Глава 11

Ника

Неизвестный номер: «Как успехи?»

Сжав телефон в ладони, мечусь по квартире, впервые не зная, как ответить на такой с виду простой вопрос, под которым скрывается много больше, чем лежит на поверхности. В груди жжёт и губы покалывает от наших острых поцелуев. Кусаю их докрасна, пытаясь взять себя в руки.

Подхожу к окну, прижимаю горячую ладонь к стеклу в том месте, где мы с Рафаэлем обменялись чем-то очень важным без лишних слов и признаний. Закрываю глаза, стучусь лбом о прохладную прозрачную поверхность. На языке крутится фраза, которую я никак не могу ни произнести, ни написать, а мне уже давно надо было выехать. Мой горячий кареглазый мальчик ждёт меня.

Ника: «Пообещайте мне кое-что» — всё же пишу, зная, что и там ждут.

Неизвестный номер: «В нашем положении любые обещания не имеют смысла»

Ника: «Пожалуйста…»

Неизвестный номер: «Что ты хочешь?»

Ника: «Чтобы он не пострадал» — имена не нужны. Все прекрасно понимают, о ком идёт речь.

Неизвестный номер: «Он не нуждается в твоей защите»

Ника: «Знаю. Но всё равно прошу»

Неизвестный номер: «Ты влюбилась?»

Ника: «Нет» — лгу.

Мои настоящие чувства и эмоции не видно через экран телефона. Да и кто их видел в последний раз? Только Рафаэль. И от этого за рёбрами давит, ноет, болит. Я не знала, что сердце может плакать. Моё в истерике уже сейчас. Страшно представить, что с ним будет потом…

Ника: «Я просто не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за меня. Из-за нас. Эту просьбу невозможно выполнить, раз в ответ я получаю одни вопросы?»

Неизвестный номер: «У тебя к нему много эмоций. Мне жаль, что приходится тащить тебя через всё это. Но это не вопрос разбитого сердца, малышка. Это вопрос нескольких жизней. В том числе и твоей. Давай закончим начатое. Освободимся»

Ника: «С разбитым сердцем живут?»

Неизвестный номер: «Живут. А вот с пулей в сердце — нет. Так как у нас дела?»

Ника: «Всё по плану. Мне надо ехать на гонку»

Неизвестный номер: «Будь осторожна»

Не хочу… хочу ещё гулять по крышам, гонять до рассвета, поцелуев с привкусом сигарет и сентября на высоте колеса обозрения и секса у этого проклятого окна.

Ника: «Как всегда»

Я уже готова. Низко посаженные свободные джинсы, кроссовки, топ и жилетка. Волосы сегодня собраны в высокий хвост. На лице маска, на руках перчатки. Спускаюсь на парковку и сажусь за руль "Панамеры". Пальцы кажутся очень чувствительными. Я ощущаю каждую неровность, все шероховатости ремня безопасности.

Глянув на часы, мчусь на предельно допустимых на точку сбора. Успею. Точно должна успеть. Лишь бы он не сорвался меня искать. Будет недовольно рычать. Под чёрной маской улыбаются зацелованные им губы.

Хочу к нему. В его сильные руки. К его мощному телу. Слушать его тяжёлое дыхание, смотреть в безумные глаза. Тянет. И чем ближе я подъезжаю, тем больнее сводит мышцы живота от моих желаний.

Въезжаю в тусовку, нахожу место для парковки, чувствуя заинтересованные взгляды на своей машине. Не ожидали, что вернусь? Я и сама не ожидала.

Дышу, выискивая в толпе одну величественную задницу с наглой ухмылкой. Стоит у своего "Мерса", сжав в ладони телефон. Смотрит на меня крайне недовольно. Киваю Рафу на стартовую линию. Отрицательно дёргает головой и зовёт к себе.

Сквозь веселящуюся толпу, как сквозь песок, и сразу к нему.

— Где ты была? — бессовестно сминает ладонями мои ягодицы и дёргает на себя, вжимая в пах.

— Девочки иногда опаздывают, — смотрю в его глаза. Меня окутывает облаком его тяжёлого парфюма, разбавленного едва уловимым ментолом.

Раф сдёргивает с меня маску, жёстко впивается в губы, насилует языком рот и кусается, наказывая за то, что королю пришлось ждать. Сам поправляет маску, подушечкой большого пальца проводит линию по правой брови, гладит прямо по ресницам. Часто моргаю, а он едва заметно улыбается.

— Ты хотел реванш, — напоминаю ему.

— Поехали, — глядя с вызовом, отталкивает меня от себя.

Ждём, когда закончится гонка Самаэля, и выезжаем на стартовую линию. Перед нами снова прямая, снова впереди полыхают бочки, но эмоции в этот раз буквально разрывают внутренности.

Удобнее перехватив руль, смотрю только на Рафаэля. Он шикарен за рулём… особенно когда смотрит на меня со своей дикой полуулыбкой.

Я выдыхаю, он вдыхает. Синхронизируемся за те доли секунды, что кружевные белые трусики грид-гёрл летят до асфальта.

Касание…

Две «пули» срываются с места. Мы не смотрим на дорогу. Безумные, продолжающие вдыхать и выдыхать строго по очереди, смотрим лишь друг на друга. Его коварная улыбка, мой взгляд с вызовом.

Переключаю внимание на трассу. Сердце никак не найдёт правильный ритм и носится по всей грудной клетке. Даю ему полную свободу. Себе…

Перед нами бочки.

Разворачиваемся. Бросаю косой взгляд на Рафаэля. Сегодня он не собирается поддаваться. Это чувствуется. Его мощный "Мерс" обходит меня на корпус и красиво вырывает уверенную победу.

Я не злюсь. Мне не обидно. Я знаю, что он сильнее. Мне хочется подчиниться этой силе. Мне нравится быть с ним маленькой, настоящей, собой…

Рафаэля пытаются поздравлять с победой, но он шлёт всех на хрен и уверенно идёт ко мне.

— Охуительная, — выдыхает в губы, спрятанные под маской. — Ещё раз выбесишь меня своим опозданием, — грубо наматывает хвост на свой кулак, — из-под земли достану и накажу, — дёргает на себя, глядя в глаза.

— Какой нервный, — смеюсь, дразня пламя в его глазах.

Отпускаю Рафа за призом и поздравлениями. Вокруг него вьются местные девочки. С интересом наблюдаю за реакцией. Её нет. Он будто смотрит сквозь них. Мне становится немного не по себе. Не хотелось бы однажды ощутить в свою сторону именно такой взгляд.

Соколов возвращается ко мне. Проводит пальцем по открытой части руки, разгоняя в разные стороны неприятные мурашки.

— Всё нормально?

— Давай уедем отсюда, — прошу его.

И наплевав на всё, мы уезжаем с тусовки. Катаемся по городу, играя в гляделки и перебрасываясь ухмылками. Пьём кофе, сидя на капотах и глядя на воду, в которой отражаются городские огни.

— Какого чёрта ты в джинсах? — смеётся Раф, подтянув меня к себе и слизывая горькую каплю чёрного бодрящего с моих губ.

— Тебе не нравится?

— Это создаёт некоторые неудобства, — пожирает меня полным возбуждения взглядом.

Рассмеявшись, разворачиваюсь в его руках, откидываю голову на плечо и смотрю на воду, чувствуя наглые, горячие губы, хаотично двигающиеся от уха к шее.

Мы ещё немного катаемся, ни на мгновенье не уступая друг другу на дороге. А вот переступив порог квартиры, я сдаюсь его опытным рукам, оказываюсь перекинута через плечо и уронена поперёк кровати.

Ещё одна ночь в разговорах и сексе, в фильмах, совместном душе, с поздним ужином из того, что было в холодильнике.

— Я хочу, чтобы в эти выходные ты пошла со мной на приём, который устраивает отец, — прожевав, говорит Рафаэль, возвращая меня в суровую реальность.

Это ведь оно. То самое, что мне от него нужно.

— А как твои отец и брат это примут? — делаю глоток яблочного сока из его стакана.

— Им придётся это пережить, — спокойно отвечает он.

— Уверен? Мне бы не хотелось, чтобы из-за меня ты ссорился с братом. Вы ведь близки. Это слишком очевидно.

— Сэм привыкнет. Он собственник ещё хуже, чем я. Ему нужно время, чтобы принять мои отношения с тобой.

— Хорошо, — решаю долго не тянуть. Какой смысл? — Если ты покажешь мне свою комнату. Очень хочу посмотреть, как живут такие парни, как ты.

— И комнату, и кровать, и письменный стол. Обещаю подробнейшую экскурсию по всем доступным поверхностям моей спальни, — улыбается он.

— Тогда я точно согласна, — прячу смех в ещё одном глотке кисло-сладкого сока.