Глава 12

Варя пождала под себя ноги, упираясь подбородком в колени. Хотелось принять позу эмбриона и лежать в ожидании голодной смерти или внезапного просветления. Что делать, она не знала. Как и не знала, во что теперь верить. Пересказанный Кириллом разговор казался чудовищно фантастическим. Определённо неправдоподобным и пугающим. Но она не могла в него не поверить. Слишком серьёзным выглядел суровый Соболев. Слишком отчаянно он ходил по каюте в попытках понять, что делать. В какой-то момент Чижовой надоело смотреть на то, как старшекурсник мелькает перед её глазами, и она встала, решительно направившись к двери.

̶ Куда ты? ̶ строго спросил Кирилл, нагоняя её и хватая за руку.

̶ Ты же не хотел, чтобы я была в твоей каюте. Вот, ухожу. ̶ безэмоционально огрызнулась она, выдергивая руку из сильной хватки. ̶ В чём проблема?

̶ Ты правда не понимаешь?

Чижова отвернулась к двери. Шмыгнула носом, пытаясь прогнать подступающие к горлу слёзы. Перед глазами всплыло лицо отца. Доброе, с мягкой улыбкой. Его фирменное какао с добавлением корицы. Прощальное обещание, данное ему. Она улетала, надеясь, что её хорошая учёба откроет родителю дверь в звёздный мир. Но если всем студентам намеренно стирают память, значит, никто и не собирался ей в этом помогать. Земля будет уничтожена. Всё. Точка. Престранный факт, поставленный ребром. Что она, обычная студентка, могла сделать? Спасти целую планету? Очень смешно. Тогда чего он от неё хотел? Чтобы она осталась и продолжила следить за его бессмысленными хождениями?

̶ Я отчислюсь и вернусь на Землю.

̶ И это всё, что ты хочешь сделать?

̶ А что? ̶ Варя развернулась к нему. Взглянула прямо в глаза. ̶ Что, по твоему, я должна сделать? Или чего должна хотеть? Если Земля будет уничтожена, то лучше вернусь к отцу и погибну вместе с ним!

̶ Вернуться сейчас, и даже не попытаться что-то исправить?

̶ Он моя семья! Тебе этого не понять. Ты ведь не помнишь ничего! Я не хочу терять своё время здесь, пока он будет в опасности!

Девушка снова бросилась к выходу, но Кирилл успел перехватить её, силой развернув. Варя начала вырываться, изгибаясь всем телом, но студент, лишь усилив хватку, дёрнул её на себя, заключая в объятия. Чижова принялась истерично отодвигаться от его груди, пытаясь сбежать к двери. Но силы были не равны.

̶ Мы ведь даже не знаем, почему и как! ̶ зарычал Кирилл, чуть отодвигая её от себя, но продолжая держать.

Он не хотел, чтобы она уходила. Уж точно не сейчас, когда ему так тяжело даётся сохранить рассудок. Сбежать на Землю — ̶ всё равно, что подписать себе смертный приговор. Его такой исход не устраивал. Она только избежала чудом смерти!

̶ И что это изменит?

Девушка обмякла, отбросив свои попытки выбраться. С надеждой взглянула на него, томясь желанием увидеть в этих глазах уверенность. Закусила губу, осознав, что Соболев и сам не знал, что делать. Она впервые видела его таким напуганным, дезориентированным. Двери в каюту разъехались, пропуская яркий коридорный свет. Студенты вздрогнули, услышав взволнованное:

̶ Ну, в принципе, я так и думал.

Варя, решив воспользоваться моментом, дёрнулась, желая выбежать в коридор, но Соболев пресёк её жалкую попытку. Сильнее прижал к себе, словив в ответ сердитый взгляд карих глаз.

̶ Кеш, погуляй пожалуйста.

Лапаев, сдерживая рвущуюся на волю улыбку, радостно кивнул, в тот же миг скрывшись из виду. Когда двери закрылись, Соболев уверенно произнёс:

̶ Я попробую взломать систему Верены. Она имеет доступ ко всем данным станции, а значит может что и знает. Лучше вернуться домой с информацией и надеждой исправить ситуацию, чем не знать, от чего твоя жизнь оборвётся.

Варя долго стояла, молча продолжая смотреть в его глаза, словно пытаясь уловить хоть дольку сомнения. Но, так и не найдя ничего кивнула, отводя взгляд. Всё лучше, чем ничего.

̶ Останься со мной. На одну ночь. Отправь сообщение Диане чтобы пустила Кешу. Он только рад будет.

̶ Зачем тебе моё присутствие?

̶ Мне нужно хоть с кем-то это обсудить. Кеше говорить опасно. Мы завтра улетаем, а он остаётся на станции и совсем не умеет скрывать эмоции. Просто, побудь рядом, хорошо?

«Заодно присмотрю за тем, чтобы ты самовольно не отчислилась.»

Девушка снова задумчиво кивнула, переводя взгляд на чужую кровать.

̶ Уступишь мне по джентельменски свою кровать? ̶ ирония в её голосе была слишком отчётлива.

Он тоже вспомнил тот день, когда застал Варю в его костюме на полу. Это, казалось, было так давно.

̶ Могу даже одолжить форму. Только останься.

* * *

«Включена блокировка от взлома.» ̶ Проворчал электронный голос в сотый раз. Кирилл в сердцах стукнул кулаком по клавиатуре, будя громким звуком спящую Варю. Девушка сонно разлепила глаза, приподнимаясь на руках. Соболев с раздражением тёр красные очи, откинувшись на спинку стула.

̶ Не получается? ̶ зевнув спросила она, садясь на кровати. ̶ А я говорила, там не дураки сидят.

Кирилл развернулся к ней, сощурившись.

̶ Думаешь, я такой наивный?

Варя пожала плечами.

̶ Судя по тому, что ты пытаешь взломать систему Верены, ты действительно наивный. ̶ Я передумал, можешь идти в свою каюту. ̶ не выдержал Кирилл, снова возвращаясь к экрану одолженного у Кеши ноутбука.

̶ Нет, хочу удостовериться что ты обломаешься. ̶ заявила она, утыкаясь носом в тёплую подушку.

От неё пахло стиральным порошком. Приятная мягкость убаюкивала, завлекая обратно в сон, подобно опытному гипнотизёру. Сознание всё глубже и глубже погружалось в желанную дрёму, пока вдруг снова не было сурово выдернуто победным:

̶ Готово!

Варя подскочила на кровати, чуть ли не падая с неё. Кирилл, нажав выигрышную комбинацию клавиш, откинулся на спинку стула потягиваясь.

̶ Доброй ночи, Кирилл.

Соболев дёрнулся от неожиданности, повалившись на пол. Варя, все ещё сонная, запнулась об него, когда попыталась встать с кровати, и упала следом. Хладнокровно улыбающееся лицо электронной девочки проявилось на экране компьютера. На вид чудному творению было лет двенадцать. Длинные, золотые косы падали на узкие плечи. Зелёные глаза глядели открыто, иногда для приличия моргая. Розовые губы кривились в натянутой улыбке. Это определённо была Верена, только более живая. Обладающая теперь не только сознанием и голосом, но и внешним обликом.

Соболев мягко, оттолкнув навалившуюся на него Варю, поднялся. Чижова, потирая локоть, последовала за ним следом. Оба студента поражённо уставились на экран ноутбука, лихорадочно соображая, что делать, если бортовой компьютер расскажет о попытке взлома профессорам или вовсе вызовет Руднева с его карой прямо в каюту. Если уже не вызвала, что вполне могло было быть правдой.

̶ Ну? ̶ Верена закатила глаза, делая вид что очень раздражена. ̶ Ты пытался получить доступ к моим данным, а сейчас, когда я решила помочь, даже не спросишь ничего?

Соболев и Чижова переглянулись решая, что делать дальше. Если Варя все равно хотела отчислиться, то вот сам Кирилл покидать Академию не желал. Да и Чижовой дать сделать этот шаг не хотел.

̶ Ты вызвала профессора Руднева? ̶ поинтересовался он, поднимая с пола стул.

̶ Если бы то, что ты искал не было бы запретным, то тебе бы не пришлось взламывать меня. Разве нет? ̶ бортовой компьютер странно подмигнул одним глазом.

̶ Ты хочешь помочь нам? ̶ удивилась Чижова, подходя ближе к экрану.

̶ Да, студент Чижова. Я создана для того, чтобы помогать студентам в трудное время. ̶ без колебания ответила Верена, встряхнув косами-треугольниками.

̶ Но зачем тебе предоставлять доступ к секретным данным? ̶ Кирилл нахмурился, подозревая неладное.

Электронная девочка задумалась, отводя глаза в сторону. Затем с радушием ответила:

̶ Пусть это будет награда за то, что ты первый, кто смог добраться до меня.

Ночник, до этого светящийся ровным светом, замигал. Верена склонила голову набок, продолжая смотреть в одну точку. Кажется, она забыла, что должна моргать, и от того стала ещё сильнее походить на бездушную куклу.

̶ Мне ничего не надо! ̶ Соболев поднял руку, для того чтобы захлопнуть ноутбук, но в тот момент ночник резко сменил свой цвет с белого на красный.

̶ Я не отношусь к профессору Рудневу. Не расскажу о вашем вопросе. ̶ немного не в лад, пообещала Верена. ̶ Я ̶ подобие самостоятельного бортового компьютера и подчиняюсь только ректору. Но папе не обязательно знать о моих шалостях. Ты мне нравишься, Кирилл, но если закроешь ноутбук, то никогда не сможешь узнать правду.

̶ Верена, дорогая, ̶ мягко начала Варя. ̶ Мы тут прознали, что было создано средство, для стирания памяти. Такое возможно?

Рука Кирилла замерла. Соболев вопросительно взглянул на Варю, ища в ней поддержку. Девушка кивнула, указав в сторону ноутбука глазами. Они оба не знали, к чему может привести их слепое доверие, но если была возможность добыть хоть какую, то информацию, то стоило и рискнуть.

Чижова села на стул, кладя на стол дрожащие от волнения руки. Пальцы дотрагивались клавиатуры, готовые в любой момент резко подтянуться и захлопнуть крышку. Кирилл стал сзади, уперевшись рукой об спину стула и наклонившись ближе к экрану монитора. Случайно коснулся подбородком светлых волос, но не заметил этого. Зато это ощутила Варя, из-за чего дёрнулась, будто к её коже приложили холодную монетку. Верена вспыхнула подобием румянца.

̶ Возможно! Даже есть способ стереть только конкретный пласт времени из сознания, не затронув знания, полученные во время учёбы, или, например навыки по моделированию.

Кирилл прокашлялся.

̶ Его, используют?

̶ Да. Для того, чтобы студенты не тосковали по Земле, когда она сделает Бум!

Электронная девочка засмеялась, словно всё сказанное ей было простой шуткой и ничего более. А у Вари с Кириллом спины вспотели от пробежавшегося по ним ледяного ужаса.

̶ Но почему Земля должна взорваться? ̶ не сдержавшись выкрикнула Варя.

̶ У каждой планеты свой срок. ̶ на распев принялась отвечать Верена. ̶ Мой папа собрал всех гениев планеты на одной станции, дабы подарить человечеству шанс на жизнь. Вы ̶ Новые люди. Буквально, а не фигурально. ̶ она снова засмеялась. ̶ Это так весело! Я впервые поступила по-своему! ̶ лампочка замигала, сменив свой цвет на зелёный. ̶ Если что, скажу что ты меня взломал. Не ̶ го ̶ дяй!

Верена принялась прыгать туда-сюда по экрану. Кирилл коснулся носом волос девушки. Шумно вдохнул аромат кокоса, закрывая глаза. Если взглянуть на все со стороны цинизма, выходит вполне неплохой план. Спасение человечества. Отбор самых умных, ибо эвакуировать всех жителей Земли было просто невозможно. Но на то они и были людьми, что всегда до последнего боролись за лучший, человеческий исход. Любая жизнь ценна, и предавать это правило он не хотел. Кирилл не хотел играть в Ноев ковчег.

̶ Когда?

Соболев всем телом ощущал, как дрожит Варя. Верена остановившись по середине экрана, без запинки и задумки выдала:

̶ Примерное время исчезновения Земли тринадцать дней.

̶ Уже через две недели. ̶ резюмировала Чижова, кладя голову на стол.

Кирилл, утешая, погладил её по спине. Его движения расслабляли, но не приносили облегчения. Наоборот, казались странными, учитывая их отношения на протяжении практически двух лет обучения.

̶ Можно ли как ̶ то повлиять на это? ̶ ладонь Кирилла замерла у лопатки.

̶ К сожалению все, что можно было сделать, уже было сделано.

̶ Впрочем, ожидаемо.

Чижова резко поднялась, упираясь ладонями в стол.

̶ Скажи, никто же не собирается нам помогать перевозить семью в колонию?

Верена снова запрыгала по экрану.

̶ Слишком много потребуется ресурсов. Папа никогда не пойдёт на это.

̶ Тогда спасибо за всё, Верена.

Девушка резко захлопнула крышку ноутбука. Развернулась, уверенными шагами направившись к выходу. Прямо так, как и проснулась. С растрёпанными волосами и в явно ей не по размеру мужской спортивной форме. Глаза пустые, словно покрытые мутной пеленой. По щеке катится одинокая слеза. Соболев даже вдруг пожалел о том, что избавился от таблеток. Благодаря ним он не испытывал убивающей сердце тоски и дикого ужаса от неизбежности. Легко быть циничным, когда никого из родных и не помнишь вовсе. Теперь сам Кирилл не хотел вспоминать. Лучше быть без воспоминаний, чем позволять им себя медленно убивать, каждый раз возрождая перед глазами лица тех, кого скоро настигнет суровая рука судьбы.

Соболев, схватив её у самой двери развернул к себе, прижимая спиной к холодному металлу.

̶ Куда ты?

Она взглянула на него пустыми глазами.

̶ Домой.

̶ Завтра уже полёт. Ты откажешься от своей мечты стоя у её порога? ̶ Кирилл столкнулся своим лбом с её. ̶ Думаешь, он будет рад если ты умрёшь вместе с ним? Стоит хоть попытаться поговорить с Федотовым. Может они перевезут твоего отца, раз уж ты помнишь.

̶ Им легче поставить мне, как они выразились, двойную дозу чем пошевелить хоть пальцем. А как же Диана? Она получается тоже помнит! Как же все остальные? Они обещали. Обещали помочь, но вместо этого пошли на обман! Разве можно верить в их слова теперь? Нет. Я должна вернуться домой! Как можно скорее!

Девушка попыталась вырваться, но Соболев только плотнее прижал её к стене.

̶ Они ничего не помнят. Мир необратимо падёт в бездну, а ты хочешь рискнуть своей жизнью? Ради чего? Твои глаза так горели, когда ты говорила Кеше о Марсе. Это все для тебя ничего не значит?

Варя шумно выдохнула, со злостью смотря в глаза Соболева. Только в эту секунду девушка вдруг осознала, насколько близко они стоят друг к другу. Так близко, что кончики носов соприкасаются. Так близко, что сократи расстояние ещё на сантиметр, и их губы встретятся в целомудренном поцелуе. Злость пала, оставив после себя лишь растерянность и тоску. Варя подняла руку. Коснулась его щеки своей ладонью. Выражение лица Кирилла было полно беспокойства. Чижовой льстило, что он переживал о ней.

̶ Ты же говорил, что мне тут не место и я скоро вернусь на Землю. ̶ устало произнесла она, погладив пальцем выпирающую скулу парня. ̶ Чего теперь то против?

̶ Раньше, я не знал, что вернуться на Землю ̶ значит умереть. Для меня самое страшное в отчислении было само отчисление. Не принимай это на свой счёт. Я бы поступил так с каждым.

Она кивнула, резко убирая свою руку. В чём-то Кирилл действительно был прав, и отказавшись от мечты, она откажется от себя и того будущего, которого хотел для неё отец. Находясь в Академии, девушке выпала возможность пообщаться со многими удивительными людьми, действительно поражёнными своей мечтой и целью. Как много из них вернулось бы домой, узнав, что их близким угрожает опасность? Варя не была глупой и прекрасно понимала, какое решение было бы правильным и рациональным. Завтра важная экспедиция. Если она завершит её успешно, то будет идти с таким же успехом дальше по пути, по которому гордо шли исследователи, учёные, изобретатели.

Дорога эта выложена золотом. Ведёт она к загадкам и открытиям, приближающим к границе бессмертия. Вступишь на этот путь ̶- не сможешь свернуть, ведь нет ничего интереснее и захватывающее, чем он. Отец был бы рад, если б она дошла до конца. Если б получила «золотой венок», о котором так мечтала.

Только Варя так не могла. Сердце противилось рациональности и упорно стояло на своём. Девушка просто не сможет изучать этот мир, зная, что намеренно бросила родного человека умирать в одиночестве. Зная, что так и не обняла его в последний раз, уткнувшись в родную щетину. Для её души это было равно предательству, которого бы простить себе она не смогла бы. Мысли об этом тяжким грузом ложились на плечи. Отравляли яркие краски будущего. Лишали любого удовольствия от жизни.

Кирилл не мог понять её, потому что сам не помнил ни свою мать, ни своего отца. Профессора поступили хитро, лишив всех студентов их второй жизни. Всех, но не её. Пусть она слабая. Пусть поступает неверно. Варя никогда не считала себя героиней, что всегда выбирает верный путь, руководствуясь только разумом. Она никогда не боролась за звание умного человека. Варя всегда была собой. Просто девочкой из провинциального города, в котором уже никто давно не живёт. Просто Варей, для которой семья имела не последнее место в жизни. Ради семьи девушка была готова бросить даже Академию.

̶ Отпусти. ̶ тихо попросила, не опуская взгляд.

Кирилл сузил глаза, размышляя, что делать. Об упрямом характере Вари знал не понаслышке. Как человек, постоянно конфликтующий с ней, подмечал все мелкие детали. Забавно выходит. Самый близкий человек — это враг, что знает о тебе то, что не знают даже самые близкие. Вешать на себя смерть Соболев не собирался. Ещё раз взглянув в её глаза и убедившись, что другого пути нет, Кирилл, продолжая держать Варю за руку, потащил её к кровати.

̶ Давай, я ещё раз объясню тебе всю ситуацию. ̶ спокойным голосом предложил он, на силу усаживая студентку на свою кровать.

̶ Думаешь, я тупая и сама ничего не понимаю?

̶ По крайне мере, я уже начал считать тебя не глупой. ̶ студент подошёл к сложенному костюму девушки. Вытащил пузырек с таблетками. ̶ Но ты быстро развенчала этот миф.

Варя нахмурилась, подозревая неладное. Кирилл откупорил банку доставая таблетку. Во взгляде читалась решимость, смешанная с горьким «Прости». Девушка вскочила с кровати поняв, что творится что-то неладное, но студент снова мягко заставил её сесть.

̶ Это для твоего же блага. И для блага твоего отца, я думаю.

Кирилл схватил её за руки. Толкнул на кровать, прижимая спиной к матрасу. Она пыталась вырваться. Хлопала его руками по спине, пыталась оттолкнуть, но Соболев продолжал пытаться протолкнуть желтый шарик к ней в горло через зубы. Не выходило. Варя, сжав челюсть, отворачивалась, вся красная от негодования. Коммуникатор на её запястье загорелся. Нужно было спешить, пока в каюту не ворвался Руднев. Впрочем. Возможно, это было бы и лучшим исходом событий. Но Кирилл боялся. Боялся, что, узнав, что на Варю, каким-то образом не попавшую под действие препарата, в самом начале наложат принудительное исключение. Он, правда, надеялся, что поступает правильно, хотя сердце разрывало от противоречивых эмоций.

̶ Я не дам тебе умереть. Ни сегодня, ни через неделю, ни через две. Ты отправишься со мной на Марс, и мы снова будем спорить по мелочам и так до конца. Не позволю тебе сгинуть вместе с Землей, пускай даже за это ты будешь ненавидеть меня всю жизнь.

Девушка на секунду замешкалась, огромными от удивления глазами уставившись на Кирилла. Студент положил таблетку к себе в рот и в этот момент прикоснулся к её губам под предупреждающий сигнал коммуникатора. От удивления Варя открыла рот, позволяя Соболеву протолкнуть языком шарик внутрь. Крепкая рука схватила её за талию, и она вздрогнула, случайно проглотив шарик. Сколько-то времени девушка поражённо лежала, и Кирилл видел, как странно стекленеет ясный взгляд. Коммуникатор затих. Студент мог только благодарить себя и Кешу за то, что они вставили функцию таймера на случай просчёта. Хотя, похоже, эта функция и была их самым большим просчётом. В какой-то момент Варя снова взглянула на него привычным, знакомым, ясным взглядом, в котором читался страх.

̶ Что ты делаешь? ̶ выкрикнула она, отталкивая его и поднимаясь с кровати. ̶ Что?

Она замерла, пытаясь прощупать в памяти воспоминания, но в голове был лишь отрывок того, как они с Соболевым сидели у медицинского модуля. Девушка принялась внимательно разглядывать себя и ужаснулась ещё больше, завидя на себе мужскую форму. Её растерянность была слишком явной. Кирилл сразу понял, что из её памяти стёрлось не только прошлое, но и тот момент, когда узнали об исчезновении Земли. Студент знал об разработанном лекарстве слишком мало для того, чтобы хоть как-то объяснить себе, как оно действует. Но клятвенно пообещал, что обязательно во всём разберётся, как только они вернуться в Академию. Талантливые химики, во славу всей Вселенной, на станции присутствовали. Если он не понял состав, то значит, это смогут понять другие. Правда, тогда о тайне придётся поведать еще одному человеку.

̶ Заработалась ты, милая. ̶ Лицо Кирилла исказилось в усмешке. ̶ Кеша сегодня у Дианы остался. Так что ночевать со мной придётся. Сама же сюда пришла, форму выпросила. Забыла?

Девушка сердито взглянула на него, выражая весь свой скепсис. Нет. Она не верила ему. Определённо не верила. Странно, пусто было на душе. Непривычно. Будто что-то важное выдернули из общей картины и стёрли в порошок.

̶ Да пошёл ты! ̶ Чижова бросилась к двери, яростная и красная от собственной злобы.

Кирилл поставил на стол бутылочку с лекарством, специально сильно ударив им по столу. Варя обернулась.

̶ Ты забыла. И форму тоже.

Внутри Кирилла все горело от сожаления. Он сделал много вредных вещей ей, но ещё не опускался до того, что сделал сегодня. Имел ли он право самолично за неё решать? Даже если это его решение спасло ей жизнь. Мог ли он действительно насильно заставить её лишиться всех воспоминаний о доме? Они же когда-то были связаны друг с другом. Возможно, он даже знал её отца. Эти мысли не давали ему покоя. Это несмотря на то, что он точно знал, что, даже отмотав время, все равно поступит также. Просто, потому что со временем он действительно расхотел того, чтобы она исчезла из его жизни.

Сознание приняло самую ценную загадку в его истории. Но теперь это всё не имело больше никого значения. Если Варя действительно могла в начале что-то испытывать к нему, то это было только из-за их прошлого. А раз прошлого нет, то ничего кроме гадостей и оскорблений в настоящем их не связывает. Почему-то эта мысль встала поперёк горла.

Осознание собственных чувств, порой, приходит достаточно поздно.

Варя подошла к столу быстрым шагом. Схватила бутылек с лекарством и протянутую Кириллом форму. Мазнув по нему раздражённым взглядом, ушла, оставив после себя лишь ненавистный, еле уловимый шлейф кокоса.

* * *

Следующий день выдался на редкость бурным. Подобно муравейнику, Академия Верена жила своей бурной трудовой жизнью. Студенты, как и преподаватели, бегали по коридорам, выполняя поручения. Ректор задействовал все свободные руки, дабы помочь в подготовлении экспедиции. На действующий год это был самый ожидаемый проект. Особенно для Федотова, который, подобно гордому награждённому капитану, следил за всеми приготовлениями, высоко задрав подбородок. Глаза его сверкали, и каждый раз он, не удержавшись, заглядывал в тренировочный модуль к своей команде, спрашивая, готовы они и осознают ли всю степень ответственности, павшей на их плечи.

Небольшая команда, состоящая из студентов Соболева, Чижовой, и Алер, расположилась в дальнем углу, уже расхаживаясь в новых скафандрах. Искусственно созданная плотная ткань напоминала собой покрытый пылью цветной латекс, обтягивающий плотно тело. Внутри была тонкая ткань из хлопка, создающая комфорт коже. Посередине сделанные в лаборатории слои ткани, получившей кодовое название "НА 01". Она на достаточном уровне защищала тело своего носителя от радиации, магнитной аномалии, экстремального холода. При этом сам костюм был достаточно легкий, что, пожалуй, было его главным отличием от старых скафандров с весом более десяти килограмм. Перед полётом каждый наденет на голову кислородную маску и шлем. Кислород поступал через трубку, что была прикручена к крепящуюся к спине баллону. Кислород мог понадобится только при выходе из корабля-спелеолога, так как в сам корабль он будет поступать в достаточном количестве из станции на верху кратера. Поэтому баллон был небольших размеров и нужен был больше для того, чтобы члены экипажа могли спокойно отходить от корабля на большое расстояние.

Делая длинные шаги, Варя по путно вращала руками, пытаясь привыкнуть к костюму. В нём не было ни жарко, ни холодно. Он поддерживал оптимальную температуру тела. Лапаев с Соболевым сидели за столом, изучая данную Федотовым камеру. Это был голограф нового типа, что мог делать качественные голографии и при этом обладал феноменальным объёмом памяти для такого аппарата. К сожалению, такие аппараты раньше могли делать по две-три голографии, в отличие от своих старых цифровых предшественников. Связанно это было с тем, что при создании голограммы приходилось проводить сканирование каждого предмета в его объёмном формате, а это занимало намного больше пространства на диске памяти, чем обычный два-Дэ форматные изображения.

̶ Вы с Кириллом вместе? ̶ Диана, держа в руках планшет, подошла ближе к подруге. ̶ Вчера Кеша притащился ко мне довольный, как кот.

Чижова хмыкнула, бросив быстрый взгляд в сторону Кирилла. Студент, ощутив на себе её взгляд, повернулся, вопросительно подняв бровь. Всем своим видом он выражал привычное своё к ней раздражение, но Варя чувствовала, что что-то изменилось. В его глазах было чувство вины, ранее ему не свойственное. Она хотела было ответить, что это все наглая ложь, но была прервана снова вошедшим Федотовым.

̶ Моя дорогая исследовательская группа! ̶ заискивающее воскликнул он, входя с подносом полным закрытых стаканчиков и серебряных пакетов. ̶ Обычно такое запрещено, но вам понадобится много сил.

Профессор поставил поднос на стол. Остальные лениво посмотрели на него. Из желания быть вежливыми подошли, разбирая завёрнутую в шуршащую упаковку еду. Федотов постарался на славу. Принёс белковые коктейли со вкусом шоколада и протеиновые батончики. Пока студенты разворачивали обёртки, не переставая, говорил о предстоящем старте и своих огромных надеждах. Лететь до Марса они должны были на перевозочном шаттле, что, используя манипулятор, возьмёт с собой в нагрузку относительно маленький корабль-спелеолог. Используя бросок через пространство, добраться до Красной планеты, можно было за жалких двадцать четыре часа. Правда, при этом все это время придётся провести в медицинских капсулах для избежания последствий от сильного давления и сверх скорости.

̶ Ректор очень доволен нашей работой и ждёт результатов! Не подведите!

Команда кивнула, отсалютовав стаканчиками. Варя и Кирилл снова столкнулись взглядами. Профессор вытащил из висевшего на плечах портфеля два кейса. Оставил их на столе.

̶ Это для Соболева и Чижовой. ̶ пояснил он, коснувшись пальцем контейнера. ̶ Нужно поставить, перед отправкой. Пожалуйста, снимите вверх костюма.

̶ Я сам поставлю, не маленький.

Взяв контейнер, Кирилл спокойным шагом направился к ближайшему снаряду, под пристальный взгляд профессора. Варя послушно расстегнула молнию до живота. Оголила одно плечо. Федотов воткнул иголку в кожу. Медленно начал вводить жидкость. Девушка выглянула из-под плеча профессора, желая взглянуть на Соболева. Старшекурсник уже расстегнул комбинезон и сидел в одной белой майке. Задумавшись, держал в руке уже пустой шприц.

* * *

Уверенные, целеустремлённые, они стояли в ровной линейке около перевозочного шаттла, наблюдая за тем, как металлическая рука захватывает корабль-спелеолог. Каждый из них приложил руку к его созданию, и теперь исследовательская экспедиция смотрела на корабль так, как смотрит мать на своё рождённое дитя. Во время конструирования изменения в чертежи вносились ещё пару раз, но в итоге это привело к созданию настоящего шедевра. Легкий, вместительный, с большим блоком для материала и удобными местами для экипажа корабль. Профессор и его студенты смогли вместить в него небольшой запас провизии на случай вынужденного продления миссии, ящик с лёгкими бластерами и небольшие тележки со стандартным набором инструментов для работы с грунтом и растениями. По форме он напоминал приплюснутый овал с одним лишь иллюминатором в управляющей рубке. Привлекал к себе внимание ярким красным цветом покрытия, получившего такой цвет больше из-за свойств своего подвергнувшегося изменениям материала, чем в эстетических целях.

На груди студентов торжественно блестел своей пафосностью герб Академии. Под подмышками зажат круглый шлем. По сигналу исследовательская группа повернулась на звук гимна. Торжественно отсалютовала, следя за поднимающимся флагом. Раймонд медленно двигал тонкую леску, поднимая напечатанный на синей ткани герб Верены. На виске ректора вздулась вена. Рядом с ним находился Руднев, державший в руках планшет, где широко улыбалась неестественной улыбкой Верена, представшая миру в своём новом обличии. Кириллу вдруг показалось, что она, найдя его, игриво подмигнула.

Выслушав напутственную речь, студенты синхронно развернулись к уже открывшемуся люку перевозного шаттла. Пошли вперёд, гонимые бурными рукоплесканиями, ударяющимися в их спины. Это был момент триумфа. Момент гордости и возвышенной радости ученого, нашедшего свою золотую жилу. Событие, которое так долго ждал каждый из них. Диана с восторгом представляла себе, какой интересный тип растения сможет обнаружить в потаённом кратере, представляла, будут ли в образцах грунта внутри кратера существенные отличия с тем, что они соберут на Марсе. Варя, еле сдерживая свою радость, фантазировала о новых формах жизни, что встретят их с распростёртыми объятиями или пушками, как в лучших фантастических романах. И только Кирилл, не могу думать не о чем, кроме своего поступка и мокрых глазах Вари, когда она узнала всю правду. Совесть приземляла возвышенную радость.