74. Горькая правда

Юлиана

— Дело в дяде и Сильяне... — повторила я, чувствуя, как слова застревают в горле.

Бабушка нахмурилась, её рука, сжимающая платок, дрогнула.

— Рэдмунд? Сильяна? О чём ты говоришь, дитя? Что он натворили?

Я посмотрела на Яна, и он ободряюще кивнул мне. Его поддержка была тем фундаментом, на котором я держалась. Сделав глубокий вдох, заговорила:

— Бабушка, ты помнишь даму Ноэр?

При упоминании этого имени лицо главы рода смягчилось, в глазах мелькнула тень печали.

— Конечно, помню. Хорошая женщина. Но она уехала так внезапно, даже не попрощалась со мной как следует. Написала лишь короткое письмо, что нашла место лучше и хочет начать новую жизнь. Я до сих пор скучаю по ней, она была прекрасной управляющей и собеседницей.

— Она не уезжала, бабушка, — тихо произнесла я. — Точнее, не по своей воле. И письма она не писала.

Глава Уокер замерла, словно громом пораженная.

— Хотела сделать тебе подарок на день рождения, — продолжила я, стараясь говорить мягко, чтобы смягчить удар. — Хотела найти её и вернуть, ведь знала, как сильно она тебе нравилась. Но самой сделать это оказалось сложно, поэтому пришлось обратиться за помощью к Яну. У него есть связи, есть люди, которые умеют находить пропавших. И ему удалось отыскать даму Ноэр.

Бабушка подалась вперёд, в её глазах зажглась надежда пополам с тревогой.

— Где она? С ней всё в порядке?

Я закусила губу, подбирая слова. Как сказать человеку, за которого беспокоишься, что его сын — чудовище?

— Мы нашли её в ужасных условиях, — голос мой дрогнул. — В поместье мелкого чиновника на окраине города. Она была истощена, больна, одета в лохмотья.

Бабушка ахнула, схватившись за сердце. Её лицо побелело, став похожим на полотно.

— Но как... почему? Что произошло?

— Её увезли туда силой, — жёстко сказала я. — И сделали это не разбойники, а дядя Рэдмунд и Сильяна.

— Нет... — прошептала бабушка, мотая головой, словно пытаясь отогнать дурной сон. — Рэдмунд? Не может быть...

— Это правда, леди Уокер, — вступил в разговор Ян. — Мои люди провели расследование. Ваш сын и его супруга заставили даму Ноэр подписать кабальный договор. По сути, пожизненное рабство. Они запугали её, угрожали смертной казнью, и дама Ноэр, опасаясь за свою жизнь, сдалась.

— Но… но почему… За что они так с ней?! — бабуля часто задышала, и я забеспокоилась о её состоянии.

— Дама Ноэр увидела случайно, — продолжила я тихо, — как Сильяна хотела взять твою печать…

— Что?! Она… мерзавка! А Рэдмунд, значит… ей помогал…

Бабушка не выдержала. Сдавленный стон вырвался из её груди, и она закрыла лицо руками. Плечи главы рода затряслись в беззвучных рыданиях. Это было страшное зрелище — видеть, как ломается сильная, властная женщина, осознавая, что вырастила монстров.

Я соскочила с кресла и бросилась к ней, обнимая за плечи, гладя по седым волосам.

— Прости меня, — шептала я. — Прости, что приходится говорить тебе всё это. Но ты должна знать. Они алчные, жестокие люди, которые никого не пожалеют.

— О, боги... — плакала бабушка, цепляясь за мою руку. — Бедная дама Ноэр... Сколько вынесла... А я жила здесь, в тепле и сытости, и даже не знала...

Через несколько минут, немного успокоившись и вытерев слёзы, она подняла воспалённые глаза на Яна.

— Где она сейчас? — спросил бабуля дрожащим голосом. — Скажите мне, где дама Ноэр?

— Она в моём поместье, — мягко ответил Ян. — Под присмотром лекаря. Ей нужен покой и хорошее питание, но её жизни уже ничего не угрожает. Она в безопасности.

Бабушка всхлипнула и, к нашему удивлению, попыталась встать, чтобы поклониться Яну, но он тут же удержал её, не позволив этого сделать.

— Благодарю вас, лорд Нортон, — прошептала она искренне. — Вы спасли не только мою внучку, но и мою душу. Вернули мне веру в то, что в этом мире ещё осталось благородство. Могу я... навестить её?

— Разумеется, — кивнул Ян. — Хоть сейчас. Я распоряжусь, чтобы вас встретили и проводили к ней.

— Спасибо... Спасибо вам, — бабушка выпрямилась, и в её взгляде снова появилась стальная твёрдость, но теперь это была твёрдость человека, принявшего решение. — Я поеду к ней немедленно. А с Рэдмундом и Сильяной... Они в ваших руках, глава! Я не стану вмешиваться и молить о пощаде!

Мы проводили её до экипажа. Я видела, как тяжело ей дается каждый шаг, но она шла с гордо поднятой головой. Когда городская карета скрылась за поворотом, я почувствовала, что едва стою на ногах.

— Всё закончилось? — тихо спросила я, боясь поверить в это. — Теперь мы свободны?

Ян погладил меня по спине и, наплевав на взгляды стражи, притянул к себе, обнимая. Его рука была такой крепкой и надёжной.

— Почти, родная, — прошептал он мне в макушку, и его голос стал жестче. — Остался последний шаг. Самый главный.

Я подняла голову, заглядывая в его глаза.

— Равьер Туаро, — произнёс Ян. — Мы должны схватить его. И только когда он будет казнён... вот тогда мы сможем жить спокойно.