Глава 35 Марьяна

Всю дорогу до ночного клуба я всячески пытаюсь скрыть свое разочарование, а поэтому переигрываю с радостью и улыбками. Впрочем, судя по всему, Кулаков думает, что причина моей нервозности – поход в клуб. В чем-то он прав, кстати. Я в таких заведениях была всего пару раз в жизни и насладиться громкой музыкой и развеселой толпой мне так и не удалось.

Но сейчас мое скверное настроение вызвано не этим. Дело в том, что, когда я предложила боссу расходиться «по домам», была уверена, что он позовет снова поехать к нему. А он зачем-то потащил меня в модный ночной клуб.

Ладно еще свидание в ресторане, там мы хоть проговорили весь вечер. Я сама не заметила, как рассказала ему о своей семье, учебе и даже какие-то эпизоды из школьной жизни. Леша тоже, кстати, охотно делился информацией о своей жизни, всячески пытался расположить к себе. Будто и так не понятно, что я уже прекрасно к нему расположена…

На самом деле я, конечно, рада, что нам удалось поговорить в спокойной обстановке. Но, с другой стороны, именно этот разговор и заставил меня еще больше хотеть отправиться домой к Алексею. Разве это честно с его стороны? Сначала очаровать меня еще больше, а потом…

Господи, меня аж холодным потом пробивает, когда до меня доходит смысл своих же мыслей. Я, что, серьезно злюсь на босса за то, что пригласил меня в клуб вместо того, чтобы тащить меня в свою берлогу и…

Это все его дурное влияние! Сам извращенец, и я рядом с ним превратилась в развратную девицу, которая думает лишь об одном! А надо бы думать о работе, да и дома меня ждет Кристина, которая набросилась на меня с прытью дикой лани, пытаясь выпытать подробности о вчерашнем вечере.

Мне даже переодеться наедине не удалось, она отказалась покидать мою комнату, пока я не расскажу ей все в мельчайших подробностях. Разумеется, мой поверхностный рассказ ее совсем не удовлетворил, и она еще минут двадцать обиженно дула губы. Но, к счастью, это не помешало ей помочь мне с макияжем и прической. Правда, в конце она мне все-таки заявила: «пока не лишишься девственности, домой не приходи», но я уже даже не обижаюсь. Сама, честно говоря, удивляюсь, как мне все еще удалось ее сохранить.

Вчера после того, как мы в очередной раз отправились в душ (благо, к этому времени кто-то уже успел убрать осколки), я была уверена, что утро встречу в новом статусе. На тот момент я была настолько перевозбуждена, что прекрасно осознавала – сказать «нет» у меня не хватит сил.

Вот только Алексей не спрашивал. Без распускания рук в душе, конечно, не обошлось, но после этого он целомудренно завернул меня в полотенце и отнес в спальню. Вырубилась я моментально, даже мокрую ткань с себя не стащила. А утром мы бессовестно проспали и поэтому даже мыслей о том, чтобы продолжить начатое, у нас не было.

А вот сейчас они есть. Много. Скачут в моей голове, словно блохи, и осыпаются на кожу горячими искрами. Особенно щедро обжигают грудь и низ живота. Хотя… возможно, так мне кажется, потому что именно эти места активно лапает Кулаков, пользуясь тем, что мы стоим на красном светофоре.

Он глухо матерится, когда позади нас раздаются требовательные сигналы клаксонов, но все же давит на газ и возвращает свое внимание на дорогу.

Весь оставшийся путь я утешаю себя тем, что в клубе не будет людно. Сегодня среда, будний день. Народу завтра на работу рано вставать, поэтому мы спокойно сможем продолжить узнавать друг друга.

Н-да… судя по этой толпе, работаем во всем городе только мы с Кулаковым. Они, что, вообще домой не торопятся? А спать когда? Лично я сегодня целый день в офисе носом клевала после бессонной ночи, и производительность, соответственно, была нулевая. «Ну-ну, тут же подтруниваю над собой. Это, конечно, отсутствие сна виновато, а не тот факт, что ты целый день думала об оргазме.» Даже о двух. Потому что, признаться, оргазм босса впечатлил меня не меньше, чем свой собственный. Это было… настолько ошеломительно и откровенно. И потрясающе.

Я даже предположить не могла, что чужое удовольствие может настолько возбуждать. Но, с другой стороны, тогда фильмы для взрослых не были бы так популярны. Сама я ни разу не смотрела ничего подобного, но мальчишки в универе любили обсуждать, да погромче, кто что посмотрел накануне. Еще и актрисы, если так можно выразиться, у них любимые были. Мне же всегда казалось, что этим интересуются какие-то извращенцы. Ну какой нормальный человек будет смотреть, как занимаются сексом другие, если можно…

«Ну-ну, снова в дело вступает мой внутренний голос, можно, ага». Но сейчас я хотя бы не краснею. Уверена, еще вчера мысли о сексе заставили бы меня провалиться сквозь землю, сейчас же я спокойно размышляю о том, что многие люди этим занимаются. А я нет. Пока. И в ближайшее время не собираюсь. Вроде как. А вот еще вчера это было бы «точно не собираюсь. Совсем не собираюсь».

Ох и дурно же на меня влияет босс!

– Что это? – таращу глаза на рюмку перед собой. Нет, еще бокал шампанского я бы выпила для храбрости, но глушить водку?

– Текила, – как ни в чем ни бывало говорит босс. – Попробуй.

– Ты решил меня напоить? – осторожно нюхаю жидкость, но пить ее не решаюсь.

– Не напоить, а расслабить, мышка, – многообещающие произносит он. При этом его глаза жадно скользят по моему лицу, спускаются к довольно скромному декольте и возвращаются к губам. Везде, куда касался его взгляд, я чувствую острый прилив жара и целую россыпь мурашек, а низ живота простреливает заточенными горящими стрелами. Куда еще больше расслаблять-то? Я и так уже почти превратилась в безвольную лужицу. Но когда его рука ложится на мое колено и мучительно медленно ползет вверх, я залпом осушаю рюмку. Расслабиться, так расслабиться, босс, как скажете!

Следующий час или около того, смазывается в одно пятно. Яркое. Развратное. Сексуальное. Состоящее из поцелуев, объятий и ласк. Прямо в клубе.

Поначалу я дико стеснялась такого проявления чувств на публике, но уже после второго шота текилы желание босса сбылось: я полностью расслабилась.

Отчасти в этом заслуга других парочек, которые тоже совсем не смущались и активно распускали руки и другие части тела. Но, думаю, все же в большей степени здесь заслуга Кулакова. Он заставил меня потеряться в реальности. Забыть, что мы не одни. Вообще обо всем забыть, если уж быть честной.

Вечер превратился в смешение стонов и вздохов, в какое-то безумие. Полное и бесповоротное.

В себя я прихожу, только когда мы оказываемся в каком-то темном коридоре, а губы босса на моей груди. Даже не так. Когда он стягивает бретельки моего платья, и его губы сквозь тонкий лиф касаются моего напряженного соска, я все еще не прихожу в себя. Выгибаюсь дугой, пока он припечатывает меня к прохладной стене, и бесстыдно трусь животом о его пах. Без зазрения совести наслаждаюсь каждой секундой этих откровенных ласк.

А вот когда относительную тишину вокруг нас прорезает гул посторонних голосов, я в одночасье трезвею и отшатываюсь от Леши, словно от огня. Таким я его и чувствую, кстати… горячим, опасным, завораживающим.

Кулаков, разумеется, не тушуется при появлении невольных свидетелей. Платье он мне, конечно, позволяет натянуть вверх, но руки с меня не убирает и не допускает увеличения дистанции между нами даже на пару жалких сантиметров.

– Ладно, уговорила, мышка, – с усмешкой произносит он. – Поехали уже ко мне.

Только сидя в машине я подумываю, что мне стоило бы возмутиться. Понятно, что на босса это бы никак не подействовало, но не хочется, чтобы он считал меня легкодоступной. Я же все-таки приличная девушка, а помолвка у нас фиктивная… По большому счету, это должно меня, как минимум, тормозить, а в идеале – останавливать.

Но на деле я тихо начинаю ненавидеть все красные светофоры на нашем пути. А вот скоростной просторный лифт я с каждой секундой люблю все больше. Бесстыдно пялюсь на наше отражение в зеркалах и практически срываю с босса рубашку. Я бы, наверное, и с себя позволила снять платье прямо здесь, но Кулаков демонстрирует небывалую выдержку и мягко скользит языком по моей шее и ключицам, совсем не посягая на декольте.

Впрочем, я прекрасно знаю, что это обманчивое впечатление. Едва за нами закроется дверь его квартиры, платье окажется на полу.

В какой-то мере, я отдаю себе отчет, что частично моя смелость и раскованность обязаны трем шотам текилы. Из-за волнения я даже вкус ее не особо распробовала, но что-то мне подсказывает, что она крепче бабулиной смородиновой настойки.

Но сейчас это не важно. Вчера я была абсолютно трезвой. И до этого, в конференц-зале. А главное, я была абсолютно трезвой сегодня, когда выбирала кружевное белье и чулки, зная, что Алексей их обязательно увидит.

– Да твою ж мать! – ошарашенно шипит он, когда мое платье падает на пол, и его взору предстает все, что оно скрывало. – Ты… мышка, блин!

Он так и не успевает закончить мысль, а может, как и мне, любые мыслительные процессы ему сейчас даются с трудом, но я, конечно же, ни о чем не жалею. Потому что его следующие действия лучше всяких слов.

Пройдясь еще раз тяжелым взглядом по моему телу, он растирает поцелуем мои губы, в то время как его пальцы скользят под резинку моих чулок. Босс не сдирает их, не пытается снять с меня даже бюстгальтер, но его пальцы каким-то волшебным образом касаются меня напрямую. Будто и нет между нами слоя кружева.

Я обхватываю его шею и запускаю руку в его волосы. Они слишком короткие, чтобы я могла полноценно пропустить их сквозь пальцы, но мне нравится их гладить. И судя по тихим хрипам, вырывающимся из его горла, он совсем не против моих действий.

Его дыхание окутывает меня горячими волнами, и я невольно выгибаюсь, подставляя для поцелуев свою шею, грудь… Он так нежен со мной. Ласкает мягко, без остервенения, хотя я знаю, что внутри у него все полыхает огнем.

И да, я в курсе, что его выдержки надолго не хватит. Но я благодарна ему за то, что дает мне время, чтобы привыкнуть и настроиться.

И как меня только угораздило связаться с ним? Хотя нет, лучше спросить, как его угораздило связаться со мной – девственницей с железными принципами.

Вот только дело в том, что жар, исходящий от него, с легкостью плавит не только мои внутренности, но и железо в основе этих самых принципов.

С каждым его касанием, с каждым поцелуем, желание все стремительнее затягивает меня в свои сети. Тонкое кружево жжет кожу, а его пальцы, наоборот, приносят спасение.

В голове словно отбойным молотком кто-то выбивает самые пошлые мысли, и я с каким-то остервенением тянусь к пряжке его брюк.

Отдаю себе отчет в том, что поступаю нечестно и даже рискованно. Распаляю его до предела в то время, как все еще не готова дать ему то, чего он так хочет. Еще несколько дней назад я бы ни за что не решилась такие действия. Но Алексей сам мне показал, что есть много способов доставить друг другу удовольствие, не переступая черту.

На пару секунд он отрывается от меня и, сделав шаг назад, снова любуется моим бельем. Его глаза сейчас не просто пылают похотью, они, кажется, начинают дымиться от того, что он видит. Медленно ведет взглядом по черному кружевному лифу, который мало что скрывает, трусикам из такого же материала и снова впивается глазами в кромку моих чулок. Босс разве что не причмокивает от удовольствия – настолько ему нравится мой вид.

Кто бы мог подумать, что после той фотосессии мне удастся его удивить. Но мне удалось. Удивить. Поразить. Возбудить. Все это легко читается на его лице сейчас.

– Мышка, – к похоти в темных глазах добавляются какие-то озорные искры. – Ты, когда дома переодевалась, сумку же не сменила?

– Нет, – хмурюсь, не понимая, к чему он клонит. Не домой же он меня отправляет, в самом деле?

– А ты из нее ничего не выкладывала?

Господи, он, что, решил поговорить о работе? Мы с ним обсуждали, что я возьму кое-какие документы, чтобы изучить их дома, но почему он именно сейчас решил об этом вспомнить?

– Не выкладывала, – сообщаю серьезно. Я же знала, что, скорее всего, домой сегодня не попаду, а документы нам завтра будут нужны.

– Тогда доставай, – командует он с глумливой улыбкой.

– Прямо сейчас? – я уже даже не пытаюсь скрыть свое недоумение. Пусть и выгляжу в этот момент глупо, но при всем желании мне бы не удалось «закатить» округлившиеся глаза обратно. Не могу поверить, что он всерьез решил обсудить рабочий проект прямо сейчас!

Может, он так себя тормозит? Я читала, что мужчины часто думают о чем-то постороннем, чтобы охладить свой сексуальный пыл. Кто-то даже представляет сморщенных старух, чтобы слишком быстро не закончить половой акт. Неужели и Алексей решил таким образом переключить свое внимание с меня в чулках на рабочий процесс?

– Ну а чего тянуть? – подмигивает он. – Гарантирую, тебе понравится.

Конечно, понравится, я люблю свою работу… Но неужели нужно заниматься этими документами именно сейчас?

Босс продолжает многообещающе улыбаться, а у меня в голове мелькает мысль, что он хочет попробовать какую-то ролевую игру, где мы будем обсуждать рабочий проект, а он в этот момент…

Хм, звучит интересно. Необычно, конечно, но, к моему удивлению, никакой волны возмущения или отвращения я не чувствую. Признаться, даже на долю секунды успеваю испытать разочарование, когда понимаю, что ошиблась в своей догадке. А затем до меня, наконец, доходит смысл его слов, и разочарование вмиг улетучивается. Потому что босс ухмыляется и командует:

– Ну давай, доставай уже своего зайчика.