Глава 8. Командная работа

Он молча затоптал сигарету и протянул мне колесо: не то, что было на соревнованиях, а какое-то полегче и меньше.

— У тебя разные колеса на все случаи жизни? Как платья у девушек? – язвительно спросила я, пытаясь удержать колесо, по ощущениям, оно было около двадцати килограммов.

— На все случаи жизни, — ухмыльнулся он и пожал плечами. – Я же спортсмен.

Тоже мне спортсмен. Пока я все еще не понимаю, в чем тут спорт.

Одежду утром, надо сказать, я выбирала с учетом пикника. И никак не рассчитывала на обучение на моноколесе, поэтому надела тот самый белый сарафан, который можно охарактеризовать как свадебный. Но что поделать – дороги назад нет.

Шлем принялся снимать с себя защиту. Он аккуратно положил шлем на землю. В этот момент я испытала даже какой-то восторг, что наконец-то смогу сама побыть в шлеме – закрыться ото всех. А надеть ЕГО шлем – это как побыть немного в его шкуре. Хотя… с каких пор мне вообще это нужно?!

— Стой смирно и подними платье, — спокойно произнес он, подойдя ко мне с наколенниками.

Я поджала губы и задрала платье чуть выше колен. Шлем присел передо мной и принялся застегивать защиту. Его руки хоть и были внешне мозолистыми и грубыми, но я этого не чувствовала. Может, он знал, что мне будут неприятны его касания, поэтому практически не касался пальцами моей кожи. Но я прерывисто вдохнула, когда его рука все-таки задела заднюю поверхность бедра чуть выше колена. Тело предательски покрылось мурашками. За что оно со мной так? Он явно это заметил…

— Я очень нежен, Принцесса, — тихо сказал он, глядя прямо мне в глаза. – Всегда.

Почему мое тело покрывается мурашками еще сильнее?.. Опять он ставит меня в неловкое положение своими слишком интимными комментариями. Лина, не думай об этом. Это самовлюбленный эгоист, который просто пытается выбить тебя из равновесия. Я думала об этом и смотрела, как он сидел на одном колене прямо передо мной. И почему-то его преклонение доставляло мне дикое удовольствие. Сам Шлем стоит передо мной на коленях. Можно легко дать подзатыльник или случайно заехать коленом в нос… Но почему-то именно сейчас мне этого не хотелось сделать.

— Ты что это делаешь? – резко и удивленно спросил Рем.

Похоже, он был занят тем, что вытаскивал из рюкзака какую-то экипировку, и только сейчас обратил на нас внимание.

— Не хочу, чтобы твоя Принцесса разбила себе что-то, — невозмутимо ответил Шлем, глядя прямо на Рема, а рука его покоилась на моем колене.

— Я сам, — коротко обозначил Рем границы и фактически оттолкнул Шлема.

— Мой экип. Значит, надеваю я, — парировал тот.

Рем, молча, одним движением расстегнул наколенники и кинул их на плед в ноги Шлему. Взял свою защиту и принялся проделывать то же самое, что и делал Шлем минуту назад. Я отвела глаза в сторону, не смотрела ни на одного, ни на другого, считая, что могу прочитать в их взглядах что-то большее, чем просто препирательства друг с другом. Но еще больше я не хотела встретиться глазами со Шлемом. Он явно наблюдает за моей реакцией. А мое тело сегодня мне не принадлежит. Очень кстати, когда надо балансировать на этой фиговине.

— А мне кто-то поможет? – наигранно обиженным тоном захныкала Мила.

— Разумеется, — Шлем подобрал свою экипировку и пошел к подруге. – Я помню про тебя, дорогая Мила.

Я наблюдала, как он проделывает то же самое с Милой и поймала какое-то странное чувство внутри. Как будто мне не хотелось, чтобы он это делал. Это же не может быть ревность? Я ревную Шлема? Да его саркастических замечаний на всех хватит. Мне просто понравилось лицезреть Шлема на коленях, полагая, что я одна могу его на них поставить. Вот и все.

Когда меня снарядили и наконец надели долгожданный шлем, я все-таки решила оставить визор открытым. Уж больно ограничен был в нем обзор, было тяжело вертеть головой, а шея чувствовала дополнительную нагрузку. Потом Рем протянул мне руку и помог встать одной ногой на педаль колеса.

— Батон, не подведи меня, катай Лину осторожно, — заботливо общался он с колесом и даже по-дружески погладил его.

— Очень удобно перенести ответственность на Батон, — буркнул Шлем, заканчивая экипировать Милу.

Мы с ней переглянулись. Ей явно было забавно наблюдать за ними, и она то и дело бросала многозначительные взгляды на меня. Я же старалась не подавать виду, что что-то вообще замечаю. Все равно потом десять раз это обсудим…

— А ты когда-то обучал? – уточнила я у Рема, хотя его ответ вряд ли что-то мог уже изменить.

— Было дело, — уклончиво произнес он.

Я не стала уточнять: удачно или нет. Я в конце концов не из стекла сделана – не разобьюсь.

Ли и Ви, а также Лаки, полноправно заняли весь освободившийся плед и явно были заинтригованы предстоящим зрелищем. В отличие от меня. Я уже сто раз пожалела, что повелась на провокацию. Теперь надо было не ударить в грязь лицом, стоя первый раз на этой летающей тарелке. Рем отошел положить что-то в рюкзак, а я услышала, как Ли тихо шепнул Ви:

— Зря он так, Фокс лучше объясняет…

Но я не придала этому значения. Рем подошел и поддержал меня под локти, чтобы я полностью перенесла вес на колесо. Меня зашатало из стороны в сторону, но он помог удержаться. Можно откатить все назад? Признаю, это непросто.

— Помнишь, как мы стартовали на соревнованиях? – начала объяснять Рем, все еще крепко держа меня под руки.

Я еле кивнула, потому что помнила вообще-то смутно.

— Подай корпус чуть вперёд, и Батон поедет, — подсказал Рем.

Я последовала его инструкциям, хотя тело вообще не хотело этого делать. И я поехала, шатаясь из стороны в сторону. Но я удержалась и даже на долю секунды порадовалась, как ловко, оказывается, я езжу. Я бросила взгляд на Шлема с Милой. Но это оказалось роковой ошибкой, потому что я начала терять то самое пресловутое равновесие. И моя радость длилась недолго. Батон явно решил, что я слишком смелая, и ускорился. Я замахала руками, пытаясь удержаться.

— Спокойно, я держу, — чуть более взволновано, чем следовало ожидать, произнес Рем, пытаясь за мной поспеть. – Старайся чуть отклониться назад, чтобы сбавить скорость, Лина.

Кажется, надо было заранее обсудить, как тормозить… Я отклонилась назад, пытаясь восстановить баланс, но колесо резко стало качаться туда-сюда, руки Рема давно уже отпустили меня, и через секунду я уже сидела на траве, пыхтя и отряхиваясь от травы и пыли. Я упала и довольно больно.

— Ты жива, Лина? – раздался издалека голос Ли.

Я, не оборачиваясь, махнула рукой и ответила:

— Да, порядок.

А самой хотелось кусать локти от досады. Надо же было так облажаться. И где был мой Рем? Обещал держать, а сам что? Теперь к моему слабому месту в виде имени прибавилось еще одно…

— Для первого раза неплохо, — смущённо пробормотал он, добежав до меня.

Я, которая привыкла к тому, что у меня получается все, за что я не возьмусь, вздохнула:

— Кого ты обманываешь…

Тем временем, мимо меня проехала Мила. Шлем поддерживал ее за руку, но был готов поймать в любой момент. Ее инструктаж явно продлился дольше моего. Мила улыбалась и смеялась от восторга. А вместе они выглядели как влюбленная парочка из какого-то ромкома.

— Молодец, Мила. Только смотри вперед, а не на землю, — давал советы Шлем, сопровождая ее. – С балансом у тебя все прекрасно. Сама поедешь?

Мила активно закивала головой. А со мной он способен разговаривать нормально?

— Ты помнишь, как остановиться? – переспросил Шлем у нее.

— Да, — коротко ответила она.

Шлем наконец отпустил ее руку, и подруга поехала сама. Она даже немного завернула в сторону, пытаясь изобразить поворот. А потом сама остановилась, ловко спрыгнув с колеса.

— Похоже, у кого-то талант к педагогике, — заметил Шлем, когда они проходили мимо нас. — А у кого-то… ну, скажем так, у кого-то талант много о себе возомнить.

И не понятно, ко мне или к Рему относилась эта реплика. Но мы одновременно процедили:

— Заткнись.

— Ага, нашли друг друга. Один отпускает, другая падает. Командная работа, — ответил нам Шлем, не оборачиваясь, ловко приобняв Милу за талию.

И я закрыла визор своего шлема. Не хочу смотреть на Рема. И тем более – на Шлема и Милу. Это полное фиаско.

Я почувствовала, как Рем подхватил меня под руки и поставил на землю. И мне даже не надо было смотреть на него, чтобы знать, что он напряжен как натянутая струна. Интересно, он держит себя в руках, чтобы добиться все-таки согласия Шлема для автосервиса? В любом случае, Шлем это знает – у него есть козырь — и использует против моего Рема. А это мне не нравится.

Когда наконец ребята уехали дальше по своим делам, я смогла выдохнуть. Мила, воодушевленная этой встречей и катанием на моноколесе тараторила без умолку. Я была рада видеть ее в приподнятом настроении после всего, но моя неудача не давала мне покоя.

— Фокс потрясающий! Не помню, что ты там о нем говорила, Лина, но ты не права, — укоризненно подытожила она.

— Я говорила, что он самовлюбленный хитрый наглец.

— Он внимательный и заботливый парень, — а потом она добила меня: — С очаровательной улыбкой.

— Милааааа! — взмолилась я. — Ну ты куда?

Мила только подняла руки в капитулирующем жесте, и заулыбалась:

— Ну а что я?! Он парень красивый, дерзкий, не тихоня, как твой Рем. За словом в карман не полезет. Вообще, он секси во всем черном, да? Еще этот шлем… м….

Я в отчаянии покачала головой. Ну да, я знала, что это ее типаж, но…

Хотя бы его мы делить никогда не будем, потому что Шлем меня не интересует. Но Мила все не унималась.

— Знаешь, он мне понравился, конечно, — рассуждала она. — Но штука в том, что я ему нет.

И она отчаянно откусила огромный кусок сэндвича.

— Вы очень мило беседовали, кажется, — попыталась я напомнить ей, вспоминая процесс надевания экипировки на Милу. — И он даже приобнял тебя за талию.

Мила снова затеребила серебряную сережку в виде сердечка и произнесла:

— Да, но это была обычная вежливость и не более, Лина. Химии не случилось.

— С тобой он хотя бы вежлив.

— Вежливость – это как равнодушие. Любое чувство лучше, чем равнодушие.

— Он меня ненавидит. И я его тоже. Чем это лучше-то? Мы провести вместе двух минут не можем без издевок.

— Именно поэтому у вас есть все шансы, — пожала она плечами.

— Шансы на что? — удивленно уточнила я, недоуменно посмотрев на подругу.

Мила меня оглядела внимательно и серьезно своими карими глазами. Она явно была и приятно удивлена знакомствами, и расстроена тем, что Шлем не обратил на нее внимания. А потом она коротко ответила:

— На любовь.

— Упала я, а стукнулась головой — ты, — недовольно хмыкнула я. — Не говори ерунду, Мила. Он не из тех, кто заводит отношения, а я не из тех, кто западает на таких придурков, — а потом для уверенности добавила: — Скорее Земля разверзнется, чем мы с ним будем вместе. Вот Рем же… совершенно другое дело.

И плевать, что он не удержал меня сегодня. Отношения не на этом строятся. Ведь так?