сонным и удивленным. – Вы чего в такую пору?– Забыл кое-какие бумаги в кабинете. Джон просил срочно отправить их в столицу, а я вспомнил только сейчас. Вы уж извините, что нарушаю ваш покой.

– Да какие проблемы, проходите. Я как раз чай собрался греть. Не хотите?– С удовольствием.Я выждала еще минуту, потом бесшумно поднялась по лестнице и скользнула мимо комнаты охраны, где Северус уже оживленно обсуждал с Грегори достоинства разных сортов чая. Охранник сидел ко мне спиной, и я пронеслась мимо как тень.

Архивная комната оказалась маленькой, пыльной и тесной. Стеллажи уходили под самый потолок. Я включила маленький фонарик, заранее приготовленный, и принялась искать.

Третья полка справа. Сектор «Нераскрытые дела десятилетней давности». Папки были перевязаны бечевкой, пожелтевшие, с выцветшими надписями. Я перебирала их, стараясь не шуметь, и молилась, чтобы Северус не ошибся.

Вот оно. Дело номер семнадцать-три. «Кровавый янтарь. Первое расследование». Я вытащила папку, пролистала. Схемы, показания, имена, которые ничего мне не говорили. Без толку. Только время зря трачу.

Я пролистала дальше. И замерла.

В конце дела был подшит еще один лист – от руки, на дорогой бумаге, с подписью, которую я узнала бы из тысячи. Джон Лоу.«Дело передано в архив в связи с отсутствием состава преступления. Подозреваемый освобожден. Рекомендую закрыть дело окончательно».

– Что ты делаешь? – голос Северуса раздался за спиной, и я вздрогнула.– Ищу, – я сунула папку в сумку. – Нашла. Похоже, это твой отец.– Покажи, – он протянул руку.

Я отдала папку. Северус пролистал ее, и его лицо оставалось непроницаемым. Но я заметила, как дрогнули его пальцы, когда он дошел до последней страницы.– Джон закрыл дело? – спросила я. – Он тогда уже был здесь?– Он тогда только начинал, – тихо сказал Северус. – Это одно из его первых расследований. Ему сказали закрыть – и он закрыл. Не по своей воле.

– Откуда ты знаешь?– Потому что он рассказал мне, гений – эльф поднял голову. – Год назад, когда я пришел к нему. Он сказал: «Я уже ошибся однажды, закрыв дело твоего отца. Не дай мне ошибиться снова».

Я молчала. В голове не укладывалось.– Он знал, что твой отец виноват? – спросила я.– Он подозревал это с самого начала. Но улик не было. А начальство требовало закрыть дело – слишком много высокопоставленных лиц было замешано.

– И теперь он пытается исправить ошибку?– Он пытается найти настоящего преступника, – Северус спрятал папку под плащ. – И я помогу ему. С твоей помощью.– Что дальше?

– Дальше я изучу эти документы, – он кивнул на папку. – Сравню с теми, что мы нашли у графа. Если моя догадка верна, я найду связь. И тогда…– И тогда?– И тогда мы сможем нанести удар, – он посмотрел мне в глаза. – Но не сегодня. Сегодня тебе нужно идти домой и ждать. Я все расскажу завтра.

– Ты уверен, что справишься один? Может скажем Джону…– Я всегда справляюсь один, – он усмехнулся. – А теперь иди. Грегори не долго сидит в туалете. Будь другой охранник, мы бы могли сидеть тут до утра.

Я кивнула, выскользнула из архива и бесшумно спустилась по лестнице. Северус уже снова что-то рассказывал охраннику – о каком-то редком сорте чая, который привозят из-за моря. Грегори слушал с открытым ртом.

Я вышла на улицу, вдохнула ночной воздух и пошла домой. В голове шумело. Слишком много информации, слишком много подозрений, слишком много всего.

Я вернулась домой. Ключ повернулся в замке, и я вошла в темную квартиру. Скинула плащ, прошла на кухню, зажгла свечу. И замерла. На стуле у окна сидел Джон.

– Ты? – выдохнула я. – Ты же в столице…– Вернулся, – его голос был низким, хриплым, чужим. – Не мог больше ждать.Я подошла ближе, вглядываясь в его лицо. В темноте его глаза горели золотом – ярко, пугающе, красиво. Чешуя проступала на скулах, на шее, на руках.

– Джон, что с тобой? – я коснулась его щеки, и он перехватил мою руку, прижал к губам.– Яд, – сказал он. – Он всё не даёт покоя. Дракон опять… проснулся. И он... он хочет тебя. Так сильно, что я не могу думать ни о чем другом. Я ехал всесь день, не останавливаясь, только чтобы увидеть тебя. Только чтобы...

Он не договорил. Рывком поднялся, прижал меня к стене, впился в губы поцелуем, от которого у меня подкосились ноги.– Джон, – выдохнула я, когда он оторвался, чтобы перевести дух. – Ты…– Плевать, – он рвал на мне одежду, пуговицы летели в стороны. – Я хочу тебя. Сейчас.

– А если я не хочу? – я уперлась руками в его грудь, чувствуя, как под пальцами бьется его сердце.– Хочешь, – он посмотрел мне в глаза. – Я чувствую. Ты пахнешь желанием. Ты дрожишь.

Он схватил меня за бедра, приподнял, прижал к стене, и я обхватила его ногами, чувствуя, как его твердость упирается мне в живот.– Джон, – прошептала я, когда когда он стягивал последние остатки одежды.

– Всё хорошо, – он вошел в меня резко, глубоко, и я закричала. – Я буду беречь тебя. Но не сейчас.

Он двигался жестко, быстро, почти грубо. Стена ходила ходуном, где-то падала посуда, но мне было все равно. Я цеплялась за его плечи, царапала спину, кусала губы, чтобы не заорать на весь дом.– Тише, – рыкнул он мне в ухо.

Он зажал мне рот поцелуем и ускорился, от чего я почти сразу кончила. – Это было... – начала я, когда мы отдышались.– Это было только начало, – он подхватил меня на руки, не выходя из меня, и перенес на стол.

Он уложил меня на холодное дерево, раздвинул ноги и вошел снова. Я выгнулась, вцепилась в край стола. Он двигался медленнее, глубже, сводя с ума каждым толчком.

– Смотри на меня, – приказал он.Я смотрела. В его горящие золотом глаза, в его лицо, покрытое чешуей, в его губы, которые шептали мое имя.

Джон ускорился, и я снова кончила, чувствуя, как мир рушится и собирается заново. Он кончил следом, и мы замерли, тяжело дыша.– Кажется, стол... – начала я.Стол под нами жалобно скрипнул и развалился. Мы рухнули на пол, оба застонали – от боли, от смеха, от удовольствия.

– Ты сломал стол, – сказала я, лежа в обломках.– Бывает, – он перевернулся на спину, притягивая меня к себе.– Кажется, – я поцеловала его в грудь. – Ты как?

– Всё хорошо, – он провел рукой по моим волосам. – Врешь, – я приподнялась, заглядывая в глаза. – Ты бледный. И дрожишь.– Это не от боли, – он усмехнулся. – Это всё ты.

Мы лежали на полу, среди обломков стола, и я чувствовала, как его драконья сущность понемногу успокаивается. Чешуя исчезала, глаза темнели, дыхание выравнивалось.– Джон, – сказала я тихо.– М?– Северус сегодня был у меня. Предлагал сотрудничество.Он напрягся.

– Что значит «сотрудничество»?– Он хочет найти настоящего преступника. Того, кто делает янтарь. Он думает, что твое расследование зашло в тупик, и предлагает мне помочь ему.– И ты согласилась? – его голос стал жестче.

– Я согласилась посмотреть, – я подняла голову, посмотрела ему в глаза. – Мы были в архиве. Нашли дело десятилетней давности. О твоем первом расследовании. О графе.Он молчал. Я чувствовала, как подо мной напряглось его тело.

– Джон, ты знал, что он не виноват?– Подозревал, – сказал он тихо. – Но у меня не было доказательств. А начальство требовало закрыть дело.– И ты закрыл.

– Я закрыл, – он провел рукой по лицу. – И винил себя все эти годы. Когда Северус пришел ко мне, когда рассказал о своем отце... я понял, что это шанс все исправить.– Поэтому ты взял его на работу?– Поэтому я дал ему шанс, – он повернулся ко мне. – Как и тебе.

– Я не предавала тебя, – сказала я. – И не предам.– Знаю, – он притянул меня к себе. – Но я боюсь, что Северус может быть не тем, кем кажется.– Теперь ты ему не доверяешь?

– Я доверяю, – он помолчал. – Но не до конца. Слишком много совпадений. Слишком много «случайностей». И этот яд... он знал его состав. Знал противоядие. Знал, где его взять.– Ты думаешь, он мог быть замешан?

– Я думаю, что не могу никому доверять, кроме тебя, – он поцеловал меня в лоб. – Поэтому прошу: будь осторожна. Не играй в его игры. Если он предложит что-то опасное – откажись.– А если он предложит то, что поможет найти настоящего преступника?

– Тогда мы сделаем это вместе, – Джон сел, потянул меня за собой. – Я, ты и Северус. Но без тайных ночных вылазок. Без обмана. Ясно?– Ясно, – я вздохнула. – Но ты тоже должен обещать: никаких секретов. Если ты что-то скрываешь от меня, я узнаю об этом. И мне не понадобится Северус, чтобы выведать правду.

– Обещаю, – он улыбнулся. – Драконье слово.– То же самое ты говорил, когда обещал не запирать меня в камере, – я усмехнулась.– И сдержал слово, – он поднял руки. – С тех пор ни одной камеры.

– Ни одной, – согласилась я. – Только сломанный стол.Мы рассмеялись, обнялись, и я почувствовала, как усталость накрывает волной.– Джон, – прошептала я. – Давай спать. Завтра будет новый день.

– И новые битвы, – он подхватил меня на руки, отнес в кровать.Я прижалась к нему, закрыла глаза. – Сладких снов, дракон.– Сладких снов, моя воровка.

Он уснул первым – я слышала, как его дыхание выровнялось, как сердце забилось ровнее. Я лежала рядом, слушая, и думала о том, что сказал Северус. О том, что Джон скрывает от меня. О том, что настоящий преступник до сих пор на свободе.