Глава 18

– Ты что-нибудь слышала о безыменях и зеркалицах? – продолжала Софья. – Это невидимые существа, живущие в зеркалах. Но не во всех. Только в тех, что способны удерживать в себе магию. Создания не злые, запредельные, волшебные. Но их можно силой заставить послужить себе, если наложить очень недоброе заклятье… Оно позволяет вытянуть безыменя или зеркалицу и заставить принять облик любого человека – надо лишь, чтобы тот хоть раз посмотрелся в зеркальную гладь, в которой живет такой невидимка. – Человека, но не мертвеца же, – еще сильней заволновалась Саша. – Да, смерть не обманешь. Но попытаться все же можно. Тогда нужны уже два зеркала… Ох, не зря в случае и с Сомовым, и с твоей матерью, все, кто их видел, пугались – вроде похож на себя покойник, а вроде и нет. А еще в воздухе словно разливалось что-то невыносимое, удушающее. Нельзя играть со смертью, не в нашей она воле, тут уже прямое богохульство. Когда делают подмену живого человека, с этим куда проще. – Проще! – возмущенно фыркнула Сашенька. – Знаете, я, наверное, снова стану в храм ходить. Забережи Господь от такой мерзости. Но хотите сказать, что моя матушку куда-то запрятали, а покойником прикинулся этот… безымень? – Да. Спроси Анну Львовну, не сунули ли ей в лицо зеркальце сразу после родов. Хотя… могли взять любое, в которое она перед этим смотрелась. Я читала о таком в старинных рукописях… очень внимательно читала. Зеркальные поверхности могут выдавать колдующему любой недавно запечатленный облик. И тогда его нужно связать со вторым зеркалом, волшебным, в котором живет безымень или зеркалица. При таком раскладе странная сущность, насильно призванный невидимка, превратится в указанного человека… только мертвого. Он может куда нужно последовать за колдуном, а потом уже лечь и не шевелиться. Делает все, что ему повелят, говорит, что заранее приказали… или молчит. Он обладает весом, его можно потрогать. Со временем сам рассеется. А про себя Софи подумала, что вполне можно создать лжемертвеца с якобы простреленной головой… Саша передернула плечами. – Мерзость! – повторила она в сердцах. – Но теперь я понимаю, как они это сделали. Вильегоров-старший в силах был провести такой обряд? Думаю, да. Его старуха Полянина подкупила или заставила… я уверена. Помню ее. Приезжала как-то в наш храм, я была еще ребенком. Важная такая барыня, сухая, чопорная, вся в темном… Волком на меня глядела. Знала, что я ее внучка, видела, что похожа на мать. Матушка рассказывала, какую ненависть чувствовала к себе со стороны свекрови, даже готова была убежать опять в леса, но не стала, потому что забеременела мной. – А Мавра Андреевна, наверное, еще сильнее разъярилась, узнав о беременности Анны. – Само собой. Еще ж наследник будет помимо драгоценного внука Петечки… наверняка так и думала старая карга. Полянину уже не было дела до жены, куда-то уехал. А тут и доктор-колдун. Купила его старуха. Удобно-то как! Сотворить фальшивого мертвеца – и самому же засвидетельствовать смерть при родах. Ребенка тоже подменить… Матушка говорит, что к тому времени доктору Захару она уже не так сильно верила. Впрочем, плохо помнит прошлое, все как в тумане. – Конечно, если пить нечистое зелье с дурманом, а потом долгие годы провести в каком-то колдовском сне, как ты говорила. – Как хорошо, что вы мне все прояснили, Софья Михайловна! Я вот думаю, что отец… настоящий мой отец не так уж виноват, что разлюбил. Но бросить супругу беременную со своей злющей матерью… Я-то ни в чем не была виновата! Знать о них ничего не хочу, пакостники этакие. И до новоявленного братца Пети мне дела нет. Я теперь рысь-перевертыш, вольное создание. Жаль, что не доверилась вам сразу. Простите… и еще раз благодарю. – Не за что, голубушка. Но ты все же злости волю не давай, она иссушает сердце. Если надо поговорить – я рядом. Хотя, что до этого дела, мне еще самой не все ясно. – Например, что там на самом деле стряслось у Сомовых, и как во все это замешался доктор Роман? Да, я немного знала Константина Ивановича, и в голове не укладывается, что он мог застрелиться. Софи согласно кивнула. – Вильегоров-старший должен был знать, что не покойник перед ним, а морок, – сказала она. – История повторилась, но уже с сыном, и не потому ли, что точно такая же первая кощунственная авантюра завершилась успехом? Глаза Саши взволнованно сверкнули. – А вот и я об этом подумала! Что сын, быть может, хранит записи отца или что-то в этом роде. Что он знает, как старый доктор был связан с Поляниными, и через это сам поддерживает с ними отношения. И я… Она как-то неловко усмехнулась и потупилась. – Теперь-то уж не таись, расскажи, о чем думаешь, – ободряюще улыбнулась Софи. – Если б это были только думы! Но мы с матушкой затеяли проникнуть в дом Вильегорова. – Боже мой… Скажи скорей, что ты этого не делала. – Я это сделала. Вернее, не я, а матушка. Говорила же вам, что очень хотелось понять, как разыграли ее якобы смерть. Вот и я пригласила Романа Захарьевича на свидание. – Что, прости?! – Да ничего такого ужасного. Мы с ним только у оврагов погуляли немного, неподалеку от его дома в Звягино. Знаете, он мне так изящно отказал… А тем временем, пока я доктора отвлекала, арысь-поле золотым огоньком проникла в его кабинет, обернулась человеком, просмотрела бумаги… – Анна Львовна умеет читать? – Конечно, Вильегоров-старший ее многому обучил, в подложные дворянки готовил. Только ничего интересного мама не нашла. Увы, глупая была затея, такое ж под замком прячут. И вот тут Софи рассердилась: – Какое же ты еще неразумное дитя, Саша! Что вы надеялись найти? Матушка твоя, видать, как-то по-своему мыслит, не по-человечески. Но тебе-то не приходило в голову, что если Роман знает о той старой истории, то ему ведомо и то, что Анна Львовна на свободе, где бы ее раньше ни прятали? А ты дочь арысь-поле… он мог тебе ни капельки не поверить. Саша покраснела от досады. – Нет, не подумала об этом, ваша правда. Но все же, может быть, риск не совсем был впустую. Матушка из ящика Вильегорова прихватила странную бумагу – так она ее удивила. Только прочесть нельзя, там все буквы перепутаны, а кое-где и цифры есть. Может быть, – в темных глазах девушки заискрилось лукавство, – вы прочитать сумеете? *** Забрав у Саши зашифрованную записку, Софи вернулась домой – подвез поповский работник. Арысь-поле вновь бежала неподалеку, и стало ясно, что и в прошлые дни волшебный зверь не преследовал ее, а охранял. Видимо, по просьбе дочери. Несмотря на детские выходки, простительные такой молодой девушке, Саша глупой никогда не была. А еще она доказывала дружбу не словами, а делами, и узнав от матери, что подругу накрыл морок и ей стало плохо, могла попросить Анну Львовну присмотреть за Софи. Потому и бежала арысь-поле за снегиревской каретой до Липича, и явилась Елене Ланиной в облике рыси в ту самую минуту, когда нужно было как-то побудить девушку к откровенности. Софья ведь тогда еще не знала, что у странного зверя – сознание человека. Было большим облегчением увериться, что Саша не затевает ничего плохого, хотя в глубине души в этом и не было сомнений. Зато Вильегоров… У себя в комнате Софи присела за столик, положила перед собой зашифрованную записку, чистый лист бумаги и карандаш. Дома было тепло и уютно, за окном проносился ветер, пахло свежеиспеченными пирогами… Вот бы выпросить у тетушки, как в детстве, еще до чая яблочного варенья, потом прилечь с книгой на кушетку, закутаться в шаль… Но нельзя. День еще не скоро закончится, надо что-то делать. Нападение Фоки не выходило из головы. Кому она не угодила, старой Поляниной? Но только без Вильегорова та не узнала бы, что Софи сунула носик в темные дела… Наверное, с помощью зелий можно и с невидимками почудить? Кто бы мог подумать – большое зеркало в весьма приличном и богатом доме. И вдруг – зеленая туманная дымка… в этой мути чуть посверкивает нечто наподобие стеклянной крошки. Если ничего не знать, может быть, и не заметишь. Но Софи знала. И была уверена, что не ошиблась. Вытянуть из зеркала облик Константина Сомова – это-то как раз нетрудно, мог и Фока поворожить. Хотя Людмила должна была тогда запустить в дом черную собаку… Обряд призыва безыменя или зеркалицы куда сложнее, но что, если и правда заранее приготовить зелье (или взять готовое?) и сбрызнуть оба зеркала?.. В любом случае в этом замешан Вильегоров. Может, клочок бумаги с перепутанными буквами прольет на его участие какой-то свет? Софи очень на это надеялась. Шифр был несложный. Покусывая карандаш, она, сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее вытягивала из кажущейся неразберихи истинный смысл. Удовольствие от решения задачи захватило настолько, что Софи пока что даже не смотрела на содержание. Но вот наконец поставлена последняя точка. «Борис, объясни, неужели Серый овраг, принимая в Скрытотенье новую персону, выбрасывает обратно ту, что забрал ранее? Там что, места не хватает, что ли? Ты не говорил об этом. Теперь некто опасный на свободе, у меня трудности, и твое дело временно встало. Все расскажу, когда буду в Москве. Р. В.». Не отосланное письмо. Голова кругом. О чем он вообще? Что за Борис из Москвы? Что за Скрытотенье? Серый овраг – вроде где-то здесь. Как раз между Полянинским Приозерным и Зорино, именьем Аркадия Сполохова. Надо, надо ехать к нему! Софи напряженно раздумывала. Некое Скрытотенье, о котором она слыхом не слыхивала… кого-то забрало себе, кого-то выкинуло обратно. Ей вспомнилось, как Саша говорила про Анну Львовну: «Она такая… как бы немножко беспамятная. Сказала, что долго-долго находилась в колдовском сне, сама не понимает, как вырвалась, как обрела свободу». Мать и дочь встретились во время вечерней службы четвертого октября. В этот вечер исчез Константин Сомов, а вместо него появился поддельный мертвец. И обрела свободу арысь-поле. Если так… многое становится ясным. Серый овраг, значит, да?