Глава 9

В Тумаше я первым делом нашла городскую библиотеку. Читать люблю, и неплохо было бы записаться, чтобы брать книги. Да и чем тут еще заниматься? Расспрашивая прохожих, подспудно боялась, что в таком малочисленном поселении "храма знаний" нет, но, к счастью, опасения не оправдались. Библиотека имелась и даже располагалась в отдельном здании.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась я с библиотекаршей, женщиной лет сорока.

Она казалась бы приятной, если бы худое лицо не портил слегка крючковатый нос и безобразная родинка на крыле этого носа. Помня предыдущий опыт с фреей Фирель, я сделала вид, что совершенно ничего не подумала по поводу внешности работницы культуры и просто крепче сжала кулачки. Цыц, дар, погоди, больше не будем действовать, как варвары. Сначала разведка, ненавязчивое внедрение…

В общении госпожа Ксания оказалась милой и приятной, очень обрадовалась новой читательнице, мы почти подружились, но, окинув взглядом нахапанные мною десять книг, хозяйка библиотеки с сожалением покачала головой.

— Магесса Буше, не больше одной и не дольше, чем на десять дней. Я понимаю, что в деревне скучно, но, может, вы просто почаще будете приезжать?

— А может, мы сумеем договориться? — вопросительно приподняла бровь и закинула пробный крючок. — Кстати, я целительница и, к тому же, обладаю даром.

— Правда? Каким? — с жадным вниманием вперилась в меня взглядом женщина.

— Могу убрать шрам, бородавку, улучшить внешность.

— А родинку? — тихо прошептала библиотекарша, непроизвольно прикоснувшись к проблеме и невольно тихо обронила: — Нос и так ужасный, еще и эта гадость.

— Могу подправить все, только предупреждаю: нос вы потом полдня не будете чувствовать. Это вынужденная мера на время заживления, но ведь лучше, чем терпеть боль.

— Я и боль потерплю! — истерично воскликнула от волнения Ксания и презрительно фыркнула: — Подумаешь, полдня… Да хоть месяц!

— А потом предложите мне деньги вместо того, что я хочу? — с намеком кивнув в сторону стопки книг, игриво подмигнула я и выпустила на руки синеву антисептика.

— Ах! Нет, конечно, магесса! Если такая ваша цена… С ума сойти! Одаренная магесса в нашей глуши! Прошу вас… умоляю… Хоть двадцать книг берите разом! Я готова!

— Здесь и сейчас?

— Никто не войдет, — горячо заверила пациентка и закрутила головой, выискивая несуществующую кушетку. — Тут читателей-то… Мне лечь? Могу на пол.

Я рассмеялась, следя за суетой некрасивой женщины, желающей стать красивой. Вот, ведь: поверила на слово и готова на все. Тем более, бесплатно.

— Просто сядьте.

Говорить о том, что носы я еще не "чинила" (не доводилось как-то), не стала, но крысиные хвосты ведь уменьшались отлично. Принцип тот же — выжечь хрящи, подтянуть кожу.

Дар — умничка, превосходно справился с мелочью для него и большой проблемой — для пациентки. Впрочем, через несколько минут у нее не осталось этой проблемы. Перед зеркалом, висящим у входа в библиотеку, крутилась уже довольно симпатичная тридцатилетняя женщина. Да, ненужные старческие морщинки и залегшие носогубные складки, делающие лицо старше, я тоже сгладила.

— Ксания, — раздался мужской голос и в помещение, вопреки заверению пациентки, вошел слегка полноватый и совершенно лысый мужчина в потертом ношеном костюме. Все бы ничего, но лысина ему совершенно не шла.

— Ильяз! — радостно воскликнула библиотекарша, взволнованно глядя на посетителя.

— Ксания?! — опешил незнакомец, изумленно замер и сглотнул. — Но как… Как?

— Ты не представляешь, дорогой, — кинулась, как выяснилось, к мужу пациентка и, экспрессивно размахивая руками, восторженно представила меня: — Познакомься! Это магесса Георгина Буше! Одаренная! Она, она… она просто творит чудеса!

— Да, это невероятно, — согласился супруг, разглядывая изменившуюся жену и потирая лысину ладонью. — Спасибо, это правда, настоящее чудо. Ну, жена и так была красавицей, но теперь…

Дар, на жест умелого льстеца, отозвался покалыванием пальцев, и я сказала:

— Господин Ильяз, признаюсь честно, это будет первый опыт, но могу попытаться разбудить ваши волосяные луковицы. Быстрого эффекта не ждите, но через какое-то время, возможно, у вас снова начнут расти волосы. Попробуем?

Из библиотеки я уходила с "большим уловом" — и это не деньги. Супруги оказались прекрасными грамотными ребятами, с которыми можно говорить на любые темы. Бывают же такие восторженные работники культуры, которые сплачиваются и влюбляются друг в друга, благодаря общим интересам. Даже, если к любимой профессии не прилагается большое жалование и приличное жилье. Но, рано или поздно, таким неприхотливым личностям должно повезти, как в случае с этими милыми людьми — их внутренне содержание теперь будет соответствовать внешности. Или наоборот, неважно.

Стопка книг перекочевала в мою сумку, и мы договорились, что я буду приезжать раз в десять дней или чаще. После библиотеки я отправилась искать гномов. Ксания с радостью объяснила, что мастерская гномов находится на этой же улице. Ну, так их здесь, наверное, всего три.

Местные гномы, любящие жить в глуши, обитали в большом доме, огороженном высоким забором. Это, наверное, чтобы никто не проявил интереса и не свистнул их изобретения. По мне так излишне строгие меры: конкурентов в Тумаше ноль.

Узнав, что я подруга фрея Адамаса, Герольда и Бартоса ребята приняли меня радушно, накрыли на стол и начали расспрашивать. Всего их было пятеро, но самыми разговорчивыми оказались "близкие" родственники столичных гномов Барни и Фист. Это сокращенно от Барниса и Феделиста.

— А вы по старинке воду греете? — спросила я, наиграно хлопая ресничками, и жестом фокусника вытащила из сумки чайник со свистком, а затем и другие изделия, которые сейчас успешно продаются в столице.

О чае сразу было забыто — парни принялись тестировать изобретения и поражаться. После демонстрации новинок, гномы прониклись ко мне еще большим доверием и рассказали, что работают над усовершенствованием карет. Мечта у них: сделать такую карету, какой ни у кого нет. Самую удобную, надежную, быстроходную. Я потерла ладонь о ладонь, попросила показать, до каких высот они додумались, и пообещала, что стану генератором идей. Идеи буду выдавать пачками, а воплощать в жизнь — будут они. Но патенты оформляют на меня. Здорово придумала, а? Кстати, патентная контора есть здесь, в Тумаше? Нет? Ничего страшного, в Бироз съездим, это недалеко.

Парни криво поусмехались, до конца не веря в способности человеческой девчонки, и повели меня во двор демонстрировать всякое-разное. Если честно, далеко они в своих изысканиях не продвинулись, я одобрила лишь попытку создания резиновой шины. Фист додумался не обивать дерево железом, а обтянуть его вязкой массой наподобие каучука. Над ним, кстати, надо еще поработать.

— И какую быстроходность вы хотите получить, если одно колесо зависит от другого? — крутанув установленную на специальном верстаке колесную пару, спросила я, обращаясь к Барни. — Одно завязнет и второе за компанию.

— Вот мы и ломаем голову, как их так соединить… но ось-то одна должна быть. И прочная.

— Ось не при чем. В общем, есть у меня идея, только не уверена что вы сможете отлить одинаковые стальные шарики, — доставая блокнот и привычно набрасывая общий вид и схему шарикоподшипника, деловито сказала я.

— Чего это не сумеем? — обиделся Фист. — Но зачем? Как это связано с колесами?

— Сейчас поймете.

По опыту знаю, гномов нельзя озадачивать сразу несколькими сложными идеями — они начинают с горящими глазами хвататься за все и сразу. Поэтому, на первый раз уделила внимание только колесам, а потом пойдем выше. По нарастающей, так сказать. Жаль, двигатель для меня — обычного пользователя машиной, остался темным лесом. Но, возможно, и к лучшему — лошади экологически чистая тягловая сила. Им нужно лишь облегчить салон и скорость увеличится. Мне и самой ужасно не нравится местный неудобный транспорт, и создание кареты мечты стало моей мечтой тоже.

С ребятами мне было хорошо, как дома, то есть в столице. Трое из них были женаты и гномки беспрестанно нахваливали гаджеты для дома, шутливо укоряя своих соплеменников, что не то они изобретают, не то. Картофелечистка — вот достойная и нужная вещь! Парни горячо спорили в пользу быстроходных удобных карет, о которых скоро заговорит весь мир. Конечно, если фреи покормят трудяг обедом, а потом и ужином. И стращали: вот Гера обидится и больше не приедет. Кто потом отбитые пальцы полечит? На что женщины заявили, что бедной Герочке деваться некуда — три года в деревне куковать бедняжке. Приедет, куда ей здесь еще ездить?

За шутками, спорами и незлобными пререканиями время в этом радушном коллективе пролетело незаметно. Иначе и быть не могло, одно слово — гномы. Распрощалась с мастерами я в отличном настроении, мысленно посмеиваясь над своей попаданческой судьбой: с мыловарней не задалось, но рессоры изобрести придется. Не намного отошла от классики жанра.

Вспомнив, что пригласила в гости мальчишек, вернее, всех детей Улесья, я заехала в кондитерскую и от души набрала конфет разных сортов. А поскольку вчера меня поили травами, купила большой пакет чая, головку сыра, несколько колец колбас и прочей вкуснятины. Приобрела греющий артефакт, ткань для занавески на свое окно в спальне, посуду и кое-что по мелочи. Остальное докуплю постепенно, торопиться некуда. Поломала голову, размышляя, чем бы отблагодарить женщин, обустроивших меня как принцессу, и решила, что просто раздам им в качестве подарков нужные в хозяйстве вещи. Нет, не выдуманные ради продаж помогайки, а овощечистки, терки, формочки для печенья и кексов. В моей сумке этого добра навалом, не все гномкам отдала, вот и пригодится. Ну не совать же им за матрас с подушкой деньги. Уверена, обидятся. Ведь не ради платы помогали, а от души.

Квартирка охотно цокала обратно в деревню, где ее ждало отличное обслуживание и даже местная тусовка — табун. Вот у кого в жизни наступила "белая полоса", настоящее лошадиное счастье. И первым, кто нас встретил, был истосковавшийся по работе Надик. Ну, он сам себя конюхом назначил и не мне лишать ребенка новой игрушки.

— Управишься и зови ребят, — сказала я мальчишке, передавая поводья. — Будем чай пить с конфетами. Да! И скажи, чтобы со своими кружками приходили, а то у меня столько посуды нет.

— Ух, ты! — восхитился чернокудрый, поглаживая кобылку по гриве. — С конфетами? Ничего себе! Ты конфеты нам привезла, Квартирочка!

Я успела переодеться, рассортировать покупки, установить "плитку" и в мои хоромы начали стекаться дети от шести до шестнадцати лет. Вернее, собрались они на улице и вошли всей дружной толпой, скромно затоптавшись у двери и держа на уровне груди кружки. Навскидку — человек восемнадцать.

— Ну что встали? Проходите, — радушно улыбнулась я и принялась командовать, разряжая обстановку. — Посуду пока поставьте сюда. Мальчики постарше — отодвиньте столы и лавки от стены, чтобы удобно было всем сидеть. Большие девочки — режьте хлеб, колбасу и сыр, маленькие — расставляйте тарелки, а вам, малыши-мужчины, самое ответственное задание — взять кульки и красиво высыпать конфеты на тарелочки.

Настроение в таверне сразу изменилось в сторону доброжелательности с восхищением, и забурлила жизнь.

— Какая у вас кастрю… или это что? — осмелев, указал пальчиком мальчонка лет семи на суперновинку, в которую я наливала воду ковшом.

— Как тебя зовут?

— Ольшик.

— Так вот, Ольшик, это не кастрюля, а самый умный говорящий чайник.

— Да ну… чайники не умеют разговаривать, — усомнился пацан. — Или он волшебный?

— Нет, но его сделали гномы. Да ты сам скоро услышишь, как он закричит: вода закипела!

Ребенок в ожидании уставился на чайник, но я вручила ему кулек с конфетами и пригрозила пальчиком — не филонь. Редкое в деревне дорогое лакомство подействовало безотказно, Ольшик, принюхиваясь, бережно понес кулек к столу и, разглядывая фантики, начал осторожно раскладывать конфеты, словно это драгоценные камни.

Прекрасно понимая, что столичная магесса для деревенских детей сродни приехавшему в захолустье знаменитому цирку, я посмеивалась и руководила процессом, не давая никому заскучать.

Какие все миленькие! Чистенькие, причесанные: принарядились ради похода в гости к хозяйке недостроенной таверны. Не ввалились грязные да оборванные. Со всем уважением пришли. Реально, молодцы!

— Ну разве так режут сыр? — щелкнув пальцем по пуговке носа девочку лет двенадцати, улыбнулась я. — Смотри, какой кривой ломтик получился. Значит, надо что? Открывай ротик… ам! Надо его слопать.

— А если колбаска криво отрезалась? — сразу сообразила ее подружка.

— Это значит: у тебя — руки кривые, — строго припечатала я и сама съела вышеупомянутый кусочек.

Девчонки захихикали, поняв схему, и начали "гнать брак".

— Чем они так пахнут? — раздался вопрос от стола.

— Шоколадом. Это шоколадные конфеты, — со знанием дела ответил Тимка и испугано обернулся, ища взглядом источник пронзительного звука. Собственно, от раздавшегося воя замерли все.

— Вот и чайник закипел, — довольно рассмеялась я. — Слышишь, Ольшик?

— И, правда, говорящий! — воскликнул мальчишка, сияя горящим взглядом, и кинулся к входящему в этот момент старосте: — Дядя Профит, у магессы волшебный чайник! Он визжит, когда вода нагревается и всех зовет пить чай.

— А я зашел узнать, — замялся мужчина, поглядывая на свистящее чудо. — Ну, не выдумала ли детвора… не мешают они вам?

— Нет, конечно, и вы проходите, — пригласила я главу. — Присаживайтесь за стол. Сейчас заварю чаек и будем праздновать новоселье. В академии я жила в комнате с тремя напыщенными студентками и даже не мечтала, что, приехав на отработку, поселюсь в настоящих хоромах. Так! Рассаживаемся и не стесняемся.

К этому времени уже никто и не стеснялся: у детей глаза одинаково горели и на покупные колбаску с сыром, и на настоящий ароматный чай, и на конфеты. В деревне живут сытно, но без изысков: каша, пироги, супы. Поэтому, получился настоящий пир и праздник живота.

Когда гости наелись, я достала измеритель и всех старше десяти лет проверила на наличие магии. Ожидаемо, шкала поднялась у Тимки с Максом, причем, до четвертого деления.

— Вам надо прокачать каналы до пятерочки и в следующем году ехать в академию, — авторитетно заявила я подросткам и, подумав, поинтересовалась: — Вы хоть грамотные?

В ходе опроса выяснилось, что читать худо-бедно умеют все: дома родители потихоньку учат, но для будущих студентов этого мало: надо уметь писать бегло, иначе, как конспектировать лекции? Очень тяжело придется, если печатные буквы выводить, когда важна скорость. Сразу в отстающие залетят.

— А как каналы прокачивать? Вы покажете? — ухватились за идею парнишки, очень желающие учиться.

— Что касается магии, несомненно, покажу, но вас надо бы по языку и письму погонять. А знаете, что? — я обвела притихших детей задумчивым взглядом, затем оглядела просторное помещение, представив на секунду, как буду сходить здесь с ума от одиночества, и неожиданно для себя предложила: — А давайте, организуем школу. Вечернюю. Ну, днем-то у каждого есть дела, а вечерком… Хотите?

Общий хор согласных голосов заглушил даже свист в третий раз закипевшего чайника. Вот так, спонтанно, в таверне образовалась школа. Правда, пока только на словах и в мечтах, но я сразу начала перечислять необходимые принадлежности.

— Надо купить тетради, карандаши, учебники для младших классов, мел. Хорошо бы сделать доску. Нет, ее обязательно надо сделать. Умеет кто в деревне? Такую, на ножках.

— Сделаем-сделаем, — поспешно пообещал староста, больше всех довольный неожиданно появившейся в Улесье школе, поглядывая на меня с недоверием. А ну как завтра проснется и передумает? Зачем ей эта канитель?

А мне, наоборот, стало тепло на душе. Вопрос скучных "долгих зимних вечеров" снят. Не место красит или уничтожает человека, а человек — место. Начну заниматься с ребятками, станет моя жизнь насыщенной и интересной. Возможно, грамота на судьбу кого-то из этих детей повлияет лучшим образом. И три года отработки пролетят незаметно и с пользой. Кругом, как ни крути, одна выгода.

Мы шумно обсуждали перспективы, периодически хохоча над чьим-нибудь смешным высказыванием, и потеряли счет времени. А улесовские женщины извелись от любопытства: в деревне без детей стало непривычно тихо и малолюдно. "Чего это они задержались? Чего это так долго?" Поэтому, вооружившись пирогами и причиной: "может, детки проголодались", мамаши вскоре тоже нарисовались в таверне. Ну, а что? Она огромная — все жители поместятся, и место еще останется. Старый король тут не на шутку что-то затевал.

Я приняла гостий радушно и снова: говорящий чайник, вопросы, ответы, разговоры. Пользуясь моментом, выложила на стол кухонные гаджеты, объяснила принцип их работы и раздарила, благодаря за теплый прием. А старосте вручила новенький чайник со свистком. Бабоньки сразу захихикали: теперь точно будем знать, когда Профит со своей Релией надумают чай пить, даже волки в лесу услышат этот вой и позавидуют.

Перед уходом гостей я, привлекая внимание, постучала по своему бокалу ложечкой и объявила:

— Набор в школу начнется прямо сейчас.

Народ опешил, не зная, что предпринять на неожиданное заявление. Дети стали выкрикивать имена и тянуть вверх руки, но я остановила их движением ладони.

— Не шумите. Желающие учиться у магессы Геры просто оставляют на столе свои кружки, не желающие — забирают с собой.

Специально обозначила, как меня лучше называть, не ломая языки об Георгину, и улыбнулась, глядя на стол — на нем ровненько выстроились все разномастные глиняные кружки.

— Мы помоем, — на всякий случай пообещали девочки.

— Ну что же, поздравляю с поступлением и жду учеников завтра вечером. Оставшиеся конфеты можете забрать с собой, завтра чаепития не будет. Будут уроки.

Первый день отработки прошел насыщенно, обещая, что и последующие дни будут только в радость. Почему бы и нет? Детишки — умные, находчивые, взрослые — понимающие, не навязчивые, не скандальные. А я общительная, вот и начнем общение с пользой для всех.

Утром, после обязательной спортивной пробежки, я решила пробежать и по деревне. "Никто не болеет" — понятие растяжимое. А вдруг у кого застарелые шрамы имеются? Нам с даром будет стыдно. Поэтому пошла планомерно от дома к дому. По пути выяснила, что в деревне есть травница Мариса, она-то и снабжает прихворнувших отварами. Но "прихворнувшие" инфлюэнцей меня и не интересуют. Мы с дарушкой копаем глубже, до костей.

— Проходите, магесса, — любезно пригласила меня в дом одна из хозяек и, переступив порог, я попала в настоящую мастерскую.

Всюду на полках, развешанных на стенах, стояли вырезанные из дерева фигурки зверей и птиц. Красивые, как живые, но вряд ли мастера получают за них хорошую плату. Потому, что не каждый купит только ради красоты.

На лавке у окна сидел, похоже, сам автор: парнишка лет семнадцати с ножичком в руке и что-то строгал. Хозяин дома шлифовал деревяшку и, увидев вошедшую магессу, почтительно встал из-за стола. Девочка, резавшая вчера сыр, орудовала иглой сидя рядом с братом.

— Ничего себе! — оглядываясь по сторонам, сначала восхитилась я, а просканировав юного мастера, так и не поднявшегося с места, мысленно ахнула и спросила вместо приветствия: — Давно не ходишь?

Жизненные каналы юноши собирались на пояснице в пучок и не опускались ниже.

— Три года, — ответила за поникшего от бесцеремонности гостьи сына мать. — Как упал тогда с крыши…

Я отобрала у парня нож и приказала его отцу:

— Положите и разденьте. На живот положите. А ты не смущайся, я сейчас не девушка, а целитель. Как зовут такого замечательного резчика по дереву?

— Ставр.

— У меня для тебя будет заказ, но чуть позже. Сначала давай посмотрим. Спи, Ставр, — и, чтобы народ проникся уважением, после создания сонного импульса, выпустила на предплечья синеву.

Для дистанционной операции на позвоночнике стерильность не нужна, но на всякий случай и для солидности — можно. Мать всхлипнула и утерла слезу кончиком платка. Родители с сестрой не вмешивались, веря в чудо, но отвлекали.

— Так, зрители мне не нужны, мешаете. Выйдите и не входите, пока не позову, — выгнала я хозяев из собственного дома, как сказочная лиса зайца.

Провозилась с мальчишкой долго, восстанавливая позвоночник и направляя в нужные русла все жизненные каналы, но осталась довольна. Позвала отца, велела перевернуть мальчика на спину и разбудила пациента. Попросила у девочки иглу и, обработав ее синевой, уколола парня в руку.

— Ой, — удивился Ставр неожиданному подходу к лечению.

— Почувствовал?

— Да.

— А теперь? — уколола в бедро.

— Ой, да-а…

— Сейчас? — вонзила иглу в икру.

— Да! Больно! — радостно завопил пациент. — Я чувствую боль. Это что-то значит?

— Ну, еще бы… Теперь пошевели пальцами правой руки. Ты балда, что ли? Это левая. А, вот, молодец, исправился. А теперь пошевели пальцами правой ноги.

— Ой, — осторожно пробуя, прошептал Ставр, — шевелятся… Шевелятся, да, мам, пап, Линка?

— Да! Да! Сынок! — разрыдалась мать.

— Заработали ножки, Ставр! — счастливо запрыгала Линка.

— Я смогу снова ходить, магесса?

— Сможешь, но не сразу. Теперь пошевели стопой. Так, обеими стопами. Хорошо. Будешь делать такие упражнения каждый час, но вставать не пытайся. За три года мышцы ослабли и их нужно восстанавливать постепенно. Понимаешь? Делай все, как я скажу, не спеши и скоро в школу будешь бегать вместе с сестренкой. Завтра приду, осмотрю, а до этого лежи или сиди.

— Магесса, а мы вам… — расплакалась хозяйка дома слезами радости, непроизвольно шаря по карманам в поисках чего-то достойного. И, разумеется, не находила.

— Да-да, говорила же: заказ, — я присела на край лавки, чуть подвинув ошалевшего пациента, достала альбом и принялась рисовать. Через пять минут вырвала лист и сунула его парнишке: — Вот такую куклу сделаешь. Голова, руки и ноги должны двигаться. Волосы из… конской гривы, наверное, можно приклеить, лицо я сама разрисую. Эта — без одежды, эта — с одеждой. Думаю, Линка тебе с шитьем поможет.

— А что там? Платьишко? — подскочив и заглянув в карандашный набросок, девочка радостно захлопала ладошками. — Я тоже такую куколку хочу! То есть сошью!

Вот именно! Такую поделку все девочки захотят.

С отличным настроением я отправилась дальше. И это называется, больных нет? Нашла, кого слушать — ребенка Тимку.

Весть о том, что магесса ходит в поисках страждущих и уже вылечила Ставра, каким-то неимоверным образом летела впереди меня. К счастью, этот юноша был единственным тяжелым пациентом. Молодым пациентом, старики жаловались на все уже просто по привычке. Подлечила колени деду с говорящим именем Фортун, спины паре бабулек, узнала целую кучу новостей, но, по сути, не узнала ничего. Мне же не важно, кто у кого опоросился или вылупился. Новость дня — школа в Улесье, но кому они это рассказывают? Шмыгающих носами и страдающих желудками отправляла к народной медицине, утверждая, что лечу только кости. С этим к знахарке, пожалуйста, за настойками.

Таким образом, навестила всех, перезнакомилась со многими и добралась до окраины деревни. Там, кстати, протекала речушка, название которой оказалось созвучным Волге — Олга, и память Ники сразу отозвалась ностальгическим уколом в сердце, подкинув известную песню.

Домик травницы стоял на берегу в стороне от основного поселения и ближе к лесу. Постучалась и вошла, на ходу доставая из сумки конфеты.

— Здравствуйте, Мариса, я к вам на чай. Угостите?

— Здравствуйте, коли не шутите, магесса, — недружелюбно процедила сквозь зубы пожилая женщина, растирая что-то в ступке и презрительно хмыкнула: — Всех подлечили?

— Нет, ваших пациентов не трогала, — рассмеялась я, автоматически сканируя хмурую женщину, потому что закололо пальцы. — Мариса, поверьте, я вам не конкурент. Ой, а у вас шрам под ключицей! — И заныла как маленький ребенок, просящий у матери мороженое, выпустив на руки синеву: — Позвольте убрать, ну позвольте убрать. Зачем он вам? Вы же не орчанка!

Травница непроизвольно оттянула ворот платья, заворожено глядя на мои ладони, и ахнула:

— Одаренная?

— Вот именно! Профиль — удаление шрамов. Так что? Больно не будет, обещаю.

— Так ладно… тогда.

К любому человеку можно найти подход, главное — захотеть. Через пятнадцать минут мы пили чай, как хорошие подружки, и Мариса, попросив рассказать об орках, хихикала, как молодуха, над несчастными дикарями. Я у нее еще и травками вкусными затарилась: очень люблю чаек с чабрецом и мелиссой.

У входа в таверну-мой-дом-школу меня ждал местный плотник Майстар с готовой школьной доской, выкрашенной в темно-синий цвет.

— Подойдет такая?

— Отлично!

— Пусть туточки постоит, подсохнет, а то у меня краска только вонючая, — предупредил мужчина и с довольным видом отправился в деревню.

А у меня вдруг проснулась совесть: решила проведать Квартиру и очень удивилась, обнаружив пустую конюшню.

— Та-ак, а где моя прелесть? Майстар! — окликнула не успевшего далеко уйти плотника. — Не знаете, куда могла свалить лошадь?

— Надик ее к нашим коням отвел. Не волнуйтесь, на самый сочный выпас.

— Ах, да… Вертихвостке же обещали пятизвездочное обслуживание, — завистливо пробурчала под нос. — Ну да ладно, время к вечеру, сегодня уже никуда не поеду. У меня школа. Хоть как-то подготовиться надо, — и крикнула мужчине: — Спасибо, поняла!

Первый урок дал неплохие результаты. Совсем уж неграмотных не было: кого мать с отцом научили, кому старшие братья или сестры показывали алфавит. Печатные буквы местные дети знали все и худо-бедно читали по слогам, что в разы упрощало мне задачу. Все-таки, не с азов начинать. Надо будет налечь на пропись и чтение. И много чего купить или взять в библиотеке. Да, у меня же там теперь друзья есть. В принципе, все дела поделала: защитный контур подзарядила, калек подлечила, можно будет снова съездить в город. Даже нужно.

Сказала об этом Тимке с Максом, оставшимся на персональные занятия по магии, и они напросились поехать со мной. Я легко согласилась — вместе веселей, только кобылу мою пригоните. Потерялась где-то красотка на просторах Улесья. Персональный выпас у нее, видите ли… Вот, вертихвостка.