Глава 3

Кира успела увидеть только затылок. Высокий седовласый человек, сидя на корточках спиной к ней, подновлял тончайшие металлические рейки, составляющие ритуальный круг. Лица его она не видела.

— Какого дьявола? — вдруг властно сказал он. Вскинул руку, и ледяная магическая формула сорвалась с пальцев.

Руны в металлическом круге вспыхнули мгновенно, и Кира, глядящая на ритуал далёкими глазами донора, содрогнулась, почувствовав битву воль.

Сейчас Тёмный Лорд не накладывал проклятие, запечатывающее магию, она знала. Для ритуала такой силы их двоих было недостаточно. Пока он всего лишь накладывал метку.

И маг, с которым они пытались это сделать, узнал об их присутствии.

Что было почти невозможно. Даже Агнус Хили не почувствовал, как его проклинал Тёмный Лорд, даже Райли. Даже мэтр Антейн, когда его проклинала Вероника…

— Кто? — глухо произнёс маг, не прекращая делать пассы. Руны горели всё ярче под его ногами. — Кто…

Магия поднималась в нём. Страшная высшая магия куда сильнее и мощнее всего, что Кира видела раньше. Исключая лишь силу профессора Деннета — и Тёмного Лорда.

А Тёмный Лорд всё не прерывал ритуал.

Хватит. Хватит, или они погибнут. Сила, направленная на них, уже лилась.

Кольцо на её пальце. Обручальное кольцо с зеленоватым бриллиантом, на которое были наложены чары, чтобы прервать любой ритуал в любую минуту, как бы опасно это ни было.

Больше не сомневаясь, Кира сжала кольцо.

И рухнула на пол в спальне профессора Деннета, теряя сознание.

Она очнулась от головной боли. Болело всё тело, но так, как раскалывались сейчас её виски, они не ныли никогда.

Кира сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Не страшно. Она жива, это главное. Правда, что сделает с ней сейчас Тёмный Лорд за то, что она прервала ритуал раньше времени… Ох. Что, если он готовил ловушку своему противнику, а она помешала блестящему плану осуществиться?

Но он молчал.

Кира растерянно подняла взгляд.

— Вы…

И осеклась. Тёмный Лорд не стоял над ней, скрестив руки и холодно глядя на неё. В круге она была одна.

Кира резко встала.

— Где вы? — сорвалось с её губ. — Милорд? — Её голос дрогнул. — Рональд?

Он ушёл куда-то. Что, если он свалился внизу? На улице, пытаясь поехать за помощью для неё?

Она рванулась к шкафу. Быстро натянула алые трусики и длинную футболку, едва прикрывающую бёдра, и бросилась к двери.

И чуть не пропустила ногу, выпростанную из-за кровати.

Его отбросило к стене. Он приложился затылком: на побелке осталось пятно крови. Но хуже всего было то, что он до сих пор был без сознания. Слишком поздно, она остановила ритуал слишком поздно…

Он дышал, хотя дыхание было слабым. Она коснулась горла — и услышала неуверенный пульс.

Который мог исчезнуть в любую минуту.

— Милорд, — прошептала она. — Очнитесь. Умоляю вас. Я… я не целитель, я всего лишь донор, я не смогу…

Ответа не было.

Секунду она беспомощно смотрела на него. Потом вспомнила.

Целительный амулет на её шее. Бриллиант, который подарил он сам. Точнее, профессор Деннет.

Проклятая застёжка не хотела расстёгиваться. Кира надавила, но она знала, что это было бесполезно.

— Пожалуйста, — в отчаянии проговорила она. — Пожалуйста, я хочу ему помочь. Я…

Она запнулась. Как ещё она могла помочь? Исцеляющие заклинания для адептки первого курса? Смешно. Бриллиант мог куда больше.

Его дыхание делалось всё слабее. Кира в панике оглядела себя.

Алый перстень на её руке, надетый по приказу Тёмного Лорда, сиял ярким пламенем, но она не могла его применить. Она просто не знала нужных формул. Целительская магия была сложной: даже профессор Деннет пренебрегал ей, пока не заболел воспалением лёгких и чуть не погиб.

Перстень Тёмного Лорда на ней был бесполезен. Хотя…

Она могла усилить им действие другого артефакта. Наверное.

Кира быстро склонилась над лежащим. Расстегнула рубашку, коснулась перстнем своего бриллианта, усиливая его возможности, как она надеялась.

И легла на грудь тому, кого когда-то любила, прижимаясь так, что между ними нельзя было просунуть даже ножа.

— Очнитесь, — шепнула она. — Пожалуйста.

В следующую секунду она услышала короткий стон.

И выдохнула, разом ослабев от облегчения.

— Какого чёрта вы тут валяетесь? — пробормотал он, всё ещё лёжа без движения. — Что это на вас…

Он понял, она поняла по его взгляду, что он понял.

Его пальцы шевельнулись, и в следующий миг он тут же притянул её к себе за амулет на шее. Его магия вернулась.

А вот магия амулета была безнадёжно утрачена.

— Моё прежнее «я» дало вам этот кулон, чтобы защитить вас, — прошипел Тёмный Лорд. — Какого дьявола вы потратили его чёрт знает на что?

К глазам Киры подступили слёзы.

— На то, чтобы спасти…

— Не желаю ничего слышать. И мой перстень вы, я смотрю, использовали тоже? Благодарите всех богов, что его сила не сгорела, иначе я бы очень разозлился.

— Ещё немного, и вы перестали бы дышать! — отчаянно воскликнула Кира. — И никакая скорая помощь не приехала бы!

Его голос был по-прежнему холоден.

— Вы этого не знаете.

Кира вспыхнула.

— Может, мне ударить по голове вас ещё раз, милорд? — ядовито спросила она. — Раз уж вы мне не верите?

Тёмный Лорд глядел на неё с изумлением.

— И откуда что берётся, — пробормотал он. — Хорошо, признаю, есть шанс, что вы только что спасли мне жизнь. Довольны?

— Нет, — уронила Кира. — Потому что вы не прервали ритуал вовремя.

— Чтобы убить этим уже вас? — Он фыркнул. — Я пропустил нужный миг. Осталось только надеяться, что я отразил бы удар.

— Но вы его не отразили.

Он с безразличным видом пожал плечами, отстраняя её и поднимаясь.

— Не повезло.

— Вам нужно к врачу.

— Нет. У меня нет полномочий на то, чтобы стирать память, если что-то пойдёт не так. А об обращении к целителям узнают в Протекторате, и очень задумаются, услышав симптомы.

— Какие симптомы? — тихо спросила Кира, шагая к нему. Она положила руку ему на локоть, и он не отстранился.

— Магическое истощение, — сухо бросил он. — На несколько дней, не меньше. Меня здорово тряхнуло, как вы имели счастье убедиться.

— Вам нужно лечь.

— Мне нужно, чтобы вы убрались куда-нибудь со своей навязчивой заботой. — Он закрыл глаза. — В отличие от своего двойника, я не собираюсь жениться и терпеть супругу вроде вас. Наложницу — ещё куда ни шло, но не такую…

— Красивую? — предположила Кира.

Он засмеялся.

А потом, нахмурившись, достал из кармана носовой платок, смочив его тут же в графине.

— У вас из носа течёт кровь, — констатировал он, вытирая её лицо. — И наверняка раскалывается голова.

— Да, — произнесла Кира.

— Расплачиваетесь за прерывание ритуала. Но мы были в нём недолго: вы не сильно пострадали.

Тёмный Лорд отбросил платок и сел на кровать, потом рухнул на спину.

— Идите сюда, — устало сказал он. — Ложитесь рядом и молчите.

Кира молча подошла. И так же, без слов, начала снимать одежду.

На его губах мелькнула улыбка.

— Думаете, я сейчас в состоянии?

— Просто хочу, чтобы вам стало лучше, — прошептала она, сбросив футболку и взявшись за трусики. — Я очень испугалась.

Он остановил её жестом.

— Не снимайте. Хочу, чтобы они были на вас.

Кира подчинилась. И легла рядом, обнимая его.

— Покрывало будет в крови, — пробормотала она.

— Выстирайте или выкиньте, мне безразлично. Проклятье, моя голова… — Он коротко вдохнул. — Неважно. Ваш амулет меня залатал, если вам это интересно. Осталось лишь истощение и головная боль.

— Надолго?

— Виски перестанет ломить к вечеру. С истощением сложнее.

Он привлёк её к себе.

— Говорю с вами как с равной, — произнёс он. — Вам это нравится?

Кира секунду подумала.

— Я не знаю.

— Но вы спасли меня.

— Да, — проговорила она, и почувствовала в своём голосе нежность.

Он почувствовал её тоже: его глаза чуть расширились.

— Почему? Только не говорите, что это потому, что вы любите моё предыдущее «я»; сейчас не время.

— Я знаю, — негромко сказала Кира. — Но не только из-за него, это точно. Из-за вас.

Тёмный Лорд криво улыбнулся.

— То есть это было сочувствие доброй невинной души.

— Которой вы дороги, — прошептала Кира, не глядя на него. — Я не знаю почему. После всего, что вы сделали…

Короткий смешок.

— О, я даже не приступал.

Кира закрыла глаза. Неважно, всё было неважно, и его угрозы сейчас были неважны тоже.

Он был жив.

Кира не заметила, как пригрелась и уснула.

Во сне Кира видела старый, явно подержанный автомобиль, за рулём которого была очень красивая молодая женщина. Её лицо портила только дешёвая и слишком очевидно наложенная косметика.

И мальчик на заднем сиденье в аккуратном джинсовом комбинезончике.

— … Я хочу домой!

— Нет, милый. Домой ты не поедешь.

— Почему?

Этот холодный уверенный голос, пусть и совсем детский, мог принадлежать только одному человеку.

Совсем юному ребёнку, которого звали…

— Рон, веди себя прилично. Я хочу, чтобы ты жил у отца, и для этого тебе надо показать себя хорошим мальчиком.

— Ты меня боишься, — с упрёком и укором сказал мальчик. — Я утром на кухню хотел пойти, а ты… ты отпрыгнула!

— Ты мог порезаться или обжечься, — резко сказала женщина. — Я тебя не… я очень люблю тебя, сынок. Просто так будет лучше.

Затравленный взгляд, заметила Кира. Следы слёз, замазанные пудрой, но тушь у неё всё-таки потекла, и пудра скрыла не всё.

Любила ли она ребёнка? Кажется, боялась она его куда больше.

Но отдать его мерзавцу, который… который сделал с ребёнком подобное? Как она могла? Неужели она не видела, что он за человек?

Возможно, что и нет. Она могла не знать. Но разве она не догадывалась? Не понимала, что детей-магов в обычном мире просто нет, а значит, ей нужно было скрывать сына всеми силами?

Но страх победил в ней любовь. А может быть, любви к нежеланному ребёнку она и не испытывала; только долг, только надоевшая лямка, только злые мысли о том, что сын сломал ей жизнь.

— Мама, — тихо, почти робко сказал мальчик на заднем сиденье. — Я не хочу к отцу. Я вообще никуда не хочу. Я хочу домой. Можно мы поедем домой?

Он начал плакать. Кира расплакалась бы тоже, если бы могла.

Его мать молчала.

Автомобиль подъехал к белоснежному особняку с колоннами. Полукруглая подъездная дорожка начиналась за резными чугунными воротами…

Которые были закрыты.

Женщина закусила губу и посигналила. Ещё раз.

Мальчик меж тем плакал всё громче и дёргал ручку двери. Безуспешно: было заперто.

— Ты уедешь, — прорыдал мальчик. — Ты… ты оставишь меня с ним… и не вернёшься!

Маг. Маг, полный интуиции, даже в этом возрасте.

И великой силы. Силы, которая прорывалась даже сейчас.

— Тихо, сынок, — твёрдо сказала женщина. — Просто помни, что я тебе сказала. Никаких чудес. Ничего, что ты умеешь. Не показывай никому, иначе тебя накажут.

— Я не боюсь!

— Тогда накажут и меня. Ты этого хочешь?

Мальчик всё ещё всхлипывал.

— Нет.

— Умница, Рон. Отец о тебе позаботится. А я… может быть, я ещё приеду.

Не приедет.

Мужчину, бегущего к автомобилю, Кира увидела минуту спустя.

— Какого чёрта, Джерри? — прошипел он, наклоняясь над открытым окном. — И кто этот…

С его лица разом исчезла вся краска.

Лицо женщины было твёрдо.

— Я привезла тебе твоего сына. Вылезай, Рональд.

Кира внимательно глядела в лицо мужчине. Одетый в домашние штаны и простую полосатую рубашку, такой обычный…

— Ты не сказала мне, — очень тихо произнёс он. — Я ничего не знал. Какого чёрта, Джерри, я помог бы тебе!

Она пожала плечами.

— Помоги сейчас.

Его лицо было знакомо Кире. Слабо, но знакомо.

И он был…

Главой совета попечителей Серого Дома, приюта, где она выросла. Где рос и его сын, Рон.

Рональд Вейер.

Фамилия, которую дали будущему Тёмному Лорду воспитатели. А настоящая?

— Арчибальд фон Вюрнер, — сухо сказала женщина. — Я, Джеральдина Томас, мать твоего ребёнка, возвращаю его тебе. Рон, сделай то, что я тебе показывала.

Мальчик, всхлипывая, начертил в воздухе руну. Руну Целар.

Мужчина отшатнулся.

— Клянись, что не вернёшь его мне. Клянись, что я буду свободна от него и от тебя. Клянись, что не причинишь мне вред. Клянись, или я найду других таких, как ты, и расскажу им. Я оставила матери кассету с проделками Рональда. — Джеральдина с яростью глядела на своего любовника. — И я не побоюсь её использовать.

— Дура. Тебе никто не поверит. Решат, что это дешёвые спецэффекты.

— Может, и не поверят. Только ваши отслеживают такие новости, да? И они найдут тебя по имени. Найдут, и тебе не поздоровится.

Арчибальд фон Вюрнер стоял перед ней бледный как смерть.

— Клянусь, — наконец хрипло сказал он.

— На крови. Как ты рассказывал мне.

— Будь ты проклята!

— Я уже проклята твоим сыном, — прошипела Джеральдина, уже не заботясь о том, что Рональд, замерший на заднем сиденье, её прекрасно слышал. — Клянись, или я отвезу его в другое место. Или, может, мне рассказать твоей жене? Как она, скоро решит посмотреть на нас в окошко? Может, мне покричать?

Арчибальд резко опустил руку на стекло, разрезая её до крови. Он был силён: обычному магу это не удалось бы. Магия, увеличивающая физическую силу, как и левитация, была сложна и редка.

Брызги крови хлестнули по руне Целар, наполняя её силой.

— Ты многое запомнила, женщина, — задыхаясь, процедил Арчибальд. — Клянусь, что выполню твои условия. Но если ты вернёшься сюда, я убью и тебя, и твою мать, и всех, кто тебе дорог.

Вместо ответа женщина разблокировала двери.

— Рональд, отец тебя ждёт, — хрипло сказала она. — Прости меня. И прощай.

Непослушными ногами мальчик выбрался на тротуар. Он больше не пытался протестовать или всхлипывать. Понял, что у него не было другого выбора?

Он протянул руку отцу. Знал ли он? Мог ли догадаться, что тот выбросит его на верную смерть?

— Я Рональд.

Мужчина осторожно пожал её.

А Кира почувствовала поток силы. Чужой, не Арчибальда.

Поток силы, направленный из другого места. Из будущего.

— Я Арчибальд фон Вюрнер, — со вздохом произнёс отец Тёмного Лорда. — Идём. Я отвезу тебя поесть. Нам нужно арендовать машину; это неподалёку.

Кира поёжилась. Неужели они увидят всё остальное? И то, как Арчибальд вышвырнул сына из машины посреди шоссе?

В следующую секунду тёмная сила обняла её за плечи и поволокла. Прочь, прочь от несостоявшегося убийцы, прочь от будущего Тёмного Лорда.

Но, уже отдаваясь своему родному времени, Кира увидела невидимую для постороннего человеческого глаза яркую золотую метку, сияющую на плече Арчибальда фон Вюрнера.