Глава 12

Господин Жак Кокор был похож на вихрь. Он ворвался в бальный зал и сразу навел там веселого шуму. Такой активности можно было еще ожидать от юноши, но не от старичка, невысокого, сухонького, с белесой точно снег шевелюрой. Правда, синее глаза его как раз искрились молодостью и оптимизмом. Учитель раскланялся перед нами, припал губами к моей и Виолиной рукам и тотчас перешел к уроку.

– Не люблю долгих разговоров, – заявил он. – Сразу займемся тем, ради чего меня, собственно, и пригласили сюда. Леди? – его взгляд остановился на мне. – Вы совсем не умеете танцевать?

– Светские танцы – нет, – в который раз призналась я.

– Попрошу вас покружиться, что-нибудь изобразить нам… Танцевальное. Хочу посмотреть, насколько вы пластичны, – попросил господин Кокор. – Господин Лофт, вас это тоже касается. Любезно прошу.

– Но… – произнесли мы одновременно с Мэйсоном и переглянулись.

– Никаких «но», – категорично отозвался учитель. – Иначе у нас ничего путного не выйдет, особенно в такие сжатые сроки. Ах, да, постойте! – у него с собой была кожаная небольшая сумка, из которой он достал шкатулку. – Она заменит нам музыкантов.

– Надо попросить Дэна перенести сюда фортепиано, – спохватилась Виола. – Но уже к следующим выходным. Ох, из-за свадьбы голова совсем кругом!

– Это пока еще ничего, – усмехнулся Жак Кокор, – вот после свадьбы голова будет и не от такого идти кругом…

– Ах, не пугайте меня, Жак, – Виола тоже тихо рассмеялась. – Да и не боюсь я трудностей семейной жизни…

– Ну смотрите, леди, я вас предупреждал.

Обмен шутками был закончен, и он раскрыл шкатулку, из которой сразу полилась медленная мелодия:

– Вот и вальс как раз. Прошу, леди Виллингтон… Господин Лофт…

Следующие несколько минут были сплошь пропитаны неловкостью и скованностью. Ни на Мэйсона, ни на остальных я даже не смотрела, уйдя мыслями и взглядом в себя. Поэтому удивилась, когда меня кто-то подхватил за талию, затем за руку. Это оказался учитель.

– Ну же, расслабьтесь, вы прекрасно двигаетесь, не волнуйтесь, – и он попытался вовлечь меня в танец. – Повторяйте за мной. Шаг, еще шаг… Разворот… Доверьтесь партнеру… То есть мне.

Тем временем Мэйсон точно так же танцевал с Виолой, и, признаться, делал это очень даже хорошо.

– Ты точно не умеешь танцевать? – в подтверждение своим мыслям услышала я скептический голос Виолы. – У тебя отлично получается.

– Я просто все схватываю на лету, – ухмылялся ей в ответ Мэйсон.

Дальше господин Кокор отдельно показал нам основные движения, а после заставил уже танцевать с Мэйсоном вместе.

– Позвольте, – Мэйсон с улыбкой взял меня за руку и приобнял за талию.

Я, как всегда, непроизвольно напряглась. И хотя мне не хотелось сбегать в панике от его прикосновений, но такая близость все же не позволяла расслабиться.

– У тебя руки ледяные, – заметил Мэйсон. – Замерзла? В зале, вроде, не холодно.

– Не знаю, – я неопределенно пожала плечами. – Я не заметила…

– Позже мне надо будет с тобой поговорить, – сказал он уже с серьезным видом. – Наедине.

– О чем? – я слегка занервничала.

– О твоей безопасности.

Я подавила вздох. Неужели опять про необходимость развивать магию будет говорить? Мы ведь уже договорились о тренировках… Или Дэн его опять о чем-то попросил?

– Леди Виллингтон, господин Лофт, не отвлекайтесь, – попросил нас учитель.

Вновь заиграла мелодия, и мы стали медленно и не очень уверенно двигаться в танце, пытаясь не упустить никакое движение.

– Раз-два-три… Раз-два-три… – отсчитывал такт Жак Кокор. – Прекрасно… Великолепно… Раз-два-три…

Наконец он сделал знак:

– Достаточно, – и закрыл шкатулку. – Полагаю, на сегодня закончим. Вы потрудились на славу, господа. Если будет возможность, поработайте над движениями в свободное время сами, чтобы к следующим выходным не забыть. А так встретимся через неделю.

Мы распрощались с ним, и Мэйсон сразу напомнил мне о разговоре.

– Я поищу Дэна, – сказала Виола и тоже упорхнула из зала.

Я и Мэйсон остались одни.

– О чем речь? – спросила я.

Мэйсон запустил руку в карман и извлек браслет, простенький, из серебра, с тонкой огранкой в виде плетения.

– Что это? – не поняла я.

– Защитный амулет от дарков, – ответил Мэйсон. Он взял мою руку и защелкнул браслет на запястье. – Носи его, не снимая. Никогда. Это, конечно, не исключает того, что не надо бродить по ночам где ни попадя. Или же лезть в гущу к даркам. Если опять потеряешь какую-нибудь побрякушку, лучше сразу расскажи мне, а не занимайся самодеятельностью.

И как этот человек  умудряется одновременно сделать что-то хорошее и тут же наговорить гадостей? Мне не нравился его снисходительный тон и это слегка пренебрежительное отношение к женщинам, как к каким-то глупым созданиям, которых интересуют только «побрякушки», но я вынуждена была сказать:

– Спасибо, – поскольку от такого подарка отказаться не могла. Слишком еще были живы воспоминания о встречи с дарком. Только от одной мысли об этом по телу пробегал озноб…

– Главное, береги себя, – в его голосе проскользнули заботливые, даже ласковые нотки, которые никак не вязались с предыдущими ироничными репликами.

– Постараюсь, – отозвалась я, отводя глаза. – Пойдемте. Нас, наверное, уже ждут в столовой.

Ужин прошел на удивление спокойно, без навязчивых вопросов и неприятных для меня тем. Виола ушла рано, за ней в Академию отправился и Мэйсон. Кто же знал, что это затишье обманчивое?

На следующий день, почти сразу после завтрака, раздался звон входного колокольчика.

– Ваше сиятельство, там господин Филинг к вам пришел, – объявил дворецкий.

– Да-да, зовите, – Дэн сразу оживился и бросил на меня взгляд. – Селина, ты тоже задержись, пожалуйста.

Я не успела поинтересоваться, в чем дело, поскольку в дверях малой гостиной появился высокий седовласый мужчина в пенсне. В руке у него был саквояж из рыжей кожи.

– Ваше сиятельство, – он с улыбкой поклонился.

– Проходите, господин Филинг, – Дэн поднялся ему навстречу. – Это моя сестра Селина.

– Приветствую, миледи, – теперь мужчина улыбнулся мне.

– Здравствуйте, – отозвалась я.

Филинг… Филинг… Эту фамилию я уже где-то слышала. Но Дэн быстро мне напомнил:

– Селина, господин Филинг – наш семейный лекарь.

Ну конечно! Лекарь… Меня бросило в панику от нехорошего предчувствия.

– После того, что с тобой случилось, я посчитал нужным все же показать тебя ему, – продолжил брат. – Контакт с дарком – это не шутка. Надо удостовериться, что с тобой все в порядке.

– Я прекрасно себя чувствую, – запротестовала я. – И, вообще, у меня крепкое здоровье. Так говорила знахарка из соседней деревни.

– Это все замечательно, миледи, – мягко произнес Филинг, – но дарк может подкосить здоровье даже сильного мужчины, а уж слабой девушки и подавно. При этом плохие последствия могут проявиться не сразу, а спустя недели, иногда даже месяцы. Потому позвольте мне вас осмотреть, для вашего успокоения и вашего брата.

– Селина, пожалуйста, прояви благоразумность, – Дэн посмотрел на меня просяще.

– Ладно, – сдалась я, ощущая себя так, словно иду на амбразуру.

– Вот и чудесно, – отозвался лекарь. – Мы можем расположиться здесь или же пройти в вашу комнату, как вам удобнее?

– Давайте в моей комнате, – я подавила вздох.

Мы в молчании прошли на второй этаж в мою спальню.

– Раздеваться не нужно, – предупредил лекарь, – я увижу и так все, что мне надо.

– Все? – переспросила я дрогнувшим голосом.

– Да, состояние всего вашего организма, – спокойно ответил Филинг. – Вы боитесь лекарей?

– Н-нет. Я просто редко у них бывала.

– Я не причиню вам ни боль, ни каких-либо других неприятных ощущений, – заверил он. – Для начала дайте мне руку, я измерю пульс и силу потока вашей магии.

Филинг с минуту щупал мое запястье, затем ладонь и каждый палец, и так на обеих руках.

– Магия, конечно, еще слабенькая, но чистая, без повреждений, – заключил он. – Сердце, кровоток тоже хорошие. Повернитесь ко мне спиной, пожалуйста. И если можно, расстегните верхние пуговицы на платье, чтобы приоткрыть шею. Одну-две достаточно…

Я негнущимися пальцами высвободила свой ворот, а Филинг приложил ладонь к основанию шеи. Я ощутила легкое приятное покалывание, которое растекалось по плечам и лопаткам.

– Сосуд тоже не пробит, прекрасно, – сказал лекарь наконец. – Осталось проверить, как работают ваши внутренние органы и все. Станьте боком. Вот так, да…

Его ладони, не касаясь, стали двигаться вдоль моего тела с обеих сторон. Сейчас я испытывала лишь несильное тепло.

– Что-то ваше сердце застучало сильнее, – усмехнулся Филинг. – Неужели все-таки боитесь?

Да, боюсь! Боюсь, что он сейчас увидит… беременность. Меня даже в жар бросило. А руки лекаря между тем замерли как раз напротив моего живота. Я даже глаза прикрыла в ожидании приговора.

Но он вдруг произнес совершенно обычным тоном:

– Все в полном порядке. Не пришлось даже использовать инструмент.

– Точно все в порядке? – с сомнением переспросила я.

– Ну да, – лекарь улыбнулся, – вы совершенно здоровы, миледи.

– И там… ничего нет?

– Вас что-то беспокоит? – Филинг сразу посерьезнел. – Бывает какое-то недомогание?

– Нет… Нет…

– Тогда в чем дело? – не отступал он. – Я же вижу, вас что-то беспокоит. Доверьтесь мне, я ведь ваш семейный лекарь. Клянусь, сказанное здесь останется между нами.

И я поверила ему. Да и устала носить этот страх в себе.

– Я боюсь… Боюсь… – но произнести это оказалось труднее, что даже слезы на глаза навернулись, а рука непроизвольно легла на живот.

Зато Филинг по этому жесту все понял.

– Если вы боитесь, что беременны, то это не так, – сказал он. И в тоне его не было ни упрека, ни осуждения. Взгляд также остался бесстрастным.

– Нет? – теперь я посмотрела на него растерянно. – Правда?

– Мне трудно понять, рады вы этому или нет, – лекарь все же чуть усмехнулся. – Но вы не беременны. Тут невозможно ошибиться.

– Спасибо, – я смущенно кивнула.

– Будьте здоровы, миледи, – Филинг коснулся моего плеча. – Если что, вы всегда можете обратиться ко мне.

– Благодарю, – я снова кивнула.

Когда же он ушел, я с размаху упала на кровать и закрыла лицо руками. Какое счастье! Какое счастье! Я не беременна! И теперь окончательно свободна от мерзавца Тода.