Глава 26

Глава 26

— Эй, мужик, отвали. Это не твоё дело, — огрызнулся один из них, делая шаг вперёд.

— Она сама к нам клеилась, — добавил второй, криво усмехаясь. — Что, ревнуешь? Тоже нравятся пухлые булочки?

Артём даже не моргнул. Только медленно достал телефон из внутреннего кармана пиджака и, не сводя с них взгляда, спокойно произнёс:

— На выходе три камеры. И, насколько я вижу, всё это — уже на записи. Так что, если хотите объясниться с полицией, могу прямо сейчас позвонить. И не думайте, что ваши богатые родители помогут вам — у меня хватит денег, чтобы засадить вас за решетку.

На миг в коридоре повисло молчание — вязкое, напряжённое. А потом этих двоих будто ветром сдуло. Они пробормотали что-то, как побитые шавки, и выскользнули в зал, а оттуда — на улицу.

И только тогда Артём повернулся ко мне. В его глазах я увидела тревогу, облегчение, злость и… что-то гораздо серьёзней. Он сделал шаг вперёд, желая обнять меня — я это почувствовала каждой клеточкой. Но я подняла руки, не позволяя ему этого сделать. Отступая назад. И сразу ощутила, как между нами снова выросла стена.

— Ты в порядке? — спросил он хрипло, словно голос ему не подчинялся.

— Какая тебе разница? — я ответила резко, почти грубо, не сдержав эмоций. — Ты ведь давно решил, что мне нельзя верить. Что я предательница. Так с чего тебе вдруг стало интересно, как у меня дела?

Мужчина сжал челюсть, и в его глазах высветилась боль.

— Ты… действительно была ни при чём тогда?

Я горько усмехнулась. Не потому, что было смешно и больно от его вопроса, а потому что ответ был слишком очевидным, но он всё равно спросил.

— Если ты до сих пор не понял — то нам с тобой вообще не о чем говорить.

Артём хотел что-то сказать. Оправдаться, объясниться — я видела это. Но я не дала ему шанса.

— Извини. У меня рабочая смена. — Я развернулась и нырнула на кухню, держась из последних сил. Слёзы подступили к глазам, и я захлопнула дверь прямо перед его носом, вцепившись в ручку, как в спасательный круг. Встала у стены в уголке, дрожа и беззвучно рыдая, чтобы никто не услышал.

Я так хотела его простить. Так хотела снова поверить, но он снова всё испортил.

Сквозь матовое стекло двери я видела, как Артём стоит в коридоре. Всего несколько секунд, а потом разворачивается и уходит. Унося с собой ту часть меня, которая ещё верила, что мы с ним сможем начать заново.

***

Артём

Я не ушёл. Не смог. Просто сел в машину напротив кафе и остался сидеть, как идиот. Час. Второй. Глядя на вход неотрывно, высматривая её. Надю.

Каждый раз, когда распахивалась дверь и оттуда выходили люди, сердце срывалось в груди. Не она. Не она. Опять не она.

Я вдарил кулаком по рулю, проклиная себя. За глупость. За гордость. За то, что допустил ту ошибку месяц назад. Я хотел ей поверить. Всегда хотел. Но тогда был просто слеп. И прозрел слишком поздно.

Прошло несколько часов. Небо потемнело, город окутал жёлтый свет фонарей и промозглый вечерний ветер. Сидеть больше не было сил.

Я должен был поговорить с ней. Даже если она не захочет, даже если решит снова оттолкнуть. Иначе не прощу себе.

Я вышел из машины, захлопнул дверь и направился к заднему двору кафе — через переулок, собираясь проникнуть внутрь через служебный вход. Но едва я свернул за угол, как услышал позади шаги. Резкие, быстрые.

Я обернулся и внутри всё похолодело. Опять они? Те придурки, что лезли к Наде. Судя по тому, что их уже четверо, ублюдки решили взять реванш.

Один с цепью в руке, другой прячет в руке финку, третий явно прихватил кастет. И улыбаются, как шакалы.

— Ну вот и нашёлся, герой, — прошипел один, сжав кулаки. — Любишь в чужие дела лезть? Тогда и отвечать за базар надо, придурок.

— Расслабься, босс. Мы просто немного с тобой пообщаемся, — другой с усмешкой обнажил зубы.

— Разговор будет коротким, — бросил я со злостью, сжав кулаки.

Я не стал ждать, пока эти шавки наговорятся, и первым ударил. Одному попал в челюсть, с хрустом выбив ему пару зубов, и тот, визжа, как девка, упал, скорчившись на земле.

Второго я уложил коленом в живот. Я двигался быстро, чётко. Годы занятий боксом не прошли зря. Я знал, как бить, и знал, куда.

Но их было слишком много. Сначала я пропустил удар по спине. Потом в бок. Кастет хрустнул по рёбрам. Воздух вырвался из лёгких.

Я упал на колено, но встал снова. Снова. И снова.

Пока не осел на землю, чувствуя, как лицо заливает кровь. И сквозь пелену забытья услышал злые возгласы и смех. А потом снова последовали удары, один за другим.

Темнота сжималась вокруг. Сознание угасало. И вдруг, будто сквозь вату я услышал её голос.

— Артём!

Резкий, испуганный, отчаянный крик. Надя.

И прежде, чем тьма забрала меня, я улыбнулся. Потому что она всё-таки вышла. А значит ей не всё равно.