Глава 10

Рафаэль

Мы исчезаем на весь день. Доставка еды, секс, фильмы, огромная ванна для двоих, доверху наполненная пеной. Солнце закатывается за дома, оставляя на небе красно-оранжевую полосу. Пачкаю её губы васаби и снова целую. Жжётся, но ещё ничего вкуснее я в своей жизни не пробовал.

Уношу Нику на кровать. Мы сериал не досмотрели, самое время передохнуть и потупить ещё в пару серий. Правда, я ни хера не помню, что там было в предыдущих. Вообще без разницы. Мне просто прикольно делать это с ней.

Укладываемся. Анимешка маленькая такая, мне собой закрыть хочется и жёстко наказать весь мир за то, что он её обидел.

Она голой ходить не стесняется. Это просто вау. На неё хочется смотреть, её хочется вдыхать. И ей больше неинтересно, что там показывают на ноуте, ложится на меня, целует воспалённые от острого соуса губы, устраивает голову на плече и там тоже целует везде, где попадает. Кожа будто в ожогах. Горит, но блядь, так приятно!

Начинает дышать медленнее, засыпает, прижавшись ко мне голой грудью. Рисую круги по её спине, пересчитываю позвонки. Подтягиваю к нам покрывало. Укутываю и обнимаю.

После безумных суток меня тоже отрубает, но ненадолго. Среди ночи просыпаюсь, ощутив на себе пристальный взгляд.

— Ты чего? — тихо спрашиваю у Ники.

— Просто смотрю, — подтягивается и целует меня в скулу.

Переворачиваю нас, нагло дёрнув бёдрами, вхожу в неё без предупреждения. Синхронно стонем и медленно двигаемся. У нас околоутренний секс. Плавный, горячий, ради удовольствия и тесного ощущения друг друга, а не ради оргазма. Но он всё же случается. С ней вряд ли могло быть иначе.

Пачкаю свою Анимешку спермой, размазываю тёплое семя по бархатной коже. Ника смеётся и смотрит на меня так, как никто никогда не смотрел.

Её пальцы путаются в моих волосах. Сжимает их до боли в висках, чуть оттягивая мою голову назад. Смеюсь. Эта боль тоже необычная. Она смешивается с возбуждением, стреляет в пах, продлевая послеоргазменный кайф.

— Покажи мне свой город, Раф, — просит Анимешка. — Именно таким, каким его видишь ты. Мне кажется, — стреляет взглядом в окно, — сейчас самое время для экскурсии.

— Собирайся, — скатываюсь с неё, откровенно любуюсь.

Вся в моих следах. Она поднимается с кровати и, даже не пытаясь прикрыться, уходит в душ.

— Обожаю, — урчу, прикрыв глаза.

Возвращается ко мне, укутанная в полотенце. Выбирает одежду. Узкие брючки, белый топ с длинным рукавом, прикольные подтяжки. Старательно заплетает свои длинные светлые волосы в косы.

Натянув джинсы, подхожу и обнимаю её сзади. Смотрю на наше отражение. Глаза от секса обдолбанные у обоих. Губы воспалённые.

— Анимешка, — веду кончиком носа по открытому изгибу шеи и бесцеремонно мечу засосом. Ловлю возмущённый взгляд в зеркале. — Моё, — кусаю в плечо, оставляя влажный след на ткани топа, и ухожу искать свою одежду.

Трусы и футболка так и валяются у окна в просторной гостиной. Встряхиваю, одеваюсь, ищу сигареты. Курить хочется просто адски. Ничего не осталось. Три пустые пачки валяются в урне.

— Я готова, — Ника проходится ногтями между моих лопаток. Втянув воздух через сжатые зубы, абсолютно весь покрываюсь мурашками. — Помятый, — смеётся она.

— Тебе не по хрен? — развернувшись, рассматриваю свою самую настоящую Анимешку. К этому образу тоже пошла бы та чёрная маска, но так мне нравится больше.

— Сейчас? — она улыбается шире. — Абсолютно. Едем гулять?

— Погнали.

Спускаемся на парковку. Стоим, озадаченно глядя на "Панамеру", "Мерс" и игрушечный "Мини Купер".

Ника коварно улыбается и затевает свою дурацкую игру в считалочки. Смотрю, как её тонкий пальчик указывает на жалкое, в моём понимании, подобие машины красного цвета.

— Нет! Даже не думай. Я в это не сяду! — обхватив её за талию, поднимаю над идеальным бетонным полом и тащу к своему "Мерсу".

— Раф! — её визг эхом несётся через весь паркинг, ударяется о стены и возвращается к нам. — Раф, так не по правилам! — а сама смеётся, сдавшись и болтая ногами в воздухе.

Сажаю её в свою машину и пристёгиваю, чтобы не сбежала. В лобовое вижу, как поправляет ремень безопасности, пока я обхожу тачку и сажусь за руль.

— Мне плевать, — подмигиваю Нике.

Ей всё нравится. Нарушать, гнать двести по городу, пока дороги относительно свободные. Смотреть на смазанные огни и пить дешёвый кофе из ближайшего круглосуточного киоска.

А мне нравится целоваться с ней прямо на ходу, пролетая мимо мигающих светофоров на чёрной «пуле», встречать рассвет на крыше, дышать ей в губы, дразнить, хотеть, даже когда физически оказался выжат за прошедшие сутки.

Я хочу её иначе. Это идёт изнутри, откуда-то из центра грудной клетки.

Ника прикладывает ладонь именно туда, где печёт и ноет.

— Снова сменил батарейки? — улыбается.

— Да, — вытягиваю сигарету из пачки, — на сутки всего хватает. Модель хреновая. Менять надо.

Затягиваюсь, беру её за руку и помогаю спуститься с крыши в подъезд. Выходим на оживающие улицы и идём пешком. Солнце отражается в витринах магазинов. Машин на дорогах становится больше. Мы понятия не имеем, сколько сейчас времени. Телефоны у обоих давно разряжены.

Я держу маленькую тёплую ладонь в своей и показываю столицу с другой стороны. У любого города есть «лицо». Это центр, красивые фасады зданий, расположенных на главных улицах. А есть «изнанка». Разбитые дороги, грязные подъезды и здания, «покрытые» толстым слоем истории. Я вижу этот город с обеих его сторон, но больше всего мне всё равно нравится смотреть на него сверху. Поэтому мы возвращаемся в тачку и едем кататься на колесе обозрения.

Договариваюсь, чтобы нам его тормознули на самом верху.

— Мы оба чокнутые, ты знаешь? — Ника с восхищённым взглядом крутит головой по сторонам.

— Знаю, — любуюсь ей из-под полуопущенных ресниц, выпуская облако сигаретного дыма вверх. — Поэтому я так остро тебя чувствую.

— А я тебя, — машет ладонями, разгоняя зависший дым. Смотрит мне в глаза. Кабинка вздрагивает, и мы начинаем медленное движение вниз, стоя друг напротив друга и держась за руки.

— Мы сегодня опять не идём на пары? — мазнув губами по моим, спрашивает Анимешка.

— Надо, — признаю я. Иначе отец сдержит слово, а я не готов стать пешеходом.

Везу Нику домой. Провожаю до двери и только после этого еду к себе. Переступаю порог отцовского особняка и получаю сильный толчок в плечи. Не успеваю нормально среагировать, Сэм сносит меня к стене.

— Ты охренел?! — рычит брат. Сжимает ладонью горло и зло смотрит в глаза. — Ты больше суток на связь не выходил! Где ты был, Раф? С этой девкой?!

***

Рафаэль

— Девок, Сэм, — зло смотрю в глаза брату, — мы с тобой на секс разводили и на двоих делили. А её не трогай! Понял?! — ребром ладони бью ему по запястью. Он разжимает пальцы, и я могу нормально дышать. Перед глазами роятся чёрные мушки. Встряхиваю головой, отгоняя от себя эту глючную дрянь.

Брат одёргивает руки. Его ноздри агрессивно подрагивают, все жилы и вены на шее повздувались и проявились под кожей.

— И чем же она так принципиально отличается от других? — зло цедит Самаэль.

— Тем, что моя!

— Смешно, — издевается моя крашеная копия. — Ты просто давно не трахался, вот тебя и коротнуло. Это пройдёт, Раф. А я останусь! Твой чёртов брат, которому можно было позвонить и сказать, где тебя носит!

— Не пройдёт, Сэм. И отчитываться перед тобой я не обязан. Ещё раз предупреждаю. Не лезь!

— То есть ты реально решил променять семью на де… эту Нику? — кипит он.

— Это ты пытаешься ставить мне какие-то тупые условия! Не надо, Самаэль.

Он ревнует и переживает, как и я за него. Всегда. Но сейчас меня бесит любая попытка вмешательства в наш с Анимешкой мир. И меня напрягает, что брат её воспринимает как врага или помеху нашим с ним отношениям.

Мы с ним тесно связаны с детства. Никого никогда не было ближе, особенно после тяжёлого развода родителей и отъезда матери на родину в Испанию. Она получила судебный запрет на любое общение с нами, а мы с братом фактически остались вдвоём, потому что у отца началась гонка за прокурорское кресло в столице.

На нас едва ли не маячки повесили, чтобы мы не нарушали это правило. Отец наказывал за любые попытки связаться с мамой. У Сэма в телефоне он давно уже записан как «Деспот», а мне давно плевать на его запреты. Я нахожу способы изредка общаться с ней и перекидывать бабло, потому что могу себе это позволить, в то время как она живёт на зарплату.

— Смотрел бы и смотрел, как родные братья рвут друг другу глотки, — раздаётся ледяной голос отца. — Ну же, продолжайте, — складывает руки на груди и открыто смотрит на нас. — А если вы всё же закончили, у меня тот же вопрос, Рафаэль. Где ты шлялся больше суток? Посмотри на себя! Мой сын похож на бомжа. Помятый весь!

Подходит ближе, оттесняя от меня Сэма. Грубо хватает за подбородок и смотрит в глаза. Дёргаю головой, скидывая его руку.

— Помойся, переоденься и принеси мне тест на наркотики, — заявляет родитель.

— Ты серьёзно сейчас?! — откровенно охуеваю.

— Так похоже, что я шучу? Ты глаза свои видел, обдолбыш?! Пока не принесёшь результат тестов, чтобы не смел садиться за руль. Понял меня?

— Да пошёл ты! Оба пошли на хрен! — расталкиваю брата и отца. Ухожу к лестнице.

— Не самое разумное решение, посылать того, за чей счёт ты живёшь. Я жду тесты, Рафаэль.

Не оглядываясь, показываю ему фак и бегом поднимаюсь к себе. Грохнув дверью, забираю полотенце и сваливаю в душ. Упираюсь обеими ладонями в стену, закрываю глаза и стараюсь успокоиться.

Слышу, как дверь открывается. Я не запирал. От кого тут прятаться?

— Раф, — зовёт брат.

— Отвали, — не поворачиваюсь к нему.

— Я реально напрягся, когда ты исчез с радаров. Остынь. В универ поедешь?

— Пешком пойду!

— Мля, Рафаэль, хорош! Ну хочешь ты поиграться с этой девчонкой, играйся. Только нас не похерь. Мы же лучшая команда, брат.

Он уходит, а я скриплю зубами, вспенивая в ладонях гель для душа. Насквозь пропах Никой, сигаретами, тачкой, городом и сексом. Разбавляю этот коктейль бодрящим ментолом и через пару минут возвращаюсь в спальню.

Глянув на часы, переодеваюсь, засовываю паспорт в задний карман белых джинсов и спускаюсь в холл. Сэм ждёт меня на гостевом диване.

— Едем? — усмехается.

— Едем, — толкаю брата плечом в плечо и первым выхожу на улицу. Сажусь пассажиром в его "Мерс", сползаю в расслабленную позу и закрываю глаза. — Я даже тебе за Анимешку рожу разобью. Не ставь меня перед выбором, Самаэль. Я не хочу его делать.

Он молча везёт меня в хорошую частную наркологию. Сдаю эти дебильные тесты, делаю пару селфи с врачом, этими бумажками и квитанциями. Отправляю отцу.

«Клоун» — приходит ответ. — «Пусть скинут результаты мне на почту»

— Бля, как же ты достал, — закатываю глаза и показываю сообщение врачу.

— Без проблем. Давайте адрес, я всё отправлю, — спокойно реагирует он.

«Получил?» — пишу родителю, как только письмо уходит.

Пара минут, и в кабинет дозваниваются из приёмной. Отец лично говорит с доктором, потом трубку протягивают мне.

— Ты больной? Чё за гиперконтроль? — интересуюсь у родителя.

— Всего лишь забота о сыне, — спокойно отвечает отец. — После университета вернись домой и отоспись по-человечески. Хватит по девкам шляться.

— Сам разберусь, — сбрасываю, оставляя последнее слово за собой. Возвращаю телефон врачу и сваливаю из клиники.

Сэм везёт наши задницы в универ. С сильным опозданием вламываемся в аудиторию в разгар опроса. Я даже что-то отвечаю, пока иду на своё место.

— Будем считать, что опоздание вы отработали, — комментирует препод.

— Угу, — сажусь у окна и жду, когда закончится занятие, чтобы сорваться отсюда и найти Анимешку.

Как только нас отпускают, сразу иду за ней. Девочка, которую просто невозможно не заметить, с отличной цифровой камерой бредёт по коридору и снимает стайки студентов, пару преподов, проходящих мимо. Ловит меня в свой объектив, улыбается.

Зову её к себе. Идёт, не опуская камеру.

— Привет, — тянется и целует, снимая и это для своего будущего кино.

Отвожу её руку в сторону и нагло углубляю наше горячее прикосновение.

— Ты чего так долго? — спрашивает, оторвавшись от меня.

— Да так, — морщусь, вспоминая неприятный поход к наркологу, — дела были. У тебя, кстати, тоже дела, — сообщаю ей.

— Да-а-а? — смеётся Анимешка. — Какие?

— Гонка вечером. Мы должны там быть, — прижав её к себе, большим пальцем сминаю вкусную нижнюю губу. Клацает зубами в миллиметре от фаланги. — К тому же мы договаривались на реванш.

— Ты мне поддался тогда, — заявляет она.

— Ну вот и покажешь мне, что ты умеешь на самом деле, — кусаю её за кончик носа.

— Больно! — ударяет ладошкой по моей щеке. Моментально оказывается развёрнута и прижата к стене.

— Молодые люди, это учебное заведение, а не бордель, — выдают нам порцию люлей.

Ника смущённо смеётся, спрятавшись у меня на груди.

— Поедешь? — хрипло спрашиваю у неё.

— Постараюсь. Отпускай, мне пора на занятия. Тебе, кстати, тоже.

Мы разбегаемся по аудиториям. Пары заканчиваются в разное время. В переписке договариваемся, что она сама приедет на точку. Я не против. Так даже интереснее.

Выдвигаюсь домой и сразу заваливаюсь спать, пока меня не расталкивает Сэм. Уже практически ночь и нам пора собираться.

Двумя чёрными пулями выезжаем со двора, несёмся на точку сбора. Мы снова одинаковые. Самаэль вернул себе родной цвет волос, и нас опять отличают лишь татуировки с буквами «S» и «R» на шее, которые на самом деле мало кто замечает.

Въезжая в тусовку, ищу взглядом "Панамеру" Анимешки. Нет её ещё. Меня кроет неприятным ощущением дежавю, но теперь с примесью очень личного.

Только не говори, детка, что ты решила обломать нам этот вечер. Я же знаю, где ты живёшь.