ГЛАВА 8

До машины Ксандра мы добирались быстро и с комфортом. В полном молчании спустились на первый этаж. И если я по причине того, что говорить до сих пор не могла, то причина молчания главного мне была не понятна. На первом этаже насколько мне удалось увидеть, сновали люди, вернее иные. Кто-то предусмотрительный открыл нам входную дверь, и мы нырнули на улицу. В самом прямом смысле этого слова! Я ожидала, что нас накроет стеной непрекращающегося дождя, а вместо этого почувствовала морозную свежесть.

Мир перед глазами качнулся, опрокинув небо на землю, и я резко зажмурилась.

Как-то я не восприняла всерьёз слова главного о том, что иные могут находиться в обоих слоях реальности. И сейчас ощущая на контрасте морозную успокаивающую свежесть изнанки и горячие практически обжигающие руки главного, я сначала растерялась и не сразу поняла, что его движения изменились.

Резкие быстрые шаги сменились, став медленными и плавными. Распахнув глаза, я смогла заметить только то, что к изменению реальности я привыкла и мир вернулся в своё обычное пусть и замороженное состояние. А ещё… ощущение медленного движения было ошибочным. Окружающая обстановка мелькала так быстро, будто мы не шли, а бежали. Только вот удивления не было. Мне было спокойно, уютно и абсолютно всё равно. Несколько минут такого передвижения и мы вынырнули на какой-то подземной стоянке. Ксандр кивнул встречающему нас Стасу с замотанной бинтами головой, а я…

Стоило только вернуться в реальность, как чувства тоже вернулись, в том числе и жгучий стыд вместе с чувством вины. Это же из-за моей выходки пострадал ни в чём неповинный человек. Снова нахлынули собьггия сегодняшнего дня, калейдоскопом закрутившись перед глазами. В очередной раз покатились беззвучные слезы и видимо они наконец — то привлекли внимание главного. В мои глаза заглянули, бережно вытерли влагу на щеках и совершенно меня не поняли.

— Не волнуйся, тебя отпустит через полчаса. Свечи сделаны из того же вещества, что люди используют в таблетках «для изнасилования». Только они немного усовершенствованы иными.

Не знаю, что именно отразили мои глаза. Может немой вопрос, откуда он об этом знает, а может зрачки просто расширились, но главный быстро добавил.

— В кино видел.

Даже на долю секунды не поверила.

А потом уже не мне.

— Макс, поехали.

Видимо у соколов дождь не является преградой для видимости. Мы вылетели со стоянки на полной скорости, даже на дороге под проливным дождём второй из моих охранников не стал замедлять движение.

— Шеф, всё нормально прошло? — Поинтересовался Стас с переднего сидения.

Почему-то сейчас я была уверена, что он заранее был предупреждён и знал, что может пострадать, но всё равно согласился с планом моего использования втихую. Беспомощность раздражала, пусть и страха я сейчас не испытывала.

Главный отвечать не спешил, видимо подбирал слова, потому что начал рассказывать он именно мне.

— Когда ты влетела в мой кабинет, то случайно привлекла внимание члена совета. А такое внимание никогда не приводит ни к чему хорошему. Только вот тогда я не знал, как тебя обезопасить. Решение нашлось само. Сегодня, перед тем как я покинул кабинет, мне позвонили из Службы Безопасности. Михаил давно был под наблюдением, он слишком много позволял себе в последние года, но подловить его не могли. С иными занимающими такой пост вообще сложно что-то сделать. Так что его встреча с Лидией не осталась без внимания. — Горло сжал спазм и, чёрт как же сложно не иметь возможность говорить! — Мне пришлось согласиться на их предложение. В принципе отказаться не было возможности. Меня бы все равно попытались изолировать, а твою встречу с мамой организовать без моего участия.

И вот это совершенно его не оправдывает! И пускай я пыталась от него избавиться, но кто же не захочет избавиться от неожиданно свалившегося на голову вершителя жизни. Моей жизни! Но он — то мне обещал безопасность, а сам подставил в роли приманки!

— Ты была в полной безопасности. — Теперь он взгляд правильно понял и поспешил объясниться. — Михаил был под постоянным наблюдением со стороны изнанки. Даже то, что он периодически уходил на ту сторону, чтобы проверить, есть ли слежка, его не спасло. Иных с покровителями хамелеонами вообще сложно заметить, а в Службе Безопасности работают только сильные иные с выдающимися способностями.

Хотя бы стало понятно, что та мордашка ящерицы из стены — это не бред моего измученного мозга.

— Когда вы с Михаилом встретились, ловушку в принципе можно было уже считать захлопнувшейся. Наблюдатель связался с остальными задействованными сотрудниками, они прошли через изнанку и в дом. А дальше ты и сама поняла, что произошло.

Поняла, только вот не приняла, и простить за те, бесконечно долгие и неприятные минуты своей жизни не смогу. А Ксандр, словно подливая масло в огонь очень тихо, чтобы услышала только я, наклонившись к моему лицу, проговорил.

— Даже если ты сможешь от меня избавиться, как от твоего покровителя, то одна пробудешь очень недолго. Из-за того, что связь с изнанкой была разорвана и восстановилась только в зрелом возрасте, как мирз ты очень сильна. Другие не могут похвастаться даже половиной той энергии, что течёт в твоих жилах. Тебе бы не дали право выбора. — Я судорожно втянула воздух, пропитанный сладким ароматом его парфюма, а Ксандр невозмутимо закончил. — Тебя даже на аукцион выставлять не стали бы. Между членами совета поделили бы и всё. Так что в следующий раз трижды подумай, хочешь ты действительно от меня избавиться или нет.

И больше он не сказал мне не единого слова до самого дома. Уже поднимаясь на его руках на второй этаж в знакомую мне спальню, я почувствовала, что могу пошевелить пальцем руки. Совсем слабо, но могу.

Главный уложил меня на кровать и вышел, правда, вернулся быстро, предусмотрительно захватив с собой стакан воды. Пить действительно хотелось жутко.

Руки тряслись, но поить себя не позволила. Он итак только и делает, что нянчится со мной. Неожиданно и не сказала бы, что неприятно. Но все же подозрительно это всё. Вода действительно оказалась чуть ли не живительной.

Глотала жадно, немного обливая подбородок. Такое ощущение, что всё это время я кричала, и сейчас каждый глоток успокаивал раздражённое горло. Главный все это время молча наблюдал за мной. После отобрал пустую кружку и присел рядом. Я же зажмурилась, думая, вспоминая. Его последние слова в машине произвели неизгладимое впечатление. Если всё так, то мне действительно не вырваться и нет смысла менять одного хозяина на другого, а может и на кучку озверевших от вседозволенности членов совета.

— Я ведь тебе нужна? — Наконец-то определилась с тем, что спросить. Не просто же так он тут сидит и взглядом гипнотизирует.

— Все мирз нужны.

Какой пространственный ответ.

— Все профессии важны, все профессии нужны, — невольно огрызнулась в ответ и уже спокойнее добавила. — Я спрашиваю про себя, а не про всех. Если что-то со мной случится, то ты останешься без дармовой энергии.

Он усмехнулся, немного криво, но без раздражения. Лишь как — то устало выдохнул.

— Лидия постаралась, да? — И не дожидаясь ответа, — нужна, Риша. Ты даже не представляешь насколько сильно нужна. И я буду последним, кто захочет причинить тебе вред. Всё что я делал раньше бьшо только для того, чтобы восстановить твою связь с изнанкой.

Предельно откровенно, да и лжи в голосе не чувствовалось. У меня вообще такое ощущение, что где — то на лбу у меня открылся третий глаз и теперь я иногда ощущаю чужие эмоции. Жаль, не прислушалась к своим ощущениям ранее. Тогда бы не кинулась на встречу с мамой, не провела бы так много времени в «аду», и Игорь был бы жив. И…

— Маму теперь приговорят к смерти? — Тихо спросила и зажмурилась, ожидая ответ.

А ещё вздрогнула, почувствовав движение на кровати и горячую ладонь на своей щеке. Я затаила дыхание, не знаю почему, и видимо это послужило толчком для дальнейших действий Ксандра. Меня обняли крепко, так что не вырвешься, но и насилия я при этом не ощущала. Он молчал больше пяти минут, продолжая всё так же бережно меня обнимать. Я не знала что думать. Это такая поддержка?

Утешение? Я уже извела всю себя. Слезы снова покатились, только со всхлипами, потому что теперь меня ничего не сдерживало. Значит, мама не врала. Значит я…

— С чего ты так решила? — Наконец спросил он.

— Мама же убийца. — Очень тихо ответила. Было очень страшно признаваться в этом вслух, и голос дрогнул. — Она убила несколько иных, наказание за это смерть и…

Его рука зарылась в моих волосах и, немного массируя мою голову, главный всё же ответил. Ответил негромко, мягко, так словно он не хотел, чтобы я обращала хоть толику внимания на этот ответ. И я не сразу поняла почему.

— Срок давности за такие преступления десять лет. У иных существует, и право кровной мести, и наказание за распространение определённой семейной информации. да и так случаи всякие бывают. Если бы срок был больше, то в живых давно остались бы единицы. А так… убил, скрылся на десять лет, а после вернулся и продолжаешь наслаждаться жизнью.

Я действительно не поняла, что он сейчас имел в виду. Совсем не поняла.

Абсолютно. Только задрожала сильнее, громче всхлипнула и уже сама вцепилась руками в его рубашку.

Я думала, что хуже мне бьггь уже не может, но ошиблась. Запоздавшее осознание того, что меня подвергли всему этому из — за собственной прихоти, какого-то неизвестного мне желания было жутким, пугающим и разбивающим в дребезги мою прежнюю жизнь. И кто подверг? Самый родной человек для меня.

Тот, кого я считала своей единственной опорой и поддержкой. Это даже не обман, это самое настоящее предательство. Я дрожала, предаваясь жалостью самой к себе и без стеснения вьггирая слезы и сопли об рубашку главного. Да лучше бы он возмутился! Накричал, отстранил, встряхнул меня, чем сжимал все крепче и укачивал.

— Риша, — очень тихо позвал меня Ксандр, на что я в ответ смогла только невразумительно промычать, утыкаясь носом ему в грудь. — Не вини её, слышишь?

Я замерла. Такого я не ожидала. Это мог сказать кто угодно, только не тот человек, что всегда старается бьггь спокойным и бесстрастным. Да он даже когда стаскивал с меня Михаила, не выражал никакого сочувствия, а тут заступается за ту, которую сам вспоминал ещё недавно не добрым словом.

— Вернувшаяся сила ударила ей в голову, и страх потерять её снова просто затмил сознание и все разумные доводы. Мы слишком древние и законы у нас такие же древние. Око за око, как любят говорить. С её татуировкой будет то же самое что и с твоей. Только у тебя была возможность восстановить связь, а у Лидии её не будет. Покровитель, потерявший связь с иным вернётся на изнанку, где она его и поглотит. И на этом все. Не будет больше силы, долгой жизни, сладкого ощущения струящейся энергии по телу. Это намного страшнее смерти.

И сейчас почувствовав себя снова полноценной, Лидия просто не смогла от этого заново отказаться. Никто бы не смог. Нас по-другому воспитывают, вбивают другие ценности. Всё не так как обычных людей. И покровители наши живые и разумные. Ты слышишь меня?

Слышу, но…

— Ненавижу, — очередной громкий всхлип был заглушён об мужскую рубашку.

— Ненавидь. Ты должна быть сильной. Ненависть тоже даёт силу жить дальше…

Он ещё что-то говорил, рассказывал, только слушать его не получалось. Все это было слишком для меня. Я буду сильной. Обязательно. Только не сегодня. Не сейчас. Мысли все вертелись в моей голове, обида то затухала, то вспыхивала с новой силой. Наконец я не выдержала, оторвала голову от мужской груди и, заглянув главному в глаза, тихо призналась.

— И тебя ненавижу.

— А меня за что? — Он улыбнулся, удовлетворившись тем, что реветь я перестала, и протянул платок. Хотя мог бы дать его раньше, пожалеть свою рубашку.

— За то, что позволил меня украсть. За то, что показал мне этот чокнутый мир. И за то, что не остановил меня сегодня. И…

Я запнулась, потому что он отчего — то совсем развеселился.

— Гад, подлец и мерзавец. — Поддержал он меня.

— Да! — С готовностью откликнулась.

— Бессовестный и невыносимый. Глаза б твои меня не видели!

— Угу, — уже как — то не так уверенно подтвердила, не понимая, куда он клонит.

— Так я пойду?

Я почему — то испугалась и замерла. Нет, я не думала, что сейчас из стены появится какая-нибудь ящероподобная мордашка и мне устроят фирменный допрос, как и не думала, что Михаил может как-то пробраться в мою комнату и продолжить то, что начал. Но я боялась. Боялась остаться одна, без поддержки.

Наедине со своими мыслями, что могут обрушиться на меня. Боялась, что стоит двери за спиной Ксандра захлопнуться и на меня снова навалиться то ощущение беспомощности, что я сегодня испытала.

— Куда? — Вырвался вопрос с некоторой долей возмущения.

Куда он собрался уходить? Уйти и оставить меня одну!

— Арин, ты чего? — Не понял меня главный. — Пойду к себе, переоденусь.

Отпущу Стаса на заслуженный отдых. Поем, в конце концов! Ты кстати есть хочешь?

Хочу, наверное. Не знаю, я точно не уверена. Только знаю, что одной быть не хочу. Не сегодня. Я не ожидала от себя такого порыва, но когда потянулась к его губам, не стала останавливаться. Лишь прижалась крепче, ощущая жар его тела. Тепло, что было мне сейчас так необходимо. Теперь замер Ксандр.

Он не оттолкнул меня, сжимая губы. Не поддался мне на встречу, чтобы ответил на мой порывистый поцелуй. Он просто замер. Терпеливо дождался пока я пойму всю тщетность своих попыток, и когда я отстранилась, задал всего один вопрос.

— Зачем?

Отвернулась, не желая ничего объяснять. В очередной слабости признаваться не хотелось, как и в том, что мне действительно хотелось ощутить тепло и мягкость его губ. Затылок так и сверлило от требовательного взгляда, и это нервировало. А ещё мне было обидно. И я ответила полуправду. Ведь я действительно так думала.

— Какая разница, когда мы с тобой переспим: сейчас или позже, когда тебе понадобиться энергия. Даже мифические вампиры и демоны не такие страшные как вы. Они или пьют кровь или поглощают энергию. А вы…

— Я запомнил твою точку зрения, что все иные паразиты. — Перебил он меня. — Можешь не продолжать. И чтобы ты там себе не надумала в своей голове, говорю сразу. Я не собираюсь с тобой спать. По крайней мере, вот так из-за энергии. Да и заводить себе очередную временную любовницу пока что не желаю.

Я растерялась, немного подрастеряв обиду. Отдавать энергию вместе со своей кровью или через какие-то таинственные ритуалы я хотела ещё меньше.

Поэтому нервно напомнила.

— Ты говорил, что предпочитаешь секс, а не кровь.

— В случаях, когда мне приходится прибегать к общественным мирэ — да.

Потому что нельзя просто взять и забрать то, что тебе не принадлежит. С личными мирэ проводят обряд слияния энергетических потоков. Лидия о нем упоминала при тебе. Если бы она тебя не украла, то мы бы провели его до наступления твоего совершеннолетия. После него иной может стабилизировать свою мирэ даже на расстоянии.

Так же как и вы можете помочь восстановиться нам после сильного истощения, находясь хоть на другом конце света. Моя последняя мира была для меня компаньонкой, подругой, помощницей. Да кем угодно она была, но постель мы не делили.

Стало неуютно. Немного стыдно. И все равно обидно! Он так обработал мой мозг, я столько ночей не спала, просыпаясь от жара неудовлетворения, а всё это, оказывается, было необязательно! Можно же просто провести обряд. Какая прелесть! Вот же, должна была обрадоваться, а ощутила только разочарование.

Зло усмехнулась и все так же, не желая поворачиваться, спросила.

— Первая мирэ тоже была всего лишь твоей помощницей?

Ну, мало ли, может, мне попался благородный представитель семейства драконов, предпочитающий не портить постелью постоянное проживание вместе со своей батарейкой. Я думала, что ответ меня удовлетворит, но и снова ошиблась.

— Нет. Она лишилась рассудка как раз во время обряда.

Вот теперь я напряглась. Спина резко выпрямилась, плечи расправились, а внутри, словно струна натянулась. Я тут переживаю о какой-то отдаче энергии, а могу и вовсе загнуться на таинственном обряде!

— Я порой даже думать боюсь о том, что может твориться в твоей голове, Риша. — Невесело как-то проговорил главный. — Ритуал совершенно не опасен для обеих сторон. Это бьша ошибка. Моя ошибка. Чудовищная по своему размеру и со своими последствиями. С тобой такого не произойдёт. Обещаю. Ложись спать, тебе это действительно необходимо.

Как-то я не особо была уверена в своей безопасности, позтому упустила из виду, что Ксандр всё же поднялся с моей кровати и дошёл практически до двери.

А когда заметила, то мгновенно вспомнила, то чего боялась ещё больше, чем своего неизвестного будущего.

— Мне страшно. — Да, я все же призналась.

Он остановился, уже взявшись за ручку двери, и поворачиватся не спешил, то ли ждал продолжения моих слов, то ли просто думал. Я уже не надеялась на ответ, когда он всё-таки согласился.

— Ложись, я посижу с тобой.

— И сказку расскажешь? — Я несмело улыбнулась. Плевать, что он обо мне подумает. Я итак успела уже дел наворотить. Главное я теперь не одна.

— Возможно, и расскажу, — ответил он, странно задумавшись.

— Возможно, и расскажу, — ответил он, странно задумавшись.

А сказку мне всё-таки рассказали. Немного грустную, не совсем понятную и не имеющую своего логического конца. А может я просто уснула раньше, чем все успело закончиться пресловутым хеппи-эндом.

— В далёкие времена правления драконов, когда на небо взошла луна, освещая своим медовым светом грешную землю… — тихо начал Ксандр, когда я наконец-то перестала вертеться, закутавшись в одеяло. Я усмехнулась. Конечно, разве он мог рассказать мне сказку про кого-нибудь другого. Про принца на белом коне, про золушку с хрустальной туфелькой. Нет уж, этот иной совершенно точно не обычный мужчина. Да и обычные мне сказки не рассказывали, поворачиваясь на бок и громко храпя в подушку. — Один представитель немногочисленного народа возмутился царившему порядку. Он был сильнейшим в своём роде, но увы, не мудрейшим.

Я открыла глаза, посмотрела на совершенно серьёзное лицо главного, рассказывающего мне столь странную сказку, и язвительно заметила.

— Сила есть, ума не надо?

Он нахмурился после моего замечания, после тяжело вздохнул и строго предупредил.

— Будешь перебивать, уйду и засыпай одна, как хочешь.

— Всё, молчу-молчу. — Пошла на попятную и отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Мне было приятно. Его опека и забота после тяжёлого дня и тех собьггий, что произошли не без моего непосредственного участия, казались чем-то особенным, немного волшебным и имели сладковатый запах счастья. Я бы на его месте притащила бы себя за шкирку домой, заперла в комнате и пару недель не выпускала. Так сказать, для вправления мозгов на нужное место.

— Глядя на медовые отблески он думал о том, что его положение в обществе не справедливо. О том, что самый сильный должен решать всё и править, а никак не те слабаки, чья природа противилась принимать жестокие, но такие нужные, как ему казалось решения. Мятежник переспал с этими мыслями самую длинную ночь в году и принял решение. Солнце даже не успело взойти, окрасив благородными цветами небосвод, а дракон уже собирал себе единомышленников. Подкупал сомневающихся, шантажировал несогласных и врал. Врал о светлом будущем, 0 новых возможностях, о том, что каждый должен иметь право голоса. — Я услышала, как Ксандр широко зевнул и кровать под его весом прогнулась сильнее. — Только единицы знали об истинных намерениях будущего правителя.

Теперь уже я зевнула, быстро окунаясь в приятное тепло от руки главного, что притянула меня к нему под бок.

— Мятежника поймали? — Нетерпеливо поинтересовалась, чувствуя, что ещё немного и я засну, а дослушать до конца всё-таки хотелось. Было в этой истории что — то такое, отчего хотелось слушать её, не пропуская не единого слова. Да и судя по тому, что Ксандр зевал всё чаще, никакими делами он заниматься не собирался. А хотел свалить от меня и просто лечь спать.

— Нет, тот дракон хорошо подготовился и его нападение на своих закончилось успешно.

Я резко развернулась, и получилось так, что моё лицо утыкается ему в обнажённую грудь, а нас разделяет только толстое ватное одеяло, которое я не под каким предлогом отдавать не собираюсь. Закинула голову вверх с немым вопросом во взгляде и мне тихо пояснили.

— Решил удовлетворить твою просьбу и остаться с тобой на всю ночь.

— Тебе просто идти к себе лень. — Я усмехнулась. — Так что там дальше?

— Драконы итак бьши немногочисленны, а после этого восстания их численность сократилась втрое. — Только после этой фразы я отчётливо ощутила, что Ксандр рассказывает никакую не сказку и даже не легенду, передающуюся из уст в уста между поколениями. Он рассказывает прошедшие собьггия своего клана. — Шло время, драконы слабели и вырождались. Дети рождались без каких-либо отличительных черт, а спутницы драконов всё чаще страдали безумием.

Я затаила дыхание, даже сон отступил, и нетерпеливо поёрзала, ожидая продолжения. Но его не было, главный прикрыл глаза и практически спал!

— Ксандр, — пришлось выпутать свою руку из одеяла и потрясти мужчину за плечо. — А дальше?

От его тяжёлого вздоха стало немного не по себе. Но кто знает, когда в следующий раз мне представиться такая возможность хоть что-то узнать.

— Драконы запаниковали, стали искать выход для того, чтобы разбавить свою кровь и прекратить мучения своих жён. Осаждали потомка давно погибшего мятежника и тому пришлось сдаться. Он отправился на поиски ответов. Блуждая по свету, собирал информацию по крупицам, проникал в сокровищницы с древними фолиантами. Но решение не находилось. Он практически отчаялся, когда остановился на кратковременный отдых в одной из деревень перед дальней дорогой в горы. Там он встретил старуху, что все жители обходили стороной и называли за глаза ведьмой.

— Она… помогла… ему? — сонно спросила, понимая, что это мой предел. Больше я не протяну.

— Помогла Риша, помогла. — Тихим немного вибрирующим голосом подтвердил Ксандр.

А я отчётливо осознала свою последнюю мысль за этот тяжёлый день.

Компаньоны, пожалуй, звучит не так уж и плохо.