Глава 17

В Улесье мы прибыли даже раньше, чем планировали: уже к вечеру. А в деревне никого. Ни души. Только собаки погавкивают, поросята повизгивают, куры кудахчат.

— Вымерли, что ли все? — удивленно почесал затылок Бартос.

— Нет, — загадочно прошептала я и заторопила, подпрыгивая от нетерпения: — Скорей, ребят. Вон туда, в конюшню, ставим лошадей и бежим на концерт. А, может, и на спектакль. Давайте-давайте, шустро. Это же Улесье — центр культуры.

Определив наскоро лошадок по стойлам, мы тихо приоткрыли дверь и проникли в таверну полную народа. Увлеченные представлением зрители даже не заметили гостей, которые встали у стеночки и все внимание уделили разворачивающемуся на сцене действию.

Я тихо вздохнула, узнав постановку. Скучают по мне, что ли? Опять дают "Приключение сиротки-студентки Ники", как раз сцена с орками. Мои гномы, ни разу не видевшие этот спектакль, хохотали до слез. Теперь их тоже будет преследовать "тыгы-дым". Партию Тимки исполнял Ольшик, звонко выводя: "Босиком, да по звездам".

Спектакль закончился, зрители старательно одарили артистов аплодисментами и похвалами. И я подумала: а ведь с моим отъездом время в деревне замерло. Они остались жить прошлым, вспоминая самые яркие моменты.

Когда шум немного утих и народ начал вставать с лавок, чтобы аккуратно сложить их у стены, я громко крикнула:

— Молодцы! Замечательно отыграли! Здравствуйте, мои дорогие. Не ждали?

Люди, почти все, одновременно повернулись на голос, а Линка завопила что есть мочи, прыгая по сцене:

— Гера! Гера вернулась!

Что тут началось!

Все, кто находился поблизости, кинулись обниматься, бывшие ученики ринулись пробираться сквозь толпу, чтобы принять в этом участие. Громко, шумно, со слезами радости на некоторых маленьких мордашках. Пришлось самой наводить порядок, всех останавливать, успокаивать и, перешагивая через лавки, отправляться к безопасному возвышению.

И уже со сцены вещать:

— Как же я рада всех вас видеть, дорогие мои! Соскучилась, страшно! Но я не вернулась и не в гости приехала, скорее, примчалась по делу, вместе со своими друзьями. Кстати, будьте гостеприимны и дайте Герольду с Бартосом присесть.

Несколько минут ушло на знакомство с гномами и народ снова вперился глазами в магессу Геру, ожидая дальнейших объяснений.

— Тимка с Максом уехали в конце лета, — несмело пискнула мать Тимсана.

— Знаю, виделись! За мальчиков не беспокойтесь. Они поступили в академию без экзаменов и у них все отлично, — успокоила родителей ребят и перешла к главному: — Я теперь числюсь придворной магессой и кое-что там полезное изобрела… В общем, такое дело… Его величество решил, что работать во дворце без титула никак нельзя, несолидно, и подарил мне титул баронессы.

— Ого, как взлетела наша птичка, — присвистнул плотник Майстар.

— И в нагрузку к титулу мне еще подарили земли. Вот, Бартос, покажи, где они находятся, — протянула сидящим в первом ряду карту и, когда ее по цепочке передали гномам, а староста подсел к ним поближе, продолжила: — Самое интересное, что это место очень похоже на Улесье: тот же лес, та же Олга, но называется оно — Уречье. И я планирую сделать свои земли самыми прекрасными и доходными. Хочу построить таверну и аттракционы для привлечения посетителей. Но! Людей там живет мало и все они пока чужие для меня. Вот я и подумала: может, кто-то из вас согласится переехать? Работы будет — завались, сразу предупреждаю, и жить вам пока придется в особняке, но дома со временем построим.

— Ну ты, Гера, как напугаешь, так напугаешь, — басисто расхохотался Герольд и пояснил для народа, карикатурно повторив: — "Пока придется пожить в особняке". В огромном трехэтажном домище баронов! Если кто не понял.

— Там столько комнат, что вы все поместитесь и еще друг друга искать будете, — подтвердил Бартос. — Уж мы там все обшарили.

Дед Фортун вскочил с лавки, с сожалением махнул рукой, снова сел и закачал головой от плеча к плечу, сокрушенно охая. Я вопросительно развела ладони.

— Что ты запрыгал, дедуль?

— Как, что? — задиристо выкрикнул дедок и снова вскочил: — Страдаю, не видно? Старики-то кому нужны? Что толку-то с нас? А я б прям сейчас… Иех…

— Как это никому не нужны? — приподняв бровь, возмутилась я. — Старики — это наша гордость, опыт, мудрость жизни. Вообще-то, в мечтах я надеялась, что вы переедете все. Даже с маркизом договорилась о проезде коротким путем через его земли.

— Все? — с подозрительностью переспросил Фортун и начал пробираться к выходу.

— Ты куда, дед? — окликнул его староста.

— Как, куда? Телегу надо смазать, вещички в узелок завязать. — И прикрикнул на старуху: — Ты еще тут, бабка? Шевелись, давай. Они молодые, шустрые… Без нас уедут!

Следом за Фортуном и его супругой таверну покинули и остальные. Последним вышел староста, для вида посидевший над картой. Деревня зашумела, зашуршала, собирая нехитрые пожитки и главное: скот.

— Вот это энтузиазм, — одобрительно рассмеялся Бартос и толкнул в плечо друга: — Как гномы, да? Позвали — и они дружненько побежали паковаться.

— Да я бы отсюда и сам сбежал. Что тут сидеть? А с Геркой, по-любому, будет интересно… Кстати, что за аттракционы, Гер? Для нас работа?

— Ребятки, для вас работы будет: завались! — пройдя по сцене, повторила то, что уже пообещала деревенским, мимоходом погладив декорацию. Взяла палочки и ностальгически потренькала по бутылочному ксилофону.

— А в твоем доме фортепиано есть, — неожиданно, буднично проинформировал Бартос.

— Да ты, что? — ахнула я, выронив палочки.

— И библиотека, — добил Герольд. — Там все простынями завешено правда, но книги, вроде, целы.

— Тогда надо написать письмо госпоже Ксании, может они с супругом захотят переехать. Что их держит в Тумаше: двух бездетных интеллигентов? Надо подтягивать всех своих, как считаете? Если бы гномы остались, я бы и их перетащила, но Барни с Фисом уже их умыкнули.

— Гномов много, Гера, мы тебе, сколько хочешь, выпишем, — с серьезной мордой пообещал Бартос и расхохотался. — А пока говори, что делать? Декорации потащим?

— Да ну… Что мы фанеры не найдем, что ли? Но музыкальные инструменты надо упаковать. И матрас! Завтра. А сегодня вы будете спать на самом пружинном матрасе в мире! Уступлю, так и быть.

* * *

В деревне двадцать шесть дворов, почти в каждом дворе по две телеги. На одну: вещи, детей, на вторую: кур, поросят… Коровы своим ходом потопают. В общем, обоз получился знатный. Длинный. И хорошо, что поворот на короткую дорогу начинался, не доезжая Тумаша, иначе городские жители получили бы незабываемые ощущения и решили, что улесовцы мигрируют от волков и сами бы от страха потянулись следом.

Мои (уже точно мои) люди нисколько не жалели, что бросают свои домишки в надежде на лучшую жизнь. Ну, как — свои? Человек волен перемещаться по стране и даже миру, а дома бедняков принадлежат тому, на чьей земле стоят. Конкретно эти — на землях короны. Нет, продать в принципе можно, да кто же их здесь купит? Короче, грубо говоря, я ограбила короля на двадцать шесть семей. Но, по-сути, они ему не очень-то и нужны. Таверну не достроил, проект забросил. Мне нужней. Не-е, даже не заметит пропажи.

Я утром, испугавшись задним числом, и, поняв, какую взвалила на себя ответственность, бегала бешенным кузнечиком вокруг собирающихся селян и, на всякий случай, предупреждала, что поначалу будет трудно.Но от меня отмахивались и только посмеивались: мол, трудностей не боимся, и если госпожа-леди-баронесса выделит земельку и позволит рубить лес, то они быстро обживутся не хуже, чем прежде.

— Не позволю я вам лес рубить! Ишь, чего удумали! Лес огородим от волков, будем там грибы-ягоды собирать, а материалы закупим. Готовые, просушенные. Но сначала гостиница. Ничего с вами не станется, если перезимуете в баронском особняке. Ишь, цацы какие! Никаких вам домов — пока не возведете таверну в три раза просторней, чем эта. Не сами, конечно, специалистов наймем, но за ними приглядывать надо. А я работаю и доверяю только вам. Деду Фортуну в первую очередь. Линка, будешь примой нашего театра! Концерты, спектакли, да у нас посещаемость зашкалит! Понимаете мой хитрый план? Со временем наши земли станут самыми известными и популярными. Люди не мимо будут проезжать, а специально приезжать, селиться в гостинице, платить денежки, чтобы посмотреть спектакль и покататься на аттракционах.

Чуть не выдохлась, пока выговорилась, вывалив все планы на головы переселенцев, и облегченно выдохнула — никто не кинулся разгружать телеги с видом "Ну, нафиг, там пахать и пахать походу, а здесь сидим, ничего не делаем".

Еще и гномы озабоченно бубнили рядом:

— Блин, Бартос, нам, что увольняться теперь?

— А ты хочешь до старости чайники делать? Не, я туда, где Гера.

— Васила в долю возьмем.

— Да, он хороший специалист. И Сигольда надо переманить — мастер от бога.

Подскочил Надик со своим жеребеночком.

— Магесса Гера, а Гаражик глядите, как за лето подрос. Точно дорогу запросто преодолеет. А школа у нас опять будет?

Помнится, три месяца назад, бедняге предлагали в карете ехать, а теперь он резко повзрослел. "Надо не забыть отправить письмо госпоже Ксании, — подумала я. — Нечего ей в библиотеке юбки протирать, пусть настоящим делом займется". Мои люди привыкли к определенному графику и распорядку: сама приучила, поэтому надо придерживаться прежней жизни.

Школа быть должна.

*

Как же округлились глаза маркиза, когда я, оставив обоз, расположившийся отдыхать на манер цыганского табора на его лугу, прискакала поинтересоваться здоровьем матери и младенца. Ну, так ведь сам позволил. Чего теперь удивляться? Сама не думала, что с обжитого места сорвутся все. Тем более, старики, родившиеся и прожившие всю жизнь на одном месте.

Хотя, лукавлю — думала. Очень надеялась и теперь безумно рада, что никто ни с кем не расстался. Улесовцы, по-прежнему — одна семья.

Чем ближе подъезжали мы к дому, тем чаще мне вспоминалось, что пора на работу. Поэтому долго задерживаться не стала. Расселила народ, объяснила обеим сторонам, что к чему, познакомила старост, выделила денег на обустройство и, пообещав, что вернусь через три дня в свой законный выходной, отправилась в столицу.

Переселенцы, кстати, прекрасно расселились по комнатам и остались несказанно рады — в таких условиях они еще не жили. Сразу кинулись все отмывать и приводить в порядок. Мне показалось, что дом слегка опешил и от количества жильцов, и от того, что в него, вообще, вселились. Уже думал, наверное, бедный, что так и останется сиротой. Ха, а тут "сирота" как раз нарисовалась.

Мда, символичненько.

Спасибо основателю этой суперобщаги — все поместились. Подумать только — деревня с гномами. Не дом, а чудо-юдо-рыба-кит, на спине которого — целый город жил, не тужил.

Уреченцы встретили улесовцев приветливо, помогли расселить скотину по дворам и быстро нашли общий язык. Потому что они теперь не безхозные, а у магессы-баронессы не забалуешь. Вот ведь: метнулась и кучу народу привезла. Значит, слова с делами не расходятся.

* * *

За время моего отсутствия во дворце, по мне сильно "соскучились" придворные леди. Они узнали, что выскочка безродная пополнила ряды аристократов и чуть ли не в лицо плевались желчью. Зашептались по углам, но звук настроили так, чтоб на Марсе было слышно:

— Какой ужас! Разве можно приравнивать к нам сироту безродную?

Фу, как некультурно. Карма у меня, что ли такая: ненавидят дамочки, хоть плачь.

А идите вы лесом, бездельницы, без вас забот полон рот с родовым гнездом. Я теперь основательница, получается.

Надо искать рабочих, проектировщика, поставщиков. Еще и магистр немедленно, на подъезде к работе, вестником вызвал на ковер в лабораторию. Приготовилась молить о прощении за прогулы, даже колени размяла, но, к удивлению, шеф ругаться не стал. Он, оказывается, не сидел без дела, а изобретал, не покладая рук. Кристалл вот-вот заработать должен, но не выходит почему-то и нужно выяснить, что ему мешает. А я понадобилась, чтобы помочь разобраться, что именно. Ну да, моя же идея.

Захваченный творческим процессом, шеф не утруждался напускной вежливостью и разговаривал со мной, как родной дедушка с внучкой.

— Смотри, Георгина, у меня получилось упорядочить потоки в небольшом пространстве, кристалл на них должен реагировать, но не реагирует. Мне нужен свежий взгляд одаренного человека. Ты же изобретатель ммм… — магистр на секунду задумался, припоминая бесхитростное название, и ехидно хохотнул: — Мясорубки, да? Правильно понимаю?

— Ой, давайте без колкостей, — поморщилась от снисходительного отношения к величайшему изобретению древнейших умов человечества и внезапно подумала вслух: — Кстати, схему нормальной орехоколки тоже можно ребятам подсказать. Хотя, это дискредитирует помогайку. Мда…

— О чем ты? Сюда смотри! Успеешь над своими делишками поразмышлять в нерабочее время, — возмутился босс, подсовывая коробку со своей недоделкой.

— Магистр, я в магии, вряд ли… как вы соображаю. А давайте его просто… методом тыка повернем против часовой стрелки? — предложила, тут же крутанула прозрачный камень до щелчка и хмыкнула: — Ну, прогресс определенно есть. Осталось разобраться в чем, — вернула кристалл в исходное положение, повернула по часовой стрелке и он вдруг "сказал" моим голосом: — Ну, прогресс определенно есть. Осталось разобраться в чем.

— О! Что это? — озадачено напрягся Фториндо.

— Вау, сработало! Магистр! Вы гений! — воскликнула я и чмокнула шефа в щеку. — У вас получилось! Вы создали записывающий и воспроизводящий звуки на кристаллах аппарат! Батюшки, диктофон! Плеер!

— Что? Впервые слышу эти слова.

— Да… само от радости вылетело. Как вафельница. Ну, или мясорубка. Бывает у меня, знаете, не обращайте внимания.

Мда… Я поэт, зовусь я Гера, от меня вам всем… пантера. После этого мы часа два корпели над системой, пытаясь понять все нюансы и, в конце концов, разобрались.

— Надо сделать две шкатулки. Для записи маленькую — компактную, для воспроизведения, то есть прослушивания, большую — солидную, — предложила более перспективную версию магнитолы.

— И? — придворный маг посмотрел пристальным взглядом: — Что и кто будет записывать?

— Я. Музыку. Хватайте образцы и идемте экспериментировать. Где во дворце есть закрытое помещение с фортепиано?

— Вы сыграете?

— Я вам даже спою.

Инструмент обнаружился в танцевальном зале, к счастью, в данный момент, пустующем. А то магистр своим фанатичным взглядом довел бы до обморока любого. По дороге, когда мы, как ненормальные, неслись в обнимку с экспериментальными коробками, он так рявкнул на слугу, что тот полотенца выронил. А не попадайся под руку магу, находящемуся в изобретательском угаре.

Интересно, если бы я свои "новинки" не плагиатила, а сама придумывала, то тоже бы выглядела, как профессор из фильма, который на паровозе гонял то в прошлое, то в будущее?

Я поставила коробку на фортепиано, повернула кристалл на запись и сыграла несколько аккордов. Магистр поменял шкатулки, воспроизвел: звук получился дребезжащий, но он был!

— Не надо было на инструмент ставить, — пришла к выводу я. — Нужен стол или стул.

Не передать словами, сколько фальстартов получилось, пока мы, методом проб и ошибок, не добились своего. В результате, поздно вечером, шеф ушел обратно в лабораторию, довольный, как слон, прижимая к груди два кристалла — один с классической музыкой, второй — со студенческой песней, которую мы спели вместе. А я доплелась до своей комнаты и упала в объятия Кристиана с одним словом:

— Соскучила-ась…

В ответ меня, тиская, завалили горой слов и претензий:

— Ты где пропадала? Нет, понимаю, что в Уречье, но почему так долго? Что там можно было делать? Я уже хотел за тобой ехать.

Чтобы успокоить рассерженного мужчину, хватило одного вопроса:

— Любимый, отнесешь меня в ванную?

Позже, в постели, подробно рассказала о спонтанном переселении народа, увеличившим число моих жителей. Но всё же добровольно! Они сами, честное слово. И это здорово! В душе поселилось теплое чувство правильности произошедшего, словно родственников перевезла. Мы скучали в разлуке, а теперь нам всё нипочем: преодолеем любые преграды и заживем по-королевски.

Ух, мои любимые улесовцы! Моя семья.

*

Следующий день начался с претензий принцесс: "Ты с нами больше не играешь". Поиграла. Затем пробежалась по дворцу и обнаружила проблему: кто-то подтер оберегающие руны на балясинах лестницы. Исправила, мысленно поставив галочку — найти хулигана. Посетила королевский архив, чтобы узнать имя проектировщика улесовской таверны. Имя нашла. Хотела заняться поиском строительной бригады, но помешала королева, потребовав осмотреть сына. Принц — прекрасный здоровый карапуз, но мамаши, как правило, мнительны. Хотя, если бы у меня в свое время был под рукой такой маг, я бы его каждые пять минут вызывала. Офелия еще кремень. Вспомнила, что нужны кристаллы для ограждения своего(!) леса, втихаря сгоняла в артефакторную лавку, купила сто штук и заказала столько же. Кристаллов теперь мне понадобится много, очень много.

Короче говоря, белка так не крутится в колесе, как я на отработке за МРОТ.

Что там еще по расписанию? Совещание? О, отдохну! То есть ноги отдохнут: языку придется поработать. Потому что все ждут отчета о проделанной работе и впечатлениях.

Коротко о личном: большая благодарность, земли — класс! Всегда дарите, если что. И о вредительстве: во дворце завелись вандалы, уничтожающие защиту лестницы. Будем искать. Под подозрением король, королева, я, магистр и еще несколько придворных магов, в том числе бытовиков. Потому, что неодаренным такое не под силу — они просто не увидят, где стирать.

О моем обещании отработать прогулы, магистр, на радостях от реально грандиозного изобретения, благополучно забыл. Поэтому через два дня смело послала вестник ректору академии: "Интор, пожалуйста, позволь моим мальчишкам взять коней. Они деревенские, вернут в целости и сохранности, обещаю". Получила положительный ответ, порадовалась полезному знакомству, и настрочила Тимке с Максом: "Вам на выходной дадут коней, встретимся в шесть часов утра у лавки фрея Адамаса. Больше ничего не скажу — сюрприз".

В назначенный день мы с Квартиркой, как штыки, явились в назначенное место, где уже нетерпеливо топтались студенты, и первое, что я сделала — потрепала по гриве Тимкиного коня.

— Привет, Громушка, дорогой! — и объяснила мальчишкам: — Именно на этом красавчике я училась держаться в седле. Первый, можно сказать, опыт. Ух, ты, мой хороший. И тебе, Ветерок, привет.

Гром приветливо ткнулся мне мордой в плечо, словно, действительно, узнал. Хотя, почему, нет? Подкармливала и задабривала я его постоянно.

Квартира неожиданно взревновала: тоненько заржала и постаралась цапнуть нахала за бок. Ну конечно — впервые внимание кавалеров досталось хозяйке, а не ей. Глупая — старая дружба не ржавеет!

Я расхохоталась и пригрозила кулаком:

— Не сметь портить академическую собственность. Ректор тебе гриву намылит.

— Куда поедем, Гера? — первым не выдержал Макс.

— Скоро увидите. Крошки мои, за мной!

Выбравшись из просыпающейся столицы, мы пришпорили коней, а, оказавшись возле знаменательного столба, я остановилась и торжественно указала на него рукой.

— Итак, друзья мои, исторический момент! Король мне тут на днях… даровал титул баронессы вместе с землями. И сейчас мы въезжаем во владения баронессы Буше! Да-да, мои личные земли, представляете? Впечатляет? То-то же! А едем для того, чтобы растянуть защиту на лес. Ну, как в Улесье, помните? Поможете, да?

Пацаны не сразу переварили услышанное, но когда в их головах уложилась информация, испугано ахнули:

— То есть… Ты теперь баронесса? А мы: Гера, Гера… Простите, леди Георгина!

Я снова счастливо рассмеялась.

— Нет, парни, вы называйте меня, по-прежнему, просто Герой. Мы же друзья и коллеги. Это я так, прикалываюсь. Но иметь свою территорию — круто! Согласитесь.

— Еще бы! — воскликнул Макс и, решив, что именно в этом заключается сюрприз, с горячностью подтвердил: — Конечно, поможем с защитой. Мы самые опытные в этом деле. Местных учить и учить.

Что я ожидала увидеть, подъехав ближе к имению?

Спокойную, размеренную жизнь, как минимум, а не скопление людей на том месте, где раньше стоял прилавок. Его снесли, вернее, передвинули. А народ, вооруженный лопатами, дружно разгребал, копал, откидывал траву, подготавливая площадку под будущую постройку. Молодцы, однако! Так воодушевленно работали, что не сразу заметили подъехавших всадников.

— Что здесь происходит? — громко выкрикнула я, ставя на паузу всеобщий труд.

Люди сразу начали оборачиваться.

— Макстен, сыночек, — вместо ответа запричитал женский голос. — Дорогой мой!

— Мама?! — чуть не свалился с лошади парень.

— Тимсан! — радостно воскликнул мужчина. — Иди сюда, обниму.

— Папа?! — разинул от удивления рот второй студент.

А затем наперебой заверещали детские голоса:

— Максик, Тимка! Привет-привет! Ого, какая форма у вас! Важные стали.

Вот теперь сюрприз! И удался он на славу.

Студентов тискали, расспрашивали, а они ошалело крутили головами, обнаруживая не только родителей, но и всех жителей Улесья.

— Да как вы все здесь оказались? И ты, дед Фортун?

Улесовцы весело смеялись и пытались одновременно рассказывать о последних событиях. Мол, Гера позвала, а они и сорвались с места. А здесь ничем и не хуже, а будет еще лучше. Тоже таверну поставим и вы рядышком теперь.

— Квартирочка! Ой, какие коняшки! — подбежали Надик с местным мальчонкой Валдиком, которого я лечила от ушиба, и забрали поводья. Сдружились на почве любви к животным? Молодцы.

— Это академические кони: Гром и Ветер, — я приветливо улыбнулась мальчишкам и шепнула по секрету: — Вечно в конюшне стоят, поэтому отведите их на просторный выпас.

— Ой, бедняги! Мы позаботимся. Идем, Квартирка, с сыночком поиграешь. Видишь Валдик, это мама Гаражика.

— Красивая, давай я жеребцов поведу.

Деревенские любители животных утянули за собой новые игрушки.

— Бартос! — заметив в толпе мужиков лишний десяток незнакомых гномов, воскликнула я. — Откуда ваши?

— Гера, не волнуйся, они пока за идею работают, — с ухмылкой ответил друг.

— За какую идею?

— Узнать, что ты задумала. Обрисуешь? Понравится, останутся.

— Хорошо, позови мастеров в сторонку. Со всеми делиться планами пока не хочу, но вашим идеалистам мало не покажется.

И обрисовала, взявшим меня в кольцо гномам, город будущего — не меньше. Мужчины поначалу понятливо кивали, когда речь шла об очевидном: таверна с театром, гостиница, конюшня… А потом разинули рты, не успевая впитывать информацию — атракционы: винтовые горки, карусели, качели, самокаты, велосипеды; развлечения: настольный теннис, бадминтон, дартс… Много знакомых и незнакомых слов дестабилизировали охочих до новинок мастеров, и добила я их безрассудной идеей, пришедшей на ум по ходу фантазии, но именно она оказалась самой заманчивой:

— А с другой стороны дороги поставим мастерские и огородим площадку для воздушного шара с корзиной, для желающих пощекотать нервишки: взлететь и посмотреть на землю с высоты птичьего полета. Тоже аттракцион, но и реклама: его будет видно издалека. Сделаем яркий, может, не один, несколько.

— Ну, мы с магией не очень, — с сожалением произнес один из гномов. — Вот, если бы просто механика.

— А физика устроит? Никакой магии! И это еще не всё! Но о более далеких планах поговорим позже, когда воплотим в жизнь вышеперечисленное, — поглядывая свысока, в прямом и переносном смыслах, на низкорослых мужчин, заверила я, понимая по ошарашенным лицам, что гномы теперь мои с потрохами.

Любите работать не за деньги, а за идею? Пожалуйста! Их есть у меня.

Мастера собрались было разорвать хозяйку неожиданных идей на кусочки сотней вопросов, но спасибо деду Фортуну: подскочил и напомнил о делах насущных. Когда еще на земле Георгины Буше появится обрисованная картина будущего, а волки — вот они, рядом.

— Хозяюшка, совет старост и я все рассчитали. Всех по периметру распределили, колья заготовили, кристаллы привезла? Давай, давай. Сейчас ребяты их прикрепят и начнем. Наши вперемежку с местными пойдут, они свой лес лучше знают.

— У вас уже совет старост образовался? — доставая из сумки приготовленные заряженные кристаллы, усмехнулась я. — А ты знаешь, что у семи нянек дитя без глаза?

— Не-не, хозяюшка, совет — хорошо. Мужики все дельные, — забормотал старик и, подозвав меня движением ладони к себе поближе, ехидно хихикнул: — Не увольнять же их, ну этих… вторых. Нижнего с Верхним. Пущай Профиту помогают.

— Пущай, — согласно кивнула и пригрозила пальцем: — Но чтобы никаких ссор не было. Лично с тебя спрошу.

— Ух, ты! — восхитился дед повышению и важно выпятил грудь колесом. — Не волнуйся, магессочка-баронессочка, уреченцы рады, что нашлись те, кто ими командует и наставляет на путь истинный. Истосковались бедные тут без нас, прогрессивных. А мы их в люди выведем. Ну, чё хихикаешь? Пошли лес освобождать, бабка по грибы рвется. Уречецы тоже на старте. Хотя, мы теперь все уреченцы, получается.

Опыт — наше всё. Во второй раз мы справились с установкой защитного контура быстрее, чем в первый. Половина населения сразу рванула за дарами леса. Я немного отдохнула, проверила, как устроились мои люди в особняке, и осталась довольна. Не глупые, прекрасно освоились на баронских кухнях. Дом большой: их здесь три, но третья — для обслуживания хозяйского крыла, в ней готовит только Луния, оставшаяся с семьей, по-прежнему, приглядывать за покоями магессы-баронессы.

А затем я позвала Ольшика, Ланку, Тимку с Максом, и мы сообща отправились искать фортепиано. Оно обнаружилось в большом, видимо, бальном, зале на первом этаже. Объяснила ребятам принцип записи звука на кристалл, и начался творческий процесс. Ольшик радостно поделился новостью: он сочинил стих на наигранную мной ранее мелодию из старого мультика и спел похожую по смыслу: "Человек собаке друг — это знают все вокруг".

Несмотря на мои объяснения, мальчишка округлил глазищи, услышав свой собственный голос, исходящий из кристалла. Линка беззвучно пищала и трясла кулачками, студенты одобрительно кивали и переглядывались. Но никто из них до конца еще не понял, что им дает подобное изобретение.

— Ребята, — серьезно сказала я собравшимся детям. — Теперь вы все будете не просто петь ради удовольствия, а работать и зарабатывать. Как только магистр Фториндо оформит патент и запустит в производство выпуск музыкальных шкатулок, мы начнем продавать кристаллы с музыкой и песнями. Понимаете? И наши песни должны быть самыми лучшими. Поэтому репетируйте, репетируйте, репетируйте. Этот зал в вашем распоряжении. Принесите сюда все инструменты, настройте новый бутылочный ксилофон. Линка, активируй всех актеров, пройдите по деревням, послушайте, как поют, может, найдете талантливых сладкоголосых соловьев из местных. Сразу привлекай к работе. Пока строится таверна, вам не придется сидеть без дела. По выходным будем записывать новые песни, а Тимка с Максом их копировать и множить. Согласны?

— Еще бы! — за всех радостно выкрикнул Ольшик. — Деньги нужны, а то папка говорит: дорого выйдет стройка, у вас золотых не хватит. А мы заработаем! И потом: это так интересно! Я раньше думал, что работать: значит, что-то таскать, сажать, строить. Ну, руками.

— Петь и играть тоже тяжелый труд, — заверила я мальчика и закрыла крышку фортепиано. — А теперь мне пора возвращать в академию двух студентов, у которых неожиданно дом оказался в трех часах езды от учебы.

— И не говори, Гера! — воскликнул Тимка, сияя счастливой улыбкой. — Мы думали до каникул ждать, потом пилить четверо суток на перекладных. А теперь каждые выходные можно приезжать!

— Даже нужно. Договоритесь с ректором, чтобы он коней разрешал брать. Думаю, не откажет. Они от таких прогулок и заботе Надика только похорошеют.

Уезжала я с легким сердцем — люди полны энтузиазма, а это главное. Волков отвадили, варят теперь варенье из осенних ягод и пекут пироги с грибами. Артисты при деле, мастера — в предвкушении… Дело за самым главным — надо срочно связаться с архитектором, а хороших строителей обещали найти гномы.

Ну и развернулась ты, сиротка из приюта. Хотя, конечно, эти три слова надо брать в кавычки, но я уже привыкла к своему новому социальному статусу. Который, получается, канул в лету. Теперь Георгина Буше — магесса-баронесса.