Глава 37 - Аромат ванили

Тая

Злость моя утихла лишь под бой курантов, и то не сказать, что прямо основательно, скорее немного сгладилась, под общим впечатлением от красивого салюта. Ну а дальше мы разошлись спать, решив, что сидеть до утра и слушать старинные песни не очень весело.

Артем, к моему удивлению, молча взял матрас и плюхнулся на него в проходе между кроватью и шкафом.

— Что ты... делаешь? — спросила сухим голосом я, поражаясь таким переменам. Он же сам до этого требовал, чтобы мы спали вместе. А теперь, что не так?

И почему меня это его решение так изнутри царапнуло?

— Спать ложусь, что же еще? — ответил Бес, стягивая с себя штаны и толстовку. Взгляд мой невольно зацепился на спортивных бедрах и рельефном торсе парня. Я смущенно сглотнула и поспешила отвернуться. Подумаешь красавчик! Мало что ли таких? Вон целый интернет. Смотри, не хочу.

Возражать против раздельного спального места я все же не стала, решив, наоборот, даже обрадоваться. Пусть вон с Нинкой делит койку, со мной не надо. А уже позже, когда уткнулась лицом в подушку, не сдержала грустного вздоха. Как ни старайся отрицать действительно, но у сердца свое мнение на человека, который вонзил в него ядовитую стрелу. И оно явно хотело чего-то не хорошего, как и год назад.

Уснула я быстро, а когда проснулась, обнаружила, что Артема в комнате нет. Было уже светло, на часах показывало половину десятого. Я скинула одеяло, опустила ноги, засунув их в светлые меховые тапки, и подошла к окну.

— Вау! — улыбнулась тихонько, разглядывая, как пушистые хлопья парили в воздухе. Они медленно оседали на ветви пышных елей, которые стояли в ряд напротив нашего дома. И я вдруг вспомнила детство, как отец брал меня с собой в лес, как мы с ним катались на санках с горки и лепили снеговиков. Жаль, что взрослая жизнь не бывает такой беззаботной.

Сходив в душ, я привела себя в порядок: надела теплый свитер, джинсы и спустилась на первый этаж к завтраку. Мама кашеварила на кухне, под работающий телевизор. Там шел какой-то старый сериал по «Домашнему», кажется крутили по стопятьсот пятому кругу «Великолепный век». Зевнув, я уже хотела подойти к ней и сесть за стол, как дверь в коридоре открылась, и на пороге вырос Артем.

— Проснулась, кисуля моя? — спросил он бодрым, но предельно нежным голосом, подарив мне, пожалуй, одну из самых своих эффектных улыбок. И Тая из прошлого повелась бы на нее, растаяла, превращаясь в лужицу. Но настоящая я лишь сухо кивнула в ответ.

Бес был в теплой шапке и кожаной зимней куртке, а на ногах у него еще остались крупицы снега.

— Где ты был? — спросила я, подойдя ближе. И тут Артем вытащил из-за спины снежное сердце на палочке.

— Что... это? — охнула я удивленно.

— В царстве Снежной Королевы цветы не живут, поэтому пришлось отдать тебе свое сердце. — Заявил довольный собой Артем. Сердце это было слеплено не очень умело, но смотрелось эффектно: небольшое по объему, но красивой формы, на тонкой деревянной ножке у основания.

— Детей напряг? — я наклонила голову, взяв странный подарок. Хотя в душе мне сделалось тепло. Может, это и было совсем по-детски, но мне понравилось.

— Издеваешься? Я тут сорок минут угрохал, чтобы найти такую палку, — обиженно заявил Бессонов. — Они все были толстые и из-за этого конструкция рассыпалась. Но на какие жертвы не пойдешь ради любимой кисули, м-м?

Боже, что он несет?

— Ух ты! — мама неожиданно выскочила из кухни, вытирая руки о фартук. — Как мило. А я думаю, чего там наш зятек с восьми утра на заднем дворе роется.

— Ты встал в восемь утра? — опешила я.

— Да нет! — Артем перевел взгляд с меня, куда-то в сторону, словно постеснялся своего подвига. — Я вообще по утрам бегаю. Привычка.

И больше не говоря ни слова, он стянул с себя верхнюю одежду и пошел на кухню. Зато мама мне шепнула тайком:

— Не бегал он, — хихикнула она. — Я видела, как сидел и пытался слепить сердце и как несколько раз выбрасывал его. Вот это любовь! Вы такие ангелочки. Господи, я сейчас расплачусь, доченька, так за тебя рада. Ты встретила настоящего мужчину!

На короткое мгновение я поверила в мамины слова и не сдержала улыбки, а потом одернула себя. Нет никакой любви! И не мужчину я встретила, а мудака махрового! Бес просто хорохорится перед моими родителями или хочет урвать секс. Не умеет он любить, по крайней мере, не умеет отдавать себя только одной женщине.

В кармане пиликнул телефон, я вытащила его и увидела входящее сообщение от Дана. Я вчера успела тайком ответно его поздравить с наступающим, да и потом еще перекинуться несколькими ничего не значащими фразами. Но мне было легко с ним общаться.

«С Новым годом! Как проходит твой день?» — написал парень и добавил в конце смайлик с елкой.

— Ты чего застыла? — одернула мама, уходя вперед.

— Тая, чай будешь? — крикнул Артем с кухни. Какая любезность! Ну прямо не парень — мечта.

— Нет, — буркнула я и поспешила напечатать ответ Дану. Вот где и манеры, и серьезность! Не то что некоторые. Думают только о всяких там женских формах соседок.

В обед мама с папой собрались идти к Глаше, они и нас с Темой звали, но я отказалась. Бес неожиданно тоже не захотел, хотя может оно и правильно. Глупо бы смотрелось: жених пришел с родителями невесты, а та осталась куковать дома. Однако сидеть и смотреть мелодрамы мне и самой не очень хотелось, поэтому нацепив на голову шапку с помпоном и мамины валенки, я вышла из дома.

Под ногами приятно хрустел снег, а воздух стоял такой, что надышаться было невозможно. Морозный, свежий, словно он наполнял новой жизнью и энергией тело. Вот ведь разница какая между городами: столицей и Парижем. Хотя вроде бы одна страна, а ощущения разные.

Закрыв за собой калитку, я пошла вдоль улочки, в сторону ближайшего магазинчика. Не уверена была, конечно, что он будет работать, но не сидеть же перед телевизором.

— Далеко собралась? — позади послышался голос Артема. Я оглянулась, а он уже нагнал меня и поравнялся.

— Просто погулять.

— А меня чего с собой не позвала? — спросил на полном серьезе Бес.

— Ну... — повела я плечом, пытаясь придумать ответ. — А разве у нас в договоре написано, что я обязана тебя звать?

— А разве все крутится исключительно вокруг договора? — нахмурился он.

— А разве нет?

Вместо ответа Артем замедлил шаг, и я поняла, что может, как-то больно грубо разговариваю с ним. Может, если мы будем хотя бы в дружеских отношениях, прожить эти два месяца будет проще? Однако обмусолить эту идею я не успела, потому что мне за шиворот прилетел снежок.

— Артем! — крикнула я, останавливаясь. Сжала кулачки и уже хотела отменно поругаться, как ко мне подбежал мальчишка лет шести и стал извиняться.

— Простите! Я это... Я случайно!

— Да... ничего, — мне вдруг сделалось неловко. Мальчик в черной шапке еще раз извинился и умчался к горке, где они с друзьями лепили снеговика и играли в снежки. Я же стала отряхиваться, но снег как назло зацепился за пушистый воротник и не хотел покидать мою куртку.

— Давай помогу, кисуль, — нарисовался как нельзя вовремя Артем. Позволения он, ясное дело, ждать не собирался: быстренько помог мне, не позволил замерзнуть.

— Спасибо, — грустно произнесла я.

— Что? Все так плохо? — вздохнул он.

— Да нет. Просто смотри, как классно быть детьми, — я показала на ребятню, тепло улыбнувшись. — В снежки играют, на ледянках катаются. А взрослые что? Только и думают, как денег заработать, да как бы с кем переспать и бросить, чтобы весело было и задорно. Вот и вся радость в жизни, да, Артем?

А ему мой яд, что в лоб, что по лбу.

— Ну знаешь ли, секс — очень даже приятное дело.

— Ты еще не устал от этого?

— От чего? — явно не понял он.

— От того, что кроме как желания между ног у тебя ничего нет! — я даже голос немного повысила, так возмутилась. Почему-то Нинку вспомнила и то, как они обнимались.

— В смысле кроме? — удивленно спросил Артем. — Да у меня полно желаний!

— И каких же, например? — я уставилась на него, ожидая услышать очередную пошлую шуточку.

— Пошли! — скомандовал он, схватив меня за руку, и потащил бескомпромиссно за собой.