Глава 8

Проснулась я с чётким намерением: всё, теперь точно буду сидеть тише… вот даже не мыши. Тише микроба! Дождусь ректора Бонаэля, расколдуюсь и отправлюсь домой. А вернувшись, забуду всё, как страшный сон, и буду жить долго и счастливо. Только Илонке ещё в конспект плюну, и всё.

Вспомнив о виновнице своего падения и собственно попадания, я скривилась, но не расстроилась. Распахнула глаза, чтобы сразу увидеть примостившегося в углу Терри и сказать:

— Доброе утро.

— Уже день, — флегматично поправил компаньон.

Я отодвинула плед, которым укрывалась, села, сладко потянулась и зевнула. А призрак спросил:

— Ну что с тем зверем? Нашла? Кот это или не кот?

— Не просто кот, а мой Филька, — сказала с улыбкой.

Терри заметно удивился и огорошил:

— Так чего же ты его не забрала?

— Как это «не забрала»? Вот же он!

Я заозиралась в поисках усато-полосатой тушки, но на кровати котика не обнаружилось, хотя засыпали вместе. Оглядела каморку — тоже нету. Вскочила и заглянула под кровать — опять-таки ничего.

— А… — недоумённо изрекла я.

— Не ищи, тот зверь у Карвила. Я видел их полчаса назад, на кухне.

Теперь не просто изумилась, а ещё и на попу присела. Филька у Карвила? Снова?

— Как такое возможно? Как Филька мог туда попасть? Мы же в закрытом пространстве!

Ночной хранитель не согласился:

— Тут достаточно вентиляционных отверстий, а кот, как понимаю, существо гибкое и ловкое. Ты не протиснешься, а он пролезет. То есть технически удрать он всё-таки мог.

Сперва хотела запротестовать, а потом скривилась, вспомнив вчерашние догонялки. Вот Филька, зараза! Неужели гостинцы от Карвиловой бабушки ему дороже, чем я?

— Что значит ты видел их на кухне? — уточнила хмуро.

— Ну, Карвил держал зверя одной рукой, а второй чай заваривал.

Я помрачнела ещё больше.

— И Филька не сопротивлялся?

— Нет, — ответил призрак. — Он, наоборот, издавал такие звуки… Вот слышала, как урчат тигры?

С урчанием тигров мне, к счастью, сталкиваться не приходилось, но о чём речь, я сообразила. Настроение испортилось сильнее, и Терри заметил.

— Маша, ты ревнуешь своего кота к Карвилу?

— Не то чтоб ревную, но обидно. Филька же сам меня нашёл и тут же на какого-то оборотня променял.

Антерран нахмурился, словно задумавшись о чём-то, но промолчал, а я запоздало вспомнила о событиях минувшей ночи и закусила губу, не зная, следует ли рассказать союзнику. Подумав, решила начать с разведки…

— А Карвил как? В каком настроении?

— В нормальном, — отозвался Терри. — Только какой-то задумчивый.

— Мм-м… и даже от ядоплюек не пострадал?

— Да вроде нет.

Призрак заметно растерялся, ибо вопросы были странноватыми, а я пришла к выводу — видимо, о своей помолвке оборотень ещё не знает. Съеденную колбасу наверняка списал на присутствие в комнате Фильки, а мою рубашку пока не нашёл, и с Датсом, судя по всему, ещё не встречался. Что ж, рада за мишку — всё самое интересное у него впереди.

А у меня интересного не предвиделось — реально надувшись на Фильку, я хлебнула остывшего чая и снова вытянулась на кровати.

— Маш, а ты…

— Буду лежать и не шевелиться, — уведомила призрака.

Правда, едва окончательно приняла горизонтальное положение и прикрыла пледом серую чешуйчатую шкурку, не выдержала…

— Терри, а можешь слетать к медведю и посмотреть, как там котик?

Антерран кивнул и испарился, чтобы появиться минут через десять и сообщить:

— Котик хорошо, спит рядом с Карвилом.

— Мм-м… а Карвил тоже спит?

— Нет. Лежит и смотрит в потолок.

Кажется, ничего особенного и вообще ерунда, но это «смотрит в потолок» насторожило. Было здесь нечто неправильное, такое, что даже мороз по серой шкурке пробежал.

А следом возник вопрос — что теперь делать? Я же не могу уйти домой без Фильки, а он… Блин, если вредный кошак сам не вернётся, то придётся ещё раз наведаться в логово Карвила и выкрасть. Одно непонятно — как это сделать? Ведь второго такого подарка, как ночь на болотах, не предвидится. То есть этой ночью оборотень, вероятнее всего, будет у себя.

Ощущение засады было настолько острым, что я совсем загрустила. А ещё поняла, что валяться и ничего не делать не могу. Плюс, закономерно захотелось в туалет, а ещё бы и умыться неплохо…

— Терри, а можно прогуляться до уборной? — спросила жалобно.

— Конечно, пойдём.

* * *

Под присмотром компаньона гигиенический вояж прошёл без осложнений. Я, конечно, была этому факту рада, только вот перспектива возвращаться в каморку и сидеть там до полуночи, проявляя благоразумие, очень уж угнетала. Бесцельно же блуждать тайными ходами тоже было не слишком-то безопасно — и потеряться можно, и в ловушку влететь. А набор изведанных путей был до обидного скуден.

— Может, к Иллу заглянуть? — притормозив на развилке коридоров, озвучила я идею.

— Зачем? — зависнув рядом, подозрительно осведомился призрак. — С местью же вроде бы покончено?

— Ну-у… Во-первых, это с намеренным вредительством покончено, но если вдруг представится удобный случай…

— Маша-Маша! — укоризненно покачал головой Терри и погрозил полупрозрачным пальцем.

— А во-вторых, я же просто на разведку! Посмотрю, послушаю. Ну не изучать же весь день трещины на потолке? И вдруг ушастый что-то знает о… — я запнулась, не договорив.

— О чём, Мари? — мигом насторожился компаньон. — Ты что-то от меня скрываешь?

— О вчерашнем походе на болото, например, — нашлась я с ответом. — Или ещё о чём-нибудь.

Заговаривая призраку его призрачные зубы, я уже шагала в сторону смотрового окошка в комнате Иллукара, и Терри не оставалось ничего иного, как последовать за мной.

Увы, ушастое недоразумение радовать меня новостями и зрелищами не желало. Загипсованный эльф валялся на кровати и предавался разврату. Ну, то есть морально разлагался путём поедания конфет и созерцания журнала. На обложке оного красовалась торчащая из огромного котла пятая точка в коротеньких розовых панталонах, обрамлённая задравшейся пышной юбкой — в смысле, носительница этих предметов гардероба зачем-то по пояс влезла в чугунную посудину и накрылась крышкой. Правда, размещённый поверх сапожек девушки слоган «Хорошо зафиксированная ведьма колдануть не успеет!» прозрачно намекал, что с принятием позы бедняжке помогли.

В общем, содержание журнала было опознаваемо за версту даже без учёта говорящего названия «Шаловливый лес». И хорошо ещё, что изучением местного «Плейбоя» Иллу занимался абстрактно, так сказать, теоретически… Ну, в смысле, без приложения рук к отдельным элементам организма. Порадовавшись этому факту, я уже собралась уйти, пока у ушастика конфеты не закончились — а то мало ли… А у меня психика нежная, не говоря уже про тонкую душевную организацию Терри, который, узрев, чем занят эльф, попытался прикрыть мне глаза прозрачной ладонью и принялся шипеть что-то о временах и нравах и о запрещённой литературе.

В общем, уйти я собралась, но не успела, потому что тут в комнату, не затруднив себя стуком, влетел двуногий торшер Ларн. Иллу при этом вторжении всполошился и попытался запихнуть печатный разврат под подушку, но не преуспел. Наоборот, журнал выпорхнул из его рук, помахав страницами, пролетел через половину помещения и спикировал на пол прямо под ноги гостю, явив его и нашим с Терри взглядам разворот, на котором две полуголые феечки с подозрительно счастливыми мордашками облизывали гигантский мухомор. Реально облизывали — картинка была не статичной, а движущейся. Вроде зацикленной анимации.

Иллу покраснел как раз под цвет шляпки нарисованного гриба — только белых пятнышек не хватало. Призрак прошипел: «Какая гадость!» Я подавилась смешком. А Ларрейн сперва заинтересовался, но, подняв издание и изучив обложку, разочарованно протянул:

— Прошлогодний!

— Ты чего так врываешься? — возмутился Иллукар, выхватив у подошедшего к кровати приятеля компромат и таки засунув его под подушку. — Я чуть не помер с перепугу. Думал, это лекарь явился.

— И чего? — лениво поинтересовался Ларн, усаживаясь в кресло около постели. — Ты у нас вроде бы уже взрослый.

— И того! — передразнил гостя Иллу. — Он мне велел для скорейшего восстановления магии пить успокоительное и читать философские трактаты. Вон, — ушастик кивком указал на прикроватную тумбу, где возвышалась внушительная стопка талмудов, — половину библиотеки приволок.

— А ты, значит, не хочешь, чтобы резерв побыстрее наполнился? — поддел его Ларрэйн.

— Да я от тоски сдохну быстрее, чем поправлюсь, если буду это читать! — с горячностью воскликнул Иллукар. И несколько спокойнее спросил:

— Так ты зачем пришёл-то?

— Дело есть! — понизив голос, доверительно сообщил ушастый нимбоносец.

— Какое? — мигом заинтересовался Иллу.

— Надо ловушку поставить, — перейдя на шёпот, продолжил Ларн.

— На кого? — так же тихо уточнил Иллукар, слегка подавшись к собеседнику.

Да что там он — даже мы с Терри невольно придвинулись к окошку, заинтригованные поворотом разговора.

— Как это на кого? — удивился недогадливости приятеля Ларрейн. — На Мариэллу!

— На кого? — взвыли мы хором из трёх голосов.

К счастью, призрака слышала только я, а мой возглас приглушила маскирующая магия тайного коридора.

— На девицу, которая по нашей общаге шляется, — милостиво пояснил Ларн.

— Зачем? — озвучил наш общий вопрос Иллу, вытаращив и без того большие глаза.

— Вот ты болван, — рассердился на него Ларрейн. — Конечно же, чтобы выяснить, как она сюда попадает. Поймать, допросить и…

— А может быть, сразу и зафиксировать? — выудив из-под подушки журнал и постучав пальцем по панталонам на обложке, съехидничал недобитый ушастик.

Недобитый в том смысле, что теперь-то я его непременно добью!

— А это уж как пойдёт допрос, — гаденько ухмыльнулся Ларн, — с пристрастием или полюбовно.

Та-а-ак! И этого добьём! Кастрюлю ему на голову наденем и половником по ней, половником!

— Мари, не сопи так громко, — отвлёк меня от эльфоубийственных мыслей компаньон. — Услышат!

На счастье ушастых остряков, развить тему они не успели. Просочившись через замочную скважину, в комнату влетел клочок тумана. Это мини-облачко зависло перед Иллу, растянулось во фразу «Срочно ко мне!», сжалось в отпечаток когтистой лапы и с тихим хлопком исчезло.

— А у него-то что опять приключилось? — всполошился Иллу, подрываясь с кровати перепуганной курицей. Учитывая травмы, суетиться ему было явно противопоказано — движения получались несколько неестественными, дёргаными какими-то, как у марионетки на шарнирах, и казалось, что ушастик вот-вот упадёт или врежется во что-нибудь.

— Опять колбасу упёрли? — ткнул пальцем в небо Ларн. И ведь, что самое смешное, возможно, угадал. — Я с тобой! — объявил он спешно разыскивающему обувь приятелю. — Помогу кости собрать, если рухнешь по дороге.

Иллукар скривился, но возражать не стал. Лишь потребовал, хромая к выходу:

— Только ты с порога хохмить не начинай. Если Вил не поленился вестника создать, ему явно не до шуток — зашибёт и не заметит.

Длинноухая парочка скрылась за дверью, а я устремила преисполненный надежды взор на компаньона, молитвенно сложив руки.

— Терри?!

Призрак демонстративно закатил глаза и уверенно провозгласил:

— Нет!

— Ну, Терри! Ну я же помру от любопытства.

— Не помрёшь!

— Помру! И буду тут тоже призраком, а тебя совесть замучает. Ну посмотри, что там, а? Ну что тебе стоит?

— Вообще-то, — слегка прищурившись, начал компаньон, — я тут кое-что разведал на всякий случай… — Он сделал паузу и грозно продолжил: — Но ты должна мне пообещать, что одна там ходить не будешь никогда! — последнее слово Антерран произнёс по слогам, сурово взирая на то, как я усердно киваю, заранее со всем согласная.

— Обещаю! Только посмотри, что там у Карвила!

— Сама посмотришь, — пообещал Терри. И скомандовал: — За мной!

* * *

Разумеется, я бодро поскакала за полупрозрачным проводником. Миновала два поворота и дюжину высоченных ступенек, послушно пролезла на четвереньках под завалом и, наконец, очутилась у ещё одного смотрового окошка. Успела аккурат к самому интересному.

— Значит, так, — обведя суровым взором набившихся в комнату парней, начал Карвил, — я позвал вас, чтобы обсудить два важных вопроса.

Все мигом прониклись серьёзностью ситуации — даже я — и приготовились внимать. Впрочем, я, наверное, прониклась больше остальных. Сверху, а окошко было под потолком так же, как и возле жилища Иллу, мне открывался изумительный вид на берлогу и её хозяина. Белобрысый возлежал, вернее, восседал, словом, валялся в изножье кровати, привалившись спиной к стене. Рубашки на нём не было, зато был полосатый кусок меха, оглашающий помещение раскатистым урчанием.

Учитывая, что из гостей сидел только покалеченный жизнью Иллукар, которому выдали табуретку, композиция напоминала аудиенцию у царя. Ну, в смысле «холопы вам челом бьют» и всё такое. Я даже залюбовалась, ожидая, вместе с вассалами, что сейчас прозвучит нечто знаменательное. Про конец света там, про потоп, про мутацию тараканов хотя бы. В результате на фоне воображаемого реально сказанное показалось ещё комичнее.

— Вопрос первый, — самым серьёзным тоном продолжил речь «царь», — кто сожрал мою колбасу?

— О нет! — хором простонали парни.

А Ларрейн буркнул:

— Надо было поспорить! — и внаглую уселся на стол, поджав под себя одну ногу.

— Я-то думал! — от возмущения Фил даже не нашёлся, что сказать.

Рыжий бугай без имени выразительно насупился. Лысый Риз выругался сквозь зубы, а остальные пятеро парней, которых я пока не идентифицировала, молча направились к двери.

— Вопрос второй, — не обратив ни малейшего внимания на реакцию товарищей, пробасил мишка, — кто спал в моей кровати? — С этими словами он сдёрнул покрывало, открыв отчётливые вмятины на простыне и подушке.

Если колбасой парней было уже не пронять, то вторым пунктом на повестке дня они явно прониклись. Ларн так вообще чуть не сверзился на пол — так сильно качнулся вперёд, чтобы разглядеть следы моего пребывания в медвежьей постели. Остальные тоже вытянули шеи, уставившись на примятости, словно на жабу в супнице.

— А ты сам, что, — подал голос Иллу, — не помнишь?

— Инструкцию к мази от зуда все читали? — флегматично вопросил Карвил, почёсывая за ухом Фильку.

Все ожидаемо промолчали.

— А вы почитайте, — посоветовал оборотень. — Вон, на столе валяется. И можно сразу с побочных эффектов начинать.

— Там что, амнезия? — хохотнул Ларн, беря в руки бумажку.

— Давай вслух, — распорядился рыжий, который, судя по выражению лица, ожидал уже летального исхода.

— Та-а-ак, — развернув скромный квадратик в простыню с два альбомных листа, приступил к делу Ларрейн. — Состав мы пропустим — тут всё равно никто, кроме Фила, ни фига не поймёт. Дозировку пропустим тоже. Во! Нашёл. Головокружение, тошнота, сыпь, кратковременная потеря сознания, преждевременные роды…

— Очень актуально, ага, — прокомментировал Риз.

— Галлюцинации, — продолжил ушастик.

— Массовые? — кивнув на смятую кровать, скептически уточнил Фил. — Я, кстати, ничем не мазался.

— Про массовость не написано, — строго ответил Ларн. — Ещё импотенция, — дрогнувшим голосом озвучил он следующий пункт. Все дружно побледнели, а длинноухая зараза подмигнула и брякнула: — Шутка!

— Я тебе сейчас за такие шутки! — Рыжий выразительно стукнул кулаком о раскрытую ладонь.

— Дальше давай, юморист, — потребовал Карвил.

— Да нету тут амнезии, — заявил в ответ Ларрейн, пробежав глазами до конца листа.

— Амнезии нет, — согласился оборотень. — Но последний пункт озвучь всё-таки.

— Также возможно притупление функций органов чувств, — послушно зачёл ушастик. — И что?

— И то! — заорал вдруг мишка. — Кто-то был в моей комнате, в моей постели, а мне, как назло, нюх отшибло! Начисто!

Судя по вытянувшимся физиономиям парней, уровень засады они просекли с ходу.

Риз шагнул к кровати и с силой втянул носом воздух. Раз, другой, третий.

— Ну? — проявил нетерпение Карвил.

— Тебя сперва огорчить или обрадовать? — немного поразмыслив, произнёс лысый токсикоман.

— На твой выбор, — буркнул мишка, зыркнув исподлобья на тянущего резину товарища.

— Тогда начну с печальной новости, — скорбным тоном заявил Риз. — Я запах чувствую, но мне он неизвестен.

— Удивил! — влез с ехидной репликой кто-то из незнакомых парней.

— Зато я могу утешить тебя, Вил, — не обратив на ушастого внимания, продолжил лысик. — Твоё медвежье ложе было осквернено дамой.

— Чего? — выпалил Ларн.

— Ты уверен? — с сомнением протянул Карвил.

— Ну знаешь, — обиделся Риз, — я, конечно, не такой чистокровный спец, как ты, — у меня прабабка ушастая была. — Для наглядности своих слов он даже ладони к лысой башке приставил и забавно ими пошевелил. — Но уж девочку-то от мальчика по запаху точно отличу!

— Так я не понял, — слезая со стола и скрещивая руки на груди, возмутился Ларрэйн, — тут что, все в курсе, как девиц к себе водить, а я один в неведении? — Он обвёл товарищей недобрым взглядом и постановил: — Значит так! Или меня сейчас же посвящают в секрет, или я иду к коменданту.

— Сбрендил совсем? — постучал себя пальцем по лбу Карвил. — Я со всеми на болоте был. Кого и как я привести мог?

— Считаю до трёх! — не внял голосу разума ушастый бабник. — Один, два…

Досчитать он не успел. Вместо цифры «три» распахнулась дверь, бахнув ручкой о стену, и в комнату, как всегда не затруднив себя приглашением, влетел белобрысый Датс и узрел шеренгу из повернувшихся на шум парней.

— О, а что тут за собрание? — полюбопытствовал мишкин родственник. — Вил друзьям невесту представляет?

— Кого? — хрипло выдохнул Карвил.

— А чего меня не позвали? — не услышав реплики кузена или же просто не обратив на неё внимания, возмутился Датс. — Я, между прочим, тут ближайший родич. Ну, где же моя будущая сноха? Или невестка? Как правильно жена троюродного брата называется? — тараторил он, протискиваясь сквозь строй офигевших парней к кровати.

— Какая жена? — проревел мишка, вскакивая, но не забыв при этом аккуратно ссадить Фильку на покрывало.

— Будущая, — со счастливой улыбкой заявил Датс. — Поздно отпираться, братишка! — добавил он и покровительственно похлопал родственника по плечу.

Смотрелось это, учитывая разницу в росте, габаритах и возрасте, своеобразно. Для полноты идиотизма ситуации повисшую в комнате недоуменную тишину разорвал обиженный голос Иллукара:

— Вил, ты собрался жениться и ничего не сказал лучшему другу?

— Дружба дружбой, а девки — врозь! — решил блеснуть мудростью Ларн.

— Ты кого девкой назвал? — неожиданно насупился Датс. — В нашем клане девок нет! А Мариэлла теперь часть семьи!

— Кто-о-о? — на каком-то ультразвуке взвыл Ларрейн.

Его вопль поддержали аналогичные вопросы Карвила, Иллу, Риза и даже флегматичного Фила.

— Мариэлла, — пожал плечами младший мишка, несколько удивлённый этим хоровым исполнением. — А где она, кстати? В ванной, что ли?

— А скажи-ка мне, братишка, — вкрадчиво пробасил мишка-старший, дружески приобняв родственника за плечи, — с чего это ты взял, что некая Мариэлла — моя невеста?

— Ну, Вил, я же не вчера родился, — несколько снисходительно заявил Датс. — Это она могла искренне считать себя временной подружкой, а меня не проведёшь!

— Да неужели? — ласково улыбнулся Карвил.

— Но ты не переживай, братан, — не проникнувшись опасностью этого крокодильего оскала, продолжил кузен, — некоторая наивность женщин только украшает. А в остальном клёвая девчонка! Я одобряю.

— Правильно ли я тебя понял, — медленно, растягивая гласные, произнёс Карвил, — вчера, когда я был на практике, ты успел познакомиться с некой Мариэллой и решил, что она моя невеста?

— Ага! — закивал Датс.

— И на основании чего ты это решил?

— Так она сама сказала, что твоя девушка, — наконец почуяв неладное, поведал младший мишка, осторожненько высвобождаясь из хватки старшего.

— А ты так вот сразу и поверил? — уточнил Карвил.

— Так она же в твоей комнате была. В халате и полотенце на голове.

— А если у Иллу сломается душ и ты застанешь его в моей комнате в халате, он тоже окажется моей невестой?

— Э-э-э… — Датс попятился к выходу, но дорогу ему перекрывали молча внимавшие диалогу кузенов парни. — Если ты так не хотел, чтобы о ваших отношениях узнали, так замок бы починил, — воинственно пробурчал он, обнаружив, что слинять не удастся.

— Отношениях? — взвился Вил. — Какие отношения, когда я её вообще ни разу не видел!

— Как это? — поразился Датс.

— А вот так! Какая-то хамка ввалилась в моё жилище, а мой брат, застав её на месте преступления, вместо того, чтобы задержать гадину, скормил ей мою колбасу.

Хамка? Это я-то хамка? Где там мой список оскорблений?

Младший мишка пару секунд недоумённо хлопал ресницами, а потом сполз на пол и зашелся в приступе хохота.

— Ы-ы-ы! Ой, не могу, ой, умора! — выл он, размазывая слёзы по щекам. — Вот это разыграла!

Истерика продолжалась минуты три, пока Карвилу не надоело и он не поднял родича за шкирку.

— Рассказывай! — тряхнув кузена, как котёнка, скомандовал он.

— Ну, значит, первый раз было неинтересно, — начал Датс.

— Первый? — вклинился в допрос Иллу.

— Ну да, первый, когда я первую посылку принёс — с колбасой. Вхожу, а тут девица в халате в обнимку с вон тем вот зверем, — младший мишка кивнул на Фильку. — Сказала, что она подружка Вила.

— И ты поверил? — повторил уже прозвучавшую претензию Карвил.

— Сперва нет, — признался Датс. — А потом подумал, а что иначе ей тут делать, да ещё в таком виде?

— Похоже, это её излюбленный наряд, — глубокомысленно заявил Ларн.

— Или единственный, — озвучил свою версию Риз.

— Ещё какой-то балахон цветастый есть, — внёс поправку в мой гардероб Фил.

— Точно не единственный! — вдруг ухмыльнулся ехидно младший мишка. — В общем, я тогда коробку оставил и ушёл, а когда вторую принёс, на Мариэлле уже другой костюмчик был — рубашка голубая. Нет, поверить не могу, что она меня так разыграла! — неожиданно воодушевившись, продолжил Датс. — Реально клёвая девчонка! Я, значит, вхожу, а она… — Тут парнишка вдруг метнулся к кровати, под вопль Карвила «Куда?!» плюхнулся прямо на тщательно оберегаемую вмятину, принял позу, прогнувшись в спине, притянув колено к груди и склонив голову к плечу, взъерошил свою платиновую шевелюру, рванул рубашку с плеча и пропищал: — Вилли, это ты?

Получилось очень похоже. Я с трудом удержалась от смешка. Приятелей мишки представление тоже позабавило. Невесело было только самому хозяину осквернённой берлоги и Ларрэйну.

— Так она тебя-я-я ждала? — обвинил он Карвила.

— Нет, действительно классная девчонка, — нахваливал меня Датс. — Мордашка симпатичная, ножки стройные, находчивая и с юмором. Короче, я заценил. А уж как она понравилась бабушке!

— Что? — едва слышно выдохнул Вил, но в этом единственном слове прозвучало что-то такое, что болтливый родственник мигом сообразил, что дело дрянь, и попытался вжаться в спинку кровати. — Бабушке?

— Ну, понимаешь, — заюлил Датс, — тут такое дело… Я, когда вторую посылку нёс, как раз с бабулей по собе-сфере говорил. Вот они и познакомились.

— Убью! — побагровев так, что, казалось, его вот-вот инфаркт хватит, выпалил Карвил.

— Не виноват я! — выкрикнул младший мишка, каким-то чудом увернувшись от броска старшего и метнувшись к двери.

Братья вылетели в коридор, пропав из обозревательной зоны потайного окошка, и о ходе погони я могла судить только по доносившимся оттуда звукам. Гости тоже выскочили из комнаты, только Иллу остался одиноко восседать на табуретке. Беготня продолжалась довольно долго — я даже заскучала, но не ушла. Было понятно, что рано или поздно хозяин вернётся в берлогу и продолжит разборки, и пропускать второй акт фарса я была не намерена.

Скучали мы втроём — Иллукар явно изнывал от желания поучаствовать в догонялках хотя бы зрителем, но благоразумно оберегал свои кости от новых переломов, я выцарапывала когтем на стенке «Ларн — ушастый болван», а Терри монотонно бубнил что-то о том, куда смотрит комендант. Наконец, когда я уже почти собралась просить призрачного компаньона сгонять на разведку, в комнату влетел странный бело-розовый зверь. Белой у него была шерсть, а розовыми — многочисленные проплешины неровных очертаний. Голову этого чудища украшали внушительные островерхие ушки, почему-то отливающие зеленью. Больше я ничего разглядеть не успела — полулысое нечто одним прыжком метнулось в ванную и захлопнуло за собой дверь.

Миг спустя в неё с разбегу врезалась огромная туша полярного медведя. Я бы и так поняла, что это Карвил, но для особо недогадливых имелась подсказка — на задней половине тела красовались домашние брюки. Эластичный пояс натянулся до предела, зато штанины звериной форме оборотня были явно длинны — они волочились по полу и были изрядно продраны когтями. Побившись пару раз о дверь, отчего та сотрясалась и жалобно скрипела, мишка внезапно успокоился — видать, сообразил, что портит свою собственную берлогу.

Его окутала серебристая дымка, а когда она рассеялась, на месте красноглазой зверюги уже стоял тяжело дышащий парень и придерживал сползающие вниз дырявые штаны. Смотрелся Карвил в таком виде очень даже неплохо — только злое выражение лица несколько портило впечатление.

— Выходи, — сказал он, стукнув кулаком по двери ванной.

— А бить больше не будешь? — с небольшой паузой последовал оттуда ответ.

— Больше — не буду, — пообещал мишка. А когда из-за приоткрытой створки показалась встрёпанная макушка Датса, ловко ухватил его за шею, выволок в комнату и очень ласково пояснил: — А вот меньше — могу!

— Но я правда не виноват, — заныл кузен, потирая свежую ссадину на скуле. По всем признакам над ней вот-вот должен был проявиться изрядный фингал.

Мне даже жаль стало бедолагу — из одежды на нём были только ошейник из обрывков воротника на шее и полотенце на бёдрах, на плече имелись глубокие царапины, подбитый глаз уже начал заплывать. А если ещё вспомнить, какой нелепой и несуразной оказалась его звериная форма… Словом, я невольно прониклась сочувствием к Датсу. Но не настолько, чтобы выйти из укрытия и встать на его защиту.

Один за другим в комнату просачивались приятели Карвила и занимали зрительские места. Ларн опять влез на стол. Рыжий бугай бесцеремонно сдвинул его к краю и устроился рядом. Фил заявился со стулом и уселся на него по-ковбойски — лицом к спинке. Ещё двое заняли кресла, а остальные остались стоять.

Дождавшись, пока все будут готовы внимать, Карвил пихнул родственника на кровать, а сам принялся вышагивать вдоль неё, заложив руки за спину.

— Значит, так, — наконец изрёк он, — вопросы первый и второй отпадают, поскольку выяснилось, что колбаса и смятая постель — дело рук всем уже известной Мариэллы. Но возникает вопрос третий — кто она такая и что ей надо в нашем общежитии в целом и в моей комнате в частности? У кого есть идеи?

Идея нашлась у Датса.

— Надо у неё спросить, — вполне логично предложил он.

Только вот остальные его гениальность не оценили. Карвил так вообще кулак показал и потребовал заткнуться.

Вторым решил высказаться Иллу:

— Спросить — это правильно. Но для этого нужен тот, кого спрашивают. — Он повернулся к Ларрейну и задумчиво так протянул: — Ларн, а что ты там говорил про ловушку на Мариэллу?

Темой ловли диверсантки предсказуемо заинтересовались все.

В комнате сразу повисла гробовая тишина, а сам длинноухий поправил исцеляющий нимб и мгновенно надулся важностью. Он выставил грудь вперёд, подбоченился и открыл рот, собираясь вещать, как вдруг…

— Бр-р-р-бдзынь! — донеслось откуда-то. А через секунду опять: — Бр-р-р-бдзынь!

— Кто ещё? — прорычал Карвил почти с ненавистью.

Резко развернувшись, мишка покинул пост возле кровати и подскочил к комоду, с педантично расставленными на нём статуэтками. Открыл верхний ящик, а спустя миг взгляду предстала уже знакомая сфера, из которой донеслось радостное:

— Вилли, мальчик мой, добрый день!

Карвил аж подпрыгнул, но притвориться, будто его нет дома, а собе-сферу взял не он, а кто-то другой, не успел.

Ещё миг, и шар сам соскользнул с ручищи оборотня, чтобы превратиться в опять-таки знакомую поясную проекцию. Велария стремительно оглядела комнату, и её брови заметно подпрыгнули, а лицо вытянулось.

— А что это у вас тут происходит? — последовал удивлённый вопрос.

Все дружно замялись, а Датс поспешил повернуться к бабушке небитой стороной лица и натянуть одеяло, скрывая и «воротник», и набедренное полотенце.

— Ничего особенного, бабуль, — оскалился Карвил, голос его прозвучал непринуждённо. — Предстоит сложная тренировка у лорда Ло, хотим обсудить и скоординировать действия.

— А-а-а…

В этом веларьевском «а-а-а…» послышались и понимание, и одобрение, и гордость — вчера Датс не солгал, Карвил точно ходил в любимчиках. Впрочем, тренировка бабушку всё-таки не заинтересовала…

— А где Мариэллочка? — вытягивая шею и пытаясь отыскать мою скромную фигуру среди этого леса парней, спросила оборотница. И сама же на вопрос ответила: — К себе ушла?

— Ага, — оскалившись так, что я слегка похолодела, отозвался Вил.

— Эх, понятно, — продолжила бабушка. — Ей, наверное, тоже нужно учиться? Ну что ж, пусть пока поучится. До свадьбы время ещё есть, а там будет не до учёбы. — И мечтательно: — Там, учитывая особенности нашего рода, сразу медвежатки пойдут…

Вилли, услыхав всё это, подавился воздухом, причём вместе с Ларном. Но Велария поняла реакцию по-своему — прищурила глаза и, погрозив пальцем, сказала строго:

— Так! Ты девочку мне не обижай! А то я тебя…

Продолжения не последовало, ибо Карвил сразу принял покаянный вид, прикидываясь ну таким паинькой, что даже я поверила. Он же не то что девушку, а даже ядоплюйку не обидит!

На бабушку этот образ святой покорности-невинности произвёл не меньшее впечатление, она сразу смягчилась и добавила уже другим, ласковым тоном:

— Всё, медвежонок мой, прощаюсь. Но, — опять грозящий палец, — на выходных я вас жду!

Тут актёрский навык Вила дал сбой, и на лице оборотня проступило удивление. Велария, конечно, заметила и истолковала совершенно верно.

— Как? Мариэллочка тебе не сказала?

— О чём? — уже чуя, что дело пахнет керосином, бухнул медведь.

— В эти выходные вы приезжаете в гости, — уведомила бабушка. Потом оскалилась и снова перешла на суровый тон: — И только попробуйте не явиться!

Лично у меня мурашки побежали, и возникло желание срочно начать паковать чемодан, чтобы не дай бог не опоздать на это «свидание». Ну а Вил сделал о-очень глубокий вдох, после чего расплылся в улыбке и покладисто кивнул.

Проекция сразу схлопнулась, и оборотень ловко поймал шарик ушедшего в оффлайн местного скайпа. Потом со злостью кинул собе-сферу обратно в ящик комода и, обернувшись к Ларну, прорычал:

— Ну?! Что за план?!

Мишкины глаза покраснели, налившись кровью, и блондинистый эльф сперва дрогнул. Однако через несколько секунд всё же взял себя в руки и выдал «гениальное»:

— Её нужно поймать!

— Как? — практически взревел медведь.

Вокруг Карвила заискрилась серебристая дымка, намекая на состояние, близкое к обороту, причём, как понимаю, непроизвольному. Глядя на это, я инстинктивно втянула голову в плечи и даже немного пожалела о смятой кровати и съеденной колбасе — угу, опять. Сожалеть о съеденной колбасе — это вообще моё.

А длинноухий…

— Полагаю, поймать сможем, это не проблема. Вопрос в том, как выманить…

— Ларрэйн, не нервируй меня, пожалуйста, — в голосе Карвила прозвучали такие нотки, что вообще все съёжились. Не испугался лишь Филька. Всё это время кот независимо вылизывался на подоконнике, а теперь спрыгнул на пол и, подойдя к злому оборотню, принялся тереться о его ноги.

Я аж застыла, перепугавшись, что сейчас котика как минимум пнут, но мишка, нужно отдать ему должное, поступил по принципу «солдат ребёнка не обидит». Он подхватил заурчавшего трактором Фильку и принялся чесать кошачью шейку. Филимон от такой нежности едва не растёкся полосато-мохнатой лужицей и затарахтел громче раз в пять.

Мерцание, предвещающее оборот, погасло и все вздохнули с облегчением, а стратег доморощенный, наконец, продолжил:

— Мариэлла — девчонка, — выдал новую «великую» истину он. — Значит, нужно ловить на женские штучки. Ну там зеркало, бусы, красивое платье в конце-то концов.

Обитателям мужской общаги мысль понравилась, берлога сразу наполнилась гвалтом.

— А может, не по отдельности? — воскликнул рыжий. — Может, всё вместе? Поставим зеркало, положим рядом цацки, повесим платье…

— Отличная идея! — поддержал Риз.

— По-вашему, она настолько глупа? — Фил хмуро сложил руки на груди.

Я умилилась и опять пришла к выводу, что чернявый алхимик хороший, а парни принялись обсуждать всё и сразу — от моего «единственного» наряда, включающего тюрбан на голове, до умственных способностей.

Так как разобрать было сложно, я слушала вполуха, но чуть не расхохоталась в голос, когда прозвучало:

— Да какие бусы! Колбасу рядом с зеркалом положить! — воскликнул кто-то.

— Ага, — воодушевился лысый Риз. — А ещё котлеты и пирожки.

— И начинить это всё лошадиной дозой сонного зелья, — задумчиво добавил Фил, резко растеряв все мои симпатии.

— А может, косметику и духи? — прозвучало ещё одно предложение. — А самим повесить рядом собе-сферу в ожидающем режиме, и…

Обсуждение пошло на новый виток, а я продолжала сидеть у слухового окна и ухмыляться. В мозговом штурме участвовали все, даже побитый Датс подвякивал, и только восседающий на табурете Иллу как-то подозрительно молчал.

Я заметила это молчание первой, но через несколько минут отношение Иллукара к благому делу поимки Мариэллы стало очевидно всем, и комната плавно погрузилась в молчание.

— А ты чего? — строго заломив бровь, озвучил общее недоумение Карвил.

— Думаю, — сообщил брюнет зеленоглазый.

— О чём?

Эльф хмыкнул, и…

— Знаешь, Вил, как-то это всё странно. Сам посуди: в общаге куча парней, а девушки липнут именно к тебе.

Оборотень заломил и вторую бровь, причём он был не единственным, кто ничего не понял. Лично я тоже мысль не уловила и придвинулась ближе к окошку, а Иллукар выдержал паузу и таки соизволил объяснить:

— Помнишь ту чешуйчатую тварь, которая оказалась самкой? Она ведь к тебе липла — из всех припасов выбрала именно твою колбасу, а потом ещё гнездо из твоих рубашек свила. А теперь Мариэлла эта… Меня она оклеветала самым гадким образом, Риза ограбила, Фила обманула, Ларрэйну вон, — кивок на обладателя нимба, — чуть череп не проломила. Зато к тебе отнеслась совсем иначе…

— Как иначе? — нахмурился Карвил.

— Залезла в твою постель, — ровно сообщил Иллукар.

У Карвила от такой интерпретации событий глаза округлились, у меня тоже. А Иллу медвежьим шоком воспользовался и добавил:

— Вил, признайся, ты развёл Фила, — кивок уже на алхимика, — на какое-то зелье с приворотным эффектом? Нет, ну а чем ещё объяснить такой повальный интерес со стороны девиц? И знаешь, это нечестно. Грязный ход.

Теперь у хозяина берлоги ещё и челюсть отпала, правда, всего на секунду. Потом прозвучало суровое:

— Иллукар, ты сдурел?

Зато остальные явной глупости эльфических рассуждений не осознали и вперились в Карвила недовольными взглядами.

— Да что за бред! — тут же взвыл оборотень. — Я, наоборот, самый пострадавший! И колбасу всю сожрали, и рубашек почти не осталось, и вообще… — он указал на растянутые штаны, которые приходилось поддерживать, — половина одежды порвана из-за этих незапланированных оборотов!

Парни опять-таки не прониклись, и тогда Вил выдал последний аргумент:

— Щас по зубам съезжу, — сообщил, обращаясь к Иллукару.

Эльф резко выпрямился и сглотнул, а вопрос про приворотное зелье тут же отпал.

Берлога снова погрузилась в молчание — парни хмурились и размышляли. Как поняла, идея про пирожки, начинённые снотворным, оставалась пока основной, и я была не в восторге — вдруг кто-то додумается втихаря начинить зельем какой-то другой продукт, а я не узнаю и попадусь?

Пауза закончилась после того, как сидевший на кровати Датс вдруг зашмыгал носом, принюхиваясь к окружающему воздуху, а потом извлёк из-под подушки клетчатую рубашку…

— Мм-м… — протянул склонный, как выяснилось, к токсикомании Риз, подаваясь вперёд. — А ведь это рубашка Мариэллы.

— Вот как? — хмуро бухнул Карвил. Спустил котика с рук и, протянув лапищу, скомандовал кузену: — Дай-ка её сюда.