Глава 6

— Мария, ты чудо! — в коротком промежутке между смешками умудрился провозгласить Антерран.

— От слова чудовище? — подозрительно осведомилась я. И, с тоской взглянув на снова серую и когтистую руку, констатировала: — Знаю.

— Да нет же, Мари! — призрак взмыл под потолок и завертелся, изображая эдакий локальный смерч. — Просто чудо! Нет! Самое чудесное чудо на свете! Я так не веселился, даже когда был ещё жив!

— Неужели студенты в пятнистой одежде — это настолько весело? — не поверила я.

— Это настолько весело, что я чуть было не умер повторно, — заявил Терри и, ринувшись к магической сфере, красовавшейся на комоде, скомандовал: — Смотри!

Внутри шарика заклубился туман, а когда он превратился в транслирующее воспоминания «блюдечко», я увидела целую толпу парней, которые, позёвывая на ходу, уныло тащились по полутёмному коридору. Все они — а было их человек сорок — радовали глаз чистенькой, идеально отглаженной чёрной формой, состоящей из облегающих штанов и приталенных туник с вышитыми на левом плече оскаленными мордами. Я даже залюбовалась.

Среди этой компании подтянутых, но сонных, вышагивали и Карвил с Ларрэйном. Рыжий бугай, чьего имени до сих пор никто не назвал, и лысый коротышка Риз были тоже. Чего не было — так это ни малейших признаков повреждения на ткани. А ещё отсутствовали Иллу — по вполне понятной причине — и Фил.

— И-и-и? — недоумевающе протянула я, повернувшись к призраку.

— Не отвлекайся! — велел он. — Сейчас самое интересное будет.

— Почему они так одеты?

— Потому что нам невероятно повезло, — снова захихикал Терри. — Вчера у боевых магов четвёртого курса была тренировка на болоте, и они все отнесли форму в прачечную, чтобы было в чём идти сегодня. Лорд Ло не терпит неопрятности.

— И чего? — не прониклась я объяснением. — Толку-то, если на чёрном никаких пятен не видно?

— Потерпи чуть-чуть, сейчас всё увидишь! — пообещал призрак, плюхаясь рядом со мной на кровать.

Невзирая на его полупрозрачность, я мигом почувствовала себя в кинотеатре: тёмное помещение, светящийся экран, сосед под боком — только попкорна и не хватало, чтобы заесть затянувшееся нудное вступление фильма. Впрочем, о еде я мигом забыла, как только начался экшн.

Студенты спустились в уже знакомый подвал и ввалились в первую дверь справа. Там они поспешно выстроились по росту в два ряда и попытались принять бодрый вид. Получалось у них не очень. И особенно заспанным смотрелся Карвил, который хоть и оказался из-за внушительной комплекции в последнем ряду — слева от возглавляющего его рыжего, — но возвышался над вытянувшимся впереди сокурсником как раз на всю свою помятую физиономию.

Как только парни заняли свои места и настороженно уставились на дверь, та распахнулась, и в помещение влетел вихрь. Прибывший двигался настолько быстро, что я сумела его увидеть, лишь когда он остановился. А едва увидев, выдохнула восхищённое: «Вау!»

Если студенты воспринимались как какая-нибудь молодёжная футбольная сборная в трауре по проигранному чемпионату, то возникший перед ними мужчина мог смело претендовать на звание тренера. Главного тренера, верховного тренера… Да что там — сразу на бога спорта. Или войны. Как там звали оного древние? Арес? Марс?

Индивиду, чью мускулатуру тёмный шёлк не столько скрывал, сколько подчёркивал, не хватало только шлема и копья со щитом, чтобы каждый с ходу признал в нём воплощение воинственного божества. К впечатляющему телосложению прилагались коротко стриженные волнистые чёрные волосы, чёрные же глаза и гордый римский профиль.

Да если б у нас был такой физрук, все девчонки давно бы стали мастерами спорта!

Хотя стоп! Физрук ли? Судя по тому, как вытянулись в струнку студенты, а особенно — по их несчастным физиономиям, этот сногсшибательный мужчина учил их не только челночному бегу и волейболу. Неужели военрук?

И кстати, как там его представил призрак? Лорд Ло?

— Терри, это что, тот примус-некрофил, который коллекционирует нечисть?

— Нежить, — поправил меня компаньон. — Да, это он. И не некрофил, а некромант. Отличный специалист, между прочим.

— Вот засада, — простонала я. Ну конечно, самый шикарный тип просто обязан был оказаться желающим отловить бедную мышку и пришпилить её, то бишь мою, голову к стене в зале своих охотничьих трофеев.

— Маша! — возмутился призрачный сосед. — Тихо!

Я послушно заткнулась и уставилась на фэнтезюшную плазму. Воплощение Ареса начало с того, что, вышагивая вдоль ряда печальных парней, устроило им разнос за вчерашние ошибки, общую безмозглость и недостаточно отполированные пуговицы. Я даже сочувствием стала проникаться и малость заскучала, но тут вводно-унизительная часть занятия закончилась и началась основная.

— Итак, сегодня мы будем отрабатывать уничтожение болотных ядоплюек, с которыми вы так вопиюще облажались накануне, — заявил лорд Ло, выуживая из рукава стилет.

Что-то прошептал и засветившимся от этого шёпота остриём клинка нарисовал перед собой дугу. Зависшая в воздухе линия померцала пару секунд, после чего свернулась в круг, середина которого моментально уплотнилась и потемнела. Сунув в эту чёрную дыру руку, Примус как заправский фокусник за уши вытащил из неё премиленького нежно-салатового кролика. Пушистенького такого, большеглазого, с трогательным розовым пузиком, с хвостиком-шариком и… с торчащей из пасти лягушачьей лапкой.

Зверёк перепуганно похлопал длинными зелёными ресничками, втянул в себя недожёванную конечность земноводного и замер — видать, решил прикинуться мёртвым.

— Кто мне расскажет, как правильно зачистить территорию лагеря от этих, — Риммус Ло тряхнул несчастным кроликом и продолжил фразу, — опаснейших тварей?

— Ядоплюек надлежит собрать в специально вырытую яму, облить составом номер восемь из походного набора и сжечь, — решил блеснуть знаниями Карвил.

Что? Вот этих милых маленьких ушастиков? Куда смотрит Гринпис?

— Та-а-ак, — прищурившись, протянул кровожадный Примус. — А кто мне поведает, как именно их следует собирать?

— Дождаться темноты или поставить затемняющий купол, — принялся вещать Риз, — после чего вылезших из нор тварей можно хватать за уши и нести к яме.

— Пра-а-авильно, — похвалил лысого препод. — А какие меры предосторожности?

— Ни в коем случае не применять зачарованного от нежити и нечисти оружия, — радостно отчеканил рыжий бугай. — И не зажигать ни магического, ни природного света.

— А почему? — вкрадчиво вопросил Примус.

— Потому что используемые для этих чар соединения серебра, живая вода и пыльца золотой акации провоцируют у тварей инстинкт размножения? — несколько неуверенно подал голос незнакомый парень из первого ряда.

— И как это проявляется?

— Болотные ядоплюйки в период брачных игр заплёвывают самок особым видом слизи, который у разумных видов вызывает нестерпимый зуд, — какой-то умник явно цитировал учебник.

— И шерсть от этой пакости облезает, — негромко пробурчал Карвил, почесав плечо.

— Что-что? Я не расслышал, — тут же отреагировал на нарушение дисциплины Примус.

— А от света твари дохнут и очень быстро разлагаются, — исправился мишка.

— И? — поощрил его лорд Ло.

— И образующиеся при этом испарения действуют как сильнейшее снотворное, что совершенно недопустимо при военных действиях.

— А этот ушастый почему не дохнет? — уточнил препод, подняв зверька повыше.

— Выращенным в неволе ядоплюйкам вводят в кровь фиксатор, снижающий восприимчивость к свету. Таким опасен только естественный свет, — пробасил рыжий.

— Верно, — кивнул Примус и пощекотал кролику розовое пузо. — Ну, будем считать, что теорию вы наконец-то усвоили, — огласил вердикт лорд. — Переходим к практике.

С этими словами он пихнул кролика обратно в чёрную дыру и вытащил из неё что-то вроде полиэтиленового дождевика. Накинув эту прозрачную плащ-палатку, препод выудил оттуда же тёмный колпак и вручил его Ларну для прикрытия нимба. После чего отошёл к стеночке и дважды щёлкнул пальцами.

По первому щелчку в помещении воцарилась тьма, в которой даже я со своим мышиным зрением почти ничего не могла разглядеть, а по второму — что-то заскрипело, и в черноту хлынула светло-зелёненькая пушистая волна. Шёрстка зверьков светилась в темноте, словно особая разновидность фосфора. И всё бы ничего, но тут навстречу этому кроличьему полчищу стали загораться размытые голубые и белые пятна, постепенно вырисовывая безголовые силуэты студентов.

— Что это? — подняв руку, вопросил один из них голосом Риза.

— Засада! — проявил сообразительность Карвил, верно оценив антикамуфляжные свойства своего костюма.

— Ви-и-и! — пропищало застывшее на миг пушистое войско и ринулось на парней.

Всё, Терри, который смотрел «кино» по второму кругу и знал, что будет дальше, не выдержал и, воздев призрачное лицо к потолку, залился хохотом. Я, наоборот, прильнула к экрану, чтобы ничего не пропустить.

Впрочем, очень скоро мы с компаньоном оказались в одинаковом состоянии и даже попытались обняться, чтобы поддержать друг друга в сложную, наполненную истерическим ржачем минуту. Просто эти студенты, эти представители самых знатных родов и будущие победители монстров, повели себя отнюдь не геройски. Все сорок «человек» заметались и принялись визжать!

Лорд Ло с отвращением зажал уши, а вот ядоплюйки не обратили на этот саундтрек никакого внимания. Их заинтересовал другой момент — свет. Пушистая волна, которая, судя по всему, состояла исключительно из самцов, растеклась по всему помещению и начала активно заплёвывать светлые пятна в лице студентов.

Это напоминало этакий хаотичный фейерверк из сотен и сотен маленьких белёсых залпов. Кролики плевались с невообразимой частотой и на очень внушительное расстояние — некоторые плевки перелетали через половину помещения, другие доставали до потолка.

А студенты всё визжали. Застигнутые фактически врасплох, они даже не пытались ловить пушистиков, а организовывать яму для сожжения и подавно.

Когда же у потенциальных героев начался вызываемый слюной ядоплюек зуд, мир наполнился ещё более прекрасными звуками:

— И-у-и!

— Ай-яй-яй-яй!

— Ы-ы-ы! — вопили жертвы брачных кроличьих игр.

Терри уже не смеялся — стонал, закрыв лицо руками. А я размазывала по чешуе самые настоящие слёзы — нет, ну правда смешно!

Впрочем, в какой-то момент часть «самок» взяла себя в руки и таки принялась ловить ушастиков. Но держать сразу нескольких кроликов и одновременно чесаться — очень тяжело.

Среди опомнившихся ловцов были и знакомые индивиды, в частности Карвил, рыжий и Риз. Я их легко по силуэтам определила: первые двое выделялись среди прочих крупными габаритами, а последний — мелкостью. Причём оборотни предпочитали держаться в человеческом обличье — если правильно поняла мысль, высказанную мишкой, шерсть берегли.

Зато столь «любимый» мною Ларн, опознанный по голосу, вообще не блистал — подпрыгивал и вопил, как девчонка. Глядя на акробатические этюды ушастика, я реально свалилась с кровати, и ровно в тот момент, когда пятая точка больно соприкоснулась с полом, эльф удивил.

Он не выдержал! В его руке появился магический пульсар — наподобие того, каким недавно грозил мне Иллу, — и стремительно полетел в ближайшую, бегавшую под ногами ядоплюйку. Ракурс, с которого «снимал» Терри, оказался удачным, и я видела в подробностях, как «опаснейший монстр», одетый в шкурку нежного кролика, резко замер, завалился набок, почернел и… ну, собственно, всё. Сдох.

Одновременно с пульсаром Ларна зажглась ещё парочка, и несколько ядоплюек закончили своё существование раньше положенного срока. Риммус Ло резко выудил откуда-то из складок своего «дождевика» нечто похожее на респиратор и приложил к лицу, а кто-то из тех, кто ещё не забыл теоретическую часть, возопил:

— Вы что наделали?! Вы…

Дальше — новый, но очень короткий виток паники. Кто-то попытался закрыться рукавом, а кто-то благоразумно побежал в сторону выхода, только всё без толку.

Один за другим студенты начали падать, теряя сознание под действием веществ, выделенных неправильно убитыми ядоплюйками, и всего через пару минут полигон превратился в этакое лежбище котиков в фосфоресцирующих костюмах.

Последним, кстати, падал стойкий оловянный солдатик в лице Карвила. Что особенно порадовало — падая, оборотень пообещал:

— Я этому идиоту Ларну голову откручу!

А потом — всё. Тишь да благодать, а вокруг салатовые пушистики с розовыми пузиками бегают, продолжая активно плеваться. Единственным, кто пережил армагеддон, стал Риммус Ло. В тусклом свете фосфоресцирующих зверьков и пятнистой формы я могла разглядеть, с каким неподдельным отвращением он смотрел на происходящее. Казалось, препод с трудом сдерживает желание приблизиться к студентам и пнуть каждого из них.

Лорд Ло окинул всё непотребство новым брезгливым взглядом, потом щёлкнул пальцами, и ядоплюйки плеваться перестали. После второго щелчка они вообще выстроились в шеренгу по две особи и чуть ли не строевым шагом направились к большому тёмному отверстию, которое открылось в стене.

— Это ещё не всё, — выдохнул немного угомонившийся Терри, и я кивнула.

Поднялась с пола, вновь уселась на кровать и принялась ждать.

Лорд-некромант для начала ну очень грязно выругался. Затем был очередной щелчок, смысла которого я не поняла, но компаньон объяснил:

— Он активировал вентиляцию.

После этого Риммус ушёл, стягивая на ходу «дождевик» и убирая «респиратор», а призрак сказал:

— Сейчас будет скачок вперёд. Они, — призрачный палец ткнул в «экран», на котором по-прежнему транслировались спящие вповалку студенты, — ещё полчаса проваляются.

Упомянутый «скачок» выглядел как быстрая перемотка, ну а потом…

— Я одного не понимаю, — процедил некромант злобно, — откуда в нашем институте столько идиотов? Вы случайно не перепутали боевую магию с кружком кройки и шитья?!

Подвал снова озарился светом, но от прежней опрятности студентов и следа не осталось. Сейчас фосфоресцирующий эффект моей диверсии виден не был, зато на чёрной ткани отлично выделялись многочисленные «кроличьи» плевки.

Плюс лица большинства адептов украшали красные отметины — следствие незапланированной чесотки. В остальном вид тоже был, мягко говоря, несовершенным.

— Вы что устроили? — продолжал буйствовать Риммус-Примус. — Думаете, учебный полигон — хорошее место для шуток? Хотите вылететь отсюда? Или вам просто надоело жить?

Толпа парней стояла перед разъярённым преподом и уныло разглядывала собственные ботинки. При каждой новой фразе студенты Шерриведского Института вздрагивали, и выглядело это настолько искренне, что я даже перестала хохотать.

— Что. Вы. Можете. Сказать в своё оправдание! — после короткой паузы отпечатал Примус.

Невероятно, но парни промолчали.

— Ну! — подтолкнул некромант. Кажется, будь у него пистолет, перестрелял бы всех на фиг.

Вот теперь кто-то осмелился ответить:

— Это не шутка. Вернее, шутка, но не наша. Это… Нас подставили. Вот.

— Да-а-а? — издевательски протянул лорд Ло.

Следом прозвучало жёсткое:

— Если вы допускаете такие шутки над собой, то вам не место в элитных отрядах. Максимум, что вам можно доверить, — драить пол и чистить сапоги!

Головы выстроенных в ряд будущих боевых магов опустились ещё ниже, а я покосилась на призрачного Терри и подумала, что вот кого-кого, а Риммуса не довести никакому студенту.

— Мы… мы… — пробормотал кто-то. Кто-то совсем неуверенный.

— Мы разберёмся, — хмуро буркнул рыжий.

Ну а Ларн, которому, как мне думается, вообще нужно было стоять и не высовываться, заявил, вернее, оттарабанил — на одном дыхании, вытянувшись при этом по струнке и глядя в потолок:

— Лорд Ло, мы приносим свои извинения за сорванное занятие, такого больше не повторится!

— Конечно, не повторится, — опять-таки не проникся сочувствием препод. — В следующий раз в случае срыва занятия я устрою вам свидание с группой канатаранских червей!

Не знаю, что за черви, но парни дружно отшатнулись и позеленели. Угу, совсем как те кролики.

— Через неделю, — продолжил шипеть Риммус, — будете отрабатывать сегодняшнее занятие в десятикратном размере. А до этого времени — видеть вас не хочу!

Он круто развернулся на каблуках и пошагал прочь, а я снова улыбнулась. Терри так вообще был счастлив.

— Так их! — воскликнул призрак, махнув кулаком. — Будут знать!

Я улыбнулась шире, а едва некромант покинул подавал, прозвучало:

— Ну и кто это сделал? — вопрос задал рыжий, который стоял и чесался.

Остальные с уходом препода сдерживаться тоже перестали, и на ближайшую пару минут учебный полигон превратился в чесоточную.

— Кто-кто, — процедил Риз, расцарапывая шею. — Не знаю кто, но убью.

— А я… — белобрысый Карвил тоже стоял и чесался, — предлагаю для начала убить эльфа. Если бы не его пульсар…

— Да при чём тут я? — взвился Ларн. — Я никаких пульсаров не зажигал!

Врал ушастик настолько уверенно, что я хихикнула.

— Разборки насчёт того, кто первым применил магию против ядоплюек, предлагаю оставить на потом, — вмешался неизвестный мне товарищ. — Сейчас нужно выяснить, кто сотворил такое с нашей одеждой.

— Угу, и я знаю, где искать, — сказал разглядывающий свой пятнистый рукав Риз. — Это алхимический состав.

— А единственный алхимик в общаге сейчас кто? — с намёком протянул Ларрэйн.

И мне стало как-то не по себе — страшновато за Фила, которого я ненароком подставила. Всё же он был со мной довольно мил, рубашек мне не рвал, шкурку повредить не пытался, не приставал, обувь не крал и тем более не заколдовывал — следовательно, совсем не заслуживал быть избитым толпой озверевших парней.

Если покрашенная одежда, сорванное занятие и зуд а-ля «полетел с велика в крапиву» были почти невинными шалостями — чем-то вроде традиционного обмазывания зубной пастой в летнем лагере, — то синяки и переломы уже тянули на злостное хулиганство. А мне ведь ещё с местным ректором на предмет возвращения домой общаться предстоит! От самоубийственного порыва немедля мчаться на выручку алхимику удержало только понимание, что всё уже случилось — ведь я смотрю не прямой репортаж, а запись с места событий.

«Кино», повинуясь жесту призрака, снова перешло в режим перемотки, после чего нам показали Фила. Его подняли с кровати — завалились в комнату чуть ли не всей толпой.

Парень отчаянно зевал и вообще не понимал, что от него нужно. Даже после фактически насильно влитого чая, утомлённые ночными экспериментами мозги не включились. Алхимик тупо смотрел на одну из сунутых ему рубах, а потом…

— Это было в прачечной! — воскликнул ввалившийся в комнату Риз. В руках коротышка держал две украденные и опустошённые склянки.

И если горе, постигшее товарищей, Фила не задевало, то факт воровства из лаборатории заставил встрепенуться. Несколько секунд «филин» хлопал глазами, а потом выдал:

— Та девушка… Мари…элла, кажется.

— Что за Мариэлла? — хмуро вопросил Ларн.

— Подружка Иллу, — нехотя пояснил алхимик. — Заходила вчера за… — тут он замялся и неопределённо закончил фразу: — За зельем.

— Ах, Иллу? — с угрозой протянул ушастый уничтожитель кроликов. И тут же испортил всё впечатление от сведённых к переносице бровей и сурово поджатых губ — задрал подбородок и стал неистово чесать покрасневшую шею.

Карвил оказался умнее, ну, или просто не так рвался прикопаться к покалеченному Иллукару. Подозрительно прищурившись, мишка отобрал у Риза одну из пробирок, сунул её под нос Филу и вопросил:

— За этим зельем?

— Не! — замотал головой алхимик. — За другим.

— Вот видишь, — тут же отреагировал Карвил, — Иллу ни при чём. И вообще, что за привычка, чуть что его обвинять? Это ты только с ним не ладишь. Я бы понял ещё, если бы пятна только на твоей одежде были, но чтобы у всех!

— Стоп! — вскинул ладонь Ларн, но тут же скривился и принялся остервенело тереть её о стену. — Про Иллу не я придумал, а он сказал! — палец ушастого невоспитанно ткнул в присевшего на край кровати Фила.

— Не говорил я про Иллу, — возмутился алхимик. — Только про Мариэллу!

— А вам не кажется, что что-то многовато девушек развелось в мужском общежитии? — задумчиво протянул рыжий бугай, полируя спиной дверной косяк.

— Где многовато? — мигом возмутился ушастый донжуан. — Комендант — зверь, вообще никого не провести!

— Но уже две как-то проникли, — заметил Карвил.

— И это если не считать ту чешуйчатую самку, — добавил Риз.

— Где-то в защите дыра! — оживился Ларн. На радостях он даже чесаться почти перестал. — Это же такие перспективы открываются! Где две — там и двадцать, — продолжил эльф мечтательно.

— Одна, — буркнул Фил, оборвав полёт фантазии на старте. — В лаборатории была та же, что тебя по озабоченной башке огрела.

— Что-о-о? — раненым бизоном взвыл Ларрэйн.

— То! — передразнил его алхимик. — Сказала, что защищалась от твоих приставаний. Нормальная, кстати, девчонка, — добавил он, вызвав у меня смущённую улыбку. — Так что я ей верю, что ты руки распускал.

— Да я… — начал на высокой ноте ушастик и сдулся. — И ничего я не распускал. Так… пару комплиментов дежурных отвесил. Было бы там к кому приставать!

— Так! — постановил Карвил. — Кто к кому приставал, мы сейчас выяснять не будем. Сперва надо разобраться, кто подлянку с зельем учинил.

— Да Иллу это был! — мигом ввернул Ларн. — Раз его девчонка в лаборатории была, то больше некому.

— Мог после меня кто-то зайти, — резонно возразил наконец проснувшийся алхимик. — Или до! Или вообще неделю назад. Инвентаризацию в конце учебного года проводили, а следующая будет, только когда опять занятия начнутся. Так что склянки в любой день свистнуть могли — целое лето было.

— А что за снадобье эта Ма…

— Мариэлла, — подсказал Фил.

— Что за зелье она взяла? — повторил уже звучавший ранее вопрос Риз.

— Простите, но этого я вам сказать не могу, — развёл руками алхимик. — Спрашивайте у Иллу сами.

— А вот и спросим! — провозгласил Ларрэйн и первым шагнул к двери.

И ядовитая процессия чешущихся мухоморов вместе с бледной поганкой в лице алхимика отправилась к бедолаге Иллукару.

Я снова подобралась, навострила уши и подалась вперёд в жажде увидеть продолжение, однако вместо следующей серии комедийно-детективной истории обнаружила гаснущий экран.

— На этом пока всё, — вздохнул призрак.

— То есть? — не поняла я.

Повернулась, взглянула на компаньона, а тот улыбнулся и пожал плечами.

— До Иллукара они ещё не добрались. Его в данный момент нет.

— Куда подевался?

— Его ещё на рассвете забрали в главный корпус, в лекарское крыло, — сказал Терри. — Насколько понимаю, у Иллу проблема с восстановлением. Резерв до сих пор пуст, да и сломанные рёбра срастаются слишком медленно. Вот и пришлось нашему мастеру-лекарю собрать консилиум.

— М-дя… — откликнулась я.

Стало жаль. Не Иллукара, а того, что эльф со всех сторон в шоколаде. Тренировку с ядоплюйками пропустил, а теперь ещё и на встречу с друзьями опаздывает. А ведь чем дальше, тем меньше у них чешется и, следовательно, тем добрее они становятся. Могут подобреть настолько, что даже по шее ему не настучат.

Впрочем, они и так не особо верят, что Иллу виновен. А Фил даже Мариэллу, ну то есть меня, оправдал.

— Мм-м… — внезапно протянул призрак и исчез, чтобы через пол минуты явиться с сообщением: — Иллукар только что вошёл в общежитие.

Я встрепенулась.

— А Ларн и компания где?

— По-прежнему поджидают в коридоре, возле его комнаты, — расплылся в предвкушающей улыбке компаньон.

Я тоже улыбнулась. Тут же встала и поспешила за призраком. Разумеется, и сама бы то слуховое окно, выходящее прямо в комнату длинноухого гада, отыскала, но с Терри было быстрей.

* * *

Буквально через несколько минут я уже сидела возле окошка и улыбалась шире прежнего. На моё счастье, устраивать разборку прямо в коридоре парни не стали, а я успела к самому началу представления — подошла в тот момент, когда рыжий бугай аккуратно, но непримиримо втолкнул раненого в его же комнату.

Там сразу стало очень «людно», потом кто-то прикрыл дверь, а Иллукар присел на кровать и спросил растерянно:

— Парни, что происходит?

— Ничего особенного, — высокомерно фыркнул Ларн, поправляя «нимб», — просто кое-кто оказался редким жадиной.

— Э-э… — отреагировал Иллу, а остальные нахмурились, не понимая.

Я тоже не поняла, но любвеобильный блондин пояснил:

— Нашёл лазейку в защите, через которую можно провести сюда девушку, и никому не сказал!

В финале фразы Ларн сорвался на визг и принялся остервенело чесать бедро. Все закатили глаза, а Карвил ещё и прокомментировал неодобрительно:

— Кто о чём, а ты о бабах.

— Какую лазейку? Какую девушку? — даже не заметив реплику мишки, отозвался Иллукар.

— Лазейку — ту самую, про которую ты нам сейчас расскажешь, — ответил Ларрэйн. — А девушка… Имя Мариэлла тебе о чём-нибудь говорит?

Блондинистый ушастик угрожающе щёлкнул зубами, только роль опасного дознавателя, которую пытался сыграть, у него не получилась. Потому что в следующий миг он тихо взвыл и, приподняв рубаху, принялся раздирать бок.

Чесался эльф настолько активно, что даже у меня засвербело. Его товарищи, глядя на такое, тоже не выдержали, и в комнате Иллу начался дружный почёс. Со стонами удовольствия и прочими непременными атрибутами подобных мероприятий.

Раненый, который и так пребывал в недоумении, уставился на однокурсников прямо-таки огромными глазами. Потом отыскал того единственного, кто стоял спокойно, и спросил:

— Чего это они?

— Ядоплюйки оплевали. — Фил пожал плечами.

Иллукар завис на секунду, потом сглотнул и спросил вновь:

— Что за Мариэлла?

— Твоя девушка, — ответил алхимик.

Изумрудные глаза, которые прежде напоминали блюдца, превратились в тарелочки, и, хотя реакция была весьма красноречивой, Фил добавил:

— Не отпирайся, брат.

— Что значит «не отпирайся»? — возмутился ушастик. — Нет у меня никакой девушки! И никакую Мариэллу я не знаю!

Фил заломил бровь, глянул скептически.

— Хочешь сказать, что и в лабораторию её не посылал?

— Кого? Мариэллу? — уточнил Иллу с прежним возмущением. — Нет, конечно!

— И зелье тебе не… — начал, но осёкся алхимик. Сразу принялся озираться в явной попытке отыскать отданную вчера склянку.

— Какое зелье? — продолжил хмуриться раненый эльф.

Ответом ему стало исполненное кайфа «О-о-о!» — это коротышка Риз о створку шкафа чесался. За этим «О-о-о!» последовало не менее счастливое «У-у-у!» — его издал неизвестный мне долговязый индивид. «И-и-и!», «Э-у-а!» и другие звуки тоже присутствовали, и всё вместе звучало так, словно тут не допрос, а какая-то вялотекущая оргия.

Я, глядя на это, не выдержала и тихонько хихикнула. В тот же миг наделённый немаленькими такими локаторами Иллу вздрогнул и прошептал, обращаясь к Филу:

— Слышал?

Вот тебе и суперзащитная магия — сбой за сбоем! Пришлось, как и в прошлый раз, прикрыть рот ладонью. А ушастый брюнет, словно позабыв о травмах и частичной обездвиженности, вскочил с кровати и заметался по комнате в поисках источника звука.

— Иллукар, не ври! — простонал всё ещё чешущий бок Ларн.

— А? — отозвался хозяин комнаты. Сразу прекратил искать и повторил злобно: — Никакую Мариэллу я не знаю!

И уже не Ларну, а Филу:

— Говоришь, она брала какое-то зелье и вроде как для меня?

— Мм-м, — ответил алхимик растерянно.

— Что за зелье? — сурово вопросил Иллу.

Звуки «оргии» наконец стихли, и ответ Фила прозвучал в полной тишине:

— Отвар гандаритиса. Не простой, разумеется, а усовершенствованный по моему рецепту.

Лица присутствующих парней слегка вытянулись, а раненый возопил гневно:

— Что-о-о?!

Рядом тихонько хрюкнул Терри. Я отвернулась от окошка, чтобы пронаблюдать, как компаньон сползает по стенке и начинает хохотать. Звуков, издаваемых призраком, никто, кроме меня, не слышал, так что переполоха не случилось.

— Ы-ы-ы! — простонал Антерран. — Гандаритис!

— Что-о-о?! — истерично повторил Иллукар.

Остальные заулыбались, причём весьма похабно, а эльф побагровел так сильно и резко, что почудилось — сейчас взорвётся.

— Гандаритис? Для меня? — продолжил вопить он. — И ты поверил?

— А почему нет? — отозвался Фил.

На пару секунд у Иллу пропал дар речи, а когда вернулся, эльф выдал настолько заковыристое ругательство, что у меня уши полыхнули. Зато алхимик не растерялся, пояснил:

— Ты сейчас в таком состоянии, что я подумал… ну мало ли как сказалась травма. Может, у тебя и…

— Не может! — перебил Иллу злобно. — С этим у меня всегда всё хорошо!

То, как он орал и как улыбались остальные, навело на одну догадку, но я всё-таки послала вопросительный взгляд компаньону — мол, что за зелье? Почему столько шума?

— Это для мужской силы, — ответил утирающий слёзы призрак. — Дабы поднять то, что само… никак.

Я немного смутилась, даже глаза отвела, и тут же услышала новый вопль эльфа:

— Ну, Мариэлла! Пусть только попадётся! Я ей покажу! Я ей… Она узнает! Она у меня и без всякого зелья пощады просить будет!

Я, переварив угрозу ушастого, покраснела ещё сильней и показала стенке кукиш. Закатай губу, милый. Доказывать он собрался. Угу, щас.

— То есть Мариэлла — не твоя? — после короткой паузы пробасил Карвил.

Иллу активно замотал головой, а мишка сложил руки на груди и задумался. Потом повернулся к Ризу и попросил:

— Склянки дай.

Коротышка с готовностью протянул другу пустые бутылочки, а я напряглась, чуя, что вот такая хмурая решимость может выйти боком. Когда Карвил принялся обнюхивать склянки, стало ещё страшнее, но…

— Стекло слишком плохо впитывает запахи, — буркнул Риз. — К тому же пузырьки лежали в прачечной, среди грязного белья.

— Знаю, — буркнул мишка. — Но вдруг?

Только «вдруга», к моему облегчению, не случилось. В смысле, никакого особого запаха оборотень не учуял. Зато пришёл к нехорошему выводу:

— Я понимаю, что теоретически украсть составы мог кто угодно, но лично мне в совпадения не верится. У нас есть странная девица, которая огрела Ларна по голове и взяла у Фила настойку гандаритиса, и не менее странная диверсия в прачечной. Как по мне, связь между этими явлениями очевидна.

— Одежду испортила именно Мариэлла, — согласился рыжий.

— Точно она, — хмуро и безапелляционно добавил Риз.

Я не расстроилась и не испугалась. Вместо этого подумала об оставленной в убежище склянке, и о большом общем чайнике, виденном на кухне… Потом подумала ещё раз и поняла — вот такого парни точно не простят.

А ведь ещё намечается встреча с ректором, и раз так, то, может, пора заканчивать с гадостями и переходить в лагерь хороших девочек?

Новый взгляд на Терри, и, невзирая на чуткий слух хозяина комнаты и сбоящую защиту ходов, я прошептала:

— Терри, как думаешь, я выполнила свою часть сделки?

Сообщник задумался, а потом кивнул.

Ещё секунда, и я ощутила боль в левой мочке, проколотой при заключении договора. Вслед за этим по чешуе побежали белые искорки, а ночной смотритель пошёл рябью. И пусть мои знания были более чем ограниченны, я догадалась…

— Договор признан исполненным, — подтвердил эту догадку убиенный препод.

Очень хорошо.

Я улыбнулась, потянулась и искренне порадовалась. Затем снова глянула в окошко и немного скисла, сообразив, что Иллу, если не считать увечья, досталось меньше всех. Ничего, ему отомщу отдельно, без всякого договора — по крайней мере, если подвернётся случай.

Впрочем, длинноухому брюнету и без всякой диверсионной деятельности «весело». Что там Антерран говорил про его рёбра и резерв?

Вопрос, как оказалось, интересовал не только меня — рыжий бугай спросил о том же. Только он спрашивал вслух и у самого Иллу, жаль только ответить раненый не успел… Просто дверь комнаты приоткрылась, и внутрь прошмыгнул ещё один персонаж, которому я, кстати, тоже ещё не отомстила!

Капюшон. Он огляделся, хмыкнул и поинтересовался:

— Что за собрание?

— Да так, — буркнул недовольный невиновностью Иллукара Ларн. — Ничего.

Ордаэн огляделся опять. Явно хотел продолжить разговор, но его самого тоже прервали.

— Эй, что это у тебя? — принюхиваясь, вопросил Карвил. — Что ты там прячешь?

— Не «что», а «кого», — помедлив, хмыкнул Капюшон.

Он откинул полу плаща, извлекая на свет этого «кого», и у меня рот приоткрылся от шока.

— Мяу, — жалобно сообщил кот, в котором я категорически боялась признать собственного усато-полосатого Фильку. — Мяу!