Глава 26

Соня

Аяз, склонившись над сыном, принялся за лечение. Магия остановила кровотечение, уняла боль, и вот уже стрела, извлеченная опытными руками, лежала на окровавленной ткани. Тщательно обработав рану настойкой трав, нанес густую, пахнущую лесом заживляющую мазь и, шепнув успокаивающие слова, дал Арсену снотворное, погружая его в спасительную темноту. Я, не отрываясь, следила за каждым его движением, и даже когда операция осталась позади, не нашла в себе сил покинуть их.

Усталость, словно тяжкий груз, давила на плечи, и незаметно для себя я провалилась в сон, исчерпав, казалось, последние крохи сил. Сквозь пелену дремы пробивались обрывки тревожных разговоров, но как ни пыталась я разлепить веки, они оставались предательски сомкнутыми. Лишь истошный стон мужа вырвал меня из цепких объятий сна, и я, вскочив со стула, оглядела комнату, в которую превратился примыкающий к залу покой. Здесь царила паника.

Первым, что бросилось в глаза, было лицо свёкра — бледное, измученное, словно выцветшее от переживаний.

— Госпожа, Арсену хуже! Лихорадка терзает его, уже второй час бьется в бреду, — с отчаянием в голосе проговорил Аяз. — Повязка сбилась, рана воспалилась, вид у нее ужасный. Кровь сочится, смешанная с гноем. Я все сделал правильно, клянусь, но не понимаю, что происходит!

Видела, как трудно ему дается это признание собственного бессилия.

— Намир! — позвала я хранителя.

— Я здесь, госпожа, — тут же отозвался он, возникнув за спиной.

— Арсену хуже, мы не знаем, что делать! Рану очистили, обработали, а у него температура!

— В сокровищнице, среди редких вещей, есть артефакт, похожий на обычный перламутровый шарик. Приложите его к ране. Если стрела была отравлена, он потемнеет, а в случае сильного яда — почернеет. Мне кажется, дело именно в этом. В моей прошлой жизни я сталкивался с подобным.

— Но я проверил стрелу на яды! Зелье не показало никаких следов отравления! — с испугом воскликнул Аяз, осознавая правоту хранителя. Существовали яды, редкие и коварные, не оставляющие следов, действовавшие лишь в первые полчаса.

— Я советую проверить, господин. Так вы убедитесь, что это не яд, — мягко предложил Намир.

— Намир, ты можешь принести его?

— Нет, госпожа. Я официально передал все вам. Теперь мне вход в сокровищницу воспрещен, только с вашего позволения и в сопровождении. Я помогу вам найти его.

Казалось, я двигаюсь в замедленной съемке, а время, напротив, неслось с бешеной скоростью. Расстояние от импровизированного госпиталя на первом этаже до сокровищницы я преодолела за считанные минуты, но дальше начались настоящие муки. Три огромных сундука хранили редчайшие артефакты, и, будто по злому умыслу, желанный шарик обнаружился в самом нижнем углу третьего.

Я уже собиралась выскочить из сокровищницы, когда хранитель остановился возле второго сундука и словно врос в землю.

— Намир, что случилось?

— Память возвращается… Но артефакты, к сожалению, я помню не все. Этот кубок… Он напомнил мне «Чашу Авклея». Хранитель обернулся ко мне всем своим прозрачным телом, смущенно глядя в глаза.

— Помню, что-то важное связано с ним, но что именно? — пробормотал он растерянно.

— Я знаю, что это, Намир! «Чаша Авклея» была создана величайшим магом-целителем и благословлена Всевышним. По преданию, она обладает чудодейственной силой: исцеляет неизлечимых больных, снимает проклятия, мгновенно залечивает раны и даже воскрешает мертвых! — прошептала я, не веря в такую удачу. — Намир, ты гений! А память скоро вернется полностью, не переживай!

Схватив кубок и шарик, я бросилась обратно. Больше не оставалось сомнений: артефакт из старинных легенд, по невероятному стечению обстоятельств оказавшийся в нашей сокровищнице, должен спасти жизнь моему мужу. Неважно, что нальют в чашу, любая жидкость превратится в целительный эликсир, наполняя его жизненной энергией, изгоняя болезнь. Ведь энергией этой чаше делился сам Всевышний!

К моему возвращению состояние Арсена ухудшилось. Лила, не отрываясь, сидела у изголовья сына, а Аяз отчаянно пытался что-то сделать, но все его усилия были тщетны. Чувство безысходности и отчаяния наполнило комнату, отражаясь в бледных лицах его приемных родителей и всех, кто находился рядом.

— Аяз, дай мне любое зелье, какое найдется! Мужчина поднял голову, хмурясь: — От лихорадки? — Неважно! Я нашла артефакт. Он спасет Арсена. Состояние принца было критическим. Сознание угасало, он перестал реагировать на что-либо вокруг. Даже глоток из чаши давался ему с неимоверным трудом. Собрав всю свою волю, я влила ему вначале несколько крошечных капель, потом еще. После третьей попытки он сам потянулся к живительной влаге травяного настоя…

Родителей Арсена я отправила отдохнуть, а сама свернулась калачиком на стареньком диванчике. На рассвете Арсен проснулся. Превозмогая слабость, он попытался встать, но его тут же ощутимо повело в сторону. Цепляясь за край кровати, он удержался от падения. Тело словно налилось свинцом, отказываясь повиноваться.

— Куда это ты собрался, мой дорогой? — спросила я, открывая глаза и поднимаясь с дивана. Ноги затекли, их сводило от долгого неудобного положения.

— Сонечка, что там на передовой?

— Час назад прибыл юноша с донесением, но мы не решились тебя будить. Все вопросы сейчас решают Галим и командир росских войск, Николай Игоревич Белов. По последним данным наши воины вошли во дворец, идут бои.

— Мне бы укрепляющего зелья! — взмолился он, глядя на меня таким умоляющим взглядом, что сердце дрогнуло.

Стараясь не поддаваться его обаянию, я отвернулась и твердо произнесла:

— Нет! Ты знаешь, как действует укрепляющее зелье даже на здоровых. Ты еле стоишь на ногах!

— Ну как ты не понимаешь⁈ Я нужен там, где наши воины сражаются за наше будущее, за будущее наших детей…

— Стоп! Все, что ты хочешь сказать, я знаю. Но мой ответ — нет!

— Кто бы мог подумать, что мне достанется такая злая жена! — патетически воскликнул Арсен, но тут к нам присоединился Намир.

— Такую жену нужно не только любить и на руках носить, но и прислушиваться к ней как можно чаще. Госпожа всегда умный совет даст.

— Это ты к чему? — нахмурился принц.

— Мой господин, госпожа права. Выпейте лучше родниковой воды из чаши. Эффект будет тот же. Станете здоровым, как прежде! Заметив мой удивленный взгляд, хранитель едва заметно подмигнул. Я поняла, что он вспомнил про артефакт. Желание как можно скорее вернуться в строй, видимо, не давало Арсену покоя. Он залпом выпил всю воду из чаши, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. На его лице отразилось сначала недоверие, потом удивление, затем интерес и, наконец, радость.

— Ну как?

— Чувствую себя превосходно! — бодро ответил он. Когда Арсен почувствовал в себе силы встать и немного пройтись по комнате, в дверях появился травник.

— Сынок, это не иначе как чудо! — произнес старик дрожащим голосом, смахивая слезу.

— Это все моя Сонечка! Она нашла артефакт и спасла мне жизнь! — словно ребенок похвастался Арсен.

Приемный отец моего мужа долго благодарил меня, потом возносил молитвы Всевышнему за спасение сына и за то, что он послал их единственному ребенку такую хорошую жену. С рассветом остановившееся время вновь понеслось вперед. Арсен встретился с гонцом, прибывшим с передовой, а вскоре после обеда прискакал и второй. Во дворце воины принца одержали победу, самозваного султана отправили в казематы вместе с его приспешниками. Жены, наложницы и дети лжесултана были заперты под охраной в одной из комнат дворца. Придворные, перешедшие на сторону принца, помогали господину Белову выявлять тех, кто помогал бывшему правителю в его грязных делах.