Глава 14

Мужское лицо застыло не выражая ни одной эмоции. Павел молча смотрел на меня. А я всё никак не могла остановиться, замолчать и дать ему время осмыслить мои слова или задать мне вопросы.

‒ Паша, теперь это мои дети. И я никуда не уеду и не оставлю их. Екатерина Ивановна ‒ это я. Теперь я многодетная мать. Поэтому мне не нужно сто пар туфель на шпильках, и всё остальное. Мой мир теперь ‒ это футболки с феями и кроссовки с липучками. Матвей в этом году пойдёт в первый класс. Должен пойти, но в ближайшей школе уже нет мест. У Милы посттравматический синдром, она иногда просыпается по ночам из-за кошмаров. Вика болтает без остановки. Кто-то считает, что это тоже ненормально. Тёмке нужно искать логопеда. А ближайший логопед в городе. Деньги у меня есть, но это же час до города, а потом обратно, плюс час занятие. В итоге три часа, минимум два, а то и три раза в неделю. Я голову уже сломала, как составить расписание, чтобы всюду успевать.

Да, я начала говорить и не могла остановиться.

Павел же слушал меня и не пытался прервать поток моих проблем.

Но тут из машины раздалась трель телефона. Павел лишь на секунду ослабил руку, которой обнимал меня за талию. Но этого мне хватило, чтобы выскользнуть из его объятий и стремглав кинуться к отрытой двери в воротах.

‒ Катя! ‒ крикнул мне вслед Павел.

Но меня уже было не остановить, я бежала к дому, чтобы спрятаться и разрыдаться. Впрочем, я зря так торопилась убежать. Павел не побежал за мной. Видимо звонок оказался важнее меня, или же я так его огорошила своими признаниями, что он решил взять таймаут, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию.

И я не винила его за это. Павел же не знал обо мне ничего. Мне хотелось верить, что он не лгал, и я по-настоящему ему понравилась, просто он ошибочно решил, что я свободна. То есть, что дети не мои.

А они мои и теперь вся моя жизнь строится вокруг этих четырёх непосед. Можно сказать, теперь я не принадлежу сама себе, и Матвей не ошибался, заявив « Она наша!».

Даже убежав от Павла я не смогла спрятаться и поплакать. Всё четверо ждали меня на веранде и не там, где я их оставила, на диванчике и креслах со стороны озера, а на входе, прямо на ступеньках. Сидели и ждали меня.

Увидев детвору, я резко остановилась и пошла уже спокойным шагом, украдкой смахивая слезы и старясь улыбнуться, будто у меня всё хорошо.

‒ А чего это мы тут сидим? Матвей ты же должен сказку читать? Где книга? Какую сказку вы выбрали? ‒ завалила я детвору вопросами, чтобы скрыть своё расстройство.

Подхватив Тёмку на руки, позвала детвору за собой.

‒ Пошли есть мороженое! Надеюсь, вы не успели всё съесть без меня?

‒ Мы тебя ждали, Катюша, ‒ ответила Вика и, взяв сестру за руку, пошла за мной.

Матвей шёл последний. Снова он был чем-то недоволен, и не до последнего собирался держать это в себе. Но на долго его не хватило.

Мы расселись на веранде, каждый из детей получил свою креманку с мороженым, а я начала читать сказку. Выбрала первую наугад. Читала с выражением, даже старалась менять голоса. И как бы, не было мне сейчас плохо, я чувствовала, что постепенно успокаиваюсь.

По завершению сказки, я уже не хотела рыдать. Печаль в душе осталась, но глядя на детей, я подумала, что, наверное, Соколов прав, с таким приданным я вряд ли найду себе мужика.

Но только плакать из-за этого я не собиралась!

Мои племянники самые лучшие!

В глазах защипало, это были слёзы, но не обиды на судьбу, а слезы радости. Ведь всё могло случиться по-другому, и тогда нас бы не было друг у друга. Сейчас я даже не представляла себе жизнь без Матвея, Вики, Милы и Тёмки.

Украдкой смахнуть слезу не удалось, Матвей заметил моё осторожное движение и тут же заявил.

‒ Если он тебя обидел, я ему кулаком в живот дам!

Переспрашивать о ком идёт речь, смысла не было. Но я всё же уточнила, потому, как не поняла кое-что.

‒ А почему в живот?

‒ Потому! ‒ насупившись, ответил мой шестилетний защитник.

‒ Потому что Павел большой, ‒ логически рассудила Вика. ‒ Мотя просто не допрыгнет до его головы.

‒ Дурочка! ‒ обозвал сестру Матвей.

‒ Это ты дурачок! ‒ парировала Вика. ‒ Павел большой, сильный и красивый. Я вырасту, и он будет моим мужем!

Такого я даже от Вики не ожидала и на время потеряла дар речи.

Но ещё больше меня удивило, что Мила решила поспорить с сестрой.

‒ Нет, он будет муж Катюши, и наш папа!

Логически она рассудила верно. Но я никак не могла подумать, что малолетние дети так хорошо разбираться в таких вопросах.

‒ Катюша, я же правильно сказала? ‒ обратилась ко мне Мила. ‒ Ты теперь наша мама, а он будет папой.

Мила смотрела на меня, а ручкой тыкала в сторону ворот, туда, куда ушёл Павел. На детском личике было столько надежды. Получалось, что не только Вике, но и нашей молчаливой Миле понравился Павел, раз она уже поженила нас и приняла его как родителя. Жаль было разочаровывать ребёнка. Но я была уверена, что Павел уже не вернётся. Даже если его намеренья на счёт меня были серьёзными, то уж становиться в одночасье многодетным отцом, он точно не планировал.

Не успела я ответить ей, как Матвей закричал.

‒ Нет, у нас есть папа! Он найдётся!

Теперь мне стало понятно, почему Матвей с такой неприязнью отнёсся к Павлу. Мой племянник всё ещё верил, что их папа найдётся. Матвей был старшим и лучше других помнил отца.

Сейчас его слова разрывали мне сердце, но я не знала что сказать. До этого я пыталась как-то намекнуть, что папа может не вернуться. А Матвей продолжал верить и ждать. И кажется сейчас настал момент, сказать им правду. Молчание затянулось, а я всё никак не могла решиться, и тут случилось то, чего я не могла и предположить.