Глава 22

Галим

Я смотрел на Илгара, моего старого друга, и не мог поверить, как время могло столь безжалостно обойтись с ним. Всего три месяца назад он был крепок и бодр, сила чувствовалась в его руках, а теперь он шаркал ногами, словно древний маг, перешагнувший полуторавековой рубеж. Илгару же до этой отметки было еще далеко.

— Присаживайтесь, господа! — произнес старик, указывая на стулья. — Прошу прощения, что принимаю вас на кухне, да и в такой обстановке, но поверьте, в остальных комнатах не лучше. На втором этаже и вовсе окна выбиты. Похоже, это был не обыск, а варварский погром. Всевышний — свидетель, безбожники ответят за содеянное. Час расплаты неизбежно настанет.

Старик тряхнул кулаком в сторону невидимых врагов. Я понимал его гнев, совсем недавно сам был обуян подобными чувствами.

— Мы и сами совсем недавно жили в бедности, Илгар. Только сейчас жизнь начала налаживаться. Если задуманное исполнится, то скоро все изменится к лучшему, и мой друг вернется домой к сыновьям.

— Да услышит Всевышний твои слова, Галим. Я всегда знал, что ты не оставишь моего мальчика в беде.

Жена Илгара умерла при родах, и он, опасаясь новой потери, больше не женился. Алима же он принял как родного сына.

— Илгар, мы пришли к тебе по делу. Я оставил здесь, у твоего друга, документы, которые Алим должен был спрятать до лучших времен. Эти времена настали, и сейчас они мне нужны как никогда. От них зависит наше будущее!

— Не те ли это документы, что разоблачают грязную душонку нашего султана? — старик хитро прищурился.

— Да, именно о них речь. Но откуда тебе известно?

— К сожалению, господин визирь, предатель, продавший моего хозяина, знал о тайнике. Я слышал, как он докладывал воинам султана, где искать бумаги. Но мне удалось их опередить. Зная тайные ходы, я пробрался из комнаты в комнату, а оттуда и к тайнику, и забрал документы. Хорошо, что хозяин успел предупредить, на какие руны нажать, ведь он предвидел твой приход.

Старик наклонился к бочонку с мукой, стоявшему в углу, и нажал на одну из заклепок обруча. Бочка отодвинулась, открывая нишу, где и лежали искомые документы.

— Они перевернули все комнаты, в ярости крушили все, что попадалось под руку, но так и не нашли их! — довольно захихикал Илгар.

Он достал бумаги, завернутые в холщовую тряпицу, и передал мне.

— Не обессудь, господин, но вам пора. Наш сосед напротив — глаза и уши султанской стражи. Боюсь, как бы они не нагрянули сюда за вами. Да хранит тебя и твоих близких Всевышний.

— Не переживай, Илгар. Даже если он что-то видел, едва отойдя от окна, он забудет о нашем визите. Может быть, тебе стоит пойти с нами?

— Нет, господин визирь, я останусь. Остальные слуги разбежались, кто же за домом присмотрит? Оставь его без пригляда — налетит воронье и растащит все до последнего!

— Тогда возьми эти деньги, Илгар, и не смотри на меня так, словно я оскорбляю тебя. Считай это наградой за спасение документов, столь важных для нашей страны.

Приняв мешочек с серебряными монетами, старик смахнул слезы, бежавшие по морщинистому лицу. Я видел, что кроме пресного хлеба, испеченного, как я понял, из остатков муки, в доме не было никакой еды. Обычно Илгар всегда заваривал чай, когда мы, будучи мальчишками, забегали на кухню полакомиться пирожками. Сегодня он даже не предложил чаю. Стало ясно, как несладко живется старику в этом пустом доме, без денег и еды.

— Да хранит тебя Всевышний, господин. Спасибо за все, — тихо произнес Илгар, и я лишь похлопал его по плечу.

Забрав документы, мы спустились в холл, где я открыл портал во дворец. Отправив сына к внучке, я направился в рабочий кабинет его величества. Хотя принц Арсен еще не был султаном, я уже воспринимал его как своего правителя и готов был отдать все силы ради его блага и процветания нашего султаната.

— Ваше величество, я вернулся! — произнёс я, вырвав его из объятий работы. Тонкие пальцы, сжимавшие гусиное перо, замерли над пергаментом.

— Какие новости, Галим? Удалось ли добыть документы? — Принц Арсен отложил самописец, и в его взоре плескалась тревога.

— Да, господин! Но, к сожалению, один из слуг предал Алима. Воины султана схватили его. В особняке остался лишь старый слуга, бывший управляющий, чьи годы не позволяют ему исполнять прежние обязанности. Он доживает свой век в роли домоправителя.

— Надеюсь, вас не заметили? Ни к чему старику лишнее волнение!

— Мы проникли туда под покровом заклинания отвода глаз, а портал обратно открыли уже в самом особняке. Какие вести здесь?

— Мы с Намиром решили дождаться твоего возвращения, изучить записи, а затем уже отправиться за завесу.

— Намир? — в моём голосе прозвучало удивление.

— Так зовут нашего хранителя, — улыбнулся принц Арсен. — Кстати, где юноша, которого мы забрали из дома моего приемного отца? Мехет, кажется?

— Хранитель отправил его в камеру в подвале. Он отсыпается на славу, харчи там царские, — усмехнулся я. — Он тебе зачем?

— Думаю, стоит просто поговорить с ним и взять магическую клятву верности. Тогда не придётся держать его взаперти. Но вернёмся к делу. Сонечка отбыла к родителям и скоро должна вернуться.

Едва он договорил, в кабинете разверзлась мерцающая завеса портала, и появилась супруга его величества, София. На руках у неё, словно скипетр, восседал Пушок, её излюбленный питомец.

— Как прошла встреча, любимая? — спросил его величество.

— С королём Россы договорились о встрече. Она состоится сегодня в полночь. Другого времени они не дали, да и не хотят лишний раз привлекать внимание к нашим персонам. Граф Луцкий будет ждать нас дома, а затем мы вместе отправимся во дворец. Мы должны быть там за час до встречи с его величеством Алексеем II. Визирь, как прошло твоё путешествие? — поинтересовалась она.

— Вести о хозяине и моём друге не самые радужные, но я надеюсь, что вскоре этот вопрос разрешится. Документы я забрал.

Я водрузил на стол внушительную стопку папок, в которых, словно в темнице, хранились сведения о султане.

— Твой друг собирал досье на всех, чья совесть запятнана, на любителей внебрачных связей и половых извращений? Только не говори мне, что он собирался шантажировать их? Не терплю подобного!

— Что вы, ваше величество, — обратился я к женщине, которую воспринимал как родную дочь. — Эти данные собирал я и только на султана Абу Лакри. Всё началось с того, как одного из самых честных людей обвинили в измене султанату и отправили на каторгу. Чтобы обезопасить Селима, я начал собирать этот компромат. Знал, что, даже держа его в застенках, они побоятся причинить ему вред! Пожалуйста, ознакомьтесь сначала с этими документами! — сказал я, передавая красную папку его величеству. — По этим деяниям вы поймёте, что он из себя представляет. А вот в этих документах расписаны незаконные дела, в которых Абу Лакри участвовал на территории Россы и Санкаты.

Я протянул чёрную папку.

— Господин визирь, мне непонятно одно, — держа папку в руках, спросила супруга принца. — По всей границе стоит занавес. Как они оказались в Россе и Санкате?

— Помните, как мы через артефакт «Око Провидения» наблюдали за дворцом султана, ваши величества? — Они дружно кивнули. — Так вот, султан Абу Лакри отчитывал своего слугу Тинара, под чьей защитой ты, София, ненадолго оказалась во дворце невест. Тогда он предположил, что вы с корабля, плывущего к крепости Вольвар, на что султан пришёл в ярость. Он не думал, что тайна занавеси, ослабленной в воде, когда-нибудь раскроется. В документах описывается, как они участвовали в набегах на суда вблизи торговых путей королевства Росс, забирали в рабство моряков, а девушек обращали в наложницы.

— Погоди, Галим, но почему никто из этих рабов не восстал, не распустил слух, что их держат здесь незаконно⁈

— Всем, кто попадал в руки твоего дяди, давали зелье, стирающее память о прошлых годах. Человек не помнил не только свою родину и близких, он забывал своё имя.

— Как же тебе удалось всё это выяснить? — спросила София.

— Мои люди подслушали разговор пьяного матроса и забрали его с собой. На допросе он выложил всё, заодно отметив, что ему известно лишь о ста пленных, попавших в руки будущего султана, а он и до этого неплохо на этом наживался. Представляете, сколько жизней загублено⁈

— Сволочи… — процедила сквозь зубы женщина, а я неодобрительно покачал головой, хотя сам думал так же. Но супруга принца должна подавать пример своим подданным, а не сквернословить, словно портовая девица.

— Султан с виду мужчина неглупый. Почему же он не взял клятву с матроса?

— Почему же? Взял. Просто матрос — антимаг, хоть и очень слабый. Любая магическая клятва на него не действует. Об этом никто не знал, пока мой человек не проверил его дар…

Чем дольше они изучали документы, тем мрачнее становились их лица. Когда его величество дошёл до момента, где совсем молодых юношей подвергали оскоплению, отрезая полностью детородный орган, он отбросил документы в сторону. Делалось это для того, чтобы продать в женский гарем такого раба, который имелся у каждого богатого аристократа. За такого юношу давали огромные деньги.

— Не могу больше читать эти ужасы. Была бы моя воля, я бы казнил его здесь и сейчас! — сверкая гневом, произнёс Арсен.