Глава 33 Алексей

Мне кажется, я даже первого своего секса не хотел так, как хочу сейчас. То ли потому, что тогда еще не знал, чего лишаюсь, то ли потому, что ума хватило выбрать не скромную девственницу, а девушку постарше, которая без лишних уговоров открыла мне двери в мир разврата и похоти.

А вот Марьяна просто сводит меня с ума. Сама же хочет! Это видно невооруженным глазом, не обязательно даже засовывать руку ей в трусики, чтобы убедиться, что она вся течет. Хотя засунуть очень хочется, что уж тут. Причем не только руку.

Все-таки слишком она затянула со своей невинностью. Сама же и страдает от своих принципов сейчас. Заводится с полуоборота и тут же краснеет от развратных мыслей.

Хорошо, что я не краснею. Да и возраст смущения я давно перерос, поэтому нахально тянусь к ее блузке и расстегиваю пуговицы. На пару секунд она замирает, будто всерьез подумывает возмутиться моей наглостью, но, видимо, вовремя вспоминает, что еще несколько часов назад я видел ее абсолютно голой и расслабляется. Я тоже вспоминаю, вот только не расслабляюсь, а наоборот, напрягаюсь всем телом. В особенности отдельными его частями.

Давай, мышка, я с удовольствием напомню тебе, на чем мы остановились.

Сминаю ее грудь, пытаясь высвободить ее из кружева. Одной рукой это делать не слишком удобно, но просить девушку самой раздеться мне совесть не позволяет. Хотя, с другой стороны, от стриптиза в исполнении мышки я бы не отказался.

Ладно, как там говорят? «Тише едешь, дальше будешь»… Не будем торопиться, начнем с малого. Хотя что это я так о себе нелестно? С вполне себе большого. Никто не жаловался, по крайней мере.

Да и судя по выражению лица мышки, она более чем довольна тем, что видит. Еще немного напугана, конечно, но с этим мы разберемся.

Я продолжаю ее целовать, скольжу по шее, которую она мне подставляет, прикусываю мочку уха и одновременно ласкаю ее грудь здоровой рукой. Марьяна, как и раньше, ощупывает мой живот, аккуратно ведет пальчиками по прессу, вот только в этот раз она на этом не останавливается и уверенно кладет руку на мой член. Да, через ткань. Да, просто кладет и пока не двигает ею. Но, твою мать, как же это приятно!

А затем она сжимает ладонь, и по всему телу проходит волна дрожи. От моей реакции мышка смелеет и слегка приспускает резинку боксеров, помогая высвободить член. Тут же впивается в него взглядом. Жадно. С любопытством. С желанием в глазах.

Прищуривается, глядя на каплю смазки на головке и медленно размазывает ее.

Затем пытливо поднимает на меня глаза, будто не уверена, что поступила правильно.

Ох, мышка… как многому мне еще предстоит тебя научить. И это просто неимоверно меня заводит.

– Сними с себя блузку, – хрипло командую ей.

– Но мы же, – робеет она. – Я хочу сделать приятно тебе.

– И ты думаешь, мне будет неприятно смотреть на тебя? – скептически задираю бровь и с улыбкой добавляю. – Пожалуйста.

Марьяна неспешно избавляется от блузки и лифчика и снова переводит взгляд на мой пах. Не думаю, что она специально испытывает мое терпение, но каждый ее шаг, каждое медленное действие – словно пытка для меня. Адская. Беспощадная. Безумно кайфовая.

Она приближается к кровати, но вместо того, чтобы снова оседлать меня, опускается рядом на колени. И несмотря на то, что сейчас сзади меня не стеклянная дверь душевой кабинки, я чувствую, что опять теряю равновесие.

Нет, эта женщина точно станет моей погибелью!

Завороженно смотрю, как ее рука ложится на член, большой палец, едва касаясь, порхает по головке, а вторая рука при этом сжимает основание.

Мышка босиком, из одежды на ней лишь строгая черная юбка, но почему-то это заводит меня еще больше. Такая доступная. Офигеть какая горячая. Моя.

Грудину рвет в клочья, когда я чувствую жаркое дыхание на своей коже. Оно опаляет. Ласкает. Сводит с ума.

Марьяна смотрит на меня снизу вверх, будто ждет какого-то знака, но, видимо, мое выражение лица говорит само за себя, потому что уже в следующее мгновение она высовывает кончик языка и слегка касается им головки.

– Пздц, мышка, – рвано выдыхаю, – ты просто не представляешь, сколько раз я себе это представлял.

К моему удивлению, мои слова ее не только не смущают, но и вызывают какую-то победную самодовольную улыбку. Я подношу свои пальцы ко рту, облизываю их, а затем начинаю водить ими вокруг ее соска. Победная улыбка на ее лице моментально сменяется гримасой похоти, и с ее губ слетает тихий стон.

Она продолжает облизывать и посасывать напряженную головку, аккуратно, не пытается сразу взять много, но щедро компенсирует это движениями рук. Крепко сжимает основание, а второй рукой плавно водит вверх-вниз, доводя меня до исступления.

Какое-то время я продолжаю ласкать ее грудь, мягко сминаю упругие полусферы, нежно массирую соски, но в итоге не выдерживаю и, перехватив ее ладони здоровой рукой, надавливаю сильнее, заставляя ускорить движения.

Мышка моментально понимает, чего я от нее хочу, и двигает рукой быстрее и быстрее. Я же пожираю глазами ее идеальное тело. Плоский живот, грудь, которую только что ласкал, пухлые губы, которых еще недавно касался мой член, и заполненные вожделением глаза. Марьяна, словно почувствовав мой взгляд, поднимает на меня глаза и в следующую секунду завороженно смотрит на белые капли на своем животе и груди.

Я же зажмуриваюсь от переполняющих эмоций, закусываю губы и даже пошло стону. Пофиг. Не могу сдерживаться. Имею право, в конце концов. Я, черт возьми, давно ждал этого момента.

Медленно открываю глаза, понимая, что вряд ли в ближайшем будущем произойдет что-то, что перекроет по ощущениям этот оргазм. Но уже в следующее мгновение мышка меня удивляет. Снова, блядь.

Она с интересом рассматривает брызги спермы на своей груди, ведет по ним пальцем, размазывая перламутровые капли по коже, а затем подносит его ко рту и облизывает. Она, блин, слизывает мою сперму с пальца и довольно улыбается, будто это самая вкусная конфета.