Глава 33. Я больше не овощ

Рэй уехал, а мы с Викторией сидели весь вечер, как мышки в своей комнате. Как только дочь уснула, я собрала вещи в один внушительный, но вполне подъёмный саквояж.

Потом тихо прокралась в комнату леди Олбани.

— Мейбл, вы спите! Простите, у меня очень непростая ситуация. Нужно поговорить.

— Я сейчас, — она открыла мне дверь и впустила. — Что-то произошло?

— Да, я лишняя в этом доме, путаю все планы герцога старшего и не хочу получить врага в его лице. Оказывается, герцог младший обручён, а я его компрометирую.

Это такая некрасивая ситуация, что мне стыдно тут оставаться. Замужняя и приживалка в чужом доме. Прошу меня простить, но я с Викторией рано утром уеду в город, а потом сразу во Францию. Продам колье, этого хватит. А позже Моник меня поддержит.

— Так! Вот возьмите, мне герцог дал очень большой чек за помощь Виктории. Это огромные деньги. Умоляю, я буду переживать за девочку, если у вас не будет достаточно средств. А может, я с вами?

— Простите, это авантюра с моей стороны, я к вам привязалась. Но не могу так рисковать. После того как улажу дела, встречусь с братом, попрошу его заступиться за меня перед мужем. И если он меня поддержит, то я вас вызову к нам. А пока останьтесь в замке, пусть герцог подольше не догадывается о нашем отъезде.

Мейбл обняла меня. Несколько секунд мы прощались, а потом она вдруг опомнилась.

— А карета! Вы из поместья не сможете просто так уехать. Тут нет свободных экипажей. Как же быть?

— Возьму двуколку садовника, кучер меня довезёт до станции, и лишних вопросов не задаст.

Она быстро достала из ридикюля пачку денег, не считая, отделила мне часть и протянула, а потом, поняв, что я не возьму, почти силой вложила в руку.

— Это не вам, а Виктории! Она оживила меня. Вам пока не понять, но детки — это такая радость. Особенно ваша девочка, она настолько красивая, разумная и воспитанная, а теперь, общаясь с вами, понимаю, что это ваше наследие, дорогая.

Буду ждать письмо. Для удобства, отправляйте на этот адрес, там моя подруга живёт, она мне передаст. А я в скором времени перееду в более приличные комнаты в тихом районе. Так что с нетерпением жду от вас приглашения. И благослови вас бог.

Она не стала задавать вопросы о моём решении, и так понятно, что это побег.

Внимание ко мне Рэя все замечают. А уж когда мы ехали сюда на его машине, он только что пылинки с нас не сдувал. Это было очень приятно, и, как теперь выяснилось, у него есть обязательство. А у меня Эндрю.

Мы простились с леди Олбани, и я ушла к себе. Всю ночь снились кошмары. Такое чувство вины давно меня не захлёстывало. Постоянно вспоминаю крик Рэя, наш поцелуй под дождём. С его стороны это не интрижка. Но он почти принц, и несвободен. А я... Про меня вообще лучше забыть. В газетах не упомянули и на том спасибо.

Утром сразу после завтрака попросила кучера отвезти нас на станцию. Мы с Викторией сбежали сразу после отъезда в столицу герцога Йоркского старшего.

Два часа на поезде и вот мы уже на вокзале. Взяла небольшую карету и назвала адрес Моник.

— Виктория, ты всё время молчишь?

— Мне нравится и мадам Мейбл и герцоги, и их дворец, очень грустно уезжать.

— Да, но нам срочно нужно во Францию. Пора самим заняться своей жизнью.

Понимаешь ли ты меня?

— Да, конечно! Но всё равно грустно и жалко. Хорошо, хоть не пришлось оставлять медвежонка.

Мне самой ужасно неприятно, чувствую себя неблагодарной, каждый раз сердце сжимается от неприятной тревоги.

Нехорошо, надо было хотя бы записку написать.

Карета приехала довольно быстро, Мари нас приняла разместила и поспешила готовить поздний обед. А я вдруг успокоилась. Вот это правильное решение. Нельзя заставлять кого-то решать мои проблемы.

Такая вся поэтично-патриотичная, деловая, собираюсь сбегать в портовые кассы,

пока Мари посидит с дочкой. Найду ближайший приличный пароход и...

— Здравствуй, любимая жена!

Я стояла спиной к входу, поправляла локоны и хотела приколоть шпилькой шляпку к причёске, но от неожиданности вздрогнула. Я всего час в городе, а Эндрю уже явился.

Он каким-то образом вошёл в дом, и деваться мне некуда.

— Ты зачем пришёл? Шумиха в газетах уже достаточно подняла пену сплетен, и ты хочешь снова заварить кашу? Мари всё расскажет, я тут не одна...

Он очень грустно улыбнулся и пока я не перешла к обвинениям, быстро достал и развернул веером три билета на пароход.

— Инес, я с добрыми намерениями, не делай такой удивлённый взгляд. Мы всё ещё мух и жена, и хочу позаботиться о вас. Вот купил эти билеты во Францию. Мы поедем как семья. Но у вас с дочерью отдельная каюта первого класса. Я еду отдельно. Позволь помочь тебе.

— Это все ради наследства? Ты никогда меня не любил, и во мне убил все чувства и доверие.

— Мы едем, как компаньоны, понимаешь? У нас дочь! Я её не брошу. Она моя! Но мать со своими преступлениями не оставила мне шансов оставаться в королевстве, я благодаря ей стал посмешищем...

— Благодаря себе! У меня нет лишних денег на билет первого класса. Только ради моей девочки я соглашусь. Но ты отдашь мне билет...

— Нет! — он одёрнул руку, прикрыл глаза, улыбнулся и покачал головой.

— Что нет? — цежу сквозь зубы, сама не заметила, что сминаю шляпку, а он заметил внушительную шпильку в моей руке.

— Знаю я твои хитрости, поменяешь билеты на более ранний рейс. Так не пойдёт!

Пароход отправляется завтра в три часа после полудня. Я приеду за вами и отвезу сам, или пришлю экипаж. Не упрямься.

У подлеца ни единого слова сожаления, и даже прощения не попросил. Меня захлёстывает злость, но его это только веселит. Ну хотя бы не подходит и не пытается обнять меня, как в старые времена.

— Мы сами можем доехать до нашего поместья!

— Нет, не сможете! У тебя же нет документов на дочь, нет разрешения от отца на пересечение границы. Нет, милая, ты слишком наивная, так что я тебе помогаю, а ты помогаешь мне.

— Сколько ты хочешь за развод?

— Треть! — вот так просто признался, но тут же поправился, — треть от того, что причитается лично тебе. Долю Вики я не трону, и там у вас какой-то ненормальный брат, боюсь, что он уже вступил в наследство. Так что милая моя, любимая жена, я твой единственный шанс попасть на родину и отвоевать право на наследство.

Завтра возьму все документы и повезу тебя навстречу богатству.

Он поклонился, хотел поцеловать мою руку, но я одёрнула. Он прав, у меня нет документов, нет развода, и нет права перевозить дочь через границу, нас не выпустят из страны.

Краснею от злости, но держусь. Это ужасное перемирие с монстром мне нужно.

— Спасибо, что без эфира, то похищение, кстати, я тебе никогда не прощу.

— И что с того? Милая, сейчас мы в Англии, она утомительная, депрессивная.

Когда тебя согреет ласковое солнце южной Франции, ты оттаешь и простишь. И я прощу тебе измену с герцогом. Мы квиты. Снова начнём жить и любить друг друга.

Он тут же и сбежал, потому что я начала замахиваться, хотелось ударить его, да не успела.

— Какой же ты мерзкий, Эндрю!

— Зато, теперь я весь твой, а герцог поиграл и выплюнул! — прошептал он из-за угла, чтобы не получить от меня шпильку.

— Герцог просто пожалел меня, в отличие от вас. Если бы не деньги покойного дяди, то вы бы меня просто убили. И я этого не забуду.

— Мне лучше уйти, пока мы не поругались окончательно. Помни, я тебя люблю, осознал всё и готов помогать. До завтра, моя дорогая.

И он сбежал, так же тихо, как и вошёл. А я осталась с ощущением, очень непривычным и новым для меня.

Наверное, так чувствует себя боец без правил на ринге, даже не знает, кого против него выпустят, но надо выдержать этот последний бой ради победы. Никто, кроме меня не решит мои проблемы. Вот в чём суть моей новой жизни. Я больше не овощ.

Осталось объяснить дочери внезапное возвращение её отца в нашу жизнь...