Глава 25 "Хороший был день..."

Я лежала, прижимаясь к теплому боку Джона, и чувствовала, как его рука лениво перебирает мои волосы. И еще деревом – напоминанием о сломанном столе, обломки которого мы так и не убрали.

– Ты спишь? – прошептала я.– Нет, – его голос был сонным, хриплым, таким родным. – Думаю.– О чем?

– О том, что мне нужно купить новый стол. И, возможно, новую кровать. На всякий случай.Я рассмеялась, приподнялась на локте, заглядывая ему в лицо. Чешуи не было, глаза – обычные, человеческие, теплые. Яд наконец-то отступал.– На всякий случай? – я приподняла бровь. – Планируешь снова меня туда затаскивать?

– Планирую, – он усмехнулся, притягивая меня к себе. – Но не только туда. Еще на диван, на пол, на кухонный стол…– Кухонный стол мы уже сломали, – напомнила я.– На новый.

Я чмокнула его в нос и попыталась встать, но он не отпустил.– Джон, мне нужно в ванную.– Подожди.– Не могу.– Тогда иди, но быстро.

Я выбралась из его объятий, накинула халат и прошлепала босиком в ванную. Когда вернулась, Джон уже стоял у окна, задумчиво глядя на улицу.– Джон? – я подошла, обняла со спины. – Что-то случилось?– Нет, – он накрыл мои руки своей. – Я просто... думал о том, что давно не брал выходных.

– Ты вообще их никогда не берешь, – заметила я.– Вот именно, – он повернулся ко мне. – Поэтому сегодня мы никуда не пойдем. Ни в участок, ни на расследование. Ничего. Только ты и я.

– А как же…– Северус справится, – перебил он. – А я хочу провести день с тобой.Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. – Хорошо, – сказала я. – Но если ты собрался тащить меня на свидание, я хочу надеть то самое изумрудное платье.

– Только если я смогу потом его с тебя снять, – он поцеловал меня в лоб.– Договорились.***

Набережная в этот день была прекрасна. Солнце играло на воде, чайки кричали где-то вдалеке, и пахло морем. Джон взял меня под руку, и мы медленно шли вдоль перил, рассматривая проплывающие корабли и смеющихся детей.– Знаешь, – сказал он, – я не был здесь с тех пор, как приехал в этот город.– То есть несколько лет? – удивилась я.

– Месяцев, – поправил он. – Я приехал не так давно, до того, как мы встретились. Но всё время было не до прогулок.– А теперь?– А теперь есть ты, – он остановился, повернулся ко мне. – И я понял, что жизнь – это не только работа и расследования. Иногда можно просто... гулять.

– Просто гулять, – повторила я, чувствуя, как глупая улыбка расползается по лицу. – С драконом.Мы прошли мимо уличного музыканта, который играл на скрипке что-то грустное и красивое. Джон бросил ему монету, и тот благодарно кивнул.

– Ты щедрый, – заметила я.– Я просто хочу, чтобы этот день был идеальным, – он посмотрел на меня. – Для тебя.Я прижалась к его плечу, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Идеальный день. С ним. Что может быть лучше?

Потом мы пошли покушать.Ресторан, куда он меня привел, оказался маленьким, уютным, с видом на море и отдельными кабинками, скрытыми живыми растениями. Нас проводили в дальний угол, где играла тихая музыка и горели свечи.– Ты специально выбрал это место? – спросила я, когда мы сели.

– Северус посоветовал, – признался он. – Сказал, что здесь лучшие морепродукты в городе.– Северус? – я удивилась. – Ты советуешься с ним о ресторанах?

– Я советуюсь с ним о многом, – Джон пожал плечами. – Он хорошо разбирается в таких вещах. В отличие от меня.– Ты разбираешься в главном, – я взяла его за руку, усмехнувшись. Он понял мой намёк.

Джон покраснел. Дракон, генерал-полицеймейстер, мужчина, который арестовал меня и перевернул всю мою жизнь, покраснел как мальчишка.– Мерил, – сказал он тихо. – Я хочу тебе кое-что сказать.– Я вся во внимании.

– Когда всё это закончится... когда мы поймаем настоящего преступника и закроем дело... я хочу, чтобы мы переехали.– Переехали? – я нахмурилась. – Куда?– В мой дом, – он посмотрел мне в глаза. – Не в эту рабочую квартиру, а в мой настоящий дом. За городом. Там лес, озеро, тишина. Никто не будет мешать.

– Твой дом? – я чувствовала, как удивление смешивается с неловкостью. – Джон, я даже не знаю, где ты живёшь.– Я не говорил, – он пожал плечами. – Это не было важно. А теперь...

– А теперь важно? – я откинулась на спинку стула. – Ладно. Рассказывай. Какой он? Твой дом?– Большой, – Джон усмехнулся. – Каменный, с башнями. Старый, но крепкий. Мой род жил там несколько поколений.

– То есть ты...? – я чувствовала, как неловкость нарастает.

– Достаточно богат, да, – он ответил спокойно, будто речь шла о погоде. – У меня есть земля, счета в банке, несколько предприятий в столице. Я не бедствую.

Я смотрела на него и не знала, что сказать. Он – богатый аристократ, владелец дома и предприятий. А я – бывшая воровка, шантажистка, женщина с сомнительным прошлым.– Мерил, – он накрыл мою руку своей. – Я вижу, что ты смущена. Не надо. Эти деньги ничего не значат.

– Ничего не значат? – я усмехнулась. – Джон, ты мог купить меня несколько раз.– Я не хочу тебя покупать, – он сжал мои пальцы. – Я хочу, чтобы ты была рядом. Просто рядом. Деньги – это просто бумага.

– И золото, – добавила я. – И дома. И земли. И нормальная жизнь. Я думала, что ты обычный работяга. – И всё это не имеет значения, если тебя нет рядом, – он посмотрел мне в глаза. – Ты поняла?

Я молчала. В горле стоял ком.– Значит, ты богат, – сказала я наконец.– Ага, – согласился он.– А ешь ты только золотыми вилками, ваше богачество? – я улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку.

– Иногда – серебряными, – он усмехнулся. – Чтобы не расслабляться и узнать, как живет обычный люд. Я рассмеялась. Он рассмеялся следом, и напряжение исчезло.

– Ладно, – я выдохнула. – Допустим, я согласна переехать. Но только если ты позволишь мне не сидеть на твоей шее. Я тоже хочу работать. Однажды, может, открою швейную. И будешь забирать меня с работы.– Буду.– И готовить завтраки.– Это уже наглость, – он притворно нахмурился. – Но ладно, готовить.

– И мы заведем кота, – я чувствовала, как внутри разливается тепло. – Я всегда хотела кота.– Только если дракон его не съест, – усмехнулся он. – Мой внутренний зверь очень ревнив к животным.

– Твой внутренний зверь меня полностью устраивает, – я поцеловала его в уголок губ. – И кота мы ему представим. Подружится.– Если ты так считаешь...

Принесли еду. Мы ели, болтали, смеялись, и я поймала себя на мысли, что это – самое счастливое время в моей жизни. Просто сидеть с ним, смотреть на море, слушать его голос и знать, что он рядом.– О чем ты думаешь? – спросил он, когда мы доедали десерт.

– О том, что я никогда не была так счастлива, – честно ответила я. – Даже когда воровала бриллианты.– Ты воровала бриллианты? – он приподнял бровь.– Это была фигура речи, – я отмахнулась. – Не отвлекайся.

– Я не отвлекаюсь, – он улыбнулся. – Я просто хочу запомнить этот день.– Зачем?– Потому что таких дней будет много. И каждый из них я хочу помнить.Я почувствовала, как к глазам подступают слезы. Сентиментальная дура.

– Джон, – сказала я, когда мы вышли из ресторана. – Спасибо тебе.– За что?– За этот день. За то, что ты есть. За то, что ты не бросил меня, когда мог.– Я никогда тебя не брошу, – он притянул меня к себе и поцеловал. Прямо там, под крики чаек и взгляды прохожих. – Никогда.

Домой мы вернулись в сумерках. Уставшие, счастливые, полные планов на будущее. Джон открыл дверь ключом, пропуская меня вперед.– После тебя, моя леди.– О, какой галантный, – я сделала реверанс и вошла.

В квартире было темно. Я потянулась к выключателю, но Джон перехватил мою руку.– Не включай, – прошептал он, прижимая меня к стене. – Я хочу тебя в темноте.

– Джон…– Тише, – его губы нашли мои, и я забыла, что хотела сказать.Он целовал меня медленно, нежно, как утром, но с каждым поцелуем я чувствовала, как нарастает внутри напряжение. Его руки скользили по моему телу, сжимали, гладили, заставляли выгибаться навстречу.

– Я хочу тебя, – прошептал он мне в губы.

Он подхватил меня на руки, понес в спальню, уложил на кровать, и я уже предвкушала, как он будет раздевать меня, как его губы будут скользить по моей коже, как...

В дверь постучали.– Не обращай внимания, – выдохнул он, припадая к моей шее.– А если это важно? – я попыталась отстраниться.– Ничего важнее тебя нет, – он снова поцеловал меня, заглушая все возражения.

Стук повторился. Громче. Настойчивее.– Джон, – я оттолкнула его. – Открой. Может, что-то случилось.Он выругался сквозь зубы, встал, поправил рубашку и пошел к двери.– Кого там принесло в такую... – начал он, открывая дверь.

Я не видела, кто там, но услышала голос – официальный, холодный, незнакомый.– Генерал Лоу? Простите за беспокойство. У нас ордер на обыск и арест.– Арест? – голос Джона стал ледяным. – Кого?– Мерил Стотон, – ответил голос. – По подозрению в хищении важных документов из архива участка.

Я замерла. Сердце ухнуло вниз. Джон обернулся. В его глазах я увидела шок, непонимание и... страх.– Мерил, – сказал он тихо. – Что происходит?– Я не знаю, – я подошла – Я ничего не крала. Только те бумаги, которые...

Я замолчала. Потому что поняла. Папка. Дело десятилетней давности. Которую я отдала Северусу.– Мерил? – Джон шагнул ко мне.– Джон, я не…– Обыскать квартиру! – скомандовал голос из коридора.

В комнату ворвались стражники. Они отодвинули Джона в сторону, схватили меня за руки, надели наручники. Холодные, тяжелые, как в ту первую ночь.– Вы не имеете права! – закричала я. – Я ничего не брала!– Мы нашли папку, – один из стражников поднял ее. – С документами, которые должны храниться в архиве.

– Это не я! Это Северус…– Северус? – голос Джона был напряженным.– Он попросил меня достать эти бумаги! Он сказал, что они помогут расследованию!

– Мерил, – Джон подошел, взял меня за плечи. – Если ты взяла документы без разрешения…– Я знаю! – я чувствовала, как паника накрывает волной. – Но я не крала их! Я просто... я хотела помочь.– Помочь? – один из стражников усмехнулся. – Хищение улик – это серьезное преступление, леди. Причём у Джона есть к ним доступ. Вы явно хотели скрыть, что они вам нужны.

– Джон, – я посмотрела ему в глаза. – Ты веришь мне?Он молчал. Секунду. Две. Три. А потом сказал:– Верю.– Тогда…– Но я ничего не могу сделать, – он провел рукой по лицу. – Тебя должны допросить. Пока я… Ничего не могу.– Джон…– Уведите, – приказал стражник.

Меня поволокли к выходу. Я обернулась в последний раз. Джон стоял посреди комнаты, сжимая кулаки, и смотрел мне вслед. В его глазах горел огонь – драконья ярость, которую он сдерживал из последних сил.– Я разберусь, – сказал он. – Обещаю.

Дверь закрылась. Я осталась в коридоре, снаружи, в окружении стражников. А он – внутри, в пустой квартире.– Идем, леди, – стражник дернул меня за руку. – Не заставляйте нас применять силу.Я пошла. Потому что выбора не было. Потому что я верила, он найдет способ меня спасти. Как всегда.

Но в глубине души закрадывался страх. Что если в этот раз – не получится? Что если Северус обманул нас обоих? Что если я никогда не вернусь в этот дом, к этому мужчине, к этой жизни?– Держись, – прошептала я себе. – Ты сильная. Ты справишься.

Но голос дрожал. Как и в ту первую ночь, когда он арестовал меня в номере отеля. Только тогда я была виновата. А сейчас… Сейчас я была невиновна. Но это не имело значения. Имели значение только улики.