Глава 15

Вдруг раздался мужской голос из темноты.

‒ Тогда у вас будет и папа и я, считай два папы, ‒ сказал Павел, подходя к нам. ‒ Потому что теперь Катюша вам, как мама, а мужем Катюши буду я. Матвей ты уже взрослый, и нам придётся найти общий язык. Катюша у нас одна.

Я не верила своим глазам. Он вернулся?!

Пока я осмысливала происходящее, Вика и Мила, а вслед за ними и Тёмка бросились обнимать Павла. Они что-то наперебой говорили, но я не могла разобрать и слова в этом гомоне детских голосов.

Но их всех перекричал Матвей.

‒ Предатели! ‒ выкрикнул старший брат и побежал в дом.

‒ Матвей! ‒ хотела я пойти за ним.

‒ Я сам поговорю с ним, ‒ остановил меня Павел. ‒ Это мужской разговор.

На одной руке Павла сидел Тёмка, Вика и Мила стояли тут же рядом. Но я не успела пройти мимо них. Павел поймал меня рукой за талию и отдал Тёмку, сказав.

‒ Начинай читать следующую сказку, а я поговорю с ним, и мы присоединимся к вам.

‒ Паша, ты не знаешь, ‒ тихо сказала я. ‒ Их отец…

‒ Уже знаю. Мне отец сказал, ‒ ответил он и поцеловал меня в висок, успокаивая. ‒ И я знаю, что бы ему кто не сказал, он всё равно будет надеяться.

По голосу и выражению лица Павла я поняла, что он знает, о чём говорит. Поэтому я не стала спорить. Он ушёл вслед за Матвеем, а я с девочками и Тёмкой осталась на веранде.

Мне должно было быть совестно за то, что я приложила ответственный и тяжёлой разговор на Павла. Со стороны это могло выглядеть так, будто я смалодушничала или струсила. Но впервые с того дня, как я взяла на себя ответственность за детей, я чувствовала, что я не одна. Конечно же, мне и до этого момента помогали, Ольга, ДанСан и многие другие.

Только с Павлом всё было по-другому. Несмотря на то, что я совсем его не знала, подсознательно я верила ему, как и моя детвора.

Ну, кроме Матвея.

Мужской разговор Павда и Матвея затянулся, аж на две короткие сказки.

К концу первой сказки я начала нервничать, в голову полезли всякие мысли. Я вдруг зациклилась на словах Павла «Мне отец сказал». Какой отец? Кто его отец? И откуда он знает секреты нашей семьи?

Моя тревожность тут же проявилась в сбивчивом чтении и детвора всё сразу поняла. Вика не растерялась и предложила.

‒ Катюша, а можно я пойду и одним ушком послушаю. И тебе всё расскажу.

‒ Подслушивать ‒ это плохо! ‒ серьёзно сказала я.

‒ А почему они там говорят, а не тут? ‒ высказала она своё недовольство.

‒ У них мужской разговор, вот пусть и говорят. А ты девочка.

‒ Тогда Тёмка пойдёт, послушает! ‒ тут же сообразила Вика. ‒ Он же мальчик.

Опять же всё было логично, но план вики провалился.

‒ Я не хочу, ‒ запротестовал малыш и прижался ко мне.

На этом тема была закрыта и я начала читать вторую сказку. Старалась не отвлекаться на разные мысли и читала с выражением.

Когда Павел вернулся с Матвеем на веранду, я дочитывала вторую сказку. Тёмка уже спал у меня на коленях, а девчонки клевали носами, устроившись по двум сторонам от меня.

По выражению лиц двух мужчин, старшего и младшего я не могла сказать, что теперь они лучшие друзья. Но Павел успокоил меня, сказав.

‒ Мы поговорили и пришли к мирному соглашению.

Услышав его голов, Вика приоткрыла глазки и пробормотала почти сквозь сон.

‒ Теперь ты наш папа?

‒ Он муж Катюши, но я буду звать его дядя Паша, ‒ сказал Матвей.

‒ А я па‒ааааа, ‒ Вика растянула букву «а» в долгом зевке.

‒ И я, ‒ отозвалась эхом Мила, даже не открывая глаза.

Хорошо хоть, что Тёмка уже спал и видел сны, а иначе бы и он высказался. Впрочем, это уже не имело значение, я поняла одно.

Вот так, без меня, меня женили!

Хотела возразить, что Павел ещё не муж, а стало быть, и моим приёмным детям он ещё не папа. Но поняла, что обсуждать это нужно не при детях. А иначе потом устанем объяснять, что к чему и почему.

Детвору мы уложили быстро. Пришлось правда отложить купание на завтра. День оказался таким насыщенным на события, что было жалко будить девчонок и Тёмку, уже сладко посапывающих.

Павел отнёс девчонок в детскую, Матвей же сам расстелил кровати и достал пижамы. Он вёл себя как старший брат и старался помочь мне. А когда я целовала его на ночь, он крепко обнял меня и сказал.

‒ Я люблю тебя, Катюша.

‒ И я люблю тебя, ‒ ответила я, обняла и поцеловала его в макушку.

Обычно он взбрыкивал в такие моменты, считая, что он уже взрослый для таких проявлений любви и заботы. Но в этот раз он не отстранился, а ещё сильнее прижался ко мне, добавив к первому признанию ещё одно.

‒ Ты у нас самая лучшая!

‒ И ты у меня самый лучший! ‒ улыбнулась я. ‒ Вы у меня самые лучшие. Я вас люблю! А сейчас спать. Завтра у нас уйма дел.

‒ Спокойной ночи, Матвей, ‒ послышался голос Павла от двери в детскую.

‒ Ты завтра придёшь? ‒ вдруг спросил у него Матвей.

‒ Конечно, нам с тобой ещё кран новый ставить, если ты не забыл.

‒ Я не забыл! ‒ ответил Матвей и лег спать, отвернувшись к стенке.

Оставив включенным ночник, я вышла из детской, оставив дверь чуть приоткрытой. Павел ждал меня в коридоре. Взяв меня за руку, он направился к входной двери. Я, молча следовала за ним.

Мы разместились на том же диванчике на веранде, на котором я сидела до этого, читая детям сказки. Сейчас же я сидела на коленях у Павла, прижималась к его широкой груди и, слушая стук его сердца, боялась сказать хоть слова, боялась нарушить момент. Мне сложно было поверить, что всё это не сказка.

И всё же я заговорила первой, задав ему вопрос.

‒ Ты не уехал?

‒ Нет, ‒ ответил он и признался. ‒ Но мне понадобилось время, чтобы принять действительность. Я встретил девушку, в которую влюбился с первого взгляда, а у неё уже четверо детей.

Такое признание заставило меня выпрямиться и посмотреть ем в лицо.

‒ Влюбился?!

‒ Впервые и думаю, это уже навсегда, ‒ ответил Паша.

Его рука скользнула по моей спине вверх, пальцы зарылись в волосах, и он притянул моё лицо к себе.

‒ Я люблю тебя Катюша.

‒ Но ты меня не знаешь, ‒ пыталась я рассуждать здраво.

‒ Сначала влюбился в то, что увидел. А потом уже узнал тебя и теперь точно знаю, что не только красивая, но и, как сказал Матвей, ты самая лучшая! Так что решено, завтра подаём документы в ЗАГС

Возразить, воззвать к здравому смыслу, сказав, что мы знакомы один день и не может быть и речи о ЗАГСе, на всё это мне не дали времени.

Павел поцеловал меня, и снова я забыла обо всём на свете.